Клайв Стейплз Льюис и Хелен Джой Дэвидмен

Поделиться

Клайв Стейплз Льюис и Хелен Джой Дэвидмен говорили, что вся их жизнь была долгой дорогой друг к другу.

Льюис родился в тысяча восемьсот девяносто восьмом году в состоятельной семье. Мать Клайва рано умерла. Едва поступив в Оксфорд, юноша добровольцем ушёл в армию, участвовал в Первой мировой, был ранен. После окончания колледжа Клайв Льюис остался в Оксфорде преподавать литературу и английский язык.

Главным предметом литературных трудов Льюиса стала вера. Его богословские книги «Письма Баламута», «Просто христианство» быстро приобрели известность. Но настоящую славу ему принесли «Хроники Нарнии», семь повестей в жанре фэнтези.

Американская писательница Хелен Джой Дэвидмен была на семнадцать лет младше Льюиса. В двадцать три года девушка получила престижную Йельскую премию за сборник стихов, подрабатывала журналистикой и киносценариями. В юности Джой была атеисткой, симпатизировала коммунистической партии, вышла замуж за репортёра-коммуниста Джона Грэшема. Родилось двое сыновей, но брак был несчастливым. Муж пил, изменял Джой, в конце концов он оставил жену.

Ещё во время замужества Джой стала задумываться о вере в Бога. Размышляя об этом, она написала Клайву Льюису. Письмо Джой содержало интересные вопросы и глубокие комментарии. Они свидетельствовали о её неподдельном интересе к христианству и проницательном уме. Между богословом и писательницей завязалась оживлённая переписка.

В тысяча девятьсот пятьдесят втором году Джой Дэвидмен приехала погостить в Англию, чтобы лично встретиться с Льюисом.

Его друзья были изрядно шокированы прямолинейностью американки. Но Льюису понравилась манера Джой с азартом дискутировать, размышлять, отстаивать своё мнение. Он говорил: «Её ум был сильный и гибкий, как леопард. Я быстро научился не нести вздор, разве только из чистого удовольствия наблюдать её реакцию, из удовольствия быть ранимым и смешным в её глазах».

Джой восхищалась Льюисом, а подруге написала: «уже тогда я мысленно вышла замуж за него». Она обосновалась в Оксфорде, перевезла туда детей.

Писатели были друзьями, собеседниками, компаньонами, и не более. Сын Джой, Дуглас Грэшем, говорил: «Мне кажется, что Клайв довольно скоро стал испытывать к маме любовь, но ему потребовалось много времени, чтобы осознать свои чувства и особенно чтобы принять их».

Клайва и Джой подтолкнули друг к другу обстоятельства: в тысяча девятьсот пятьдесят шестом году английские власти отказались продлевать Джой вид на жительство. Из благородства Льюис предложил заключить брак. Это была гражданская процедура, они расписались в мэрии.

А буквально через два месяца у Джой диагностировали рак кости. Вскоре она перенесла три операции. Льюис не отходил от больной. «Я никогда еще так не любил её, как с тех пор, когда её постигло несчастье», — признавался Клайв. Он сказал Джой, что хочет настоящего брака — то есть венчания.

Таинство совершили прямо в больнице. И случилось чудо — наступила ремиссия. Любящие люди получили передышку, время, чтобы насладиться искренним неподдельным счастьем. Вместе супруги побывали в Ирландии и Греции. Но угроза болезни не отступала. Льюис так описывал другу их настроение с Джой: «Ты не поверишь, как нам весело — медовый месяц на тонущем корабле».

Жена вдохновила Клайва на новые книги. Одна из них — «Любовь», размышления о четырёх видах любви — любви родственной, дружбе, влюблённости и самом высоком виде — любви-даре.

Через два года болезнь вновь дала о себе знать. В июле тысяча девятьсот шестидесятого года Хелен Джой скончалась. Её смерть подкосила Льюиса, он лишь на три года пережил жену. Свою скорбь писатель выплеснул на страницах книги-дневника «Боль утраты».

В ней Льюис воспел свою любимую: «Хорошая жена соединяет в одном лице всех, кто тебе необходим на жизненном пути... Она была мне дочерью и моей матерью, моей ученицей и моим учителем, моей слугой и моим господином, верным товарищем, другом, спутником, однополчанином. Моей возлюбленной...»