Поделиться
Сегодня, 1 октября, весь музыкальный мир отмечает Международный день музыки. Этот праздник актуален не только для профессиональных музыкантов. У всех нас есть любимая мелодия или песня, способная вызвать улыбку, слёзы, воспоминания или, наоборот, размышления о будущем. Ведь музыка – это совершенно особое явление. Она может влиять на эмоции, настроение, на чувства. И, если с вокальным жанром причины такого влияния более-менее ясны (песенный текст хоть немного, но открывает умысел композитора), то язык инструментального жанра всегда был для меня каким-то загадочным. Даже волшебным. Ведь понять рассудком, как композитор передаёт художественные образы без слов, с помощью одних только звуков, невозможно. Здесь музыка просто чувствуется – сквозь внутренний слух, духовное зрение. А в результате этой чудесной трансляции и происходит в нас то прекрасное превращение звука музыки в яркий художественный образ.
Возьмём, к примеру, «Детский альбом» Чайковского. В качестве вектора композитор даёт своим слушателям лишь название. А дальше? Дальше полетели хрупкие жаворонки. Запел шарманщик, взяла свою метлу крючконосая Баба-Яга (ну вот как, одной только музыкой, композитор смог нарисовать для нас архетип Бабы-Яги?), а ведь по насмешливым звукам пьесы и ребёнку понятно, что это она… Знаменитые колокольчики феи Драже из «Щелкунчика» тоже способны показать лёгкость сахарной принцессы, и без театральной постановки.
Сильнейший художественный образ заключён в произведениях о военном времени. Вспомните знаменитые симфонии Прокофьева, Хачатуряна. А Шостакович? Против его «Ленинградки», седьмой симфонии, меркнут тысячи фильмов о войне. Такая сила в этом произведении, что мы нервами чувствуем – и наступление врага в «Теме нашествия», и блокаду… И голод, и смерть… Окунаемся в «Воспоминания», а потом, в последней части, реально видим безапелляционное торжество живых. «Победу». И это всё без красноречивых слов: с эпитетами, гротеском, другими языковыми приёмами. Потому что музыка – это язык души, часть того духовного знания, которое доступно всем людям без исключений.
Полёт семи нот, под управлением талантливых пилотов-музыкантов, даже в самого земного реалиста может вселить признание волшебства, чуда и бесконечности веры. Сегодня, в Международный день музыки, мне кажется, сто́ит об этом подумать.
Дефис и тире. Как их не перепутать и почему это важно
Поделиться
Всего две чёрточки, а какая между ними разница! Это не загадка. Просто сегодня мы поговорим о двух графических знаках в русской письменности — дефисе и тире.
Они, оказывается, похожи не только внешне, но и по происхождению. Оба слова заимствованы из других языков, в отличие от русских названий остальных знаков — точки, запятой, кавычек и прочих.
Наименование дефиса, короткой чёрточки, пришло из немецкого, а происходит оно от латинского divisio — что значит «разделение». Слово тире восходит к французскому глаголу «тянуть» и обозначается длинной чертой.
Оба знака стали применяться во второй половине XIX века — из-за усложнения графической системы языка и развития типографского искусства.
А впервые знак тире под названием «молчанка» описан в 1797 году в «Российской грамматике» профессора Антона Алексеевича Барсова. Одним из популяризаторов тире был писатель Николай Карамзин, живший в конце XVIII — начале XIX века.
Чем же отличается употребление этих графических знаков? Дефис ставится только внутри слов и, можно сказать, является их частью. Например, он присоединяет особую приставку кое-: «кое-кто». Или суффиксы -то, -либо, -нибудь: «где-нибудь», «кто-либо». Дефис нужен, чтобы создавать сложные слова, такие как «тёмно-красный», «юго-запад», «плащ-палатка». Недаром в XVIII − XIX веках дефис назывался «знаком единительства» — он объединяет части слов, при этом разделяя их на составные части.
А тире нужно, чтобы разграничивать части предложения, это настоящий знак препинания. С помощью него, например, мы отделяем подлежащее от сказуемого, если оба являются одной частью речи: «Солнце — (тире) это звезда». Или тире может обозначить, что перед нами сложное предложение, например: «Придут гости — (тире) сядем за стол». Также этот знак препинания используют при оформлении прямой речи.
Тире играет свою роль внутри предложения, а дефис — внутри слова. Но это ещё не всë. Среди специалистов издательской сферы — типографов, дизайнеров, редакторов — известны два типа тире: короткое и длинное. Более длинный знак используют как пунктуационный знак тире, а более короткий — как «технический знак», например, при обозначении интервала, выраженного цифрами: взять три − пять яблок.
И в деловой переписке, и в обычном интернет-общении стоит обратить внимание на правильное использование дефиса и тире. Ведь графическое оформление письменной речи — это важная часть родного языка.
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
Почему мы оправдываемся и стоит ли это делать
Поделиться
Оправдания — дело привычное. Почти каждый сталкивался с необходимостью объяснить свои действия: «не успел», «не заметил», «всё пошло не так». Почему же мы пытаемся сгладить наши недочёты оправданием?
Дело скорее всего в том, что мы защищаем своё самолюбие, маскируем ошибки или хотим избежать конфликтов. Сказать «это не моя вина» проще, чем признать: «Да, я поступил неправильно». Оправдания — это защитный рефлекс.
С другой стороны, если что-то пошло не так, то нам хочется объяснить, почему. Бывают ситуации, которые не позволили выполнить обещанное. Иногда оправдания необходимы: если обстоятельства действительно помешали, объяснение поможет избежать несправедливости, обиды, недоверия.
Но если приходится часто оправдываться или просто объясняться, это повод задуматься. Возможно, причина в отсутствии дисциплины или в излишней беспечности.
Зачастую мы оправдываемся, когда чувствуем вину. Или подозреваем, что нам не верят. Да, в самом слове «оправдание» кроется корень «прав». То есть мы хотим остаться правыми, несмотря на совершённую ошибку. Верен ли такой подход? Это каждый решает сам.
Как писал в дневниках Михаил Пришвин: «Если судить самого себя, то всегда будешь судить с пристрастием или больше в сторону вины, или в сторону оправдания. И вот это неизбежное колебание в ту или иную сторону называется совестью».
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
6 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Isaac Quesada/Unsplash
Для младенца, находящегося под сердцем матери, для формирования его личности важно всё, чем родительница живёт и что делает: её образ мысли и жизни; устроение духа и настроение души, питание, среда обитания и прочее. Вот почему нам, словесным младенцам, совершенно необходимо теснейшее общение с Матерью Церковью: посещение богослужений, взирание на святые иконы, слушание церковных песнопений, и особенно — участие в таинствах. Останься христианин вне Церкви — и его духовное развитие затормаживается, либо пресекается вовсе.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
