Поделиться
«Нет, не могу о нем молиться» — сказала однажды приятельница, когда ей предложили помолиться за человека, сильно её обидевшего. И я задумалась, почему возникает такой протест? Точнее, что нужно чувствовать, чтобы начать искреннее хотеть молиться за ненавидящих и обидящих нас.
Ответ на мой вопрос пришёл быстро. На работе коллега, юрист, сорвалась. Она ждала от меня отчеты за месяц. Торопилась быстрее закрыть свою отчетность на базе моей. Правда, месяц еще не закончился... Она кричала на весь коридор. Одна взрослая женщина отчитывала другую взрослую женщину.
Мне стало больно до слез! Обида, как у маленького беззащитного ребёнка. Я ушла к себе в кабинет. Сидела, плакала и молилась. Душили досада, ощущение несправедливости и желание в порыве ответить, высказать то, что поднялось внутри.
Такие первичные реакции обычного человека. За ними вслед пришёл страх. Что коллега может создать проблемы на работе, что инцидент навредит мне. Страх, как дальше общаться, как смотреть друг другу в глаза?
И вот это все, как ворох мусора, из меня буквально вывалился, когда я внутри закричала: «Господи, помоги! Господи, защити, Господи, вразуми меня, и её! Господи, благослови её!» Стало легче! От того, что я предала и ситуацию, и себя, и обидчицу в руки Божьи.
Пусть Господь позаботится о том, чтобы она перестала на меня злиться. Пусть Господь её успокоит. Следом пришла новая волна мыслей. «Господи, умири её сердце. Ведь если человек так расстроен, вероятно, я её довела вольно или невольно. Я же тоже не пушистый комочек. Думаю, из меня в переносном смысле, торчит весьма жёсткая щетина, как минимум, а ещё иглы... — мои страсти. Я это понимаю, но не всегда контролирую. Господи, залечи раны, которые я нанесла человеку».
Надеюсь, Бог откроет мне мои грехи и тогда я искренне их осознаю, покаюсь. А пока — вот такая молитва за обидчицу...
Вышла в коридор. Коллега увидела меня издалека. Она несколько секунд постояла в нерешительности и направилась в мою сторону.
— Алёна, простите. Я не должна была так себя вести. Я не имела права говорить с Вами в таком тоне — сказала она. И я заплакала.
— Вы простите меня — произнесла я в ответ — я понимаю, что должна была позаботиться о готовности отчётов. Да, очень много другой работы. Но я не хочу Вас подводить. Постараюсь отладить процесс на будущее.
Не скажу, что мой страх и боль полностью испарились. Но мы примирились. Господь связал разорванное. И я не то, что поняла, я прожила эту необходимость — молиться за обижающего, предавая его, как себя, как близких, в руки Господа.
Все налаживается. Можно было бы сделать вывод, что другой человек по твоей молитве меняет свое поведение, осознает неправоту. Может быть. А может быть и иначе. У меня меняется взгляд на ситуацию. Я меняю свое поведение. А возможно, не только по моей молитве, но и по ее. Может быть и коллега за меня молится.
Главное — благодаря обращению к Господу, становятся видны собственные промахи относительно другого человека. И приходит утешение!
И сколько всего еще открывается в такой молитве, когда пускаешь Бога действовать в твоей жизни в её кризисные моменты
Автор: Алёна Боголюбова
Все выпуски программы Частное мнение
«Любушка»
Поделиться
«Любушка», Artel Film Production (Артель Фильм) при участии АРГО продакшн, режиссёр Андрей Красавин
— Товарищи красноармейцы! Враг силами до двух механизированных полков движется с северо-запада к Минскому шоссе. Если не задержать его, они ударят в тыл 17-й дивизии. И замкнут кольцо окружения. Полк получил приказ: занять оборону в двух километрах западнее от деревни Александровки.
— Чего? Какая оборона, глаза разуй, лейтенант!
— Ага. Нас-то тридцать, а там — танки!
Июль 1941-го. Первые месяцы Великой Отечественной войны. Красная армия вынуждена отступать с огромными потерями. После ожесточённых боёв под Гомелем от стрелкового полка 148-й дивизии осталось лишь тридцать бойцов. Измождённых, голодных. Они идут через деревню, и сельчане, завидя отступающих солдат, отворачиваются и плотно задёргивают шторы на окнах. «Мы для них не отступаем, а бежим», — с горечью констатирует старшина. На берегу реки бойцы останавливаются на привал. Прилечь хоть на несколько минут, вдоволь напиться воды. Но в этот самый момент, верхом на коне, появляется молодой лейтенант. Он из штаба. У него приказ — полк должен занять оборону и остановить продвижение врага в тыл. Отважатся ли тридцать обессилевших солдат с винтовками встать против фашистских танков?.. О силе духа русского народа повествует короткометражный фильм «Любушка», фрагмент из которого прозвучал в начале программы.
Картину в 2020-м году снял режиссёр Андрей Красавин в рамках проекта «Про людей и про войну». Киноальманах объединил несколько десятков короткометражных новелл и завоевал множество наград на фестивалях как в России, так и за рубежом — в Китае, США, Великобритании, Аргентине, Италии, Сербии. Каждый из фильмов основан на реальных событиях — рассказах людей, прошедших войну. Перед началом съёмок создатели проекта объявили в интернете, что собирают истории для экранизации. Буквально на следующий день начали приходить письма. В сентябре 2020 года на экраны вышел первый сезон киноальманаха. В него вошли семь короткометражных фильмов, в их числе — картина «Любушка», о которой мы с вами сейчас говорим.
Кинематографический язык — удивительная вещь. Всего в десять минут экранного времени удалось поместить множество деталей и смыслов. Рассказать о том, какой ценой вырывали наши солдаты Победу в Великой Отечественной войне. Как на смерть стояли за Родину. Как не сдавались, шли в бой из последних сил. Режиссёр фильма «Любушка» Андрей Красавин признавался: рассказывать современной аудитории о Великой Отечественной — непростая задача. Необходимо найти ту интонацию, которая отзовётся в сердцах нынешнего поколения. Без пафоса и морализаторства рассказать о том за что воевали наши деды и прадеды.
В картине «Любушка» роль молодого офицера, который в критический момент принял на себя командование полком, исполнил актёр Фёдор Фёдоров. В одном из интервью, посвящённом выходу фильма, он поделился историями своих родных. Бабушка артиста жила в блокадном Ленинграде, а позже — в оккупации, в Литве. Прадед воевал, в 1943-м был ранен. Впрочем, трудно отыскать в нашей стране семью, старшее поколение которой не опалила бы война. И короткометражный фильм «Любушка», пожалуй, выражает всю суть подвига русского народа в годы Великой Отечественной. Солдаты, которые только что падали с ног от усталости, встают в строй, разворачивают знамя, и запевают походную песню:
— ... Если Люба песенкой зальётся — ..... — сердцу любо Любушку любить
«Любушка» — песня из репертуара популярного исполнителя тех лет, Петра Лещенко, в контексте фильма приобретает глубокий смысл. Любовь помогала нашим бойцам на фронте. Любовь к родным, которые остались дома, и которых нужно защищать. Любовь к Родине, которую нельзя отдать врагу. Именно об этом напоминает нам короткометражная картина режиссёра Александра Красавина из цикла «Про людей и про войну».
30 апреля. «Семейная жизнь»
Поделиться
Фото: micheile henderson/Unsplash
Супруги, сохраняя веру в Бога и взаимную верность, мир и любовь, так срастаются душой и сродняются плотью, что в пожилые годы зачастую даже становятся похожими друг на друга. Сказанное помогает нам постичь и иную, высшую тайну жизни во Христе верующей души. Она, душа, нося в себе благодать Божию, всё более просветляется и одухотворяется, сияя небесными красками богоподобия — смирением, чистотой, любовью, молитвенным благодарением и радостью. Кому ты веришь и служишь с любовью, на того и становишься похожим. Христос наш истинный первообраз.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Виноватая я... Алёна Боголюбова
Поделиться
Недавно со мной произошёл случай, который помог понять, как нам вредит оправдание себя.
Обычно свои грехи я записываю дома в заметки телефона, чтобы на исповеди ничего не забыть. Но иногда какие-то промахи вспоминаются прямо во время богослужения. Знаю, что пользоваться телефоном в храме не желательно, но ведь причина уважительная — мне нужно дополнить список грехов. По крайней мере, так я думала.
И вот, как-то во время всенощного бдения я вытащила из сумки смартфон и начала записывать грехи, о которых только что вспомнила. Рядом стояла незнакомая женщина, которая тоже достала свой телефон и начала что-то печатать. Вдруг слышу негромкий мужской голос:
— Сёстры, вы не забыли, где находитесь? — это был священник. Он шёл в сторону алтаря, и вынужден был остановиться, сделать замечание. Сказано это было спокойно, но с досадой...
Женщина тут же прильнула к батюшке и стала объяснять, что у неё возник неотложный вопрос. Я тоже попыталась оправдаться, и сказала, что записывала грехи для исповеди. В ответ батюшка лишь с сожалением произнёс: «Одни оправдания... А о том, что так людей можно смутить, никто из вас, похоже, не подумал...»
Он был прав. Но вместо того, чтобы согласиться с ним и постараться понять возможную реакцию окружающих людей, я начала мысленно себя защищать. Я ни с кем не переписывалась, не отвлекалась, делала это для исповеди, иначе бы забыла про грехи, которые не записала. В общем, не виноватая я...
И всё-таки, на душе было тяжело. Слова священника разбивали все мои аргументы. Но вдруг в голове мелькнула мысль, что не нужно оправдывать себя, нужно просто извиниться. После службы я подошла к священнику: «Батюшка, простите меня. Благословите».
«Бог простит», — сказал он и осенил меня крестным знамением. В этот момент со мной что-то произошло. Я почувствовала, как на сердце стало тепло и проступили слёзы. Тут же пришло осознание, что я вела себя эгоистично. Можно же было использовать телефон незаметно для окружающих, отойти в какой-нибудь уголок, выйти из храма или вообще носить с собой бумажный блокнот, который не будет соблазнять других. Есть много способов не смущать людей. Но почему-то я о них не подумала. Будто что-то мешало. И это что-то — самооправдание.
Преподобный Никон Оптинский писал, что «самооправдание закрывает духовные очи, и тогда человек видит не то, что есть на самом деле». Я вела себя эгоистично. А когда мне на это указали, начала себя оправдывать. Почему? Думаю, потому что не хотела расставаться со своей уважительной причиной, признавать себя виноватой. Но тяжесть на душе всё-таки заставила задуматься и допустить, что я могу заблуждаться. Этот момент и стал поворотной точкой, когда я решила отказаться от самооправдания на будущее. Именно в эту секунду я изменила ход мыслей — раскаялась.
Тот случай показал, как самооправдание не позволяло признать очевидного. Мы часто заблуждаемся именно потому, что ищем какую-то свою правду. Но стоит лишь отказаться от попыток оправдать себя, как Господь открывает нам истину. И вместе с раскаянием приходит прощение. Так мы лучше узнаём себя и становимся ближе к Богу.
Автор: Алёна Боголюбова
Все выпуски программы Частное мнение
