Поделиться
Рембрандт. Апостол Павел в темнице. 1627
1 Кор., 147 зач., X, 28 - XI, 7.
Комментирует священник Антоний Борисов.
Рождение чего-то нового и по-настоящему ценного даётся обычно с огромным трудом. Ровно то же можно сказать и про древнехристианскую традицию. Церковь на раннем этапе своего существования проходила через различные кризисы. О двух из них идёт речь в отрывке из 10-й и 11-й глав первого послания апостола Павла к коринфянам. Данный текст читается сегодня во время богослужения. Давайте его послушаем.
Глава 10.
28 Но если кто скажет вам: это идоложертвенное, то не ешьте ради того, кто объявил вам, и ради совести. Ибо Господня земля, и что наполняет ее.
29 Совесть же разумею не свою, а другого: ибо для чего моей свободе быть судимой чужою совестью?
30 Если я с благодарением принимаю пищу, то для чего порицать меня за то, за что я благодарю?
31 Итак, едите ли, пьете ли, или иное что делаете, все делайте в славу Божию.
32 Не подавайте соблазна ни Иудеям, ни Еллинам, ни церкви Божией,
33 так, как и я угождаю всем во всем, ища не своей пользы, но пользы многих, чтобы они спаслись.
Глава 11.
1 Будьте подражателями мне, как я Христу.
2 Хвалю вас, братия, что вы все мое помните и держите предания так, как я передал вам.
3 Хочу также, чтобы вы знали, что всякому мужу глава Христос, жене глава - муж, а Христу глава - Бог.
4 Всякий муж, молящийся или пророчествующий с покрытою головою, постыжает свою голову.
5 И всякая жена, молящаяся или пророчествующая с открытою головою, постыжает свою голову, ибо это то же, как если бы она была обритая.
6 Ибо если жена не хочет покрываться, то пусть и стрижется; а если жене стыдно быть остриженной или обритой, пусть покрывается.
7 Итак муж не должен покрывать голову, потому что он есть образ и слава Божия; а жена есть слава мужа.
В прозвучавшем отрывке речь идёт о двух вызовах или искушениях, которые встали перед древней Церковью и предельно ярко проявили себя в жизни христианской общины Коринфа. Первое затруднение состояло в том, насколько христианство должно быть зависимо от предыдущей ветхозаветной традиции, внутри которой Церковь, как земное сообщество, зародилась и которому, безусловно, преемствовала. И если вопрос религиозного обрезания решился более-менее легко, то пищевой аспект оказался более проблематичным. Древние евреи (как и современные представители данной нации) следовали правилам кашрута — делили пищу на чистую и нечистую. Христиане в лице, прежде всего, апостола Павла от подобной условности решили отказаться, но столкнулись с щепетильным затруднением. А как поступать с едой, посвященной идолам?
Коринфская община чуть было в пух и прах не разругалась на почве именно еды. Некоторые местные христиане сами не ели пищи, посвящённой идолам, и за другими пристально следили — чтобы и они ничего такого не вкушали. Но были коринфяне (прежде всего, неимущие), которые не видели ничего зазорного в том, чтобы набрать идоложертвенных продуктов (которые раздавались на улице бесплатно), и с удовольствием всё это дело съесть. Апостол Павел видел, что тема еды служит камнем преткновения для жизни Коринфской церкви, и постарался как можно подробнее данную проблему осветить и, соответственно, снять.
Павел рассуждает так. Вся еда от Бога, а идолы — перед лицом Господа ничто. Но это не означает, что христианин может без каких-либо ограничений есть идоложертвенное. Ограничение всё же есть — это совесть ближнего. Никого не нужно искушать или вводить в смущение. Потому не нужно никого соблазнять своими поступками. Но и в ханжу превращаться не стоит. Потому, если у кого-то есть претензии к тем, кто берёт бесплатную, посвящённую идолам еду, пусть сам начнет что-то дома готовить и также бесплатно раздавать беднякам. А если таковой блюститель нравственности на подобное служение не готов, то пусть молчит и никого не осуждает.
Второй вопрос, который мучал Коринфскую церковь — вопрос половой. Местные христианки, вдохновленные словами Павла о том, что во Христе все равны — евреи и эллины, господа и рабы, мужчины и женщины — начали фактически помыкать мужьями, предъявлять им самые разные претензии. Требования касались как места женщин на богослужебных собраниях, так и внешнего вида. Некоторые жительницы Коринфа отказывались покрывать голову во время молитвы, демонстрируя своё равенство с мужчинами. Павел призывает читателей своего послания отказаться от пустых внешних жестов, а задуматься над тем, почему Господь сотворил нас разными — одних женщинами, а других мужчинами? И какое предназначение каждый из нас имеет? Если говорить о христианском отношении к теме полов, то стоит сразу отметить — обвинения в адрес Церкви, что она пропагандирует угнетение женщин, беспочвенны.
Апостол Павел указывает, что благодаря Христу упраздняется одно из следствий греха прародителей — насильственное подчинение женщины мужчине. Первичная гармония, существовавшая между Адамом и Евой, возвращается, но не упраздняется при этом разность полов. Которая ни в коем случае на подразумевает какой-то ущербности. Господь призывает нас к взаимному доверию и взаимной поддержке, чтобы внутри Церкви каждый из полов находился в гармонии и исполнял своё предназначение в соответствии с замыслом Божиим. Таким образом, Церковь благословляет равное человеческое достоинство мужчины и женщины, но выступает против революционного стремления установить искусственное равноправие, лишающее мужчину инициативности и решительности, а женщину — нежности и заботливости.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Три желания
Поделиться
Фото: PxHere
Дело было холодным зимним вечером. Сидели старик со старухой в своем ветхом домишке и жаловались на судьбу.
— Эх, были бы у меня деньги! — вздохнул старик. — Открыл бы я лавку, стал бы торговать, и богачом бы сделался.
— Нет, — возразила старуха. — Не хочу я никакой лавки! Я бы лучше тогда купила дворец с фонтанами... Вот если бы явилась к нам добрая фея!
И только она это сказала, как на пороге появилась прекрасная женщина и произнесла нежным голосом:
— Я тут.
Старик и старуха от удивления даже открыли рты.
— Загадайте три желания, и всё для вас будет исполнено в тот же миг, — сказала добрая фея, улыбнулась и также внезапно исчезла.
Старик со старухой долго не могли прийти в себя от изумления. Первой опомнилась старуха.
— Ах, есть у меня желание! — сказала она. — Хочу снова стать молодой и красивой, как цветущая роза.
Бац! И старушка превратилась в молодую девушку.
— Что ты наделала? Целое желание испортила. Розы быстро вянут, — проворчал старик. — Не успеешь оглянуться, как ты снова состаришься, лучше бы пожелала долгой жизни. К тому же в молодости легко заболеть и умереть. Вечно ты торопишься и лезешь впереди меня! Молчи. Уж я-то хорошенько подумаю прежде, чем что-то просить у феи.
Старик покосился на порог, где только что стояла добрая фея, подошёл к очагу и стал задумчиво мешать дрова. Ярко запылал огонь в пустом очаге.
— Эх, цыпленочка бы сюда зажаренного! — еле слышно прошептал он, обдумывая какое-нибудь заветное желание.
И не успел он закрыть рот, как — бац! Прямо перед ним очутился ощипанный и целиком зажаренный цыпленок.
— Дурень старый! — закричала жена. — Что ты наделал? Похоже, в твоей голове вместо разума трухлявая солома! Ведь ты сейчас мог бы попросить у феи хоть тысячу жареных цыплят и целые амбары муки, которой нам бы на много лет хватило.
— Да как-то у меня само вырвалось, — стал оправдываться старик. — Когда же ты наконец перестанешь, жена, меня ругать? Хоть ты и сделалась на лицо молодой, а характер у тебя остался такой же сварливый, и крику в доме стало ещё больше...
— Молчи! Я сама буду загадывать третье желание, чтобы уж точно не прогадать. Такая молодая и красивая, как я, не может жить в бедности, да ещё с таким старым, глупым мужем, вот если бы у нас всё было, как раньше...
Только она так сказала, как — бац! — снова превратилась в старуху.
Переглянулись они и поняли: все три их желания были исполнены. Так и остались старик со старухой жить в своем ветхом домишке, даже жареный цыплёнок исчез из очага.
Да оно и понятно: если в семье нет мира и лада, то никакая добрая фея в дом счастья не принесёт.
(по мотивам афганской сказки)
Все выпуски программы Пересказки
Топор-золотое лезвие
Поделиться
Фото: PxHere
Жили на свете старик со старухой, и была у них умница-дочь. Не богато они жили, но и не хуже других. Больше всего в своём хозяйстве старик дорожил топором, который он от родителей в наследство получил. Хоть и не из золота был топор, а самый что ни на есть обыкновенный, но называли его в семье за остроту: «Топор —золотое лезвие».
Пошёл как-то старик в дальний лес дрова рубить, да и уронил свой топор Золотое лезвие в нору к Змею. Тот Змей всю округу в страхе держал, никто к его норе и близко не подходил, да куда же теперь деваться?
Наклонился старик к норе и стал кричать:
—Эй, змей, отдай мне топор Золотое лезвие!
— Кого это там ко мне принесло? Погоди, сейчас с лежанки встану, — сонно ответил змей.
— Эй, змей, отдай мне топор Золотое лезвие! — ещё громче крикнул старик.
— Погоди, носки надену, — отозвался змей.
— Эй, змей, верни мне топор Золотое лезвие, а то хуже будет, — пригрозил старик.
— Погоди, огонь разожгу. Мне тут в темноте не видно ничего, где тут твой топор, — проворчал Змей.
Рассердился старик, да закричит во весь голос:
— Эй, змей, живо отдавай мне топор Золотое лезвие! А не то я твою нору камнями закидаю!
Притих змей, помолчал немного и спрашивает:
— Ладно... А что ты мне дашь за свой топор?
— Хорошую кошку мышей ловить.
— Не нужна мне кошка!
— Тогда собаку —твою нору будет сторожить.
— Не нужна мне собака!
— Тогда курицу, чтоб яйца несла.
— Не нужна мне курица!
— Тогда свинью с поросятами!
— Не нужна мне свинья с поросятами!
—Что же тебе надо?
— Пусть твоя дочка ко мне придёт, — говорит змей. — Она-то у тебя гораздо понятливее.
Воротился старик домой, сел на пороге, пригорюнился. Подошла к нему дочь, спрашивает:
— Что с тобой, батюшка? Ты всегда, как придёшь, к тёплому очагу садишься, а сегодня на пороге сел, в дом не идёшь? Что с тобой приключилось?
— Уронил я топор Золотое лезвие в нору к змею. Как ни просил —не отдаёт он наш топор, тебя, дочка, к себе требует...
— А хорошо ли ты его просил? — спрашивает дочь.
—Куда же лучше? — говорит старик. — Что только в обмен этому извергу не предлагал, и грозил нору камнями закидать, а он — ни в какую!
— Веди меня, батюшка, к норе змея, я тоже его попрошу, — сказала девушка.
Пришли они в дальний лес, дочь старика нагнулась к норе и стала говорить:
— Дорогой змеюшка, отдай нам пожалуйста топор Золотое лезвие. Тебе он не нужен, а мы без него зимой пропадём.
— Давно бы так, — отозвался Змей. — Я и хотел-то всего-ничего: одно ласковое слово в обмен. А то только и слышно: «Эй, змей!», сплошные окрики и угрозы, никакого вежливого обращения....
Отдал змей топор Золотое лезвие. Всю дорогу старик думал о том, что всё-таки доброе слово дорогого стоит. Пожалуй, оно даже ещё дороже, чем его топор.
(по мотивам китайской сказки)
Все выпуски программы Пересказки
Пастух и царская дочь
Поделиться
Фото: PxHere
Жил-был на свете бедный юноша-сирота. Звали его Гарник, что значит «ягнёнок». Был он от рождения тихим, кротким и с малых лет служил пастухом. Не было у него ни коня, ни меча, ни даже хлыста — так и вырос с пастушьей дудочкой в руках.
С вечера Гарник угонял овец далеко от деревни, доверял их собакам, а сам ложился спать у горы под деревом. Сумку с завтраком он клал на большой камень. Но однажды показалось юноше, что кто-то ночью брал у него еду. Решил Гарник подкараулить того, кто без приглашения делит с ним его хлеб. Положил он сумку на камень, лёг и притворился спящим.
В полночь послышался шорох. Гарник поглядел сквозь ресницы, и видит: достаёт еду из его сумки девушка неземной красоты. Отломила хлеба, запила глотком воды и собралась уходить. Гора перед ней раскрылась как ворота, и красавица уже готова была скрыться, как пастух вскочил и ухватил её за край одежды.
— Кто ты? И почему живёшь в пещере? — спросил он.
И красавица поведала юноше, что она дочь царя, чьи владения находятся за семью высокими горами. Однажды через семь гор перелетел злой волшебник, похитил её, и несколько лет держал в темнице, любуясь красотой царевны. А перед смертью старик спрятал девушку в пещеру, сказал: «Пусть никто никогда не станет её женихом».
— Моя пещера открывается только на один час в сутки — ровно в полночь. Если же ночью я не вернусь, то сразу умру, — сказала девушка. — Отпусти меня, я всё равно ничего не принесу тебе, кроме горя. Вот и всё. Теперь прощай. Я должна вернуться в свою каменную могилу.
И не успел Гарник опомниться, как ворота в горе закрылись, и красавица исчезла.
Сердце юноши вскипело от жалости к несчастной пленнице. До утра лежал Гарник под деревом, не смокнув глаз, и думал только об одном: как бы помочь царевне? Тихо было вокруг, и только на рассвете стало слышно, как две птички защебетали в ветвях. Прислушался Гарник и вдруг начал понимать их язык.
— Злой старик говорил тогда каменной скале:Камень, камень, приюти дочь царя. Пусть сидит в пещере, пока не придёт за ней добрый юноша с миртовой веткой, — говорила одна. — А когда коснётся он тебя трижды этой веткой, отпусти пленницу...
— Хитро придумал старик, — прощебетала вторая птичка. — Не богатырской силы он больше всего боялся, а силы доброты. Смирением даже горы можно сокрушить. А этот добрый юноша, который кормит нас хлебными крошками, даже не догадывается, что как раз лежит под чудесным миртовым деревом...
Услыхал это Гарник, сорвал с дерева миртовую ветку, три раза дотронулся ей до горы. Расступились камни и освободили из плена царевну.
Ох, и весёлой была свадьба в царстве за семью горами! Догадываетесь, как звали в нём самого миролюбивого и добросердечного царя за всю историю? Тогда я вам подскажу: Гарник Первый.
(по мотивам армянской сказки)
Все выпуски программы Свидание с шедевром
