Поделиться
Апостол Иоанн Богослов
1 Ин., 73 зач., IV, 12-19.
Глава 4.
12 Бога никто никогда не видел. Если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает, и любовь Его совершенна есть в нас.
13 Что мы пребываем в Нем и Он в нас, узнаём из того, что Он дал нам от Духа Своего.
14 И мы видели и свидетельствуем, что Отец послал Сына Спасителем миру.
15 Кто исповедует, что Иисус есть Сын Божий, в том пребывает Бог, и он в Боге.
16 И мы познали любовь, которую имеет к нам Бог, и уверовали в нее. Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем.
17 Любовь до того совершенства достигает в нас, что мы имеем дерзновение в день суда, потому что поступаем в мире сем, как Он.
18 В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение. Боящийся несовершен в любви.
19 Будем любить Его, потому что Он прежде возлюбил нас.
Комментирует священник Антоний Борисов.
Комментирует священник Антоний Борисов.
«Нельзя увидеть Бога и не умереть». С такой мыслью народ еврейский жил даже не веками, а тысячелетиями. Ею же (этой мыслью) был обусловлен запрет на любые священные изображения. В Иерусалимском храме, главном и единственном святилище иудеев, отсутствовали иконы, статуи, любые другие образы для поклонения. Изображения херувимов, находившиеся в святое святых, пребывали во тьме. Их не могли видеть даже священники.
Запрет на видение Бога был отменен Им Самим две тысячи лет назад. Господь явился человечеству в лице Своего Единородного Сына — Иисуса Христа. Пришествие Христа не стало внезапным. Ему предшествовали события, описанные ветхозаветными пророками. В частности, пророком Иезекиилем, возгласившим, что пришествие Мессии, то есть Спасителя, будет связано с очищением грехов. Что вполне соответствовало ветхозаветной логике мысли.
Однако результат пришествия в мир Сына Божьего оказался выше и важнее всех многовековых ожиданий — в том числе и идеи очищения. В лице Иисуса из Назарета миру был явлен принципиально новый образ Бога — образ Бога-Любви. Ветхозаветный человек мог с уверенностью принять Господа в качестве судии, всемогущего или всезнающего властелина. Но принять Его в качестве Любви оказалось под силу немногим. Потому что даже у нас, людей сегодняшних, такое определение вызывает ассоциации с какой-то слабостью. А Бог, по определению, слабым быть не может.
Но в том и состоит удивительный парадокс христианства, что именно в кроткой и смиренной любви, явленной нам Господом Иисусом, мы находим поразительную силу. Природа её ясна и таинственна одновременно. В полной мере могущество Божественной любви проявляет себя там, где человек, прежде всего, стремится искоренить грех внутри себя, а по отношению к иным проявить милость. Не бесхребетный гуманизм, не равнодушие под маской елейности, а милость, желающую и другому обрести путь святости.
Апостола Иоанна Богослова принято называть также боговидцем. Ему Господь дал возможность видеть наиболее яркие чудеса Христа, стоять у Его креста, видеть будущие судьбы мира. Апостол призывает и нас учиться видению Бога. Не теоретическому пониманию, каков Господь, а практическому видению Бога в лице Его Сына — Иисуса Христа. Как этим духовным искусством овладеть, учит нас апостол Иоанн Богослов.
На основании его примера мы убеждаемся в важности смирения — честного понимания ограниченности себя, собственных сил и радости от осознания чуда присутствия Господа рядом. Присутствия, восполняющего нашу ограниченность. Но только в том случае, если мы Богу служим — исполняем заповеди и являемся проводниками любви Творца в мире. Что, в свою очередь, приводит к тому, что обретенное нами видение Бога становится залогом не смерти, а вечной жизни во Христе воскресшем.
2 октября. «Ангельское извещение»
ПоделитьсяДревнее предание свидетельствует о том, что Ангел Господень известил престарелых Иоакима и Анну о рождении у них Младенца в час крайней скорби бездетных супругов, подвергшихся грубому и несправедливому осуждению со стороны ветхозаветного священства. «Иной суд человеческий и иной суд Божий», — говорили в старину. Для нас в этом повествовании важно, что праведники не были подавлены печалью и не впадали ни в ропот, ни в озлобленность, но с детской и искренней верой изливали Отцу Небесному боль своих сердец — вот драгоценный пример для боголюбцев!
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
На перроне в Италии. Анна Пясецкая
Поделиться
Однажды я поехала в отпуск в Италию, в Тоскану. Остановилась в симпатичном курортном городке Виареджо, на побережье Лигурийского моря. В один из дней решила, что поеду на экскурсию в соседний город Лукка. Приехала туда на раннем, утреннем поезде. Зачарованная, долго ходила по его красивым улочкам, церквям и музеям.
Вот так гуляла я по городу и не заметила, как наступил вечер, а за ним и ... ночь. Надо было срочно возвращаться домой, в отель. Когда прибежала на вокзал, там уже не было ни души. Без знания итальянского языка разобраться в расписании было сложно, да и кассы уже закрылись.
Тут я обнаружила, что и кассы бы мне не помогли. Купила дорогой альбом по искусству, сувениры. Цены на билет оказались выше, чем думала. Не рассчитала! В результате осталась одна на перроне без копейки в кармане. Казалось, придется заночевать на вокзале. Охватывало отчаяние.
Единственное, что пришло на ум — это своими словами, от сердца, обратиться с молитвой ко Господу, попросить Его прислать помощь.
Через некоторое время я заметила, как по перрону навстречу движется фигура человека. Когда он приблизился, я увидела, что это приятный молодой мужчина. Он улыбнулся, поприветствовал на ломаном английском и спросил, нужна ли какая-то помощь. Так, слово за слово, мы разговорились.
Оказалось, сам он недавно переехал из другого региона в Виареджо и живет рядом с тем местом, где находился мой отель. Его звали Рикардо. Чудо — мой новый знакомый не только подвел к нужному билетному автомату, но и купил мне «обратный» билет. Слава Богу! Мы успевали на последний ночной поезд, следующий в нашу сторону!
Страх и отчаяние мгновенно отошли на задний план, ведь Господь прислал доброго проводника, с которым за легкой беседой, в уютном теплом вагоне, быстро добрались до нашего городка. Мысленно я поблагодарила Господа за помощь!
И с тех пор я взяла за правило — когда накатывает одиночество или беспомощность, важно помнить, что Христос всегда рядом — и в горе, и в радости. Если на душе — пустота и, на первый взгляд, помощь маловероятна, надо молиться. Главное — искренне. Иногда этой молитвой может стать совсем простая фраза: «Господи, мне сейчас тяжело. Будь со мной». Уверена, помощь не заставит себя долго ждать.
Я чувствую, что в ту ночь, в небольшом южном итальянском городке, рядом со мной на перроне незримо оказался Спаситель. Это была моя незримая встреча с Ним. Вспомнились такие важные слова из Писания: «Не бойся, ибо Я с тобою».
Автор: Анна Пясецкая
Все выпуски программы Частное мнение
Мы и они. Алексей Шириков
Поделиться
Я по своему складу человек, любящий образы, иносказание, символы, многослойность текста, когда один и тот же евангельский эпизод можно рассматривать с разных сторон. А есть люди, устроенные иначе, — для них важна буквальная точность, однозначность формулировки, где каждое слово Священного Писания или Предания должно пониматься ровно так, как написано, без зазора для разных истолкований. Разница эта то и дело оборачивается настоящими спорами между нами.
И часто замечаю, как трудно мне в такие моменты не начать демонизировать другую сторону. Я же понимаю свою точку зрения, вижу внутреннюю логику, знаю аргументы, думаю, что она согласна с духом Евангелия. Со стороны же тех, с кем ведется спор, я начинаю замечать, что в каких-то важных для меня местах меня не понимают, не хотят слышать, обрывают на полуслове или отвечают заготовленной фразой вместо того, чтобы вникнуть. И вот тут срабатывает опасный переход: если меня не хотят слышать, значит, дело не в теме спора, а в самих людях. Значит, они «не такие» — упрямые, слепые, закрытые для истины. Этой же монетой нередко платит и другая сторона.
Для того, чтобы остановить этот порочный круг разделения на «мы» и «они» с последующей демонизацией оппонента, мне каждый раз приходится напоминать себе одну простую вещь: если я не согласен с другим человеком, если вижу как он, пусть иногда и агрессивно защищает свою позицию, это ещё не значит, что человек зол. Я ведь и сам, наверняка, не веду спор с абсолютной безошибочностью и бесстрастностью. Чаще всего у людей, что бы они ни делали и как бы ни думали, есть какие-то внутренние причины для своей позиции. Они могут сами не отдавать себе в них отчета, но они есть.
В этой внутренней обусловленности любых человеческих действий и есть, как мне кажется, причина одной из самых пронзительных молитв Евангелия — молитвы Христа на кресте: «Отче! Прости им, ибо не знают, что делают». Ведь если вглядеться в участников той сцены, почти никто из них не действовал со злым умыслом в собственных глазах. Солдаты несли свою службу — распятие людей было для них рутиной. Совет старейшин Израиля был убеждён, что спасает народ от смуты и большего кровопролития, — Каиафа прямо говорит об этом: лучше одному человеку умереть за народ, чем всему народу погибнуть. Пилат хотел сохранить карьеру и не желал лишних проблем с Римом из-за возможного народного восстания. Каждый из них, по-своему, делал то, что считал правильным или, по крайней мере, неизбежным.
В этом вся сложность и вся трагедия. Оказывается, можно даже убивать, будучи при этом искренне убеждённым, что приносишь таким образом службу Богу. Об этом, кстати, тоже предупреждал Христос: «Наступает время, когда всякий, убивающий вас, будет думать, что он тем служит Богу». И если уж такое возможно в вопросах жизни и смерти, то что говорить о куда более скромных спорах — о том, например, понимать евангельский образ буквально или искать в нём более широкий смысл? Тот же механизм работает и здесь, просто в меньшем масштабе: каждая сторона убеждена, что служит истине, а не самой себе.
Именно поэтому я считаю важным в любом общении удерживать себя от разделения на «мы» и «они». Я не знаю подлинных внутренних намерений другого человека, не знаю, что происходит в глубине его сердца, какой разговор он ведет с собственной совестью и с Богом. А значит, я не могу до конца отделиться от него, поставить на нём крест и закрыть вопрос раз и навсегда — как бы ни хотелось иногда именно этого.
Автор: Алексей Шириков
Все выпуски программы Частное мнение
