Поделиться
Проект «Краски России» реализуется при поддержке Президентского фонда культурных инициатив.
— Андрей Борисович! Вот так встреча!
— Леонид Сергеевич, здравствуйте! Вот уж правда — в Москве подолгу не видимся, а в Рязани сразу встретились!
— И, конечно, в художественном музее. Ну, где же ещё?!
— Здесь прекрасное собрание живописи! Я в Рязань по делам приехал, осталось свободное время — и просто не мог сюда не зайти...
— А я только что из монастыря Казанской иконы Божьей Матери. Давно уж собирался там побывать! После Литургии попал на экскурсию. Рассказывали про игумению Евгению, которая построила главный монастырский храм и вообще очень многое сделала для обители. Экскурсовод сказал, что здесь, в музее, хранится её единственный прижизненный портрет. Очень захотелось увидеть его своими глазами.
— Да, действительно! Портрет игумении Евгении написал рязанский художник Николай Иванов в 1861-м году. Полотно как раз в этом зале, в углу. Давайте к нему подойдём.
— Так вот какая она была, игумения Евгения! Необыкновенный, умиротворённый взгляд! Лицо проницательное, просветлённое. И, кажется, совсем ещё молодое...
— Так и есть. На портрете матушке чуть за тридцать. А когда она ушла в монастырь, ей и вовсе было не больше 25 лет. В миру игумению звали Евдокией, она происходила из древнего дворянского рода Таптыковых. Её семья была очень богата. Но знатному имени и роскошной жизни Евдокия предпочла монашеский подвиг.
— Экскурсовод рассказывал, что ещё до принятия игуменского сана, будучи простой монахиней, матушка Евгения благотворила Казанскому монастырю. Организовала богадельню для престарелых насельниц, монастырскую больницу с аптекой, училище для девочек-сирот.
— А когда в 1863-м Евгения стала настоятельницей обители, она начала строительство нового Казанского храма вместо старого, обветшавшего.
— Удивительно, сколько сделала для монастыря эта маленькая, хрупкая монахиня! Хотя, пожалуй, хрупкость эта только внешняя... Чувствуется внутренняя мощь, сила духа. Художник неуловимо сумел её передать.
— И, обратите внимание, Леонид Сергеевич, какими потрясающими красками! Несмотря на то, что портрет выполнен практически в монохроме, в тёмных оттенках, под кистью художника переливаются шёлковые чёрные монашеские одежды, мягко поблёскивают жемчужные чётки и золотой игуменский крест. А лицо игумении словно излучает внутреннее сияние.
— Да, видна рука большого мастера! Но, насколько я знаю, Николай Степанович Иванов известным художником не был?
— Иванов никогда и не гнался за славой. Он почти всю жизнь провёл в Рязани, служил в гимназии учителем рисования, а писал в свободное от работы время. Но при этом создавал настоящие шедевры. Такие, как вот этот портрет игумении Евгении, настоятельницы рязанского монастыря Казанской иконы Божьей Матери.
— Андрей Борисович, простите великодушно, но я тут заметил небольшую несостыковку... Вы говорили, что портрет написан в 1861-м. Но ведь, по вашим же словам, игуменией Евгения стала только в 1863-м!
— Вы очень внимательны, Леонид Сергеевич! Однако ошибки здесь нет. Взгляните ещё раз на холст. Видите — подпись художника: «Н. С. Ивановъ 1861».
— Вижу! Но всё равно не понимаю, как это возможно...
— Сейчас объясню! Дело в том, что у портрета есть свой секрет. Иванов написал картину ещё до того, как матушка Евгения стала настоятельницей монастыря. А в 1863-м, когда архиепископ Рязанский и Зарайский Смарагд возвёл Евгению в сан игуменьи, живописец дополнил полотно — вложил в руку матушки игуменский посох и выписал на монашеском одеянии наперсный крест.
— То есть тогда, наверное, правильнее было бы датировать этот портрет 1861-1863-м годами?
— Пожалуй, да, так будет точнее. Но главное, что сегодня мы можем видеть этот шедевр провинциального мастера. А ведь долгое время он лежал в музейных запасниках и не выставлялся!
— Знаете, Андрей Борисович, такое чувство, будто я только что с игуменией Евгенией лично познакомился!
— А ведь, в сущности, так оно и есть! Мне тоже было очень приятно ещё раз взглянуть на это полотно художника Николая Иванова. Тем более, в вашей компании, Леонид Сергеевич. Кстати, может быть, в Москву вместе вернёмся? Я на машине.
— Благодарю вас, Андрей Борисович, с радостью!
— И в дороге обязательно продолжим наш разговор об искусстве!
Картину художника Николая Иванова «Портрет Евгении, игумении женского Казанского монастыря» можно увидеть в Рязанском художественном музее имени Ивана Пожалостина.
Все выпуски программы Краски России:
31 мая. «Весенняя ночь»
Поделиться
Фото: Da-shika/Unsplash
Отчего не спится майской весенней ночью, когда бодрствуют соловьи, оглашая пространство неподражаемыми трелями, а воздух напоён ароматами цветущих плодовых деревьев и садовых кустарников? Не спится потому, что душа чувствует пробудившиеся после долгого зимнего сна силы природы и сама тянется всеми фибрами своими к Источнику бытия — Богу крепкому и живому. И бывает тогда ночь светлее самого дня, потому что осеняющая душу благодать выводит её за границы времени и пространства в область незримого человеческим глазом света любви Божией.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Дома
Поделиться
Фото: Anastasia Shuraeva / Pexels
Под утро в мой сон ворвался сладкий медовый запах. Я так явно ощутила его, что сразу проснулась. И поняла: мне это не приснилось! Комната действительно была наполнена чудесным, летним и таким знакомым ароматом. Делаю глубокий вдох: кажется, пахнет из кухни. В недоумении шлёпаю босиком по нагретому утренним солнцем паркету. Открываю дверь, и сердце подпрыгивает от радости: мама приехала! Вот так сюрприз! Стоит, как ни в чём не бывало, у плиты, помешивает что-то в большой кастрюле... Варенье! Надо же, целое ведро абрикосов привезла! «Это с нашего большого дерева, сама собирала», — говорит вместо приветствия. Со всех ног бросаюсь её обнимать. С тех пор, как я перебралась из тихого южного посёлка в большой шумный город, мы так редко видимся! Мама ставит на стол блюдце со свежим, ещё горячим вареньем, наливает чай. Мы садимся, смотрим друг на друга, улыбаемся. И я вдруг всем сердцем чувствую, что наконец дома.
Текст Анна Покровская читает Алёна Сергеева
Все выпуски программы Утро в прозе
31 мая. О морали и нравственности
Поделиться
Об отличии морали от нравственности — клирик московского храма Сорока мучеников Севастийских в Спасской слободе протоиерей Максим Первозванский.
Серьёзность наших намерений, серьёзность наших чувств, серьёзность нашего состояния определяется не во времена благоденствия, а определяется, когда нам предстоит сделать выбор. Выбор — это всегда отрицание и отречение одного ради другого. Хорошо, когда можно совмещать: «Хорошо, когда можно и невинность соблюсти, и капитал приобрести». А вот когда тебе приходится выбирать одно из двух — или невинность, или капитал, — вот здесь и проверяется, насколько твои представления, если уж следовать прямо этой поговорке о целомудрии, насколько они тверды.
Сколько у нас людей, которые говорят: «Мы против взяток», но легко готовы давать взятки сотрудникам постовой службы в случае нарушения ими правил или какому-нибудь чиновнику для продвижения своих собственных интересов. Сколько у нас мужей и жён, которые за крепкую семью и против измен, но, если приходит какая-то ситуация, легко готовы изменять своим мужьям или жёнам.
Этим отличается мораль от нравственности. Мораль — это то, что я провозглашаю, а нравственность — это то, чем я живу. И как раз если мораль можно просто озвучить, то нашу нравственность можно понять только в периоды испытаний.
Все выпуски программы Актуальная тема:
