Пётр Церм. «Скупой и смерть»

Поделиться

— Добрый день, Андрей Борисович!

— Приветствую, Маргарита Константиновна! Присаживайтесь, я уже кофе заказал, вот-вот должны принести.

— Благодарю, Андрей Борисович. А что у вас за книга?

— Это Пушкин, «Маленькие трагедии». Пока вас ждал, зачитался «Скупым рыцарем». Потрясающе всё-таки Александр Сергеевич переосмыслил Шекспира. Ведь, кажется, считается, что на это произведение поэта вдохновила шекспировская пьеса «Венецианский купец»?

— А ещё литературоведы говорят о влиянии Мольера. Но знаете, Андрей Борисович, мне в пушкинском тексте за всеми хитросплетениями фабулы слышится евангельский отголосок.

— Интересно! Полагаю, вы имеете в виду притчу Христа о неразумном богаче из Евангелия от Луки?

— Вы правы, Андрей Борисович, я говорю именно о ней. Художников, например, эта евангельская притча вдохновляла довольно часто.

— Один богач решил спрятать своё добро подальше, чтобы обеспечить себя на долгие годы. Но Бог сказал ему: «Безумный, в эту же ночь душу твою возьмут у тебя, кому же достанется накопленное?». Да, это весьма популярный сюжет в живописи. Вот, например, у Босха есть картина на эту тему, у Рембрандта тоже.

— А мне нравится полотно русского художника Петра Ивановича Церма. Оно называется «Скупой и смерть».

— Да-да, я помню её! Это ведь самая известная картина живописца.

— Верно, учитывая, что до наших дней дошли всего два его полотна. Одно из них — «Небесное благословение 25-летнего союза императора Александра II и императрицы Марии Александровны» — находится в частной коллекции. А картина «Скупой и смерть» представлена в собрании петербургского Музея Академии Художеств. За эту работу Пётр Церм получил в 1856 году звание академика.

— Он, кажется, помимо живописи, занимался и преподаванием?

— Да, Пётр Иванович Церм, выпускник Петербургской императорской Академии Художеств, какое-то время там преподавал. Одним из его учеников, к примеру, был Илья Репин.

— Маргарита Константиновна, я как раз нашёл картину в интернете, давайте на неё посмотрим.

— С удовольствием, Андрей Борисович. Перед нами — тёмная комната, озарённая лишь светом печурки. За столом, над раскрытым мешком с золотом, сидит человек. Он только что пересчитывал монеты, но вдруг кто-то постучал в окно. Человек обернулся на стук, и окаменел от страха и неожиданности. Он увидел, что с улицы, через мутное оконное стекло, затянутое паутиной, на него глядит его собственная смерть.

— Художник традиционно изобразил её в виде костлявой старухи в белой накидке и с косой. А вот образ скупца он выписал очень тонко, можно сказать, филигранно. И вот это выражение лица человека, которого застали врасплох — как потрясающе оно удалось живописцу!

— А вы заметили, Андрей Борисович, какая убогая обстановка в комнате? Резкий контраст между сверкающим золотом в мешке и кирпичными стенами, которые кое-где уже рассыпаются.

— Да, я как раз пытаюсь понять, что хотел таким образом выразить художник. Наверное, это подвал, где скупец прячет свои богатства от посторонних глаз?

— Но подвалы как правило не имеют окон. А художник не случайно изобразил большое окно, в него и стучится к скупцу смерть. Возможно, такой несоответствующей обстановкой живописец хотел подчеркнуть, что богатство героя картины не приносит пользы никому, даже ему самому.

— Как говорят — ни себе, ни людям... Совсем как пушкинский скупой рыцарь.

— Да, евангельская притча Христа о неразумном богаче и картина, написанная Петром Цермом по её мотивам, предостерегают нас: богатство нужно не накапливать, а употреблять на благие дела. Мы не сможем владеть им вечно, поэтому пока мы живы, нужно спешить делать добро.

— И это будут уже духовные сокровища, их и заповедовал копить Христос.

— «Не собирайте себе сокровищ на земле... но собирайте себе сокровища на небе...»

— Да, вот такой глубокий смысл вложил Пётр Церм в картину «Скупой и смерть».

— И мы с вами, Андрей Борисович, так ею увлеклись, что не заметили, как нам принесли кофе. Давайте продолжим нашу беседу за чашечкой ароматного напитка.

Все выпуски программы Свидание с шедевром

• Сергей Андрияка. «Борисоглебский монастырь. Звонница»
• Павел Корин. «Александр Невский»
• Евгений Вучетич. «Воина-освободителя» (скульптура)