"Личность отца Александра Меня". Светлый вечер с прот. Александром Борисовым (17.09.2015)

Скачать

В программе "Светлый вечер" мы беседовали с настоятелем московского храма святых бессребренников Космы и Дамиана в Шубине протоиереем Александром Борисовым.
Мы говорили о недавно прошедших мероприятиях к 25-летию со дня кончины протоиерея Александра Меня, о его жизни, литературных трудах и об отношении к нему окружавших людей.

Ведущие: Владимир Емельянов и Алла Митрофанова

В. Емельянов

— Здравствуйте, в эфире «Светлый вечер» на радио «Вера». В студии Владимир Емельянов и Алла Митрофанова.

А. Митрофанова

— Добрый светлый вечер!

В. Емельянов

— У нас сегодня в гостях настоятель Храма святых Космы и Дамиана в Шубине протоиерей Александр Борисов.

Здравствуйте, отец Александр!

Протоиерей А. Борисов

— Добрый вечер!

Наше досье:

Протоиерей Александр Борисов родился в 1939 году в Москве. Окончил биолого-химический факультет Московского педагогического института, работал в Институте биофизики Академии наук СССР, защитил диссертацию по генетике с присуждением ученой степени кандидата биологических наук. В 1972 году оставил свою научную работу и по благословению своего духовника Александра Меня поступил в Московскую духовную семинарию. После семинарии окончил Московскую духовную академию, кандидат богословия. В 1991 году был назначен настоятелем Храма святых бессребреников Космы и Дамиана в Шубине, возвращенного государством православной церкви. В этот приход перешла значительная часть духовных чад погибшего протоиерея Александра Меня.

В. Емельянов

— В этом году мы отмечаем 80-летие со дня рождения и 25-летие со дня трагической гибели Александра Меня. Мы знаем, что Вы были духовным чадом протоиерея Александра и что с его благословения Вы стали священником, сразу попали на третий курс Духовной семинарии.

Протоиерей А. Борисов

— Ну да, лучше сказать, что с его благословения я оставил научную деятельность и поступил в семинарию.

В. Емельянов

— Так мы и подумали, и кого же, как не Вас, пригласить в «Светлый вечер».

Протоиерей А. Борисов

— Спасибо.

В. Емельянов

— Совсем недавно закончились мероприятия, посвященные 25-летию трагической гибели отца Александра. Расскажите, пожалуйста, что происходило, какие вопросы поднимались. Мы нашим слушателям наверное скажем о том, что готовится к изданию 15-томное собрание сочинений отца Александра Меня. Сейчас вышел первый том.

Протоиерей А. Борисов

— Да, это правда.

В. Емельянов

— Давайте вот об этом и поговорим немного подробнее.

Протоиерей А. Борисов

— Ну, этой дате, трагической гибели, было посвящено даже две конференции. Одна — международная конференция в Библиотеке иностранной литературы, это было 8 сентября, и другая, как бы ее продолжение, — в поселке Семхоз под Сергиевым Посадом, на том месте, где отец Александр Мень был убит. Собственно говоря, рядом с его домом, где он жил последние лет тридцать. Это был дом, где родилась его жена, и там он жил где-то начиная с 1967 года.

А. Митрофанова

— Когда говорят об отце Александре Мене, имеется в виду целая эпоха. Эпоха, которая связана с гонениями на Церковь, с запретом на то, чтобы исповедовать какую бы то ни было веру, а православие в особенности. И в этой эпохе появляется настолько яркий проповедник, что его замечают с совершенно разных сторон и под разными углами на него смотрят. Огромное количество людей, которые пришли к вере благодаря отцу Александру. Его называли самым интеллигентным, интеллигентским священником, миссионером для интеллигенции, с позволения сказать. И наверное мы сегодня поговорим о том, что это был за человек, чтобы узнать его именно как личность. Не всем так повезло, как Вам, чтобы быть с ним близко знакомым.

Протоиерей А. Борисов

— Да…

А. Митрофанова

— Что касается конференции. Наверняка там были люди, которые приходили и рассказывали о каких-то своих личных воспоминаниях, связанных с отцом Александром. Что Вам больше всего запомнилось, что Вас поразило? Что там происходило вообще?

Протоиерей А. Борисов

— Прежде всего, конечно, было очень важно и очень духовно значимо, что конференцию открывали два митрополита: митрополит Илларион и митрополит Климент, который как раз по благословению Святейшего Патриарха и возглавил издательский совет, издательский совет именно по изданию трудов отца Александра Меня. И как раз к этой дате удалось уже выпустить первый том, который содержал его книгу, первую большую книгу «Сын Человеческий». Книга о Евангелии, книга, которая уже переведена на несколько европейских языков: французский, итальянский, португальский, литовский, грузинский, и так далее. Книга, действительно заслуживающая большого внимания, потому что она очень живо рассказывает о Евангелии, о Христе, об этом времени. И, собственно, для отца Александра было очень, пожалуй, характерно именно то, что он во главу угла, началом и основанием христианской жизни ставил Священное Писание, и в особенности Новый завет, Евангелие, потому что оно нам рассказывает о Христе, который говорит: «Я и Отец — одно». Собственно говоря, я частенько людям говорю, которые не читали Евангелия — а таких людей сейчас по-прежнему очень много: «Вы даже не знаете, каков наш Бог, потому что сам Господь говорит: «Никто не приходит к Отцу, как только через меня». В том смысле, что, зная Христа, зная его учение, зная его жизнь, страдание, смерть, воскресение, мы понимаем, каков наш Бог. Если мы этого не знаем, то у нас о Боге могут быть самые туманные представления, а не то, как это есть на самом деле. Именно Бог открывается в Иисусе Христе, потому что до этого понимание Бога, знание о нем было туманно все-таки. Была вера, как у Авраама. Он услышал голос, поверил ему и пошел туда, куда ему Господь сказал, и делал то, что ему Господь сказал.

А. Митрофанова

— И это вменилось ему в праведность.

Протоиерей А. Борисов

— И это вменилось ему в праведность, правда. Именно потому, что это был истинный призыв, не просто человеку что-то показалось там, какие-то явления и прочее. Именно то, что он отличил этот голос от всех других, которые он слышал в жизни.

А. Митрофанова

— Удивительно то, что, когда мы говорим о книге «Сын Человеческий», она же по-прежнему остается, пожалуй, одним из самых рекомендованных для прочтения источников, инструментом, который знакомит человека с Христом. Мы часто сегодня грешим тем, что нам кажется: Да чего мы там не знаем про эту евангельскую историю, в общем-то можно даже ничего не читать, потому что мы в этом во всем…Столько всего известно, ну вот был Христос, его распяли, он воскрес, все понятно. Открываешь книгу «Сын Человеческий», и оказывается, что не понятно ничего.

Протоиерей А. Борисов

— Ну да, потому что важно именно вот это изнутри почувствовать. В чем был конфликт, в чем было непонимание. Потому что традиционное понимание в то время, в I веке до Рождества Христова и в дальнейшем, мессии - как могущественного завоевателя, который обеспечивает, так сказать, светское, могущественное Царство израильского народа.

А. Митрофанова

— С этим и были связаны ожидания аудитории, так скажем, по отношению ко Христу, да?

В. Емельянов

— Не так поняли.

А. Митрофанова

— И главные разочарования, связанные с ним, из-за чего его и распяли.

Протоиерей А. Борисов

— Да, конечно. Потому что ведь если бы это были одни только фарисеи, саддукеи, синедрион и так далее, это ладно. Но весь народ кричал, потому что народ ожидал, что это человек, который совершает такие чудеса, который, так сказать, видит насквозь людей, действительно сын Давидов. Никто не говорил так, как говорит этот человек. Вот он-то как раз и возглавил бы сейчас нас против римлян. Поставил бы нужных людей на нужные места, мы бы одержали блестящую победу и были бы независимы. И все те пророчества, которые были о мессии, что ему поклонятся цари земные и прочее, прочее, - вот они все и осуществятся. И вдруг вместо этого он отказывается, отказывается от всего этого. Он говорит, что Царствие не от мира сего. И что он пришел защищать истину. Пилат, образованный человек, скептически говорит: «Что есть истина?» Хотя на него Иисус произвел хорошее впечатление, так сказать. Но под давлением Синедриона и всего прочего он вынужден был отдать приказ о казни.

А. Митрофанова

— Книга «Сын Человеческий» так глубока, что возникает вопрос. Откуда у священника, который родился и вырос в советское время, который получил советское, в общем-то, образование, откуда вообще у него запрос на изучение этой темы и откуда у него столько знаний? К каким источникам он обращался?

Протоиерей А. Борисов

— Вы знаете, дело в том, что отец Александр родился в 1935 году и в том же году был крещен. И мать его приняла крещение вместе с ним, хотя она уверовала задолго до этого. В катакомбной церкви, у архимандрита Серафима Батюкова, который ушел в катакомбную церковь на нелегальное положение после декларации двадцать седьмого года митрополита Сергия. И многие священнослужители избрали такой путь. Поэтому там с самого начало христианство было как-то очень серьезным. Приход, конечно, был очень немногочисленным, в Сергиевом Посаде был домик, в котором жил он и те люди, которые его поддерживали, помогали ему. И там было все как-то очень всерьез воспринято. И именно основание евангельское. И в дальнейшем Алик — как в детстве отца Александра звали — избирает именно этот путь служения. Когда преемница, наставник этой семьи матушка Мария схимонахиня спрашивала, когда ему было лет восемь: «Алик, а кем ты хочешь быть?» И он говорил: «Биологом». «А еще кем?» «Писателем». «А еще кем?» «Историком». «А еще кем?» И что-то там еще перечисляла. И он тихо так сказал: «Священником». А окончательный выбор он сделал в двенадцать лет, в 1947 году во время празднования 800-летия Москвы, когда над Москвой на огромном аэростате висел гигантский портрет товарища Сталина, подсвеченный прожекторами снизу, огромная фигура. И понятно, что это был апофеоз его могущества. Позади выиграна война, всякие там репрессии, уничтожение врагов народа, и прочее и прочее. А Алик-то уже знал, что многие из их общины уходили в заключение, были репрессированы.

В. Емельянов

— А родственники его не были репрессированы?

Протоиерей А. Борисов

— Тоже были репрессированы. Дядя отца был репрессирован, но еще задолго до этого, вскоре после Гражданской войны.

В. Емельянов

— А в семье культа личности Сталина не было, конечно? Там все понимали?

Протоиерей А. Борисов

— Да. Ну, конечно, относились с осторожностью, понятно.

В. Емельянов

— Ну еще бы!

Протоиерей А. Борисов

— Даже вот иконы в комнате, они были в таком шкафчике. И когда кто-то заходил, ну, соседи, там, случайно или что-то еще, шкафчик закрывали. Не афишировали. И вот тогда он, глядя на все это, понимал уже. До этого были мысли о священстве, они ездили в Сергиев Посад — тогда Загорск, — эти литургии подпольные ночные, замечательные. Потому что не много народу, и все переживается как Тайная Вечеря. И он тогда принимает решение — как этому противостоять, именно противостоять, став на другую сторону. Как языческий идол, став на сторону Христа, став священником.

В. Емельянов

— А как вообще со стороны властей было позволено проповедовать отцу Александру в это советское время, ведь он многих людей стал выводить из системы ценностей научного атеизма?

Протоиерей А. Борисов

— Ну, видите, многих — это сильно сказано. Отец Александр был рукоположен в диаконы в пятьдесят восьмом году сразу после окончания… нет, не окончания... а его отчислили, не дав сдать госэкзамены именно за религиозные убеждения. Тоже история занятная, когда его экзаменатор по философии спрашивал, какие были убеждения первобытных людей. Ну, он перечисляет: анимизм, тотемизм, и так далее. Он говорит: нет, это неверно, они были стихийными материалистами!

А. Митрофанова

— Это говорит отец Александр Мень?

Протоиерей А. Борисов

— Нет. Экзаменатор. Ну, отец Александр — он был еще тогда студент, Алик, -позволил себе усомниться. Ну как! От тотемизма, анимизма остаются фигурки, рисунки наскальные, и так далее. А какие следы можно откопать стихийного материализма? А экзаменатор сказал: «Иначе они бы не могли выжить».

А. Митрофанова

— Ах вот как!

Протоиерей А. Борисов

— «Приходите через три дня». Он позволил себе заметить:»А вы считаете, что за три дня я сменю свои убеждения?» Ну и так далее. И его под каким-то надуманным предлогом отчислили.

В. Емельянов

— У меня любопытная такая фантазия. А как бы отец Александр держал ответ на экзамене по научному атеизму?

А. Митрофанова

— Действительно!

Протоиерей А. Борисов

— Ну, тогда этого не было. Это я держал в свое время экзамен по научному атеизму.

В. Емельянов

— А Вы как держали?

Протоиерей А. Борисов

— Я держал так. Я когда пришел на экзамен, я решил, что если будет там ленинская работа, я ее изложу. А если будет прямой вопрос, то придется давать прямой ответ, ничего не поделаешь. Было вместе с философией. По философии я ответил на вопрос. «Ну, у вас там ленинская работа». Я так уже обрадовался, что сейчас все расскажу. «Так, ну ладно. Ну что, есть Бог-то?» — спрашивает меня экзаменатор. Я говорю: «Да, есть». Он так немножко смутился, говорит: «Ну да, когда студент сдает экзамены, он волнуется… Ну ладно, какая там у вас ленинская работа?»

А. Митрофанова

— Молодец! Подыграл Вам! (Смеются).

Протоиерей А. Борисов

— Ну как-то вот Господь провел.

В. Емельянов

— Совсем, казалось бы, недавно, а какая гигантская пропасть между нынешним и тем временем, когда Вы были студентом. Как это вообще? Взять и ответить на такой вопрос, есть ли Бог, или нет Бога?

Протоиерей А. Борисов

— Ну а что же делать, надо отвечать.

В. Емельянов

— Ну это же вплоть до исключения из института, из университета, из комсомола! В общем, это сломанная жизнь. Это минус карьера, ну хоть какой-то карьерный рост и все то, что ему соответствует, это никакого приличного распределения.

Протоиерей А. Борисов

— Ну, это, знаете, Господь проводит.

В. Емельянов

— Это да.

Протоиерей А. Борисов

— Потому что я спустя довольно много лет случайно встретил этого преподавателя, он был легко узнаваемый, он прихрамывал очень сильно, участник войны, ну, вообще хороший был мужик. И я его встретил в метро, поздоровался: «Знаете, я ваш студент». «Да, как приятно». Я его спросил: «А помните, был такой эпизод. А я вот сейчас служу в церкви». Он так задумался и говорит: «Нет, совершенно не помню». Так Господь закрывает, когда нужно.

А. Митрофанова

— Возможно. Но, Вы знаете, мне кажется, Володь, ты говоришь о том, что было так много людей, которые карьерой поплатились. Именно поэтому наверное было так много в советское время философствующих дворников, «людей из кочегарки», как их впоследствии стали называть.

Протоиерей А. Борисов

— Ну это не много было, конечно, но и не редко…

В. Емельянов

— Ты кого имеешь в виду? Это все рокеры наши?

Протоиерей А. Борисов

— Но дело в том, что когда отец Александр начал свое служение, во-первых, у него было неоконченное высшее образование. Его отчислили из института. Военная кафедра была у них, он же там звание получил до этого, военные сборы были. И поэтому он остался как бы в вольном полете. Но это было к лучшему, потому что иначе ему надо было бы обязательно три или пять лет отрабатывать по специальности. А тут он оказался на воле, и благодаря доброму отношению к нему, такой был отец Николай Голубцов… К нему было доброе отношение архиепископа Макария, в то время его кафедра была в Церкви Ризоположения. И вот он рекомендовал для рукоположения в дьяконский сан, и это произошло в июне 1958 года.

А. Митрофанова

— Пятьдесят восьмой год, сейчас даже сложно представить себе эту эпоху и что значило в то время стать священником.

Протоиерей А. Борисов

— Время, конечно, было для этого очень трудное. Но Господь проводит. Потому что началось хрущевское гонение. Ведь начиная где-то с 1943 года, с начала войны еще, вот эта антирелигиозная пропаганда и репрессии на священников ослабли. Хотя еще были и посадки, и расстрелы, но уже единичные. А с 1943 года, когда состоялась эта историческая встреча трех митрополитов со Сталиным и семинарии открылись, и журнал стал выпускаться. Все, пожалуйста. И вот это давление ослабло. И Церковь жила относительно спокойно, не вмешиваясь ни в какие финансы. И даже показывал после войны, вот у нас рядом Николо-Кузнецкий храм, где я живу, и там после войны один из батюшек показывал диафильмы детям, рассказывал о Евангелии в храме.

А. Митрофанова

— Ничего себе.

Протоиерей А. Борисов

— Так что такая была вещь. А тут Хрущев, какая-то у него было личная ненависть. Все сферы жизни в то время, они как бы… ну… значительное облегчение во всем. В науке, везде, везде. Генетику перестали гнать, и все такое. И только Церковь. Репрессии усилились. Усилилась антирелигиозная пропаганда, вынуждали преподавателей духовных семинарий каяться, какие-то находили зацепки в их биографии и заставляли каяться.

В. Емельянов

— Первыми было духовенство, а потом по полной программе получила и творческая интеллигенция от Хрущева. Ну, самое разное, в общем.

Протоиерей А. Борисов

— Ну, творческая интеллигенция — это было относительно безобидно.

В. Емельянов

— Ничего себе! Сколько народу с инфарктами слегло.

Протоиерей А. Борисов

— Ну да… А церкви стали закрывать, священников сажать, особенно досталось протестантам. Там очень много людей оказалось в тюрьме.

А. Митрофанова

— Интересно почему? Надо будет докопаться, почитать. Последнего попа по телевизору Хрущев обещал показать. И где Хрущев теперь — неизвестно.

Протоиерей А. Борисов

— Ну а тут отец Александр. Ну что, закончил учебное заведение, учится, ну, дьякон, ничего страшного. Потому что всегда какие-то есть сферы, которые должны быть. И он с пятьдесят восьмого года, нет, немножко позже, стал публиковать статьи в Журнале Московской Патриархии. Хорошие статьи, объективного содержания, по истории религии… Был там хороший очень человек, Анатолий Васильич Ведерников, главный редактор, очень интеллигентный, культурнейший человек, как-то поддерживал, статьи публиковал. Около двадцати статей у него было в те годы в журнале. И все это время он писал книги. «Сын Человеческий» было написано в студенческие годы.

А. Митрофанова

— В студенческие годы?? Такая книга??

Протоиерей А. Борисов

— Она появилась… первый тираж был как раз в пятьдесят восьмом году, когда он был выгнан из института.

А. Митрофанова

— Я этого не знала…

Протоиерей А. Борисов

— Я был ее первым читателем. Тираж был шесть экземпляров. Столько брала пишущая машинка. Многие вспоминали. Владыка Климент вспоминал. Когда он учился, это была середина семидесятых в семинарии, то он читал «Сын Человеческий» на папиросной бумаге. Друг другу передавали семинаристы.

В. Емельянов

— Причем, наверное, перепечатывали. Вы знаете, какую мне интересную историю рассказал наш главный редактор радио «Вера». Оказывается, в наборе литер на каждой печатной машинке имелась какая-то своя особая метка, и по этой метке можно было вычислить, что это за печатная машинка. А поскольку они все были номерные и продавались только по предъявлению паспорта, мгновенно вычислялись люди, которые занимались самиздатом.

А. Митрофанова

— Да-да-да, была такая история.

В. Емельянов

— Я, честно говоря, только сейчас в свои за сорок об этом узнал. У нас дома была печатная машинка, мама на ней докторскую диссертацию печатала. Но мне даже в голову не приходило, что такое может быть.

А. Митрофанова

— Я об этом видела фильм, да.

Протоиерей А. Борисов

— Но по-моему, это касалось все-таки учреждений только. А личная ваша анкета… Ну, наверное были какие-то отпечатки, но все наверное не подвергались.

В. Емельянов

— Ну, не знаю. Я за что купил, за то продаю.

Протоиерей А. Борисов

— И даже первую книгу отец Александр писал еще в школе, в седьмом классе. «О чем говорит и чему нас учит Библия».

А. Митрофанова

— В седьмом классе??

Протоиерей А. Борисов

— Ну, видите, он вообще был человек очень рано сложившийся. Проще говоря, был человек гениальный, незаурядных способностей. Он уже в четыре года читал и писал хорошо, первая надпись в четыре года, первое, что он написал, — цитата из Послания Апостола Павла: «Не будьте побеждены злом, но побеждайте зло добром». Поскольку у него были и мама, и тетушка, и двоюродная сестра очень верующие люди, культурные, они его уже просвещали, с четырех лет, так что он все это хорошо знал. У него были с самого начала задатки миссионера. Вообще, он любил пересказывать. Я помню, нам с Павлом, это мой друг… Собственно, я отца Александра знаю с детства, потому что мы с его братом Павлом учились в одном классе. С первого класса мы подружились — это сорок шестой год, — и с того времени я в этой семье почти каждый день бывал. И очень часто случалось так. Алик говорит о какой-то книге: «Ну, вам наверное будет некогда ее прочесть, я вам сейчас расскажу». И так вот, в нескольких словах рассказывал главное содержание книги. Так что желание поделиться — причем очень талантливо, ярко, хорошо — всегда у него было.

А. Митрофанова

— Отец Александр, а какое впечатление на Вас произвела книга «Сын Человеческий», когда Вы ее прочитали?

Протоиерей А. Борисов

— Впечатление, конечно, очень сильное, глубокое, потому что это как раз был год, когда я уверовал в Бога, когда принял крещение. В это же самое время.

А. Митрофанова

— Сколько Вам было лет тогда?

Протоиерей А. Борисов

— Девятнадцать.

А. Митрофанова

— То есть, до этого времени, общаясь с отцом Александром, будущим отцом Александром Менем, Вы слушали-слушали его и что-то себе там откладывали в сознании…

Протоиерей А. Борисов

— Ну, тогда мы даже мало общались. Мы общались с Павлом, с его мамой. Потому что в школе четыре года — это большая разница. Это в шестом классе, а там в десятом. А вот с этого времени уже началось, конечно, такое уже общение близкое. И самые разные вопросы, и биология, и все-все.

А. Митрофанова

— Что Вас больше всего, с позволения сказать, зацепило в этой книге? Что резануло, запомнилось?

Протоиерей А. Борисов

— Пожалуй, больше всего, что такая живая… очень живо передана атмосфера, историческое время, где это происходило, когда.

А. Митрофанова

— Картина эпохи.

Протоиерей А. Борисов

— Да. Это живо. Не просто так как-то написано, а именно чувствуешь, как будто он там побывал, сам был участником.

А. Митрофанова

— А как ему это удалось? Где он брал информацию?

Протоиерей А. Борисов

— Ну, во-первых, какие-то книги сохранялись, передавались. Был такой Пестов, его книги сейчас издаются. Он был интеллигентный человек, с большой библиотекой. И Алик был одним из читателей этой библиотеки, он многим людям давал читать, но так, чтобы они друг друга не видели. В случае репрессий чтобы не выдавать друг друга.

В. Емельянов

— Еще и конспиратор великий был.

А. Митрофанова

— Не говори, вообще!

Протоиерей А. Борисов

— Он был вынужден тогда, это было неизбежно.

А. Митрофанова

— Предусмотрительно.

Протоиерей А. Борисов

— Когда было еще лет двенадцать ему, случайно на Даниловском рынке — ну бывали же, сохранились какие-то старинные книги, продавали там все ненужное — он нашел, как сам говорит, «между морскими свинками и гвоздями» тома Владимира Соловьева. И сразу понял. О! Вот это то, что нужно. И, собственно, Владимир Соловьев стал его наставником. И основные идеи его направления были почерпнуты именно оттуда. Первая мысль, которую он развил. И она стала обоснованием этого шеститомника, потому что Владимир Соловьев один из первых стал воспринимать дохристианские религии не как сплошную бесовщину, заблуждение, а как поиск человека истины.

А. Митрофанова

— Кстати, очень правильный вектор.

Протоиерей А. Борисов

— И поэтому… он хотел даже написать историю, но не успел, рано ведь умер Соловьев, в сорок семь лет, кажется. И Алика эта идея очень захватила. И поэтому его шеститомник вот чему посвящен: «Истоки религии», ветхозаветная религия, «Магизм и единобожие», о Моисее и дальнейшей истории Израиля, «Вестники Царствия Божия», о пророках, потом «Дионис, Логос, Судьба», греческая философия и религия, «У врат молчания», восточные верования, и «На пороге Нового Завета», состояние на последние три века перед Рождеством Христовым. Так что целью было показать, что все эти религии были поиском истины, а ответом был Христос. Именно христианство стало ответом на поиски человека.

В. Емельянов

— Отец Александр, а какие еще святые, богословы, ученые, философы были близки отцу Александру из современных ему православных подвижников, кого он почитал больше всего?

Протоиерей А. Борисов

— Тейяр де Шарден — первое, что приходит в голову… Вы знаете, он — особенно где-то начиная с 1970 года, когда контакты стали более живые, кто-то уезжал отсюда, можно было переписываться, — он через знакомых выписывал, получал довольно много книг иностранных авторов, поскольку читал на английском и французском, не скажу, что свободно владел, но читать читал. То есть, он вполне был на уровне современного богословия, во всяком случае вот этих лет, в 60 — 70 годы. Ну и потом, конечно, авторы девятнадцатого века, наши российские.

В. Емельянов

— Ну вот кроме Владимира Соловьева кто?

Протоиерей А. Борисов

— Мне трудно, пожалуй, на этот вопрос ответить. Ну, конечно, наши религиозные философы возрождения: Бердяев, Булгаков, Флоренский, Франк. Вот его основные.

А. Митрофанова

— Наш сегодняшний «Светлый вечер» посвящен памяти протоиерея Александра Меня, выдающегося священника двадцатого века, которого называют «миссионером для племени интеллигентов». Это был выдающийся ум, во всех смыслах, и человек, сердце которого горело Христом. Протоиерей Александр Борисов, настоятель Храма Святых Космы и Дамиана в Шубине сегодня рассказывает нам об этом.

А. Митрофанова

— Поскольку, отец Александр, Вы были знакомы с отцом Александром Менем фактически с детства, Вам, как никому, виден наверное этот потрясающий путь встречи со Христом, поиска, продолжения вот этого внутреннего поиска, когда человек не останавливается, не замирает в одной точке, а продолжает исследование, постижение Бога. Это просто удивительно и потрясающе. И еще умеет об этом рассказать так, что люди загораются. Мы начали с Вами сегодняшний разговор с конференции, которая была посвящена памяти отца Александра Меня. Поподробнее, пожалуйста, расскажите, что там происходило и что лично Вам кажется наиболее значимым для нашего времени.

Протоиерей А. Борисов

— Конференция была в Библиотеке иностранной литературы в Москве, она была международной, там были участники из восьми разных стран европейских, и были очень интересные доклады. Я позволю себе о некоторых… Обо всех рассказать у нас просто времени не хватит сегодня. Доклад Ива Амана, профессора русской лингвистики из Парижа, француза, прекрасно знающего русский язык. Он подружился с отцом Александром еще в начале 70-х годов. Он был культурным атташе Франции здесь в Москве, сотрудником посольства, и через общих знакомых они познакомились. Он был очень с ним дружен, они общались, и так далее. И примечательно то, что после убийства отца Александра в 1990 году, буквально через пару лет он первый написал о нем книгу. Потом появились еще, отечественных авторов, друзей. Но вот его книга была первой, он там рассказывает не только об отце Александре, но и о той эпохе, в которой тот жил, принял крещение… война, послевоенные годы... Так что там целый исторический контекст. Доклад Ива Амана интересен тем, что он, ссылаясь на Аверинцева, говорит, что наше время, XXI век, чаще всего обозначается приставкой «пост». Постмодернизм, постимпрессионизм…

А. Митрофанова

— Постхристианство.

Протоиерей А. Борисов

— Постхристианство, да. То есть, мы как бы живем в особое время. В прошлое ушло время внешнего торжества христианства, как говорит Ив Аман.

А. Митрофанова

— А Вы, кстати, согласны с этим?

Протоиерей А. Борисов

— Во всяком случае, для Европы это несомненно так. Если уж даже из Декларации Европейского Союза слово «христианство» — что христианство было основанием европейской культуры — убрали, этого слова там нет, значит это действительно уже постхристианство.

В. Емельянов

— Я надеюсь, что мы-то не дойдем до этого.

Протоиерей А. Борисов

— Ну… вот мы надеемся, да.

А. Митрофанова

— У нас, кстати, в Конституции ничего об этом не сказано, насколько я знаю.

Протоиерей А. Борисов

— Да. Ив Аман справедливо говорит о том, что — он повторяет слова Сергея Сергеича Аверинцева — в двадцатом веке было сделано и наговорено против веры больше, чем за все предыдущие исторические эпохи. И мы знаем, что по числу мучеников этот век, конечно, все остальные обошел. Особенно, конечно, наших российских мучеников. И в то же время, открывается христианству возможность быть миссионерской религией, потому что действительно надо нести, проповедовать его заново. И также религия основана на динамике. Динамика и миссионерство — это как раз две характерные особенности трудов отца Александра Меня. Динамика Благой вести. Дело в том, что ведь восприятие мира, в особенности в дохристианское время, греческая философия, которая легла в основу европейской культуры, было статическое. То есть, полагалось, что либо все неизменно в этом мире… вот, вроде, что-то новое, а смотришь, нет, тоже старое… Либо это циклическое восприятие. Проходит какой-то цикл, а потом снова. Оно очень симпатичное, очень нравится, люди охотно верят в Атлантиду. Там когда-то всего достигли, замечательных успехов, но все рухнуло, и мы живем после, а сейчас опять приблизимся к тому же самому. А у отца Александра было яркое восприятие, что история имеет динамику. Что история — цель. Он, конечно, не сам придумал. Этим характерна Библия. Именно Библия говорит о том, что история ведет к какой-то цели. Все книги Библии, начиная с Бытия и заканчивая Апокалипсисом, говорят именно об этом. И, конечно, эта миссионерская настроенность. Миссия должна нестись. Великое заблуждение — считать, что христианство уже совершилось, где-то в IV веке, в XIII веке. И самая яркая, запоминающаяся мысль отца Александра — что христианство только начинается. Что за две тысячи лет христианского человечества, ну, так сказать, доля процента пока усвоила Евангелие. И прошлое человечества, которое исчислялось десятками тысяч лет, сейчас все дальше и дальше отодвигается возникновение человека - где-то порядка 100-120 тысяч лет. И что, конечно, все это языческое прошлое глубоко сидит в человеке. И 2 тысячи лет христианства, конечно, далеко еще не достаточно, чтобы заменить собой. И поэтому задача христианства именно быть этой миссией.

А. Митрофанова

— Это вселяет сдержанный оптимизм.

Протоиерей А. Борисов

— Да.

А. Митрофанова

— Вы знаете, отец Александр, Вы так рассказываете об отце Александре Мене, что возникает образ человека, внутренне абсолютно свободного и не знающего никаких преград. И поскольку формирование его, как Вы отметили, началось очень рано — то есть, к 20 годам все про него было уже понятно — возникает вопрос, а как в советской эпохе, в советское время мог сформироваться настолько внутренне свободный человек?

Протоиерей А. Борисов

— Понимаете, во-первых, здесь ведь была эта вот ниточка от начала ХХ века. Те люди, в среде которых отец Александр формировался, это московская верующая интеллигенция, люди, которые группировались вокруг отца Алексея Мечева, Серафима Батюгова, ну и немного батюшки, которые оставались подпольными…

А. Митрофанова

— То есть, первое — это среда?

Протоиерей А. Борисов

— Да. Среда интеллигентных верующих людей. Она была очень немногочисленной, «узок круг этих революционеров».

А. Митрофанова

— Зато какой голос и какое значение.

Протоиерей А. Борисов

— Борис Васильев, один из профессоров МГУ, тайный священник, это был один из наставников Меня. И другие люди. Немногочисленный круг, но эта ниточка все равно тянулась оттуда, с начала ХХ века. Потом всякие уже проникали книги и Флоренского, и Булгакова, и Бердяева. Именно русский религиозный ренессанс начала ХХ века, как совершенно справедливо его называют, это тоже было мощным толчком для развития отца Александра Меня. Именно в основу, прежде всего, положить христоцентризм. О Христе говорит Библия. Вся Библия направлена ко Христу, к Мессии, к этому будущему. Что вся история есть некая стрела, пущенная в цель. И поэтому не просто цикличное и какое-то не очень осмысленное существование, а именно все идет к какой-то определенной цели, к Царству Божию. Именно об этом и говорит Христос. И когда Христос говорит, что «недужные, руки возложа, здравы будут, змея возьмут(?)» и так далее, он говорит именно об этом могущественном возрастании человека. Как и отец Александр, иногда я говорю, что мы пока еще «неандертальцы духа» (Смеются.)

А. Митрофанова

— Это он и про себя в том числе так говорил??

Протоиерей А. Борисов

— Ну, так, в целом, «мы». Мы пока далеко еще не освоили то, что нам предназначено, он говорит, что дистанция между нами какие мы есть и какими будем в Царствии Божием такая же, как дистанция между гениями, такими как Леонардо да Винчи или Эйнштейн, и молчаливым эмбрионом во чреве матери. Мы пока еще эмбриончики.

В. Емельянов

— В разговоре «Светлого вечера», в полотне, так сказать, «Светлого вечера» Алла уже произнесла этот термин, «миссионер для племени интеллигентов», отца Александра так назвал Сергей Сергеич Аверинцев, наш академик. А напомните, пожалуйста, нашим радиослушателям, кого из великих и знаменитых, если можно так выразиться, ну, или мы их называем «селебритис» языком масс-медиа, отец Александр привел в лоно Церкви и кто по сей день считает себя его духовным наследником?

Протоиерей А. Борисов

— Александр Галич, конечно. Надежда Яковлевна Мандельштам, хотя она была крещена раньше, но особенно в последние годы жизни она была близка с отцом Александром. Фазиль Искандер. Я многих, может быть, не помню, потому что в то время не очень знакомили всех со всеми, потому что не очень было безопасно. Во всяком случае, многие о нем знали и встречались с ним.

В. Емельянов

— Кстати, община церкви Космы и Дамиана традиционно считается интеллигентским приходом в столице, в продолжение этой темы. Как лично Вы относитесь к этому? Гордитесь, радуетесь или, может быть, наоборот обижаетесь?

Протоиерей А. Борисов

— Вы знаете, это просто в силу географических причин. Потому что храм находится в центре, это не спальный район. Если бы был спальный район, то люди, которые бы жили рядом, приходили. А в центре это либо люди, которые живут поблизости, из дома номер 8, там раньше были актеры, писатели, по Тверской. Немало людей приходит. А вот уже когда надо ехать, люди едут не просто потому что поближе, а уже ради чего-то, ради книг отца Александра Меня, ради некоего, если можно так сказать, духа, который мы хотим поддержать. Духа открытости. Мы стараемся не делать там замечаний, вот не туда свечку поставил, то да се. Когда я с этим сталкиваюсь, я очень выговариваю. Ни в коем случае не надо. Человек пока не знает, ну подумаешь, не так передал, не так поставил, он потом узнает.

В. Емельянов

— В связи с этим сразу второй вопрос. Прихожан вашего храма тоже теперь называют «интеллигентами», часто называют «меневцами». Как Вы считаете, накладывает ли это на Вас и членов вашей общины какую-то особую ответственность перед Церковью в связи с необходимостью соответствовать по нравственному и интеллектуальному уровню. Хотя, в принципе, Вы на этот вопрос ответили, хотя бы на примере, что не надо вновь обращенных осаждать. Вы знаете, я очень часто — и Алла не даст соврать — священникам задаю этот вопрос. Как этих «ревнителей», которых очень много в различных храмах, обуздать? Во-первых, нужно ли это делать? Во-вторых, они же вредят только, потому что очень много молодых людей, приходя в храм впервые в жизни и встречая вот такое недружеское, неблагожелательное к себе отношение, уходят из храма, и возможно даже навсегда.

Протоиерей А. Борисов

— Да, я нередко с этим встречался. Люди приходят и говорят: «Вот я там встретил такое вот отношение и пять лет не смог порог храма переступить», и так далее. Ну, с этим ничего не поделаешь, это неизбежное свойство человеческой натуры. Когда он что-то для себя открыл, определенным путем его коснулось, и тогда он считает, что только так можно приходить. И если кто-то идет иначе, это уже никуда не годится. В этом отношении, знаете, одна из фундаментальных лекций отца Александра — это «Понимание христианства». Имеется в виду понимание статическое. Оно отцами достигнуто в пятом веке, Золотой век христианской письменности, вот только так и надо жить. И отношение ко всему другому, творчеству, поискам, другим религиям, контактам — нет-нет-нет! это все бесовщина, никуда не годится, и все такое. И отношение открытого христианства. Собственно говоря, неприятие отца Александра значительной частью представителей Церкви именно идет отсюда. Отец Александр привел замечательный пример из романа Достоевского «Братья Карамазовы» двух старцев в монастыре. Проблема была еще для Достоевского совершенно ясна. Ферапонт и Зосим. Зосим — добрый, открытый, терпимый, не ригористичный…

А. Митрофанова

— …очень нелинейно относящийся к каждому приходящему к нему человеку…

Протоиерей А. Борисов

— …Да. И Ферапонт, который везде видит бесов, грозное обличение, угрожает адскими муками, и так далее. Вот два типа. Один статичный — закрыться, закапсулироваться, а весь мир пусть там в аду горит. И наоборот открытый. Ведь Иисус говорит: «Идите, научите все народы, все народы сделайте моими учениками». Христианство призвано, чтобы быть миссионерским. Миссия для христианина. Поэтому, конечно, открытое восприятие действительности — оно и характерно для открытого христианства, открытого православия. И здесь важно еще и следующее. Ведь мы созданы по образу и подобию — кого? — Творца. А раз образ и подобие — значит и мы творцы. Как же мы будем этот образ осуществлять, если мы себе закроем все …

А. Митрофанова

— …все творческие функции и каналы…

Протоиерей А. Борисов

— …Да, только если иконы писать, храмы расписывать, больше ничего. Разумеется, по творчеству всегда могут быть и плюсы, и минусы, это понятно. Вот все эти истории с Тангейзером, и так далее. Конечно, отрицательные явления, когда человек ради эпатажа, чтобы прославиться…

А. Митрофанова

— …переходит границы…

Протоиерей А. Борисов

— Ну да, за нехваткой таланта. Конечно, разница в этом. Именно поэтому его не воспринимали. Но именно с этим связано и его экуменическое настроение. Причем даже такие замечательные православные богословы, как Николай Афанасьев — протоиерей, живший во Франции, недавно вышел сборник его статей… Он как раз и говорит, что в самом главном с католиками мы ведь не расходимся. И мы, и они признаем действительность совершаемой евхаристии. И мы, и они понимаем… мы никогда не говорили, что это недействительное причастие. Да, мы не причащались вместе по разным причинам. Но мы это признаем. Мы признаем таинство священства, и того, и другого. Если к нам переходит католик, священник, мы же его принимаем в сущем сане, не перерукополагаем, мы не крестим его заново.

В. Емельянов

— А если наш священник переходит, там тоже?

Протоиерей А. Борисов

— Конечно, принимают.

В. Емельянов

— И все-таки. Отца Александра подвергали — прямо скажем — беспощадной критике, называли его «потерявшимся миссионером», как только ни называли, клеили разные обидные ярлыки. Как вы думаете, с чем связано такое отношение к наследию отца Александра до сих пор? Потому что очень настороженно все-таки относится Церковь к личности отца Александра. Что это? Зависть, непонимание, может быть, какие-то проблемы в области церковной, миссионерской деятельности? Вот он видел так это, а Церковь все-таки видит иначе.

Протоиерей А. Борисов

— Ну, Вы знаете, все-таки здесь надо уточнить. Что значит «Церковь видит иначе»? Где у нас мнение именно Церкви?

Протоиерей А. Борисов

— Ну, скажем так, ряд священников…

Протоиерей А. Борисов

— Вот это другое дело. Это большая разница.

В. Емельянов

— Ну конечно, да, я не корректно выразился.

Протоиерей А. Борисов

— Я знаю отца Александра всю свою жизнь. Я знаю, что с шестидесятых годов отношение священноначальников к отцу Александру всегда было очень позитивным. Тогда, конечно, было трудно это как-то выражать, но мне передавали люди, которые точно знают. Патриарх Пимен говорил, что отец Александр Мень это самый умный священник.

А. Митрофанова

— Высокая оценка!

Протоиерей А. Борисов

— Патриарх Алексий в своем маленьком некрологе на убийство отца Александра писал, что не все мнения отца Александра были восприняты со всей полнотой Церковью. По сути, ничто из того, что он писал, не расходится с сутью Священного Писания. А то, что есть некоторые разногласия, не принимает кто-то, это вполне укладывается в слова Апостола Павла: «Ибо надлежит быть и разномыслиям между вами, дабы открылись между вами искусные». Так что Патриарх Алексий передал вполне. А нынешний Патриарх Кирилл, который благословляет издание собрания сочинений Меня, он вообще дружен был с отцом Александром, даже у них был план создания пособия для Семинарии.

А. Митрофанова

— Совместный проект?

Протоиерей А. Борисов

— Да. Пособие по Священному Писанию. Но смерть ему воспрепятствовала. А можно ли в этой связи говорить о возможности канонизации отца Александра? Или хотя бы какой-то подготовительной работе?

Протоиерей А. Борисов

— Я думаю, пока об этом говорить рано.

В. Емельянов

— Преждевременно, да?

Протоиерей А. Борисов

— Я думаю, что то, что в этом году так значимо отметили его дату и что такие значимые действия со стороны священноначалия, это очень существенно сдвигает отношение к нему. Вы знаете, что президент Владимир Владимирович Путин тоже свое обращение направил на конференцию в Семхозе, оценивая его роль как замечательного деятеля культуры, священнослужителя, миссионера…

В. Емельянов

— Вспомним тогда в этой связи очень простые, но очень важные слова: Господь все потихоньку устраивает.

Протоиерей А. Борисов

— Так оно и есть.

В. Емельянов

— Все-таки хотелось вернуться к полному — если это возможно — портрету отца Александра Меня, каким он был человеком, каким он был в отношении к людям, в чем тайна его личности? В каком-то особом воспитании, в хорошей наследственности? А может быть, это дар Божий?

Протоиерей А. Борисов

— Я думаю, что все вместе, и то, и другое, и третье. Во-первых, он был очень красивым, начнем с этого. Действительно очень красивый человек. Я помню в детстве — такой красивый юноша, стройный, веселый, замечательный. Он всегда был душой компании, он всегда был открыт самым разным людям. С каждым человеком мог найти общий язык. Я очень хорошо помню, когда он служил на Валааме, в других местах, после отпевания батюшки всегда приглашают помянуть. Он никогда не отказывался. Потому что для него это всегда был случай побеседовать с людьми. Он всегда как-то мог повернуть на разговор о вечном, о главном. Единственная его телепередача, которая была в начале августа девяностого года, единственная, первая и последняя, она была о вечных вопросах. Ему тогда еще, в девяностом году сказали, чтобы только не употреблять слово «Бог».

В. Емельянов

— Как это?! (смеются)

Протоиерей А. Борисов

— Так вот.

А. Митрофанова

— Это советское телевидение, надо понимать, это огромная аудитория, и там показывают священника, далеко не последнего, как обещал Хрущев когда-то.

Протоиерей А. Борисов

— В это же время, в этом же году, в девяностом, в «Олимпийском» спортивном центре у него было выступление на Пасху, замечательное, он в белой рясе… И огромная аудитория. Прекрасно он говорил о Христе, о Воскресении. И потрясающе то, что последняя лекция — а это было восьмого сентября, вечером, то есть накануне, через несколько часов его убьют — «Христианство». Он заканчивал цикл истории религии, несколько было лекций. Он прочел больше 300 лекций за два года, чуть не по две лекции в день, именно о христианстве. Он говорил, что оно как Эверест, который возвышается над всеми другими, что оно вобрало все то, что было… Если есть в буддизме стремление уйти от зла мира — это есть в христианстве. Если в исламе подчинение Богу как властителю всего — и это есть в христианстве. Ну, и он перечисляет. Оно вбирает в себя все, но это не эклектика, это ответ Бога на поиски человека. И заканчивает он именно тем, что христианство — это Богочеловечество. Победа Христа — это то, что свершилось в Пасхальную ночь, и она продолжается, пока стоит мир. Это были его слова. Последние.

В. Емельянов

— Вообще, было бы замечательно, если бы к этому пятнадцатитомному полному собранию сочинений отца Александра Меня были бы изданы на дисках его проповеди, его лекции. Записи ведь есть.

Протоиерей А. Борисов

— Я вам скажу. Есть в Интернете все. Набрать латинскими буквами alexandrmen.ru (http://www.alexandrmen.ru) — и там все это есть. И аудио, и видео, и начитанные книги, его перевод «Сила и слава» Грэма Грина, прекрасно им же начитано, замечательно, просто заслушаешься.

А. Митрофанова

— Он любил эту книгу?

Протоиерей А. Борисов

— И начитанная книга «Ключи Царства» о католическом миссионере в Китае. Все это есть там.

В. Емельянов

— Это мы с вами в Москве живем. Радио «Вера» имеет сейчас вещание в одиннадцати городах, как выясняется на нашем сайте. Между прочим, не у всех есть Интернет дома. А для пожилых людей это до сих пор остается проблемой. Поэтому если расценивать в том числе и как миссионерскую деятельность издание его пятнадцатитомника, то мне кажется, было бы наверное правильно. Я же не редактор Издательства Московского Патриархата.

Протоиерей А. Борисов

— У нас в храме продаются диски, то же самое, что в Интернете, на этих дисках есть все его выступления. Сейчас же техника такая: на одном диске все книги, все выступления.

В. Емельянов

— В мп3, значит. Ну прекрасно.

Протоиерей А. Борисов

— А потом, я думаю, что пожилым людям тоже надо обязательно осваивать Интернет, хотя бы в небольшом объеме. Я вот сам что надо послушаю… Хотя, скажем, передачи по «Эхо Москвы», Ирина Баблоян, которая там говорит про сайт, пятое-десятое, она говорит быстренько так, я ни слова не понимаю, о чем это.

В. Емельянов

— Ну, понятно. Еще знаете, у людей пожилых немножко такой трепет, смешанный со страхом, перед всей этой техникой.

Протоиерей А. Борисов

— Но это можно освоить.

В. Емельянов

— Это можно освоить, тем более, это удобно для пенсионеров уж тем более, вообще не надо из дома выходить, стоять в очереди в Сберкассе, чтобы оплатить…

Протоиерей А. Борисов

— И еще знаете, о чем я хотел сказать. На конференции в Семхозе — мы ведь только о нескольких сообщениях очень кратко поговорили — было замечательное сообщение, доклад отца Сергия, его фамилия Модель, из Брюсселя. Его мама была прихожанка, девочкой еще, у отца Александра Меня, когда он служил в Алабино. Они потом уехали в Европу, сейчас в Брюсселе, он священник православный. Интересно вот что. Он говорил о том, как отец Александр воспринимается в Европе. Он рассказывает, что европейские богословы, люди, которые его знали или узнали позже, они его ценят как совершенно православного богослова, как человека, который укоренен в православной российской традиции, именно на Святоотеческом предании, которое очень почитается именно в России. Так что они его воспринимают как абсолютно православного русского богослова. Это к тому, что, вот, мы считаем, «западник», и так далее. Так что мнение оттуда — оно очень существенно.

А. Митрофанова

— И он для них авторитет, безусловно?

Протоиерей А. Борисов

— Дело не в том, что авторитет. Я хотел подчеркнуть не это. А то, что они его воспринимают как православного русского богослова. Причем укорененного в российской православной традиции.

В. Емельянов

— У нас сегодня в гостях был протоиерей Александр Борисов, настоятель Храма святых Космы и Дамиана в Шубине. Если вы вдруг заинтересовались трудами отца Александра Меня, приходите в этот Храм. Ну и не только, конечно, по этому поводу.

Протоиерей А. Борисов

— А еще проще набрать http://www.alexandrmen.ru

В. Емельянов

— Мы сегодня говорили об отце Александре Мене в связи с 25-летием его мученической кончины и в связи с тем, что 2015 год — это год его 80-летия. Отец Александр, спасибо Вам большое, что Вы пришли к нам.

Протоиерей А. Борисов

— Спасибо за приглашение, очень был рад.

В. Емельянов

— С вами были Алла Митрофанова и Владимир Емельянов. И хотелось бы вам, уважаемые слушатели, пару слов еще сказать, перед тем, как мы с Аллой уйдем из студии. Что, во-первых, вы можете … все наши программы заархивированы, не только «Светлый вечер», а все те программы, которые выходят на радио «Вера», вы можете найти на нашем сайте http://radiovera.ru/. Там, кстати, есть специальная кнопка «Голос слушателя». Мы собираем ваши мнения, мы ждем от вас предложений, какие темы вы хотели бы услышать в программе «Светлый вечер» и не только на радио «Вера». Ждем ваши отзывы, ждем ваши вопросы. Ну и также вы можете найти нас в Фейсбуке (деятельность организации запрещена в Российской Федерации), ВКонтакте…

А. Митрофанова

— Мы анонсируем наши программы, вывешиваем там информацию о том, какими темами будем заниматься в ближайшее время. Присоединяйтесь к разговору, оставляйте свои вопросы и комментарии. Фейсбук (деятельность организации запрещена в Российской Федерации), ВКонтакте и сайт http://radiovera.ru/, тот раздел, который посвящен непосредственно мнениям слушателей.

В. Емельянов

— Засим все. Ваши Владимир Емельянов и Алла Митрофанова

А. Митрофанова

— До свидания.

В. Емельянов

— До свидания.

Протоиерей А. Борисов

— До свидания.

Другие программы

Богослужения вечера

Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Всенощное Бдение. 21 марта 2026г.

Вечер 21.03.26.

Неде́ля 5-я Вели́кого поста́.

Прп. Мари́и Еги́петской.

Глас 1.

ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ

Вели́кая Вече́рня

Диакон: Воста́ните!

Хор: Благослови́.

Иерей: Сла́ва Святе́й и Единосу́щней и Животворя́щей и Неразде́льней Тро́ице всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Священнослужители в алтаре:

Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́ Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́.

Псало́м 103, предначина́тельный:

Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода./ Благослове́н еси́, Го́споди./ Го́споди, Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́./ Благослове́н еси́, Го́споди./ ... / Вся прему́дростию сотвори́л еси́./ Сла́ва Ти, Го́споди, сотвори́вшему вся.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Вели́кая ектения́:

Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.

О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.

О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.

О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.

О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.

О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Блаже́н муж:

Хор: Блаже́н муж, и́же не и́де на сове́т нечести́вых.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Я́ко весть Госпо́дь путь пра́ведных, и путь нечести́вых поги́бнет.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Рабо́тайте Го́сподеви со стра́хом и ра́дуйтеся Ему́ с тре́петом.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Блаже́ни вси наде́ющиися Нань.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Ектения́ ма́лая:

Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва, и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Го́споди, воззва́х, глас 1:

Хор: Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя./ Услы́ши мя, Го́споди./ Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя:/ вонми́ гла́су моле́ния моего́,/ внегда́ воззва́ти ми к Тебе́.// Услы́ши мя, Го́споди.

Да испра́вится моли́тва моя́,/ я́ко кади́ло пред Тобо́ю,/ воздея́ние руку́ мое́ю/ — же́ртва вече́рняя.// Услы́ши мя, Го́споди.

Стихиры воскресные, глас 1:

На 10. Стих: Изведи́ из темни́цы ду́шу мою́,// испове́датися и́мени Твоему́.

Стихира: Вече́рния на́ша моли́твы/ приими́, Святы́й Го́споди,/ и пода́ждь нам оставле́ние грехо́в,/ я́ко Еди́н еси́// явле́й в ми́ре Воскресе́ние.

Стих: Мене́ ждут пра́ведницы,// до́ндеже возда́си мне.

Стихира: Обыди́те лю́дие Сио́н,/ и обыми́те Его́,/ и дади́те сла́ву в нем Воскре́сшему из ме́ртвых:/ я́ко Той есть Бог наш,// Избавле́й нас от беззако́ний на́ших.

На 8. Стих: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди,// Го́споди, услы́ши глас мой.

Стихира: Прииди́те лю́дие,/ воспои́м, и поклони́мся Христу́,/ сла́вяще Его́ из ме́ртвых Воскресе́ние:/ я́ко Той есть Бог наш,// от пре́лести вра́жия мир Избавле́й.

Стих: Да бу́дут у́ши Твои́// вне́млюще гла́су моле́ния моего́.

Стихира: Весели́теся Небеса́,/ воструби́те основа́ния земли́,/ возопи́йте го́ры весе́лие:/ се бо Емману́ил грехи́ на́ша на Кресте́ пригвозди́,/ и живо́т дая́й, смерть умертви́,// Ада́ма Воскреси́вый, я́ко Человеколю́бец.

На 6. Стих: А́ще беззако́ния на́зриши, Го́споди, Го́споди, кто постои́т?// Я́ко у Тебе́ очище́ние есть.

Стихира: Пло́тию во́лею Распе́ншагося нас ра́ди,/ Пострада́вша и Погребе́нна,/ и Воскре́сша из ме́ртвых,/ воспои́м глаго́люще:/ утверди́ правосла́вием Це́рковь Твою́, Христе́,/ и умири́ жизнь на́шу,// я́ко Благ и Человеколю́бец.

Стих: И́мене ра́ди Твоего́ потерпе́х Тя, Го́споди, потерпе́ душа́ моя́ в сло́во Твое́,// упова́ душа́ моя́ на Го́спода.

Стихира: Живоприе́мному Твоему́ гро́бу/ предстоя́ще, недосто́йнии,/ славосло́вие прино́сим/ неизрече́нному Твоему́ благоутро́бию, Христе́ Бо́же наш:/ я́ко Крест и смерть прия́л еси́, Безгре́шне,/ да ми́рови да́руеши Воскресе́ние,// я́ко Человеколю́бец.

Стихиры прп. Марии Египетской (из Триоди), глас 6, подобен: «Всю отложи́вше ...»:

На 4. Стих: От стра́жи у́тренния до но́щи, от стра́жи у́тренния,// да упова́ет Изра́иль на Го́спода.

Стихира: Тебе́ у́бо возбраня́ше честны́х взира́ния,/ скверн пре́жде привлече́нное скверне́ние,/ твое́ же чу́вство, и твоя́ богому́драя соде́янных со́весть,/ к лу́чшим тебе́ обраще́ние соде́яша./ На ико́ну бо воззре́вши благослове́нныя Богоотрокови́цы,/ всех пока́явшися прегреше́ний свои́х всехва́льная пре́жних,// в дерзнове́нии честно́му Дре́ву поклони́лася еси́.

Стих: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние,// и Той изба́вит Изра́иля от всех беззако́ний его́.

На 2. Стих: Хвали́те Го́спода вси язы́цы,// похвали́те Его́ вси лю́дие.

Стихира: Ме́стом поклони́вшися ра́достно святы́м,/ доброде́тели напу́тное спаси́тельнейшее,/ отту́ду прия́ла еси́, и зело́ потекла́ еси́ до́брое ше́ствие,/ и струю́ преше́дши Иорда́нскую,/ в жили́ще Предте́чево усе́рдно всели́лася еси́,/ и страсте́й свире́пство жи́тельством омрачи́ла еси́,/ истончава́ющи в дерзнове́нии, приснопа́мятная ма́ти,// плотска́я сво́йства.

Стих: Я́ко утверди́ся ми́лость Его́ на нас,// и и́стина Госпо́дня пребыва́ет во век.

Стихира: В пусты́ню всели́вшися твои́х страсте́й/ о́бразы от души́ отъя́ла еси́,/ богови́днейшее изображе́ние в души́ написа́вши,/ доброде́телей ви́ды,/ и толи́ко просия́ла еси́,/ я́ко и вода́ми легко́ преходи́ти блаже́нная,/ и от земли́ взима́тися в твои́х к Бо́гу моле́ниих,/ и ны́не в дерзнове́нии всесла́вная Мари́е,/ Христу́ предстоя́щи,// моли́ся о душа́х на́ших.

Стихира прп. Марии Египетской (из Триоди), глас 4, подобен: «Всю отложи́вше ...»:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Очудотвори́, Христе́, Креста́ Твоего́ си́ла,/ я́ко и я́же пре́жде блудни́ца,/ по́стническим по́двигом подвиза́ся,/ отню́дуже и немощно́е отве́ргши,/ до́блественно сопротивоста́ на диа́вола./ Те́мже и по́честь побе́ды нося́щи,// мо́лится о душа́х на́ших.

Догматик, глас 1:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Догматик: Всеми́рную сла́ву,/ от челове́к прозя́бшую,/ и Влады́ку ро́ждшую,/ небе́сную дверь,/ воспои́м Мари́ю Де́ву,/ безпло́тных песнь, и ве́рных удобре́ние./ Сия́ бо яви́ся не́бо, и храм Божества́:/ Сия́ прегражде́ние вражды́ разруши́вши,/ мир введе́, и Ца́рствие отве́рзе./ Сию́ у́бо иму́ще ве́ры утвержде́ние,/ побо́рника и́мамы из Нея́ ро́ждшагося Го́спода./ Дерза́йте у́бо, дерза́йте лю́дие Бо́жии:/ и́бо Той победи́т враги́,// я́ко Всеси́лен.

Вход с кади́лом:

Диакон: Прему́дрость, про́сти.

Све́те Ти́хий:

Хор: Све́те Ти́хий святы́я сла́вы Безсме́ртнаго Отца́ Небе́снаго, Свята́го, Блаже́ннаго, Иису́се Христе́! Прише́дше на за́пад со́лнца, ви́девше свет вече́рний, пое́м Отца́, Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га. Досто́ин еси́ во вся времена́ пет бы́ти гла́сы преподо́бными, Сы́не Бо́жий, живо́т дая́й; те́мже мир Тя сла́вит.

Диакон: Во́нмем.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Проки́мен воскре́сный, глас 6:

Диакон: Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас шесты́й: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся.

Хор: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся. (На каждый стих)

Диакон: Облече́ся Госпо́дь в си́лу, и препоя́сася.

Стих 2: И́бо утверди́ вселе́нную, я́же не подви́жится.

Стих 3: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня, Го́споди, в долготу́ дний.

Диакон: Госпо́дь воцари́ся.

Хор: В ле́поту облече́ся.

Ектения́ сугу́бая:

Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.

Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.

Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.

Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.

Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.

Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Сподо́би, Го́споди:

Хор: Сподо́би, Го́споди, в ве́чер сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено и́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.

Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя. Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Влады́ко, вразуми́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Святы́й, просвети́ мя оправда́нии Твои́ми.

Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри. Тебе́ подоба́ет хвала́, Тебе́ подоба́ет пе́ние, Тебе́ сла́ва подоба́ет. Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Ектения́ проси́тельная:

Диакон: Испо́лним вече́рнюю моли́тву на́шу Го́сподеви.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Ве́чера всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.

Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)

Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.

Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.

До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.

Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.

Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Бу́ди держа́ва Ца́рствия Твоего́ благослове́на и препросла́влена. Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Лития́: (В приходской традиции может опускаться)

Поется стихира храма ^{^[1]} , затем:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богоро́дичен воскре́сный из стихи́р стихо́вных по гла́су хра́мовой стихи́ры. ^[2]

Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день), и всех святы́х. Мо́лим Тя, многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (40 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о господи́не на́шем высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к и о всем во Христе́ бра́тстве на́шем, и о вся́кой души́ христиа́нстей, скорбя́щей же и озло́бленней, ми́лости Бо́жия и по́мощи тре́бующей; о покрове́нии гра́да сего́, и живу́щих в нем, о ми́ре, и состоя́нии всего́ ми́ра; о благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й; о спасе́нии и по́мощи со тща́нием и стра́хом Бо́жиим тружда́ющихся и служа́щих оте́ц и бра́тий на́ших; о оста́вльшихся и во отше́ствии су́щих; о исцеле́нии в не́мощех лежа́щих; о успе́нии, осла́бе, блаже́нней па́мяти и о оставле́нии грехо́в всех преждеотше́дших оте́ц и бра́тий на́ших, зде лежа́щих и повсю́ду правосла́вных; о избавле́нии плене́нных, и о бра́тиях на́ших во слу́жбах су́щих, и о всех служа́щих и служи́вших во святе́м хра́ме сем рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй. (50 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о е́же сохрани́тися гра́ду сему́, и свято́му хра́му сему́, и вся́кому гра́ду и стране́, от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, меча́, наше́ствия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни; о е́же ми́лостиву и благоуве́тливу бы́ти благо́му и человеколюби́вому Бо́гу на́шему, отврати́ти вся́кий гнев на ны дви́жимый, и изба́вити ны от належа́щаго и пра́веднаго Своего́ преще́ния и поми́ловати ны.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Диакон: Еще́ мо́лимся и о е́же услы́шати Го́споду Бо́гу глас моле́ния нас, гре́шных, и поми́ловати нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Иерей: Услы́ши ны, Бо́же, Спаси́телю наш, упова́ние всех конце́в земли́ и су́щих в мо́ри дале́че, и ми́лостив, ми́лостив бу́ди, Влады́ко, о гресе́х на́ших, и поми́луй ны. Ми́лостив бо и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Влады́ко многоми́лостиве, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день) и всех святы́х. благоприя́тну сотвори́ моли́тву на́шу, да́руй нам оставле́ние прегреше́ний на́ших, покры́й нас кро́вом крилу́ Твое́ю, отжени́ от нас вся́каго врага́ и супоста́та, умири́ на́шу жизнь. Го́споди, поми́луй нас и мир Твой, и спаси́ ду́ши на́ша, я́ко благ и человеколю́бец.

Хор: Ами́нь.

Стихи́ры на стихо́вне:

Стихиры воскресные, глас 1:

Стихира: Стра́стию Твое́ю, Христе́,/ от страсте́й свободи́хомся,/ и воскресе́нием Твои́м из истле́ния изба́вихомся,// Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: Госпо́дь воцари́ся,// в ле́поту облече́ся.

Стихира: Да ра́дуется тварь, небеса́ да веселя́тся,/ рука́ми да воспле́щут язы́цы с весе́лием:/ Христо́с бо Спас наш, на Кресте́ пригвозди́ грехи́ на́ша:/ и смерть умертви́в, живо́т нам дарова́,/ па́дшаго Ада́ма всеро́днаго Воскреси́вый,// я́ко Человеколю́бец.

Стих: И́бо утверди́ вселе́нную,// я́же не подви́жится.

Стихира: Царь сый небесе́ и земли́ непостижи́ме,/ во́лею распя́лся еси́ за человеколю́бие./ Его́же ад срет до́ле, огорчи́ся,/ и пра́ведных ду́ши прие́мша, возра́довашася:/ Ада́м же, ви́дев Тя, Зижди́теля в преиспо́дних, воскре́се./ О чудесе́! Ка́ко сме́рти вкуси́ всех жизнь;/ но я́коже восхоте́ мир просвети́ти зову́щий и глаго́лющий:// Воскресы́й из ме́ртвых, Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня,// Го́споди, в долготу́ дний.

Стихира: Жены́ мироно́сицы, ми́ра нося́ща,/ со тща́нием и рыда́нием гро́ба Твоего́ достиго́ша,/ и не обре́тша Пречи́стаго Те́ла Твоего́,/ от А́нгела же уве́девша но́вое и пресла́вное чу́до,/ Апо́столом глаго́лаху:/ воскре́се Госпо́дь,// подая́ ми́рови ве́лию ми́лость.

Стихира прп. Марии Египетской (из Триоди), глас 2, самогласна:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Душе́вная ловле́ния,/ и стра́сти плотски́я мече́м воздержа́ния посе́кла еси́:/ по́мысла прегреше́ния/ молча́нием обуче́ния подави́ла еси́,/ и струя́ми слез твои́х пусты́ню всю напои́ла еси́,/ и прозябла́ еси́ нам покая́ния плоды́./ Те́мже твою́ па́мять// преподо́бная пра́зднуем.

Богородичен воскресный, глас 2:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: О чудесе́ но́ваго всех дре́вних чуде́с!/ Кто бо позна́ ма́терь без му́жа ро́ждшую,/ и на руку́ нося́щую,/ всю тварь Содержа́щаго?/ Бо́жие есть изволе́ние, Ро́ждшееся./ Его́же я́ко Младе́нца, Пречи́стая,/ Твои́ма рука́ма носи́вшая,/ и Ма́терне дерзнове́ние к Нему́ иму́щая,/ не преста́й моля́щи о чту́щих Тя,// уще́дрити и спасти́ ду́ши на́ша.

Моли́тва свято́го Симео́на Богоприи́мца:

Хор: Ны́не отпуща́еши раба́ Твоего́, Влады́ко,/ по глаго́лу Твоему́, с ми́ром;/ я́ко ви́деста о́чи мои́ спасе́ние Твое́,/ е́же еси́ угото́вал пред лице́м всех люде́й,/ свет во открове́ние язы́ков,// и сла́ву люде́й Твои́х Изра́иля.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Тропа́рь, глас 4:

Хор: Богоро́дице Де́во, ра́дуйся,/ Благода́тная Мари́е, Госпо́дь с Тобо́ю:/ благослове́на Ты в жена́х/ и благослове́н Плод чре́ва Твоего́,// я́ко Спа́са родила́ еси́ душ на́ших. (Трижды)

Благослове́ние хле́бов:

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Иерей: Го́споди Иису́се Христе́ Бо́же наш, благослови́вый пять хле́бов и пять ты́сящ насы́тивый, Сам благослови́ и хле́бы сия́, пшени́цу, вино́ и еле́й; и умно́жи сия́ во гра́де сем и во всем ми́ре Твое́м; и вкуша́ющия от них ве́рныя освяти́. Я́ко Ты еси́ благословля́яй и освяща́яй вся́ческая, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)

Псало́м 33:

Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

У́треня

Шестопса́лмие:

Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. (Трижды)

Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. (Дважды)

Псало́м 3:

Чтец: Го́споди, что ся умно́жиша стужа́ющии ми? Мно́зи востаю́т на мя, мно́зи глаго́лют души́ мое́й: несть спасе́ния ему́ в Бо́зе его́. Ты же, Го́споди, Засту́пник мой еси́, сла́ва моя́ и вознося́й главу́ мою́. Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, и услы́ша мя от горы́ святы́я Своея́. Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя. Не убою́ся от тем люде́й, о́крест напа́дающих на мя. Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой, я́ко Ты порази́л еси́ вся вражду́ющия ми всу́е: зу́бы гре́шников сокруши́л еси́. Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя.

Псало́м 37:

Го́споди, да не я́ростию Твое́ю обличи́ши мене́, ниже́ гне́вом Твои́м нака́жеши мене́. Я́ко стре́лы Твоя́ унзо́ша во мне, и утверди́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Несть исцеле́ния в пло́ти мое́й от лица́ гне́ва Твоего́, несть ми́ра в косте́х мои́х от лица́ грех мои́х. Я́ко беззако́ния моя́ превзыдо́ша главу́ мою́, я́ко бре́мя тя́жкое отяготе́ша на мне. Возсмерде́ша и согни́ша ра́ны моя́ от лица́ безу́мия моего́. Пострада́х и сляко́хся до конца́, весь день се́туя хожда́х. Я́ко ля́двия моя́ напо́лнишася поруга́ний, и несть исцеле́ния в пло́ти мое́й. Озло́блен бых и смири́хся до зела́, рыка́х от воздыха́ния се́рдца моего́. Го́споди, пред Тобо́ю все жела́ние мое́ и воздыха́ние мое́ от Тебе́ не утаи́ся. Се́рдце мое́ смяте́ся, оста́ви мя си́ла моя́, и свет о́чию мое́ю, и той несть со мно́ю. Дру́зи мои́ и и́скреннии мои́ пря́мо мне прибли́жишася и ста́ша, и бли́жнии мои́ отдале́че мене́ ста́ша и нужда́хуся и́щущии ду́шу мою́, и и́щущии зла́я мне глаго́лаху су́етная и льсти́вным весь день поуча́хуся. Аз же я́ко глух не слы́шах и я́ко нем не отверза́яй уст свои́х. И бых я́ко челове́к не слы́шай и не имы́й во усте́х свои́х обличе́ния. Я́ко на Тя, Го́споди, упова́х, Ты услы́шиши, Го́споди Бо́же мой. Я́ко рех: да не когда́ пора́дуют ми ся врази́ мои́: и внегда́ подвижа́тися нога́м мои́м, на мя велере́чеваша. Я́ко аз на ра́ны гото́в, и боле́знь моя́ предо мно́ю есть вы́ну. Я́ко беззако́ние мое́ аз возвещу́ и попеку́ся о гресе́ мое́м. Врази́ же мои́ живу́т и укрепи́шася па́че мене́, и умно́жишася ненави́дящии мя без пра́вды. Воздаю́щии ми зла́я возблага́я оболга́ху мя, зане́ гоня́х благосты́ню. Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Псало́м 62:

Бо́же, Бо́же мой, к Тебе́ у́тренюю, возжада́ Тебе́ душа́ моя́, коль мно́жицею Тебе́ плоть моя́, в земли́ пу́сте и непрохо́дне, и безво́дне. Та́ко во святе́м яви́хся Тебе́, ви́дети си́лу Твою́ и сла́ву Твою́. Я́ко лу́чши ми́лость Твоя́ па́че живо́т, устне́ мои́ похвали́те Тя. Та́ко благословлю́ Тя в животе́ мое́м, о и́мени Твое́м воздежу́ ру́це мои́. Я́ко от ту́ка и ма́сти да испо́лнится душа́ моя́, и устна́ма ра́дости восхва́лят Тя уста́ моя́. А́ще помина́х Тя на посте́ли мое́й, на у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́. Ти́и же всу́е иска́ша ду́шу мою́, вни́дут в преиспо́дняя земли́, предадя́тся в ру́ки ору́жия, ча́сти ли́совом бу́дут. Царь же возвесели́тся о Бо́зе, похва́лится всяк клены́йся Им, я́ко загради́шася уста́ глаго́лющих непра́ведная.

На у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Го́споди поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Псало́м 87:

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́.

Псало́м 102:

Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и вся вну́тренняя моя́ и́мя свя́тое Его́. Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и не забыва́й всех воздая́ний Его́, очища́ющаго вся беззако́ния твоя́, исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́, избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой, венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами, исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́: обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́. Творя́й ми́лостыни Госпо́дь, и судьбу́ всем оби́димым. Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови, сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́: Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Не до конца́ прогне́вается, ниже́ в век вражду́ет, не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам, ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам. Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́, утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́. Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад, уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша. Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны, уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́. Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше, помяну́, я́ко персть есмы́. Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́, я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т, я́ко дух про́йде в нем, и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́. Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́, и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́. Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой, и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет. Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́, си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́. Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́, слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́. Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

На вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

Псало́м 142:

Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.

Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.

Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

После Шестопсалмия