Поделиться
Ах, этот неудобный разговор. Сколько раз в жизни мы сталкиваемся с ожиданием неминуемого события, которое ждёшь с потеющими от тревоги руками. И как мучительно это ожидание и как мы всё равно сами, насколько можем, оттягиваем начало этого очень неудобного момента.
В моей детской комнате на подоконнике рос огромный, до потолка, кактус. Он был с длинными колючками, которые мы с сестрой любили отламывать и вставлять в пластилин. И вот однажды при очередной попытке оторвать пару колючек этот кактус свалился прямо на меня. Сам сломался, горшок разбился, а земля щедро рассыпалась по полу. Я пыталась собрать всё руками, прятала осколки под стол, но только ещё больше развезла чёрную влажную землю по гладкому паркету.
Целый день я не говорила о случившемся маме. Бежала к ней в кухню по первому зову, выполняла её поручения! Лишь бы только она не вошла в комнату и не увидела сломанный кактус. Но, если с мамой мне удава́лось оттянуть момент неудобного разговора, то ожидание отца с работы наводило на меня ужас! Я настолько не хотела говорить ему о случившемся, что не придумала ничего более подходящего, чем подпереть стульями дверь.
Надо ли говорить, какую взбучку я получила после сорока минут затворничества в комнате? Когда отец за дверью кричал: «Что случилось?!». А я сидела на столе в совершенной растерянности, безысходности и всё оттягивала и оттягивала минуту, когда мне придётся сказать, что огромный кактус с длинными колючками, больше никогда не вернётся на своё прежнее место. В этот момент меня совершенно не волновало, о чём думали родители.
Сейчас мне понятны их мысли со всеми деталями: я сама мама и сталкиваться с подобными ситуациями в качестве «объекта страха» иногда приходится. Дети – мастера оттягивать неудобные моменты. Прячут фантики от конфет, недогрызенные яблоки, дневники с двойками. Молчат до последнего о родительских собраниях, когда знают, что на них нажалуются. О разбитых нечаянно тарелках и ещё о многих мелочах, которые им на момент детства кажутся ужасными проблемами. Сейчас я очень хорошо понимаю, почему мой неудобный разговор о судьбе многолетнего кактуса состоялся с ремнём в руках и всхлипами «я больше так не буду». Потому что он произошёл на пике максимального напряжения. И его разряд получил такую силу, что в родителях взорвался тугоначинённый замес из негативных эмоций, усмирить который под силу только духовно-опытным, психологически сильным людям.
Скажи я тогда о случившемся сразу, маме, никакого пожара из эмоций не возникло бы. Мы бы просто вязли с ней веник, убрали землю и сгребли на совок черепки разбитого горшка. Отец не то, что не спросил бы ничего. Он даже и не заметил бы.
Взрослым очень хорошо видно, когда дети что-то скрывают. Когда не хотят о чём-то говорить, от стыда или просто от нежелания. Но мы-то всё видим. И нам даже иногда кажутся смешными их ужимки и переживания. Всё потому что сами через это прошли и выучили бабушкину поговорку «честное признание облегчает наказание». Как актуальную на все времена.
Но люди на земле живут в постоянном взаимодействии друг с другом и поговорка хоть и на слуху, но реализуется не всегда. И ожидания неудобных разговоров бывает настолько мучительными, что нередко мы задаёмся вопросом: «А не оттягиваем ли мы э́тим встречи с собой?». Ведь именно в моменты каких-то решений, признаний, принятия правды человек на время сбрасывает с себя внешнюю оболочку из манер, правил и созидает себя в настоящем образе. Без масок.
Если православный человек отбросит эмоции и посмотрит на неудобный разговор философски, то увидит в нём нечто ценное для себя. Он увидит, как оголяются подводные камни из оправданий, жалоб, ухода от ответственности.
Гордости. И других грехов, которые мы в повседневности за собой замечаем. И тут собрать бы в горсть эти оголённые грехи, пока они опять не скрылись в водовороте событий, да снести все до одного к аналою под епитрахиль. И делай так каждый, совесть бы наша чище стала и неудобных разговоров бы поубавилось. Только к исповеди… подготовиться надо. Попоститься три дня. Вымыть нос, уши. Юбку купить, чтобы пяток не видать было. Ну и тогда уже… А с кондачка на исповедь – неудобно как-то.
Псалом 137. Богослужебные чтения
Поделиться
«С понедельника начну новую жизнь»! Кто хоть раз в жизни не произносил эти слова и не выполнял данного себе обещания? И так не только по отношению к себе. Обещаем что-то близким — и забываем. Да и люди платят нередко той же монетой: обещают — и не делают. И в результате мы оказываемся в мире, где слово не имеет цены, оно не имеет веса. Вера слабеет, сердце черствеет, на душе становится нехорошо. Как же в этой ситуации не превратиться в циника и не разочароваться ни в себе, ни в окружающих? Ответ на этот вопрос находим в псалме 137-м, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.
Псалом 137.
Давида.
1 Славлю Тебя всем сердцем моим, пред богами пою Тебе, что Ты услышал все слова уст моих.
2 Поклоняюсь пред святым храмом Твоим и славлю имя Твоё за милость Твою и за истину Твою, ибо Ты возвеличил слово Твоё превыше всякого имени Твоего.
3 В день, когда я воззвал, Ты услышал меня, вселил в душу мою бодрость.
4 Прославят Тебя, Господи, все цари земные, когда услышат слова уст Твоих
5 И воспоют пути Господни, ибо велика слава Господня.
6 Высок Господь: и смиренного видит, и гордого узнает издали.
7 Если я пойду посреди напастей, Ты оживишь меня, прострёшь на ярость врагов моих руку Твою, и спасёт меня десница Твоя.
8 Господь совершит за меня! Милость Твоя, Господи, вовек: дело рук Твоих не оставляй.
«Ты возвеличил слово Твоё превыше всякого имени Твоего», — говорит автор прозвучавшего псалма. Заявление очень сильное. Ведь в древнем мире имя Бога было самой великой святыней. Считалось, что имя являло славу Божества. А псалмопевец сегодня утверждает, что Бог поставил выше Своего имени Своё Слово. Почему? Потому что Бог не может солгать. Он не может пообещать и забыть. Он не может сказать одно, а сделать другое. У Него слово не расходится с делом. И этот принцип для Бога важнее, чем Его слава. То есть важнее, чем то, как люди Его воспринимают. Эта логика псалма прекрасно раскрывается в христианстве. Сын Божий, как Его называет христианское богословие, Бог-Слово становится человеком, идёт на крест и умирает ради людей. Так Творец на деле даёт понять, что Его слова о любви к миру — это не пустой звук. Это реальное действие.
Итак, прозвучавший псалом призывает доверять Тому, Кто не обманет. Псалмопевец предлагает искать точку опоры не в себе и не в окружающих людях, но в Том, Кто держит Своё Слово абсолютно, пренебрегая даже Своей репутацией Вселенского владыки ради смерти на кресте. Связь с Ним даёт душе твёрдость и ясность. Очевидно, что сам автор псалма приобрёл этот опыт, а потому и говорит: «В день, когда я воззвал, Ты услышал меня, вселил в душу мою бодрость». Более того, псалмопевец произносит важные слова: «Господь совершит за меня». То есть ни у меня самого, ни у людей нет сил, чтобы довести дело до конца, как следует. Не потому, что мы никчёмные. А потому что мы не видим этой жизни во всём её многообразии, как видит её Господь. Но если я доверюсь Богу, Он Сам будет действовать через меня. Он даст твёрдость и основательность моим словам, которые не будут расходиться с делом.
В связи с этим вспоминается подвиг патриарха Московского и всея Руси Алексия I (Симанского). Во время Великой Отечественной войны он был митрополитом Ленинграда. Когда началась блокада, у него была возможность покинуть город. Однако он обещал своей пастве, что не уйдёт, что будет служить, пока может. Люди умирали от голода, а он служил. Никуда не эвакуировался, не спрятался. Он просто держал слово. И тысячи людей, глядя на него, верили, что есть на свете что-то незыблемое. Что Бог рядом и не оставит. Слово архиерея, скреплённое реальным делом, становилось для окружающих знаком реального присутствия Творца в их жизни.
Что всё это означает для нас? Безусловно, это призыв стремиться быть людьми слова. Однако при этом помнить: абсолютной твёрдости и верности не стоит требовать ни от себя, ни от людей. Мы не боги. Мы не всесильны. Сами по себе мы довольно немощны и слабы. А потому, когда в очередной раз мы не смогли начать новую жизнь с понедельника, или когда наши близкие опять нас подвели, не сдержали обещания, вместо самоедства и критики окружающих лучше задать себе вопрос: а откуда во мне это разочарование? Не потому ли что я всё ещё продолжаю полагаться исключительно на себя или на людей? Не потому ли, что я всё ещё не нашёл точку опоры в Боге? Но всё меняется, когда я на опыте познаю, что такое Божия верность и твёрдость. Только тогда однажды утром, в очередной понедельник, я вдруг замечаю, что чужая неверность меня перестаёт волновать и беспокоить, что мне не хочется ругать людей за их слабости и несовершенства. Да и сам я не обещал сегодня ничего лишнего, но то малое, что сказал, — сделал. И на душе от этого тихо и светло.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Первое и второе послания апостола Петра». Священник Антоний Лакирев
Поделиться
У нас в студии был клирик храма Тихвинской иконы Божьей Матери в Троицке священник Антоний Лакирев.
Разговор шел о смыслах первого и второго посланий апостола Петра, в частности, о том, почему на зло надо отвечать добром и пресекать зло на себе, почему апостол Петр называет женщину «немощнейшим сосудом» и как связаны отношение к женщине и взаимоотношения с Богом, а также что означают слова о том, что для Бога тясяча лет как один день и наоборот.
Этой беседой мы продолжаем цикл программ, посвященных апостольским посланиям.
Первая беседа с протоиереем Александром Прокопчуком была посвящена соборному посланию апостола Иакова (эфир 23.03.2026).
Ведущая: Алла Митрофанова
Все выпуски программы Светлый вечер
«Старец Паисий Святогорец». Игумен Киприан (Ященко)
Поделиться
Гость программы «Светлый вечер» — клирик Покровского храма Московской духовной академии, главный редактор журнала «Покров» игумен Киприан (Ященко).
Разговор посвящён преподобному Паисию Святогорцу и выходу в России греческого художественного сериала «Святой Паисий. Из Фарасы на небеса», который можно полностью посмотреть на сайте паисий.рф. Ведущие и гость говорят о том, почему старец Паисий остаётся близким современному человеку и чем объясняется любовь к нему далеко за пределами Греции.
Отец Киприан рассказывает о духовном облике преподобного Паисия, о его даре утешения, прозорливости и помощи людям, а также делится историями, связанными с почитанием старца на Афоне и в Греции. Отдельное место в беседе занимает тема многолетней работы самого игумена Киприана: он вспоминает, как начал собирать материалы о старце, как снимались документальные фильмы о его жизни и как возник замысел экспедиций по местам, связанным с преподобным Паисием.
Во второй части программы речь идёт о том, как эти экспедиции влияли на молодых участников, почему знакомство с жизнью святого становилось для них личным духовным опытом и к каким переменам это приводило.
Ведущая: Кира Лаврентьева
Все выпуски программы Светлый вечер
