Москва - 100,9 FM

«Мощи свт. Луки в Донском монастыре». Светлый вечер с епископом Бронницким Парамоном (11.05.2018)

* Поделиться

Парамон, епископ БронницкийУ нас в гостях был наместник московского Донского монастыря, епископ Бронницкий Парамон.

Мы говорили о принесении частицы мощей святителя Луки (Войно-Ясенецкого) в Донской монастырь, о смысле подобных принесений различных святынь и поклонения им, а также об истории и современной жизни Донского монастыря.


А. Митрофанова

— «Светлый вечер» на радио «Вера». Здравствуйте, дорогие слушатели! Я — Алла Митрофанова и представляю нашего сегодняшнего гостя: епископ Бронницкий Парамон, наместник Донского ставропигиального мужского монастыря. Добрый вечер!

Епископ Парамон Бронницкий

— Добрый вечер, дорогие радиослушатели!

А. Митрофанова

— У нас сегодня особый повод для встречи. Дело в том, что буквально несколько часов назад к Вам в Донской монастырь привезли из Крыма мощи святителя Луки Войно-Ясенецкого, из Симферополя.

Епископ Парамон Бронницкий

— Да, это радостное событие сегодня случилось. Мы его долго ждали. Где-то года два назад уже был такой радостный момент для нашей обители, когда привозили мощи святителя Луки, и было очень большое количество народа, которое потом обращалось, чтобы привезти еще раз в Москву мощи этого славного угодника Божия. Поэтому сегодня это радостное событие случилось, спустя два года.

А. Митрофанова

— Слушайте, ну я вот вспоминаю прошлый раз — мы там были у Вас, и были как-то вечером, и было очень холодно, ну вот как-то прямо очень холодно. Либо мы долго, что ли, стояли там, как-то продрогли, замерзли. И удивительно то, что, понимаете, когда люди вот у нас... Что это такое? Это же... Ну, это и дискомфортно — вот такие очереди к святым. Это, ну, не знаю, может обернуться какими-то проблемами для здоровья, потому что, там, человек простудился или, там, что-то еще. Вот не останавливает это людей. Люди приходят к святыне помолиться. Это, фактически, такое паломничество, не выходя из города. Зачем это нужно? Почему люди это делают?

Епископ Парамон Бронницкий

— Ну, Вы знаете, когда у человека другой помощи нету на земле, когда он понимает, что у него случилось что-то такое, когда люди не могут помочь, есть одна надежда, остается — это надежда на Бога. Но обычно кого просят? Тех, кто ближе к Богу, чтобы были ходатаями перед Богом об их каких-то вот этих сложных жизненных ситуациях. Поэтому человек совершает подвиг не только, скажем так, иной раз ради себя, а даже ради другого человека. Бывает, что в жизни, там, кто-то из близких страдает, болеет или переживает какие-то очень сложные этапы своей жизни. Поэтому нужна особая молитва. И каждый человек приходит и с верой, и с надеждой на то, что в его жизни произойдут какие-то изменения. И обычно приходят к кому? К тому, кто в своей жизни вот все эти страдания претерпел, пережил, и пережил не меньше, чем мы переживаем, те, которые сейчас живут. И обращаются к тем святым, которые особо ходатайствуют перед Богом за нас, за людей, живущих здесь, на земле. Поэтому это как, с одной стороны, и как надежда, с другой стороны, это и особое переживание, когда ты стоишь, совершаешь подвиг, то есть преодолеваешь свои какие-то собственные... собственный комфорт, собственные какие-то удовольствия, лишаешь себя чего-то, но ты понимаешь, ради чего ты это все делаешь. И когда человек стоит, например, в храме или просто зашел в храм, побыл какое-то время, он знает, что он выходит оттуда другой. Это не бессмысленное какое-то стояние, а это стояние осмысленное, стояние ради того, чтобы хоть чем-то послужить Богу, но и при этом немножко попросить и для себя. Вот. Поэтому вот эти все стояния — с одной стороны, кажется человеку такому нецерковному, что это, ну, как бы заради чего-то. Но пока человек однажды не пережил, пока у него нету опыта, он не поймет. Потому что в этих очередях люди стоят, читают Акафист, люди молятся, люди сопереживают друг другу, люди общаются друг с другом. У нас нынче, в нынешнее время-то...

А. Митрофанова

— ...с общением проблемы, да, это правда.

Епископ Парамон Бронницкий

— ...скажем так, с общением проблемы. Больше в соцсетях. Но это не живое общение, это такое — когда лицо не видишь, глаза не видишь и не понимаешь, скажем так, что происходит с человеком, не видишь его, скажем так, лица. Это совершенно другое состояние.

А. Митрофанова

— Вы знаете, один из часто задаваемых вопросов со стороны уже людей церковных... Когда привозят мощи — ну, скажем, сейчас это будет святитель Лука Войно-Ясенецкий, до этого — часть мощей святителя Николая была в Москве, Чудотворца, из Барии.

Епископ Парамон Бронницкий

— Да.

А. Митрофанова

— Ну, и, там, Андрей Первозванный... Ну, множество, множество примеров, когда привозят часть мощей, выстраивается очередь к храму, где находится эта святыня, и люди образованные, умные, верующие задают вопрос: «Слушайте, вот с этим святым совершенно безо всякой очереди можно встретиться в таком-то храме, в таком-то, в таком-то, потому что там висят иконы с частицами мощей. И пожалуйста — вот, в открытом доступе. Ну, никаких проблем, ничего. Частица мощей святителя Луки Войно-Ясенецкого тоже есть в Москве, если это даже можно, там, погуглить, посмотреть, где. И снова тогда вопрос: зачем? В чем разница?».

Епископ Парамон Бронницкий

— Вы знаете, я как-то не так давно, наверное, в 2010 году, по поручению, по благословению Святейшего Патриарха занимался подготовкой визита, даже не то, что визита, а принесения чудотворной иконы Божьей Матери, келейной иконы Божьей Матери «Умиление» преподобного Серафима Саровского в Киев. на Украину, в Белую Церковь и в Киево-Печерскую лавру, Покровский монастырь. И мы в Белую Церковь ездили, и собор, где новый кафедральный собор строится в Киеве. У меня тоже такие же вопросы были. И можно сказать, что — «у кого нету иконы Божьей Матери „Умиление“?» Вот чем она отличается? Да ничем! Но вот то стечение народа, которое было (а оно было огромное, действительно, огромное), Вы знаете, это особые какие-то переживания, именно молитвенные переживания в это время происходят. Ведь приезжает оттуда делегация, то есть приезжает игуменья монастыря, привозит большую частицу мощей святителя Луки. И вот когда народ собирается и вместе молится... Это чувство я никогда не забуду — когда я стоял в Покровском монастыре города Киева, и когда народу присутствовало 5 тысяч человек единовременно в храме. А очередь выстроилась к этой иконе до метро там еще порядка двух километров.

А. Митрофанова

— Ничего себе!

Епископ Парамон Бронницкий

— И, с одной стороны, говорят, что «вот, там, привозят — зачем, для чего?». Вот. Но я говорю: это нужно пережить. Я когда дежурил у этой иконы, у этой святыни, я такого благочестия давно уже, наверное, не видел — с какими чаяниями, с какими молитвами люди приходили. Люди ночью никуда не уходили, стояли у этого образа, стояли, вместе молились.

А. Митрофанова

— Ничего себе!

Епископ Парамон Бронницкий

— Я эти песнопения забыть не могу. Это случается каждый раз, когда привозят и другие святыни. Вот когда привозили мощи святителя Николая из Бари — это, действительно, за 930 лет первый раз, чтобы Римско-католическая церковь дала на время такую большую частицу мощей реально вот из того именно ковчега, где эти мощи хранятся в Бари. И когда люди приходят, и они приходят осмысленно, и стоят в очередях, и люди тоже не менее образованные, чем те, которые спрашивают, зачем это нужно... Когда они молятся, вот то, что они переживают... Что их туда приводит? Человека приводит туда вера. И особое почитание этого святого. И все люди объединяются в чем? Объединяются в молитве. Это чувство невозможно как-то передать, невозможно каким-то образом его тому человеку, который пытается только умом жить, а не жить сердцем, это невозможно никак объяснить. Это нужно только увидеть на собственном опыте. Поэтому вот этот вот скептицизм некоторый — даже он был присущ и мне, в том числе. Я тоже так думал до того момента, когда по послушанию по своему я не приехал. Поэтому считаю, что для многих людей — для тех, которые хотят прийти и помолиться вместе с сестрами этого монастыря, где хранятся мощи святителя Луки, для тех людей, Которые нуждаются в этом. Если бы нужды не было, никто бы не приходил.

А. Митрофанова

— Вы знаете, мы сейчас...

Епископ Парамон Бронницкий

— Поэтому когда мы говорим, что к пустому источнику за водой не ходят — нечего черпать. А когда источник открыт, когда люди имеют возможность прийти... Поэтому тут для... Возможно это объяснить или невозможно, — не знаю, насколько я хорошо ответил на вопрос Ваш...

А. Митрофанова

— По-моему, Вы прекрасно ответили. Мне, Вы знаете, аналогия пришла на ум: когда, например, выбираешь кому-то подарок, есть же разные варианты, как подарок сделать, да? Можно пойти и от всего сердца что-то купить, ну, выбрать что-то вот такое, что человека действительно порадует, если хорошо знаешь его вкус и так далее. А можно что-то сделать своими руками. И в том, и в другом случае это хорошо. Но когда своими руками, в это же вложено больше сердца, да?

Епископ Парамон Бронницкий

— Что дороже? Что дороже, да.

А. Митрофанова

— Вот. И, наверное, тоже здесь такую можно аналогию... Хотя кто-то может точно так же искренне прийти и помолиться перед иконой святителя Луки в любой храм, и он, наверняка, услышит и поможет.

Епископ Парамон Бронницкий

— Правильно, правильно. Поэтому тут, понимаете, вот это события такие, которые нас подвигают на какой-то подвиг. Вот. Не каждый же день из этого монастыря привозят частицу мощей святителя Луки. Многие регионы желают, чтобы привезли частицу Луки, потому что очень много народу у нас страждущего, больного, онкологически больного. И все знают, что по вере, по молитве он очень многим помогает. Не зря он один из самых почитаемых русских святых в Греции.

А. Митрофанова

— Да и не только в Греции. Вот сейчас, мне кажется, самое время о святителе Луке поговорить, потому что кто-то из наших слушателей знает историю его жизни, кто-то не знает, и, наверное, вот этот вечный парадокс... Ведь он же — выдающийся хирург, он епископ, у него две Сталинских премии. Человек, на которого были такие гонения, и при этом — две Сталинских премии. Вот этот тот вечный парадокс, связанный с его именем, который... Когда кто-то начинает про него рассказывать, сразу возникает этот вопрос: а как это возможно?

Епископ Парамон Бронницкий

— Вы знаете, а все возможно. А почему возможно тогда, когда ты действительно полюбишь страдание. И он в одном из своих писем, святитель Лука, которое он направил своему сыну, он очень интересную мысль высказал. Он написал ему, что «я полюбил страдание, и оно настолько очищает душу, как никакое другое средство». Почему? С одной стороны, мы знаем, что как можно вообще страдание полюбить. А вот когда человек по воле Божьей живет, он старается жить не своей жизнью и не своим умом, а жить заповедями Божьими и жить жизнью Христовой. И поэтому в этих страданиях он уподобляется Христу. Но от этого он не озлобляется, он не ропщет, он не клевещет, он не ломается. Почему? Потому что для него Христос — это самый настоящий, самый яркий пример его жизни. И соответственно, что человек, страдая, но он понимает, почему он страдает и за что он страдает. Для него не важно то, как по отношению к нему поступают. Для него важно, как он поступает и как он думает. Потому что за это он будет отвечать как перед Богом, так и перед людьми, и как перед людьми, так и перед историей. И те, кто его гнал, кто его унижал, кто ему причинял страдание, мы знаем их историю жизни, и история оценила их поступки. И знаем историю святителя Луки — человека духа, который, несмотря ни на какие вот эти вот гонения, он перестал людей любить.

А. Митрофанова

— Он продолжал им помогать.

Епископ Парамон Бронницкий

— Да, он продолжал помогать. Вроде, как бы и не было, чем помогать. потому что он был бедным. Но вот Господь ему дал талант, и он этим талантом служил до конца людям. Причем, настолько себя полностью отдавал, что даже будучи в ссылке... Очень интересное он написал письмо Калинину. Будучи в ссылке, когда началась война, он написал, что «прошу меня направить в госпиталь, могу своими, скажем так, профессиональными навыками и талантом помочь многим, а после окончания войны вернусь в место ссылки». Вот если человек о себе думает, то есть он думает, как ему прославиться.

А. Митрофанова

— Нет-нет, он другой путь обязательно выберет. Ну, что...

Епископ Парамон Бронницкий

— Знаете, вот? Поэтому я и говорю: если...

А. Митрофанова

— Есть, конечно, служение.

Епископ Парамон Бронницкий

— Здесь, когда ты любишь Бога, когда ты любишь свой народ, когда ты любишь свое Отечество, даже если оно тебе боль причиняет... Вот когда человек в семье живет — что, ему всегда комфортно? Да нет, ему надо где-то уступить. Если это муж, то надо где-то жене уступить. Если это дети, то они должны слушаться своих родителей. Но это же не всегда комфортно. Где-то страдание причиняют какими-то поступками. Но если ты эту обиду внутрь, в свое сердце впустишь, что от этого будет, что от этого родится? От этого может родиться только одно — злоба. А если в твоем сердце поселилась любовь Божия, то никакие страдания тебя с этого пути никогда не собьют, ты останешься человеком духа.

А. Митрофанова

— Напомню, что в программе «Светлый вечер» на радио «Вера» сегодня епископ Бронницкий Парамон, наместник Донского ставропигиального мужского монастыря. И мы говорим о святителе Луке Войно-Ясенецком. Его мощи сегодня привезли в монастырь, и они там в открытом доступе сейчас, да, владыка?

Епископ Парамон Бронницкий

— Да.

А. Митрофанова

— До какого числа? До 17 мая, по-моему, да?

Епископ Парамон Бронницкий

— У нас мощи святителя Луки будут находиться на территории Донского монастыря с 11 мая и до 17 мая, а монастырь будет открыт у нас с 7 часов утра до 22:00 для всех желающих, кто пожелает этому святому поклониться и у его мощей помолиться.

А. Митрофанова

— А приходить, наверное... когда лучше вообще, как бы Вы посоветовали? Потому что кто-то с детьми, например...

Епископ Парамон Бронницкий

— Когда есть время. (Смеется.)

А. Митрофанова

— Не, ну это понятно, да. Вот... Ну, многие с детьми хотели бы, например, прийти, а понятно, что детям сложно в очереди стоять.

Епископ Парамон Бронницкий

— Ну, Вы знаете, что — в таких случаях мы всегда для детей делаем, скажем так, вне очереди... То есть мы пропускаем детей вне очереди. Поэтому, конечно, что будет предусмотрен этот вариант, когда приходят с детишками, чтобы детишки долго не стояли. Поэтому, скажем так, проход к мощам будет предусмотрен таким образом, чтобы сделать его максимально комфортным для всех категорий населения.

А. Митрофанова

— А вот Донской монастырь — он же сам по себе место удивительное просто. Помимо того, что у Вас там очень красиво, у Вас там еще и, ну, какая-то концентрация истории на единицу площади. Она просто зашкаливает. Потому что с какими событиями связан этот монастырь и какие люди похоронены у Вас там в некрополе, — ну, это просто, я не знаю, многочасовую лекцию можно, наверное, читать... Но, может быть, какие-то...

Епископ Парамон Бронницкий

— Я думаю, ее не хватит.

А. Митрофанова

— (Смеется.) Лучше прийти и один раз увидеть, да?

Епископ Парамон Бронницкий

— Да. Мы два с половиной года трудились для того, чтобы выпустить альбом о Донском монастыре, чтобы информацию собрать. Это получился такой концентрации материал, мы все вместить не смогли. Но, по крайней мере, это самый такой последний труд, над которым трудился целый, скажем так, авторский коллектив, и то не поместилась вся эта история за 425 лет. Кстати, в этом году ровно 425 лет Донскому монастырю, именно самому монастырю. Первый храм был на три года раньше построен, а в этом году 425 лет, как был учрежден Донской монастырь.

А. Митрофанова

— Потрясающе. Почему на этом месте он возник? Что говорит летопись?

Епископ Парамон Бронницкий

— Летопись говорит о том, что было нашествие хана Казы-Гирея. И так называемый охранный отряд, или русское войско выступило для того, чтобы защитить первопрестольный град от этого нашествия. Хан Казы-Гирей со своим 120-тысячным войском расположился на Воробьевых Горах и уже осматривал, в принципе, первопрестольную с этих высот. А русский стан войска — он находился вот как раз там, где находится нынешняя территория Донского монастыря. Там, где был первый храм построен, там находился походная церковь В Честь Преподобного Сергия Радонежского. И туда прибыл государь Федор Иванович. В этой церкви он молился. И он попросил Святейшего Патриарха Иова о том, чтобы была принесена в этот храм Донская икона Божьей Матери. После совершения молебна и Крестного хода вокруг города Москвы (а сам монастырь находился за территорией тогдашнего города) икона была принесена в расположение русского воинства и там была установлена в походной церкви. Вот перед этой иконой, поскольку понимал Федор Иванович, что сил, то есть войск русских не хватит для того, чтобы защитить город от неминуемой его гибели и разорения, было только одно упование — на Матерь Божию. Вот он перед этой иконой денно и нощно молился. Он известный был молитвенник, практически не вел каких-то боевых действий. Одно из самых мирных таких было царствований — его период. И известно, что однажды утром, когда он вышел, то ему доложили, что хан Казы-Гирей бежал. Бежал от неведомой силы. И вот на этом месте, где стояла походная церковь, он в благодарность Божьей Матери за то, что она спасла город Москву от разорения, строит первый храм. Это Малый Донской собор, время его строительства — 1591-1593 годы. И после того, как храм был там устроен, и потом, через какое-то время пожертвованы земли, был образован и сам Донской монастырь. В честь победы, опять-таки, мы говорим, над силой физической, над теми, кто пришел, скажем так, для того, чтобы сеять смерть и хаос, и разруху.

А. Митрофанова

— Вот удивительное дело, конечно — несколько раз так было в истории, когда по молитвам к Божьей Матери враги, окружавшие город (ну, в нашем случае это монголо-татары)... Я помню, под Парижем — ну, не под Парижем, но есть город Шартр — где-то километров 90, наверное, от столицы Франции... И там сходная была история — там норманны наступали тогда на город. Они его осадили — и тоже неминуемое разорение, потому что там такой был предводитель по имени Хрольф Пешеход. И тоже они стали молиться. А у них там плат Божьей Матери находится в городе. Вот они стали молиться, и какая-то неведомая сила внезапно явилась, развернулись эти норманны и бежали. Так они потом еще христианами стали. Понимаете, вот почему это, как это, рационально объяснить, наверное, нельзя.

Епископ Парамон Бронницкий

— Ну, как и веру. Веровать можно не просто умом, а веру можно только сердцем пережить. Поэтому то, как Господь действует, объяснить мы подчас действительно не можем. То, что Матерь Божия — она защищала и защищает, и мы ее Покров чувствуем в Донском монастыре, особый над этой обителью. То, что она так сохранилась, то, что все памятники сохранились на некрополе Донского монастыря (ну, безусловно, по крайней мере), которые от времени не порушились. То есть там не было такого вандализма, как это было в других монастырях, где были все некрополи уничтожены. Мы говорили о том, что, действительно. захоронены самые, можно сказать так, одни из самых достойных людей нашего Отечества. И память о них не утеряна, и могилы их сохранены. И мы эти, скажем так, надгробия и это место очень любим. Оно особое. В нем как-то мирно, покойно, тихо, как не бывает на современных кладбищах.

А. Митрофанова

— А почему сохранился этот некрополь в Донском монастыре? Ведь действительно, после 1917 года, когда у нас тут началось вот это вот невообразимое разрушение храмов и сносы кладбищ, уничтожение вообще всего, именно в Донской монастырь стали, наоборот, привозить обломки. осколки из одного храма, из другого храма, барельеф Храма Христа Спасителя (горельеф, по-моему, да?). И сейчас у Вас там это все можно увидеть. Почему? Что случилось-то?

Епископ Парамон Бронницкий

— Ну, Вы знаете, иногда говорят: «Аще не Господь сохранит дом, всуе бде стрегей» — «Если Господь не сохранит, то кто может еще сохранить, тем более, такие моменты?». Господь и, наверное, ходатайство Матери Божьей, потому что до революции монахи говорили, что «мы живем под Покровом Пречистой». Это самое высокое, наверное, заступление. И даже когда было нашествие Наполеона, монастырь же тоже не разорили. Вся Москва-то сгорела, а Донская обитель сохранилась. Хотя говорят, что Наполеон ночевал в Донском монастыре, и солдаты там были. Они только содрали серебряные оклады с нижнего яруса иконостаса и забрали серебро. То есть разграбили, скажем так. Но они его не сожгли. Они разбирали межэтажные перекрытия в братском корпусе и их поджигали для того, чтобы хоть как-то согреться, а монастырь остался в целости и сохранности. Причем, что интересно — что братия Донского монастыря вся ушла из монастыря, и остался только один монах, который, ну, можно сказать так, наблюдал за тем, что происходит. Но он не вмешивался — наверное, для того, чтобы сохранить и свою жизнь. То есть он, с одной стороны, не мешал, но, с другой стороны, и, скажем так, наблюдал за всем тем, что происходит. Поэтому Донской монастырь и тогда Матерь Божия сохранила — что его не разрушили, его не сожгли. И в годы лихолетья тоже, видите, она деятелям искусства вложила в умы, чтобы они в Донской обители, когда ее закрыли, сделали поначалу антирелигиозный музей и на примере Донского монастыря показывали, как не надо жить и как попы обманывают народ. Но, с другой стороны, сделали как наглядное пособие. Ну, и, соответственно...

А. Митрофанова

— ...сохранили благодаря этому монастырь.

Епископ Парамон Бронницкий

— ...благодаря этому сохранили весь ансамбль. А потом решили, что все ж такие историю хоть какую-то надо сохранить. Они после этого решили, что надо сделать музей, передали филиалу Музея архитектуры имени Щусева. Это стало филиалом Музея архитектуры Щусева, направление — малые архитектурные формы. Но ты же музей архитектуры, а архитектуру рушить же не будешь? Не будешь.

А. Митрофанова

— Действительно.

Епископ Парамон Бронницкий

— То есть ты ее будешь сохранять. То есть определили вот так вот. А каким образом эти решения принимались и кто, скажем так, являлся идеологом всех этих моментов, я Вам не скажу, потому что я не знаю. Но одно могу сказать так: что если бы Матерь Божия не заступалась за эту обитель, то, наверное, она была бы разрушена, как разрушили другие монастыри. Поэтому не зря почитают ту же самую Донскую икону Божьей Матери, которая у нас находится в иконостасе, как чудотворную, начиная практически с существования первого храма на территории Донского монастыря Малого собора. Она сейчас находится в Большом соборе, и люди к ней приходят, и молятся, и просят помощи, и получают эту помощь. Поэтому Матерь Божия — она сохранила, скажем так, и обитель, сохранила и все то, что там на территории обители сейчас мы можем наблюдать и чему мы можем радоваться. И, знаете, особое чувство тоже переживаешь, когда Донскую привозят. Вроде, мы там суетимся, чего-то там готовимся, приготовляем к празднику, а потом, когда икону привозят на территорию Донского монастыря, то думаешь: вот, с одной стороны, ты стараешься, чтобы все там было для безопасности и людей, и сохранности иконы, а потом, когда ее привозят, то ты понимаешь, что это она тебя охраняет, а не ты ее. И это вот чувство — оно... Я только со временем это осознал. То есть оно было с самого начала, как меня в Донской монастырь назначили, но со временем я это очень глубоко понял для самого себя. И когда с братией мы потом делимся воспоминаниями, скажем так, о приносе иконы, вот когда икону увозят, мы остаемся как сироты. Вот как будто самое родное то, что у нас в обители есть, уехало. Но мы живем надеждой, что она снова приедет в Донскую обитель. Эти чувства сохраняются на протяжении всего года.

А. Митрофанова

— Напомню, что в программе «Светлый вечер» на радио «Вера» сегодня епископ Бронницкий Парамон, наместник Донского ставропигиального мужского монастыря, викарий Святейшего Патриарха. Мы говорим о принесении в монастырь (вот сегодня уже принесли) мощей святителя Луки Войно-Ясенецкого из Симферополя и продолжим этот разговор буквально через минуту. Наверное, еще про какие-то особенности, аспекты, связанные с этим паломничеством, поговорим.

Еще раз добрый светлый вечер, дорогие слушатели. Я — Алла Митрофанова, и с удовольствием напоминаю, что в нашей студии — епископ Бронницкий Парамон, наместник Донского ставропигиального мужского монастыря. И сегодня, 11 мая в этот монастырь приехала большая святыня — мощи святителя Луки Войно-Ясенецкого. Из Симферополя их привезли уже не первый раз, но вот я думаю, что народу будет не меньше, потому что еще и погода прекрасная. В прошлый раз-то был все-таки холод, а сейчас уже весна, тепло. Владыка, напомните, пожалуйста, еще раз, с какого времени по который час монастырь открыт и когда лучше подходить.

Епископ Парамон Бронницкий

— Донская обитель будет открыта сегодня до 10 часов вечера и начиная с завтрашнего дня, то есть с 12 по 17 мая, будет открыта с 7 часов утра до 10 часов вечера. Но если будет народу много, то мы, соответственно, закрывать перед людьми ворота не собираемся. Так, чтобы была возможность у всех приложиться к этой святыне, которая к нам прибыла в Донскую обитель.

А. Митрофанова

— Когда мы с Вами разговаривали до начала программы, Вы рассказали мне об эпизоде встречи святителя Луки Войно-Ясенецкого (будущего святителя, тогда епископа) с Патриархом Тихоном, который в тот момент жил как раз в Донском монастыре. Ведь был такой период, да, накануне, фактически, его смерти? А Вы могли бы об этом подробнее рассказать? Потому что я, например, не знала.

Епископ Парамон Бронницкий

— Насколько это возможно — подробно рассказать. Известно, что святитель Лука принял священнический сан в 1921 году, а после кончины своей супруги он принял и монашество, и был рукоположен во епископы. Во епископы его рукополагали в Сибири, то есть не здесь. И, соответственно, в то время было особое гонение на Церковь. Соответственно, нужно было еще подтвердить канонический статус его рукоположения. И поскольку это было после 1923 года, то святитель Тихон в это время уже проживал на территории Донского монастыря. Мы знаем, что он с 1922 года, с мая месяца и по свою кончину, практически, по апрель месяц 1925 года проживал на территории Донского монастыря. В период с 1922 по 1923 год он находится под очень плотным наблюдением, ему не разрешали ни с кем общаться. А вот с 1923 года был немножко, скажем так, режим ослаблен, и когда святитель Лука был в Москве, он пришел к святителю Тихону, и святитель Тихон подтвердил каноничность его рукоположения. Эта встреча состоялась на территории Донского монастыря. Очень символично, что мощи святителя Луки привозят именно в Донской монастырь. Потому что в Большом Донском соборе тоже находятся мощи святителя Тихона, Патриарха Всероссийского, и тут же будут присутствовать мощи святителя Луки Крымского. Это тоже встреча, можно сказать, такая тоже очень интересная и очень знаменательная для нас, что они и при жизни друг друга видели, и это встреча двух святых, у которых нет конкуренции, а есть только одно желание — послужить людям и послужить ближним. Поэтому чтобы было какое-то описание вот этой встречи, как она происходила, такого нету. Но констатация факта — она есть.

А. Митрофанова

— Да, это, конечно, удивительно и символично, что сейчас снова, получается, на территории Донского монастыря они, ну, так «встречаются», и вокруг них будет такое количество верующих людей — собственно, тех, ради кого они и жили, и умерли тоже. А к Патриарху Тихону в Донской монастырь часто приходят помолиться паломники, просто люди, которые где-то рядом живут?

Епископ Парамон Бронницкий

— Вы знаете, нет такого дня, когда бы не было людей в Донском монастыре. Хорошая погода, плохая погода, лето ли, зима ли. вот я сколько в храм раз захожу, всегда кто-то у мощей из людей присутствует. И святителя Тихона народ чтит — вот и как исповедника, как человека, очень сильного духом, человека, который сохранил Церковь. Поэтому много или мало, но я могу сказать, что народ постоянно есть, то есть постоянно приходит. И в особенности памяти святителя Тихона. То есть храм практически всегда полон — и на вечернем богослужении, и потом идут еще целый день. И у нас есть такая, скажем, практика, у себя в монастыре ввели, что когда память святителя Тихона совершается, то мы мощи открываем на весь день, чтобы все в этот день, кто почитает святителя Тихона, могли прийти и приложиться к открытым мощам святителя Тихона. Поэтому, по крайней мере, то, что я вижу, у нас вот такое достаточно серьезное движение в Донском монастыре — очень много паломников приезжает, которые приходят и на братский молебен, молятся у мощей святителя Тихона, за братским молебном потом прикладываются. Поэтому народ на постоянной основе здесь.

А. Митрофанова

— Я сейчас немножко странный вопрос задам, но, знаете, у нас же есть такое немножко потребительское отношение, в том числе, и к святым. И к Господу Богу, и к святым. Что вот мы знаем, святитель Николай очень хорошо помогает в таких-то и таких-то делах, святитель Спиридон Тримифунтский квартирный вопрос решает, когда внезапно он перестает портить людей, этот квартирный вопрос, а начинает каким-то образом совершаться чудо, фактически, на глазах. Святитель Лука Войно-Ясенецкий, поскольку он выдающийся хирург... Кстати, я не знаю, это известный факт, но на всякий случай, наверное, напомню: его «Очерки гнойной хирургии» — это практически настольная книга оперирующих, практикующих хирургов до сих пор. К нему — понятно, за здоровьем. Ну, условно говоря. Потому что все равно мы понимаем — все дает Господь через святых и за наши какие-то труды в молитвах, и так далее. Но вот к патриарху Тихону, святителю Тихону с какими вопросами, как Вы думаете, можно обращаться?

Епископ Парамон Бронницкий

— Вы знаете, могу сказать Вам так: то, что касается Донского монастыря, я уже как-то об этом говорил в одном из интервью. То, что касается Донского монастыря: когда бывает очень тяжело на душе и в жизни ты не знаешь, как правильно поступить, вот все самые сложные ситуации в жизни — вот к нему как раз в таких ситуациях и обращаются. Это люди и чиновничьи, это люди и простые, и обычные. В том числе и когда люди болеют. Потому что он тоже болезнь пережил. Он здоровьем не блистал. И покойный духовник Донского монастыря отец Даниил Сарычев очень много рассказывал о тех людях, которые приходили и реально получали исцеление и помощь. Вот мне рассказывал один из нынешних архиереев — они приезжали с паломнической группой в Донской монастырь. Приезжали с паломнической группой, я как-то их на территории встретил, проводил к мощам, открыл мощи. Они помолились... А у них не было детей. и вот спустя год после этого паломничества у них появился ребенок, которого они назвали Тихон. Поэтому когда спрашивают, знаете, вот, о чем молиться тому или иному святому, я говорю... Есть и онкологические больные, и просто сложные, трудные ситуации в жизни, когда тебя со всех сторон, вроде как, зажимает, и ты не знаешь, как правильно поступить. Здесь вот люди, которые приходят... не было детей. Это мне потом архиерей рассказывал спустя три года. Говорит: «Вы помните, я к Вам приезжал в Донской»... — «Ну, владыка, Вы не один раз приезжали». — «Ну я вот с паломниками приезжал». Он мне эту историю сам же и рассказал. Говорит: «И они настолько признательны и благодарны святителю Тихону и настолько его чтут!». И, может быть, люди, которые туда приходят... Знаете, Донской монастырь — он такой... Он не как место такого большого-большого стечения народа, а он как такой вот, домашний, куда Вы приходите, Вы можете спокойно постоять в храме у мощей святителя Тихона. Никто Вас толкать не будет, никто Вас торопить не будет. У той же самой Донской иконы Божьей Матери. И вот эта некая такая атмосфера именно домашнего такого, простого, с одной стороны, но, с другой стороны, очень проникновенного, благоговейного чувства — она пронизывает и душу, и сердце человека, и он, однажды побывав, уже забыть это вряд ли сможет. Вот так и у святителя Тихона когда ты молишься, это забыть невозможно. Он действительно угодник Божий — такой, который помогает в разных ситуациях, в разных случаях жизни. Главное, чтобы было у нас что? Вера искренняя и сердечная молитва.

А. Митрофанова

— Угу. Вообще, если я правильно понимаю, логика вот такого «разделения труда» — ну, условно говоря, такого разделения, что святой, к которому с такими вопросами обращаться, с такими, с такими, что к одному с одним, к другому — с другим, если я правильно понимаю, это как-то все равно связано с их жизнью земной. Ведь они же тоже были люди, да, и через какие-то жизненные обстоятельства проходили сходные.

Епископ Парамон Бронницкий

— Есть известное выражение Священного Писания: «Сам искушен быв, может искушаемым помощи». То есть тот сам пережил... Мы говорим: откуда опыт появляется у человека? Опыт — это пережитое что-то, это что-то, что преодолел. Это в чем-то ты сам превозмог. Может и искушаемым помощи — то есть и тем, которые в такой же ситуации оказались. Поэтому это нам по-человечески очень близко, нам как бы более понятно. Если бы нам Господь давал все какие-то аллегорические и, в общем... нам бы было непонятно. Поэтому, говорят, когда с ребенком разговаривают, с ним каким языком нужно разговаривать — который изобилует иностранными словами, так, чтобы он ничего не понял? То есть нам нужно в простоте рассказать о сложных вещах, так, чтобы ему стало понятно.

А. Митрофанова

— Кстати, большое искусство.

Епископ Парамон Бронницкий

— Да. Это именно большое искусство. Так и в жизни, скажем так, церковной — для того, чтобы человеку понять, что жизнь — в Боге, она просто... Все думают, что это такая сложная — что этот за то отвечает, тот за то отвечает, а на самом деле мы же обращаемся к одному и тому же, то есть мы к Богу обращаемся все, но через святых. Мы просим, потому что чувствуем, что сами, у самих у нас силушек-то не хватает. Просим, чтобы они были за нас ходатаями. Если, например, искренне просить и искренне молиться, то, соответственно, мы получаем ответ на эту нашу искреннюю молитву. А это разделение какое-то, как Вы сказали, труда — ну, для нас это как для маленьких детей, когда им сложные вещи объясняют. (Смеется.)

А. Митрофанова

— Согласна.

Епископ Парамон Бронницкий

— Это говорят на первоначальной стадии, а потом, дальше уже проще.

А. Митрофанова

— А я вот думаю: сейчас, действительно, май, погода — дай Бог, чтобы была хорошая. Люди будут к Вам приходить туда, и, допустим, вот очередь какая-то — она прошла, и люди подошли к святителю Луке, подошли к святителю Тихону, к Донской иконе. А потом ведь можно, наверное, выйти на территорию монастыря, там как-то погулять и вообще подышать Вашей атмосферой вот этой?

Епископ Парамон Бронницкий

— Еще случая такого не было, чтобы мы из монастыря кого-то выгоняли. Это только если человек себя ведет неподобающим образом. А так, что касается Донской обители, у нас открыт всегда некрополь, мы его никогда не закрываем. Закрываем, только когда бывает ураганный ветер, потому что там старые деревья. Чтобы, не дай Бог, там никто не пострадал. Вот во время таких чрезвычайных ситуаций мы, конечно, закрываем некрополь Донского монастыря. А так мы территорию стараемся держать более-менее открытой. Есть, конечно, какие-то, скажем так, зоны, где братия у нас может немножко уединиться, потому что они тоже люди живые, и чтобы для них тоже возможность была, скажем так, походить по территории, потому что иначе в течение целого дня если ты вышел на территорию, то тебе покою не дают, а хочется просто помолиться, погулять.

А. Митрофанова

— Ну да.

Епископ Парамон Бронницкий

— Но есть территория сейчас, где происходят благоустроительные работы в монастыре, поэтому тоже она закрыта, скажем так, для общего доступа. Ну, а так стараемся, по большей частью, конечно, монастырь держать открытым, чтобы у людей, которые приходят, не было никаких препятствий и они свободно могли посещать Большой собор, Малый Донской собор, там, где у нас основные, скажем так, святыни, некрополь Донского монастыря. Вот мы в прошлом году благодаря благодетелям монастыря делали там благоустройство, делали хорошие дорожки, чтобы можно было удобно ходить, не было там, скажем так, неухоженности. Сейчас большие реставрационные работы совместно с Мосгорнаследием проводим по сохранению надгробных памятников на территории некрополя Донского монастыря. То есть мы проводим работы по сохранению нашей святыни и нашего общего достояния.

А. Митрофанова

— Там такие памятники... Там же есть такие прямо — как произведение искусства отдельное.

Епископ Парамон Бронницкий

— Ну, там каждый — произведение искусства, я бы так сказал. Потому что там реально, там есть и очень почитаемые святыни, которые в советское время почитались на некрополе. Это икона святителя Николая в часовне Левченко, мозаичная икона, это и скульптура Спасителя — она находится у Южной стены, к которой тоже очень много народу приходит, и во время Великой Отечественной войны очень много народу приходило к ней. И там видно, что, скажем так, пальчики на ногах натертые — что народ туда приходит, и они...

А. Митрофанова

— ...прикладываются.

Епископ Парамон Бронницкий

— Да, они прикладываются, поэтому они как будто их постоянно полируют. Но это от человеческих прикосновений.

А. Митрофанова

— Напомню, что в программе «Светлый вечер» на радио «Вера» — епископ Бронницкий Парамон, наместник Донского ставропигиального мужского монастыря. Сегодня в монастырь привезли из Симферополя мощи святителя Луки Войно-Ясенецкого, и мы с владыкой как раз говорим о том, что можно туда приходить на протяжении ближайших, получается, шести дней, пяти-шести, до 17 мая, словом...

Епископ Парамон Бронницкий

— Включительно.

А. Митрофанова

— Включительно. А потом они переедут... Будут перенесены...

Епископ Парамон Бронницкий

— А потом мощи будут перенесены в храм Живоначальной Троицы в Останкино. И они там будут находиться до 23-го числа мая месяца.

А. Митрофанова

— То есть кому как удобнее. Потому что кто-то, может быть, живет...

Епископ Парамон Бронницкий

— Ну, мы так и стараемся сделать — так, чтобы по максимуму было удобно для людей. Поэтому и время посмотрели такое, чтобы провести, когда бы людям не было холодно. Вот в прошлый раз когда привозили, то это была, можно сказать так, техническая остановка, поскольку мощи везли в Грецию, и их привозили буквально на один день, и это было в самый последний момент — было решено их разместить в Донской обители. Но было такое стечение народа, что поняли, что донного дня очень-очень-очень мало для того, чтобы все желающие могли прийти приложиться. Поэтому и прорабатывали вопрос для того, чтобы мощи привезти именно тогда, когда и людям будет нормально, что не холодно будет, и все смогут прийти, спокойно помолиться, приложиться к ним.

А. Митрофанова

— Спасибо Вам. Вы знаете, возвращаясь к истории жизни святителя Луки, все-таки... Какой же он был, ну, не знаю, Богом поцелованный человек! Я вспомнила эпизод, когда его коллеги уже во время Великой Отечественной войны, когда он там оперировал (по-моему, это во время войны было) его попытались как-то уязвить, что ли, решили, что он мясник, что он режет во время операции так, что там просто у него рука не дрогнет, ну, что там что-нибудь не то может произойти во время операции, и так далее. А он как-то почувствовал, о чем люди думают, и говорит: «Ну-ка, принесите мне книгу и скальпель». Ему принесли книгу и скальпель, он говорит: «Вы мне скажите, на сколько страниц Вам сейчас книгу прорезать. И я Вам просто вот от руки прорежу». Ну, и там вот эти самые скептики ему сказали — ну, там, допустим, на сорок. Он — раз! — просто легким движением руки... Они стали считать потом — действительно 40 страниц. Вот он прорезал ровно столько, сколько они ему сказали. Он присмотрелся просто к толщине страниц, и все. И дальше он уже понимает, с каким материалом, условно говоря, он работает. Это какой-то, действительно, дар от Бога, который при этом человек еще и развил невероятно.

Епископ Парамон Бронницкий

— Но Вы знаете, почему так?

А. Митрофанова

— Почему?

Епископ Парамон Бронницкий

— Ну вот он же родился, учился художеству, поступал в Художественную Академию Санкт-Петербургскую. Но почему-то он для себя понял, что вот этот талант, который ему Господь дал как художнику... У него было такое вот большое отвращение от обычных естественных наук. Он понял, что это — ну, одно удовольствие, да, для себя? Ну, он мог бы стать большим художником, выставляться, там, не знаю, в самых знаменитых художественных галереях с какими-то картинами. Но вот он для себя принимает решение, что это как-то будет неправильно. То есть надо для себя выбрать какой-то такой путь, где можно вот реально послужить людям, чтобы была польза от этого. То есть он, практически, отрекся от себя. И он выбирает медицину. Он поступает, преодолевает вот это нежелание обучения этим естественным наукам и заканчивает медицинское учреждение с отличием. И он направляется не куда-то, в какие-то институты и еще куда-то — он направляется обычным, скажем так, врачом (как его тогда называли, «мужицким»), то есть людей лечить, людям помогать. То есть это человек, который не думает о себе, он не живет собой. Он, как в одном из своих выражений, в чем он жил всю свою жизнь, он всем говорил, что «если ты не можешь сделать большое добро людям, то ты сделай хотя бы маленькое». Поэтому он чем мог... Вот он постарался всю свою жизнь посвятить служению и помощи людям, то есть творению добра.

А. Митрофанова

— И еще, конечно, то, что епископом он стал в такое время, когда уже, фактически, ведь были гонения на Церковь.

Епископ Парамон Бронницкий

— А он не был никогда неверующим. Вот это вот надо понимать. То, что его Господь призвал на служение, то есть дальше, на служение его призвал, но он же никогда не был неверующим. У него доверие Богу было всегда. И он принял вопреки всему — всей логике, рацио. Он принимает священный сан, потому что понимает, что без Бога жизнь бессмысленна. А чтобы свидетельствовать о Боге — то есть он как раз вот... Гонения на Церковь — а он принимает священный сан, он открыто исповедует себя христианином. Он приходит на лекции не в пиджаке, а приходит в рясе и кресте. Он своего положения не стесняется. И он понимает, что его за это как бы не помилуют. Первый его арест был после чего? После того, как он отслужил, кажется, в Ташкенте литургию после своей хиротонии, первую архиерейскую литургию. Его тут же в «воронок» посадили и отправили в ссылку. Поэтому, знаете, когда я говорил, что это человек духа, то есть это, действительно, настолько... не только Богу веришь, а настолько живешь по правде, что тебе не страшно за эту правду даже пострадать. И даже если ты страдаешь, то ты понимаешь, что это действительно ты на правильном пути, что все эти препятствия — они не из-за того, что ты кому-то делаешь плохое, а из-за того, что ты хочешь сделать добро. Иначе бы бес без работы остался, если бы он этому не противился.

А. Митрофанова

— Я вот сейчас тоже думаю. Ведь, смотрите, он же был женатым человеком до своего рукоположения, и супруга его умерла. Вот он же очень ее любил. И в таких ситуациях, знаете, как часто мы реагируем? Это такой бунт внутренний — вот когда Господь забирает у нас... Не дай Бог, конечно, не дай Бог, да, но такое бывает в жизни, что вот уходят близкие, и нам с этим смириться очень сложно. И у нас к Богу какие-то претензии возникают в таких ситуациях, да? А у него как-то вот... Я даже не знаю, как он это синтезировал в своей голове так, чтобы это...

Епископ Парамон Бронницкий

— Вы знаете, для христианина это все намного проще. Почему? Потому что если ты доверяешь Богу, то никакого бунта нету. Вот мне мой папа рассказывал очень интересную такую историю. Там, в деревне, где я вырос, жила одна женщина, у нее было девять детей, шестерых из которых она похоронила вперед себя.

А. Митрофанова

— Ой...

Епископ Парамон Бронницкий

— Для любого родителя — Вы сами знаете, какое горе.

А. Митрофанова

— Да.

Епископ Парамон Бронницкий

— Но вот он рассказывал, как эта вот мать приходила, скажем так, на очередные похороны своих детей. Она приходила туда — у нее не было истерики. Она действительно скорбела, она плакала. Но она немножко поплакала, слезы вытерла и говорила в своей простоте: «Бог дал — Бог взял. Буде Имя Господне благословенно». Почему так? Да потому что человек Богу доверяет — больше, чем самому себе.

А. Митрофанова

— Мне кажется, это сейчас так редко встречается.

Епископ Парамон Бронницкий

— Господь... А редко встречается, потому что мы кичимся своей гордостью. Мы хочем управлять, в том числе и Богом. Не только людьми, а и Богом. И у нас нету доверия к Богу. Вот из-за этого и происходят подобного рода вещи. Потом, то, что святитель Лука — он это принял именно как то, что ему Господь дал пережить. Если ты этого не принимаешь, ты начинаешь роптать. От этого становится тебе не лучше, а от этого становится тебе еще тяжелее. А когда ты принимаешь то, что тебе Господь посылает, тогда ты становишься благодарным Богу. Ты Бога благодаришь за то, что Он тебе послал это пережить. Но ты у Него просишь, что, «Господи, помоги мне, мне очень тяжело». Тогда тебе Господь помогает — когда ты против Бога не восстаешь. А когда ты ропщешь, ты против Бога начинаешь восставать. Но идти против жизни (а Бог — это жизнь) может только сумасшедший.

А. Митрофанова

— Ну, вот здесь такой, конечно, момент, по-человечески-то очень понятный, когда — не дай Бог, опять же, когда такое происходит — человеку невероятно больно. И в этой боли мы иногда бываем, ну, как сказать... Мы очень уязвимы становимся, и мы хотим...

Епископ Парамон Бронницкий

— А можно вопрос? А кому больно?

А. Митрофанова

— Нам самим, тем, кто потерял.

Епископ Парамон Бронницкий

— А тот, кто ушел, ему больно?

А. Митрофанова

— А я надеюсь, что Господь принимает людей, и им там хорошо.

Епископ Парамон Бронницкий

— Вот над этим нужно всегда задуматься — кого мы жалеем в этих ситуациях? Мы жалеем не его, а себя. А это называется «себялюбие». И у меня очень интересные такие были тоже моменты — вот когда человек очень сильно переживал потерю другого человека. Вы знаете, что я ему советовал? Я говорю: «А Вам было бы приятно, точнее, Вашему покойному человеку, которого Вы потеряли, было бы приятно, если бы он Вас видел в таком состоянии? Нет». Я говорю: «Тогда делайте то, что было бы ему приятно». И тогда, когда ты думаешь не о себе, а думаешь о нем, тогда и проявляется твоя любовь. Потому что ты не себя жалеешь, не над собой... А мы, по большей части, над собой начинаем плакать. Не над ним, а над собой. А он в этом плаче уже не нуждается. Он нуждается в нашей поддержке, в нашей молитве. Поэтому христианство человека так и воспитывает — не из-за того, что мы не сопереживаем, не соболезнуем, что нам все равно. Нет, мы равнодушно к этой потере не можем относиться. Но, с другой стороны, мы должны понимать, что Господь дает нам жизнь. Это дар Божий, самый большой дар, который человеку дан. И этот дар Он может и забрать тогда, когда Он пожелает. И мы ни на минуту не сможем продлить жизнь человека. Я с многими хирургами и врачами, с которыми общался... Они говорят: «Мы сделаем замечательную операцию, успешную, все», — а человек — раз! — и умирает. И говорят: «И так обидно! Так больно! Мы же столько трудов вложили!». И говорят: «Почему, почему вот так происходит?». Я говорю: «Потому что Вы не властители жизни. Жизнь дает Господь. Он же ее забирает. Если он человеку определил какой-то промежуток, мы сможем это только принять от Бога — и ничего более».

А. Митрофанова

— Ну да, святитель Лука, конечно, во многих аспектах — житейских, жизненных, и я уж не говорю про духовные вопросы — такой образец для подражания. То, как он умел принимать и вот эти сложнейшие ситуации, в которых оказывался, и как он... Знаете, как вот бывает, когда у человека, действительно, в сердце любовь. Вот он эту любовь... Такое ощущение, что чем больше испытаний, тем у него, действительно, этой любви становилось больше.

Епископ Парамон Бронницкий

— Это правда. А так и бывает.

А. Митрофанова

— Да?

Епископ Парамон Бронницкий

— Да.

А. Митрофанова

— (Смеется.) Кто не верит — пусть проверит?

Епископ Парамон Бронницкий

— Почему? Потому что чем больше у тебя страданий, тем больше ты сочувствуешь другим людям. А чем меньше ты страдаешь, ты... Как говорят — «сытый голодного...»

А. Митрофанова

— ...не разумеет.

Епископ Парамон Бронницкий

— Да, «сытый голодного не разумеет». Почему? Потому что ты всегда в комфорте, все нормально. Ты не знаешь, что такое голод. А тот, кто пострадал, он знает. Он знает цену всему.

А. Митрофанова

— Мощи святителя Луки Войно-Ясенецкого, Крымского, как его еще называют, привезли сегодня в Донской монастырь в Москве. С 11 мая, с сегодняшнего дня, по 17 мая они будут находиться в этой обители, потом, по 23 мая — в храме Живоначальной Троицы в Останкино. И мы сегодня с епископом Бронницким Парамоном, нашим гостем, наместником Донского ставропигиального мужского монастыря, викарием Святейшего Патриарха Московского и всея Руси, говорили об этом событии, о святителе Луке и о Донском монастыре вообще. Владыка, напомните, пожалуйста, еще раз, с какого времени монастырь открыт и куда приходить.

Епископ Парамон Бронницкий

— Монастырь будет открыт у нас сегодня до 22:00 и с завтрашнего дня — с 7 часов утра и до 22:00 каждый день, включая и 17 мая. То есть с 12 по 17 мая монастырь будет открыт с 7 часов утра и до 22:00.

А. Митрофанова

— Все желающие могут прийти.

Епископ Парамон Бронницкий

— Все желающие могут прийти. Перед мощами святителя Луки будут совершаться молебны с акафистами, там же будут совершаться, в Большом соборе, и литургии, и вечернее богослужение. Поэтому все, кто желает помолиться у мощей святителя Луки Крымского. могут прийти. Я надеюсь, что мы постараемся обеспечить им так, чтобы это было, скажем так, максимально удобно для всех приходящих людей.

А. Митрофанова

— Спасибо Вам за этот разговор!

Епископ Парамон Бронницкий

— Вам спасибо огромное! Спасибо дорогим радиослушателям, которые слушают радио «Вера».

А. Митрофанова

— Епископ Бронницкий Парамон. Я — Алла Митрофанова. Прощаемся с Вами, до свидания.

Епископ Парамон Бронницкий

— Храни Вас Господь.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Вселенная Православия
Вселенная Православия
Православие – это мировая религия, которая во многих странах мира имеет свою собственную историю и самобытные традиции. Программа открывает для слушателей красоту и разнообразие традиций внутри Православия на примере жизни православных христиан по всему миру.
Семейный час
Семейный час
Программа «Семейный час» - это часовая беседа в студии с участием священника. В этой программе поднимаются духовные и нравственные темы, связанные с семейной жизнью, воспитанием детей и отношениями между поколениями. Программу ведут теле- и радиоведущие Александр Ананьев и Алла Митрофанова
Еженедельный журнал
Еженедельный журнал
Общая теплая палитра программы «Еженедельный журнал» складывается из различных рубрик: эксперты комментируют яркие события, священники объясняют евангельские фрагменты, специалисты дают полезные советы, представители фондов рассказывают о своих подопечных, которым требуется поддержка. Так каждую пятницу наша радиоведущая Алла Митрофанова ищет основные смыслы уходящей недели и поднимает важные и актуальные темы.
Разговоры о кино с Юрием Рязановым
Разговоры о кино с Юрием Рязановым
Вы любите кино, или считаете, что на экранах давно уже нечего смотреть? Фильмы известные и неизвестные, новинки и классика кино – Юрий Рязанов и его гости разговаривают о кинематографе.

Также рекомендуем