Поделиться
«Батюшка, вы представляете, мой сын — лгун!» Круглолицая женщина тяжело вздыхает. «Он всё время мне лжёт. Наверное, его надо на отчитку, да? Это же в нём бес лжи сидит, так ведь?»
Я внимательно смотрю на неё. Красивое, всё ещё без морщин, лицо, разрезает вертикальная складка на лбу. Часто хмурится, похоже. Да и в целом впечатление от неё — как от грозовой тучи. Вот-вот начнётся ливень!
«Скажите, а вы не пробовали понять, почему он вам врёт?» — я пытаюсь нащупать нить для разговора.
«Как не пробовала? Только об этом и думаю. Это, наверное, генетика. Видите ли, таким же был его отец, с которым мы расстались. Такой же лгун. Причём я с самого начала это понимала, но надеялась, что смогу его урезонить и исправить. Меня-то мать сызмальства приучила к честности. Но оказалось, не по силам мне орешек. И Васька весь в отца. Лжет, и не краснеет. Смотрит в лицо своими большими глазищами — и врёт напропалую!»
«А как он учится, как с успеваемостью?»
«Лентяй — страшный. Но я ему спуска не даю. Он у меня под жёстким контролем. Потому что врёт. Все задания каждый раз проверяю. Чтобы знать, где он может быть, я ему подключила этот — как его — дже-пэ-эс трекер, чтобы видеть, где он. У меня есть все пароли от его почты и соцсетей. У меня — всё под контролем!» — уже с довольным лицом она подытоживает. Но быстро сникает. «А он, паршивец, всё равно меня обманывает. Даже тогда, когда ему это совсем невыгодно. Точно — бес в нем сидит!»
Мне так и хочется сказать, что при такой жизни все бесы сидят поодаль, машут ножками и страдают от невостребованности. Их задачи прекрасно выполняет и перевыполняет ревностная мамочка. Но — оставляю эту мысль при себе.
«А чего ваш сын больше всего боится?» — продолжаю разговор.
«Когда он меня выводит из себя своей ложью, я могу на него накричать. Он весь сразу сжимается, как ёжик, закрывает лицо руками, начинает плакать. Ну я-то поору, поору — да успокоюсь. А он потом может целый день как опущенный в воду ходить. Чувствительный больно. Словно не мужик, а баба сопливая. Весь в отца!»
Мне начинает что-то становится более понятным.
«Знаете, мне кажется, между его ложью и вашим гневом есть прямая связь. Это — страх. Он боится вас, когда вы кричите — потому что для него это значит — что вы его не любите. Отца нет, и вы — злитесь, значит не любите. Представляете, каково ему? Вот он и пытается ложью не допустить повода. Ему, думаю, самому больно от своей лжи — но боль от страха лишиться вашей любви ещё сильнее».
Вижу, что мать задумалась.
«И что же мне тогда делать? Не нужна отчитка?»
«Нет, ему так точно не нужна. Вы попробуйте с ним сесть и спокойно поговорить о том, как вам неприятна его ложь. Что вы его любите — даже если начинаете кричать. Что вы не хотите контролировать каждый его шаг — потому что уважаете. Что вы хотите доверять ему каждый раз больше и больше — и ждёте от него в этом помощи. Попросите его помочь вам!»
Лицо женщины начинает краснеть.
«Мне? У него? Помощи? Вы о чём это, батюшка?»
«А вот просто попросите. Для него это будет очень важно. И дайте ему хотя бы немного воздуха, свободы от вашего контроля. Я уверен: врать он станет гораздо меньше!»
Так и закончился наш разговор. Но и по сей день я уверен: корень лжи — страх, который может засесть настолько глубоко, что и сам человек не будет понимать, почему он всё время врёт.
Н. Готорн «Дом о семи фронтонах» — «Золото будничных дел»
Поделиться
Фото: Johnny McClung / Unsplash
Можно ли наполнить повседневные бытовые дела высшим смыслом? Фиби, героиня романа «Дом о семи фронтонах», написанного в девятнадцатом веке американским писателем Натаниэлем Готорном, незаметно для самой себя поступает именно так. Девушка приезжает из провинции к тётушке, поселяется в её мрачном доме... и принимается за бытовые дела. Фиби готовит завтраки, моет посуду, печёт лепёшки на продажу в лавке тётушки, убирается, ухаживает за садом. Привычная к труду, Фиби легко справляется с этими делами, но главное другое. Вот что бросается в глаза её тётушке: Фиби любую работу выполняет так, словно её простые бытовые действия имеют духовный смысл. Она умеет, говорит о ней автор, в ткань будней вшивать золотую нить одухотворённости.
Протоиерей Всеволод Шпиллер, известный проповедник двадцатого века, в одной из своих проповедей затронул тему золота и будней. Каждая душа в глубине своей имеет золото. Это золото есть творческая — то есть созидающая сила. И она может осуществляться даже самым простым образом, в бытовых делах и обязанностях, освящая целую жизнь. И именно эта любовь, служение человеку есть в то же время служение Богу.
Слова отца Всеволода перекликаются с тем, как Фиби сумела превратить свои дни в золото.
Все выпуски программы ПроЧтение:
А. Яшин «Спешите делать добрые дела» — «Не откладывать добрые дела»
Поделиться
Фото: Towfiqu barbhuiya / Unsplash
«Дорожите временем!» — призывает нас святой апостол Павел. Но как правильно дорожить временем? Может быть, потратить его с максимальной пользой, предельно интенсивно? Время, потраченное на пустоту, уходит в небытие. Время, потраченное с пользой для души, уходить в вечность. Это-то и есть разумное его употребление.
И один из способов такого разумного употребления времени — добрые дела. Поэт Александр Яшин, говоря о добрых делах в стихотворении «Спешите делать добрые дела», призывает не откладывать их. Почему? Да потому что дни, как опять же говорил святой апостол Павел, лукавы. Что это значит? Время быстротечно. И опоздать с добрыми делами очень легко. Вот герой стихотворения собирается порадовать отчима, построить дом бабушке, накормить старика. Но не успевает. Отчима уже нет и бабушка умерла, а с едой для старика в блокадном Ленинграде герой опаздывает всего на один день и «дня того не возвратят века».
И тут на память приходят слова митрополита Антония Сурожского, проповедника двадцатого столетия, слова, может быть, на первый взгляд ошеломляющие, но если вдуматься, окрыляющие:
— Если бы мы думали постоянно, трепетно, — говорил владыка, — о том, что стоящий рядом с нами человек, которому мы сейчас можем сделать доброе или злое, может умереть, как бы мы спешили о нём позаботиться!
Если помнить эти слова митрополита Антония, то, наверное, не придётся, как делает это герой стихотворения «Спешите делать добрые дела», жалеть о безвозвратно утраченных возможностях.
Все выпуски программы ПроЧтение:
Д.Н. Мамин-Сибиряк «Сказка о царе Горохе» — «Разглядеть Христа в том, кто нуждается»
Поделиться
Фото: Dmytro Bukhantsov / Unsplash
Встречая близких людей, мы радуемся. И огорчаемся, если по каким-то причинам эта встреча не происходит. Но что если, встретив человека, мы проходим мимо, не узнав его? Такой вопрос ставит в «Сказке о царе Горохе» писатель Мамин-Сибиряк. У царя Гороха две дочери-красавицы: Кутафья и крохотная, размером с горошинку, царевна Горошинка. Когда дочери вырастают, начинается война с соседним королём, сам царь попадает в плен и почти одновременно Горошинка исчезает. А вместо неё в царском дворце появляется кривая, хромая и уродливая девушка, которую все зовут Босоножкой. Девушка говорит, что она и есть Горошинка, но никто ей не верит. Босоножка останавливает войну, помогает сестре счастливо выйти замуж, но... её даже на свадьбу не зовут. Стесняются — уж слишком Босоножка безобразна. Да и не верят до конца, что это Горошинка так изменилась. Или не хотят верить. Отправляют бедняжку пасти гусей, не слушая её восклицаний:
— Мама, отец, но ведь это я, ваша дочь!
Но ни отец, ни мать никак не могут узнать свою дочь. Эта ситуация напоминает евангельскую притчу о Страшном суде и о грешниках, осуждённых за то, что не сумели разглядеть Христа в окружающих их людях. Смотрели — и не видели Его в алчущих, жаждущих, больных, странниках, заключённых.
А что же Босоножка? В конце сказки она вновь становится красавицей Горошинкой (правда, уже не малюткой). У сказки счастливый конец, но насколько он был бы счастливее, если бы родители не отталкивали дочери, а сразу узнали её в Босоножке, которая так нуждалась в их любви и тепле?
Все выпуски программы ПроЧтение:
