«Художественное творчество и вера». Ирина Телеснина, Дмитрий Шмарин

В программе «Пайдейя» на Радио ВЕРА совместно с проектом «Клевер Лаборатория» мы говорим о том, как образование и саморазвитие может помочь человеку на пути к достижению идеала и раскрытию образа Божьего в себе.

Гостями программы «Пайдейя» были заслуженный художник России Дмитрий Шмарин и директор Московского дома самодеятельного творчества Ирина Телеснина.

Разговор шел о том, как художественное творчество помогает раскрывать таланты и воспитывать вкус, как у детей, так и у взрослых, а также мы говорили о 10-й Православной благотворительной выставке «В ДНИ ВЕЛИКОГО ПОСТА» — художественном духовно-просветительском проекте Московского дома самодеятельного творчества в программе Славянского форума искусств «Золотой Витязь».

Ведущая: Кира Лаврентьева

---

Сергей Платонов

— Дорогие друзья, в эфире программа Пайдейя. Этим красивым словом греки называли целостный процесс образования и воспитания. О том, как образование может помочь человеку на пути достижения идеала, раскрытию образа Бога, мы будем сегодня говорить. Напомню, что беседы мы организуем совместно с образовательным проектом «Клевер Лаборатория», который объединяет учителей, руководителей школ, детских садов, родителей и всех тех, кто работает с детьми и занимается их духовно-нравственным развитием. У микрофонов Кира Лаврентьева.

Кира Лаврентьева

— И Сергей Платонов.

Сергей Платонов

— У нас в гостях сегодня директор Московского Дома самодеятельного творчества Ирина Телеснина и заслуженный художник России, член-корреспондент Российской академии художеств Дмитрий Александрович Шмарин. Здравствуйте. Приветствуем вас.

Ирина Телеснина

— Здравствуйте.

Дмитрий Шмарин

— Добрый день.

Кира Лаврентьева

— Сразу вопрос назревает про Дом самодеятельного творчества. Честно говоря, слышим такое впервые, особенно когда дело касается профессиональных художников. Самодеятельное творчество и профессиональные художники — на первый взгляд не вяжется, но чувствуем, что есть здесь какой-то глубокий смысл. Ирина, пожалуйста, расскажите нам.

Ирина Телеснина

— Я с удовольствием поясню эту кажущуюся возникающую нестыковку. Организация наша очень древняя, она возникла в 1937-м году, как методический центр в помощь молодой развивающейся самодеятельности российской, московской. Нужно было готовить кадры для Домов культуры, рабочих клубов, и был образован первый наш Дом художественной самодеятельности для того, чтобы эти кадры готовить. Кадры для художественной самодеятельности. Появилось сразу несколько отделов: изобразительного искусства, театральный, хореографический, и началась работа, взращивание кадров для самодеятельности. С тех пор Дом менял иногда свои названия, он назывался народного творчества, межсоюзный Дом самодеятельного творчества. Но слово Дом оставалось всегда. В этом наша главная миссия — быть домом для тех, кто хочет развивать себя в творчестве, в разных областях искусства — осталась. В следующем году мы будем, дай Бог, отмечать 90-летие. С тех пор, как произошла перестройка и распались профсоюзы, которыми был учрежден наш Дом, мы учредились как общественная организация, и это позволило сохранить основные направления деятельности. Поэтому мы продолжаем выступать как методический центр, потому что много жанров у нас продолжает развиваться. Это авторская песня, городские конкурсы. Это прекрасная школа резьбы по дереву Михаила Ильяева, который проводит тоже московские городские мероприятия. Замечательный культурный центр «Дом» с концертами эксклюзивными, с разными сложными направлениями и форматами. Наш выставочный зал, в котором регулярно проходят выставки. Кукольная коллекция, в которой собрана авторская кукла, профессиональное обучение происходит и выставки. Детская студия Михаила Лабазова, известного архитектора, художественное направление. Конечно, живопись и другие разные направления у нас творчески присутствуют. Жизнь продолжается.

Сергей Платонов

— Ирина, скажите, как появилась идея в таком светском учреждении проводить художественную выставку благотворительную в дни Великого Поста?

Ирина Телеснина

— Это, прежде всего, зов души меня, как христианки. У нас с супругом, когда пришло время нам прийти работать в Дом творчества, был такой позыв, десять лет назад это было, что-то сделать во славу Божию в дни Великого поста. Нас поддержала небольшая группа творческая единомышленников. Мы были увлечены идеей просто собрать работы христианской тематики, пригласить для духовной беседы батюшку, собрать какие-то благотворительные средства на восстановление храма, с Божьей помощью.

Сергей Платонов

— Обычная практика, кто пытается что-то сделать, с этого и начинает. Но у многих не хватает сил это доводить до конца, вы уже 10-й раз это проводите. Как же потом всё это развивалось?

Ирина Телеснина

— Я думаю, что для нас как людей православных нет сомнений, что только по воле Божией, с Божьей помощью удалось нам преодолеть много всяких трудностей. За 10 лет наших стараний выросло число участников нашей выставки, их стало более 180-ти. Мы пытались их посчитать, по самым скромным подсчетам уже более 180-ти художников приняли участие в проектах. Расширилась география проектов, к нам приехали кроме москвичей, работы из Санкт-Петербурга, Воронежа, Липецка, Сочи, Ялты. В 23-м году на проект с помощью общественного движения «Наша забота» нам были доставлены работы художников с Донбасса, это было уникальное дело, потому что сложно было везти оттуда работы. Я помню, как мне написал художник: простите, я хотел вам послать работы, но у меня рамы оказались после бомбежки раздроблены. У меня просто мороз по коже. Я говорю: вы присылайте их именно в таком виде, не бойтесь, мы постараемся что-то восстановить, но это будет очень важно, что художники продолжают творить даже в таких условиях. И, конечно, очень приятно, что нашу идею поддержали художники-профессионалы, потому что от любителей мы постепенно вышли на действительно высокий уровень художественных работ. Первыми были грековцы, мы очень благодарны студии военных художников Грекова, которые нам доверили, поверили, что нам можно доверить большие серьезные полотна. А за ними уже подтянулись выпускники академии Глазунова, и суриковцы, замечательные художники из мастерской братьев Ткачевых, Дмитрий Шмарин, в частности, и его коллеги Максим Фаюстов, Алексей Крюков. Академия Андрияки, преподаватели у нас представлены также. Прекрасные работы собраны на последней выставке и последние несколько лет.

Кира Лаврентьева

— У меня сейчас открыт сайт «Золотой Витязь», в рамках этого форума, я так понимаю, проводятся уже не первый год ваши экспозиции в дни Великого поста, о которой сейчас идет речь. Что удивительно, работы очень разноплановые. В прошлом году они были представлены в разных городах, так же как в этом, Ханты-Мансийск, Новочебоксарск, Севастополь. Не только Москва, дорогие наши слушатели, это очень объемная история, всероссийская. Помимо православной направленности духовной, очень много внимания уделяется патриотической теме. Это особенно тепло отзывается в сердце, учитывая, что это всё организовано, благодаря конкретным людям и их энтузиазму. В частности, Ирина — ключевая фигура в этом во всем. Мы вас от всех души благодарим за это. Нынешние молодые люди, мы много говорим об этом, подвержены разным искушениям, с развитием искусственного интеллекта им особенно тяжело, информации много, она разноплановая. А здесь, пожалуйста, просвещение через изобразительное искусство, это же очень интересно. Есть ли какие-то реакции? Видите ли вы, как реагируют зрители, посетители выставки? Есть ли какая-то обратная связь от молодых людей? Какой-то такой опыт наличествует на данный момент, потому что она уже много лет проходит?

Дмитрий Шмарин

— Да, конечно, есть отдача от зрителей. Для чего художник творит? Для чего он пишет картины? Он пишет их для зрителя. Смысл живописи и смысл художественного творчества? Ты выражаешь какие-то свои мысли, свои идеи, свои чувства и эмоции на холсте, зрители приходят, смотрят, и если у них наступает какой-то отклик, какой-то отзыв, то, значит, цель художника достигнута. Хотелось бы сказать, так как мы на православном христианском радио канале, что я всегда вспоминаю слова нашего известного богослова священника Павла Флоренского, который написал, что искусство должно быть указующим перстом ко Христу. Это сказано, но художник должен думать о том, куда приведет его творчество. Как наш великий поэт сказал: «Нам не дано предугадать, как слово наше отзовется». И художник, в то время, когда создает произведение, должен думать о том, что он вызовет, какие чувства, эмоции, идеи, смыслы вызовет в душе зрителя. Это очень важно.

Сергей Платонов

— Очень много зависит от художника, что внутри у него.

Кира Лаврентьева

— Спасибо вам огромное за эти слова, потому что художник, композитор и режиссер передают свой дух. И что они туда сложат, в этот фильм, картину, стихотворение, поэзию, текст, то и получится, то будет передаваться и передаваться.

Сергей Платонов

— Какой бэкграунд у него вообще.

Кира Лаврентьева

— Интернет помнит всё, поэтому надо очень аккуратно.

Дмитрий Шмарин

— Совершенно верно.

Кира Лаврентьева

— Спасибо вам огромное, что вы это говорите. Скажите, пожалуйста, Дмитрий, вы ждете какого-то вдохновения? Мне всегда было интересно спросить об этом художника, ждет ли он вдохновения. Либо это мастерство уже, как у Баха, который писал фуги просто, как работу выполнял.

Дмитрий Шмарин

— Ну да, кто-то, я не помню, то ли Репин, то ли Шишкин говорил, что вдохновение должно заставать вас за работой, начинайте работать и вдохновение придет. А, собственно, для художника оно начинается с того момента, когда он утром открыл глаза. То есть ты открываешь глаза, ты видишь солнце, небо, облака, красота Божьего мира уже вызывает вдохновение, уже вызывает реакции. Как сказал наш великий Константин Коровин, живописец: «Жизнь моя живопись». Художник на всё окружающее смотрит, как Ирина Владимировна говорит, как жадный хищник, чтобы использовать это в своем творчестве, использовать это в своей картине, как повод для живописи, повод для какого-то художественного образа. Поэтому вдохновение художника начинается с утра. Как только он открыл глаза, сразу начинается вдохновение.

Кира Лаврентьева

— Программа Пайдейя на Радио ВЕРА. Сегодня мы проводим вдохновенный разговор с Ириной Телесниной, директором Московского Дома самодеятельного творчества, и Дмитрием Шмариным, заслуженным художником России, членом-корреспондентом Российской академии художеств. У микрофонов...

Сергей Платонов

— Сергей Платонов.

Кира Лаврентьева

— И Кира Лаврентьева.

Сергей Платонов

— Выставка в дни Великого поста началась 23 марта и продлится она до 5 апреля, проходит она в Московском Доме самодеятельного творчества, это Москва, Большой Овчинниковский переулок, дом 24, строение 4, это метро Новокузнецкая. Кто хочет, может пойти. А, может быть, сейчас расскажете, какие работы представлены на этой выставке, какие художники сейчас там выставляются, на что вы бы хотели особенно обратить внимание в рамках этой выставки?

Ирина Телеснина

— Я бы хотела сказать, что за 10 лет наша выставка от простой изобразительной экспозиции переросла постепенно в художественно-просветительский проект. Мы поняли, что недостаточно просто развесить по стенам красивые картины, пригласить людей.

Сергей Платонов

— Просто показать.

Ирина Телеснина

— Конечно, им приятно заниматься духовным созерцанием, но почувствовали мы в себе такую решимость и готовность заниматься духовным просвещением. То есть рассказывать о нашей истории, об истории России, связанной, безусловно, с православием и с историей христианской Церкви в России, о наших замечательных святых. Поэтому проекты, начиная с 23-го года, у нас носят тематический характер. Хочу пояснить это в свете вопроса о нынешнем проекте, как мы пришли к нему. Сложилась такая традиция, как определить эту тему. Например, в связи с годом, который отмечается в России. Так у нас получилась интересная выставка «Православие и семейные ценности и традиции».

Сергей Платонов

— В год семьи?

Ирина Телеснина

— Да, когда отмечали год семьи в России. Или в год 80-летия Победы мы назвали выставку «Сим победиши». Она была посвящена теме православия и патриотизма, рассказывала о великих русских православных воинах и православных патриотических традициях, о прославленных полководцах, о том, что всеми победами своими мы обязаны, прежде всего, крепкой нашей вере и благословению Божию. А в этом году довольно сложная тема у нас объявлена — год единства народов России. Сложная и актуальная тема, потому что события иногда тревожные происходят. Мы думали, как нам трансформировать эту тему именно в аспекте православной истории, православных традиций, и поняли, что важно здесь будет раскрыть значение православия как некой духовной скрепы нашего многонационального государства. Рассказать и о духовно-просветительской миссионерской деятельности русских православных святых. В частности, у нас интересная работа «Стефан Пермский равноапостольный», у нас всего четыре равноапостольных в Русской Церкви, один из них Стефан Пермский. Потрясающая икона из мастерской «Прикосновение», вышит лик золотом и драгоценными камнями украшена работа, очень массивная, большая мастерской «Прикосновение» Натальи Краснославовны Горковенко. Мы будем рассказывать о его миссионерской деятельности, о других святых и ныне здравствующих священнослужителях, в том числе, о служении Святейшего патриарха Кирилла. Мы сделали целую экспозицию портретов художницы Марии Кабановой.

Сергей Платонов

— Не случайно, ведь в этом году Святейший отмечает свое 80-летие.

Ирина Телеснина

— Да, тоже хотелось о нем искренне сказать. Причем, мы повесили не только портреты, мы разложили книги: «Слово пастыря», игумен Никон Воробьев «Письма духовным чадам». Практически о каждом из наших священников и светских миссионеров, у нас есть даже портрет нашего любимого профессора Алексея Ильича Осипова, портрет политолога Сергея Михеева. Да, это те самые живые настоящие миссионеры, наши современники, которые продолжают нести свет Христов.

Сергей Платонов

— Неожиданно, скажем так. А он знает, что у него есть такой портрет на выставке?

Ирина Телеснина

— К сожалению, с Сергеем Михеевым я лично не знакома, хотя с удовольствием познакомлюсь, регулярно слушаю его репортажи, передачи. А вот Алексей Ильич Осипов у нас выступал. Нам очень приятно, что он неоднократно в нашем проекте участвовал, с лекциями выступал, это наш добрый друг. Он принес нам большую порцию своих сочинений, мы до сих пор дарим активным участникам наших экскурсий, ребятам, и художникам — участникам выставки.

Сергей Платонов

— Можно спросить, как проходит на практике процесс духовно-нравственного воспитания? Висит картина или икона, что происходит в этот момент со зрителями, какой-то рассказ, лекция. Как это происходит?

Ирина Телеснина

— Это очень сложно. С одной стороны, дети — наше всё, и молодежь — наше будущее, мы считаем, что это наша главная целевая аудитория. Наши проекты, конечно, для всех, и семьи к нам приходят. Но мы нащупали такой интересный момент. Мы приглашаем ребят на экскурсионную программу, они приходят к нам целыми группами из колледжей, ВУЗов, школ, приходят со своими учителями истории и просто наставниками. Сначала идет традиционный общий обзор по выставке, мы рассказываем какие-то интересные факты. Но нам бы не хотелось дублировать курс школьной истории, потому что для ребят это будет немножко пресновато и скучновато. А потом, это и невозможно сделать в рамках выставки. Поэтому в плане рассказа мы подбираем самые интересные истории, чтобы действительное очень яркое впечатление произвести на ребят, чтобы достучаться до их сердец. Например, у нас была выставка о семейных традициях, был прекрасный портрет — Пушкин со своим семейством, художника Александра Лубенко. Необычный Пушкин. Все знают Пушкина как писателя, а то, что он отец большой семьи, что он очень бережно относился к своим деткам и именно для них он начал сочинять свои прекрасные сказки, и то, что Пушкин христианин, глубоко верующий человек, об этом мы стали рассказывать ребятам. Зачитывали какие-то отрывки, рядышком стояла «Молитва», стихотворение Пушкина по молитве Ефрема Сирина. Лично для меня она до сих пор является настолько...

Сергей Платонов

— «Отцы пустынники и жены непорочны».

Ирина Телеснина

— Да, «Отцы пустынники», я ее чаще повторяю, чем саму молитву Ефрема Сирина. Может быть, это субъективно моё, но, может быть, до многих светских людей это доходит лучше.

Сергей Платонов

— Пушкин помолился в этом стихотворении, можно сказать.

Ирина Телеснина

— Да, вот такая искренняя молитва Пушкина. Или, например, в этой же выставке у картины Елены Серебряковой о венчании мне как-то пришло на сердце прочитать ребятам отрывок из «Анны Карениной» Льва Толстого, фрагмент венчания Левина и Кити. Те глубокие переживания, которые Толстой запечатлел от лица Левина, что он испытывал в этом торжественнейшем обряде, на меня лично произвело большое впечатление. Ребята слушали без шепота, мне кажется, тоже благоговейно. Им всем предстоит это, я надеюсь. Мы их к этому и призываем, как относиться к браку, насколько это ответственность большая, вступление в брак, и сколько благодати они получат, если искренне и с верой подойдут к этому обряду, сколько помощи Божией они получат. Такие вот открытия. Это в плане рассказа. Но самое интересное начинается после, самое интересное у нас происходит во второй части нашего общения с ребятами. Мы придумали творческие задания. Сначала назвали их современных словом квест, но это не совсем квест, хотя они должны передвигаться, искать картины, искать ответы на вопросы не в своих, конечно же, телефонах, а именно на самой выставке. Творческие задания, каждое из которых начинается примерно фразой: как вы думаете, а как вам кажется?.. Здесь у ребят есть возможность вернуться к картине, еще раз посмотреть внимательно, переосмыслить, что-то домыслить, порассуждать. Им дается на это 10-15 минут, и мы начинаем слушать их выступления. Часть нам удается записать на камеру, сфотографировать, потом что-то я отсылаю художникам. Мне очень всегда жаль, когда... Слышали бы они, как ребята говорят об их картинах. Мне кажется, иногда сами художники столько смысла не вкладывают, сколько ребята видят в этом произведении, и это очень здорово. Не знаю, приводить ли подробно примеры, рассказывать, но очень много было отзывов на работы Дмитрия Шмарина, например. Наверняка он создавал их, наверное, он лучше расскажет об этом, я потом могу привести другие примеры.

Сергей Платонов

— Обязательно об этом поговорим, но, давайте, после небольшой паузы. Напомним нашим дорогим слушателям, что в эфире программа Пайдейя. Мы сегодня беседуем с директором Московского Дома самодеятельного творчества Ириной Телесниной и заслуженным художником России, членом-корреспондентом Российской академии художеств Дмитрием Шмариным. У микрофонов Сергей Платонов и Кира Лаврентьева.

Кира Лаврентьева

— Программа Пайдейя на Радио ВЕРА продолжается. У нас в студии Ирина Телеснина, директор Московского Дома самодеятельного творчества, и Дмитрий Шмарин, заслуженный художник России, член-корреспондент Российской академии художеств. У микрофонов Сергей Платонов и Кира Лаврентьева. Да, действительно, в конце первой части нашей программы Ирина подвесила интригу и сказала, что есть много интересных историй в откликах молодежи, конкретно даже на картины Дмитрия Александровича. А мы имели счастье побывать на сайте Дмитрия Александровича, познакомиться с его творчеством, посмотреть картины. Обратила внимание, Дмитрий, что у вас уже в 98-м году первая духовной направленности выставка прошла. Не могу по-журналистски не задать вопрос, когда этот перелом в сторону Церкви произошел? Он явно виден по вашей биографии, виден по тематике ваших выставок. Он и патриотический, он и духовный, но духовная сквозная линия прямо врывается в конце 90-х. И тут не могу не задать личный вопрос, если позволите.

Дмитрий Шмарин

— Конечно, с удовольствием расскажу. Я советский человек, родился в СССР, крестился уже после службы в армии в 20 лет. Как-то всегда с большим уважением относился к православию, к нашей христианской Церкви, потому что всё наше искусство вышло из христианской Церкви. Если говорить о живописи именно, я как художник буду говорить о живописи, то всё, что мы имеем, и живопись, и архитектура, и литература — это всё вышло из стен христианской Церкви. И такое явление, как живопись, появилось на маленьком клочке земной суши, это в Европе. Живописи нет ни в Африке, ни в Америке, ни в Австралии.

Кира Лаврентьева

— Это, кстати, очень интересно.

Дмитрий Шмарин

— Да, только христианская Церковь смогла родить все эти виды искусства, которыми мы сейчас любуемся и восхищаемся.

Сергей Платонов

— Мы же восприняли это от Византийской империи?

Дмитрий Шмарин

— Конечно.

Сергей Платонов

— Да и Европа сама восприняла это от Византийской империи, очень много чего.

Дмитрий Шмарин

— После окончания института, я уже был человеком крещенным, я попал в Российскую академию художеств, в творческие мастерские, и там судьба свела меня с людьми по-настоящему воцерковленными. Например, Егор Зайцев, мой друг и коллега, Андрей Герасимов, художник, выпускник Глазуновской академии. Мы много с ними беседовали о православии, о жизни христианина, о душе человека, о спасении. Эти беседы с коллегами, с художниками очень сильно на меня повлияли и привели к тому, что я стал ходить в православный храм, исповедоваться, причащаться, стал воцерковленным человеком. Когда ты это понимаешь, у искусства и творчества появляется новый смысл. Ты понимаешь, что есть такое понятие, как сверхзадача и что, как говорил отец Павел Флоренский, искусство должен быть указующим перстом ко Христу. Николай Гоголь в своих замечательных произведениях говорил о том, что, к сожалению — это сороковые годы 19-го века — для большинства людей, и русских людей и европейцев, христианство представляется чем-то дремучим, мрачным, сводом каких-то запретов, ограничений. Но это, говорит, неправда, это ложь.

Сергей Платонов

— И сейчас такие мысли есть.

Дмитрий Шмарин

— Совершенно верно. И Гоголь говорил: моя задача как художника, как писателя показать, что нет ничего более светлого, радостного и одухотворяющего, чем христианство. Поэтому задача искусства, задача художника, задача русской живописи — привести человека к Богу, по большому счету. Я стараюсь по мере сил и возможностей выполнять эту миссию.

Кира Лаврентьева

— От избытка сердца говорят уста, а тут от избытка сердца говорит кисть. Дмитрий, такой вопрос. Есть такое понятие, как передача благодати. У афонских старцев этот термин используется очень часто, и она может передаваться не только от старца к ученику, я часто об этом говорю, мне это очень нравится, потому что это хорошо прослеживается и в светской жизни у верующих христиан. Не только от старца к ученику, но и от учителя к ученику, от отца к сыну, от бабушки к внуку. Какая-то сила, Богом данная, просто передается кому-то, и не обязательно по прямой. Может быть, племяннику, внучатому племяннику, знакомому, соседу. То есть, как Бог решит. Был ли человек, который вдохновил вас. Были ли учителя, которые в своё время дали вам что-то важное, что вы сейчас можете передавать другим?

Дмитрий Шмарин

— Конечно, безусловно. Это наши дорогие учителя, Алексей Петрович Ткачев и Сергей Петрович Ткачев. Я, собственно говоря, больше 30-ти лет работаю в творческой мастерской Алексея Петровича Ткачева, к сожалению, в прошлом году он ушел из жизни в возрасте 99 лет, он работал до последнего дня, замечательные художники, которые писали картины, как соловей поет свои песни, таким Божиим даром они обладали. И Ткачевы нам всегда говорили, что мы, братья Ткачевы, учились в Суриковском институте у художника Сергея Герасимова. Сергей Герасимов учился у художников, которые преподавали в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. Это был Константин Коровин и Исаак Левитан. Исаак Левитан в свою очередь учился у Василия Дмитриевича Поленова. Поленов учился у Алексея Саврасова, автора знаменитой «Грачи прилетели». То есть говорит, прямая преемственность от Алексея Саврасова, от Поленова, Левитана, Герасимова.

Кира Лаврентьева

— До нас.

Сергей Платонов

— А эта преемственность соблюдается, кстати?

Дмитрий Шмарин

— Конечно.

Сергей Платонов

— Это уникальное явление.

Кира Лаврентьева

— Традиция передается.

Сергей Платонов

— Я сейчас сравню. В Англии есть такой композитор Гайдн, он родился в 1685-м году, если я не ошибаюсь, это примерно начало 18-го века. Он создал свои музыкальные произведения, их исполняли лондонские певцы, они исполняли барокко. Они тянут свою преемственность как раз от Гайдна, как пели при Гайдне, так они поют и сейчас.

Дмитрий Шмарин

— Потрясающе.

Сергей Платонов

— Я восхитился этим и расстроился. А теперь я, можно сказать, немножко счастлив, что у нас тоже есть такая преемственность.

Кира Лаврентьева

— Расстроился, что у нас нет?

Сергей Платонов

— Да, у нас традиции прерывались по понятным историческим всяким виткам. А тут мне очень приятно, что, оказывается, у художников эта преемственность сохраняется, это очень здорово.

Кира Лаврентьева

— Это отрадно.

Ирина Телеснина

— Простите, если уж касаться музыки, то есть и у нас прекрасные примеры. Например, композитор Владимир Мартынов, его потрясающая духовная музыка родилась именно после того, как он много лет посвятил изучению преподавания в Троице-Сергиевой Лавре. После изучения традиции христианской музыки, музыки богослужебной, у него произошел огромный прорыв, и появились, я считаю, бессмертные произведения.

Сергей Платонов

— Это наш современник, кажется, ныне здравствующий?

Ирина Телеснина

— Да. Я горжусь, что это наш большой друг, часто фестиваль Владимира Мартынова проходит у нас в Доме, в этом году это был 25-й фестиваль.

Кира Лаврентьева

— В консерватории тоже бывают.

Ирина Телеснина

— Музыка Мартынова — это лучшее музыкальное дополнение, которое мы выбрали для выставки, оно обязательно звучит.

Сергей Платонов

— Кстати, так неожиданно мы к этому подошли.

Кира Лаврентьева

— Как всё закольцевалось.

Ирина Телеснина

— Да, интересная тема, потому что живопись и музыка удивительно гармонично дополняют друг друга. У нас есть еще один помощник, это поэзия, о которой мы можем потом, чуть позже, рассказать.

Сергей Платонов

— Я про музыку могу тоже поспорить с чем-то, конечно, потому что музыка гораздо глубже, много что мы потеряли, по нашей же вине, эгоизму. Если говорить про знаменное пение, например. Может, специалисты меня отругают...

Кира Лаврентьева

— Ты же сейчас про церковное пение говоришь, а Ирина говорит про композиторское искусство.

Сергей Платонов

— В том числе, но Мартынов пишет духовную музыку тоже.

Ирина Телеснина

— В том числе духовную музыку. «Небесный Иерусалим», для меня это просто совершенство. А критерий очень простой, если ты слышишь эту музыку и думаешь о Боге, так же как если ты смотришь на скульптурное изображение Троицы Василия Селиванова, скульптора, читая молитву Пресвятой Троицы, вдруг я начинаю представлять эту скульптуру, значит, художник добился своего. Он и привел нас к Богу.

Кира Лаврентьева

— Философ протоиерей Василий Зеньковский вообще высказал мысль о том, что философская мысль у нас не развивалась не просто так. В 15-16-17-м веке у нас была некая пауза, когда в Европе философская мысль, философия, эпоха Возрождения набирало серьезные обороты, у нас была какая-то тишина. Татаро-монгольское иго, как раз в постнашествие.

Сергей Платонов

— Смутное время.

Кира Лаврентьева

— Смутное время, смена правителей, это было тяжело для народа.

Сергей Платонов

— Воевали много в тот период.

Кира Лаврентьева

— Там уже было не до философской мысли. Но, в конце концов, в конце всего этого периода рождается «Троица» Рублева, рождается расписанная лавра Рублевым и Максимом Греком. Мы смотрим на это и понимаем, что это безмолвная философская мысль, она духовного качества, совершенно иного. Поэтому говоря об изобразительном искусстве, ему смело можно придавать духовное значение. Если не уходить в чувственно-душевное восприятие, а уходить в дух, то совершенно иное качество изобразительного искусства сразу проявляется.

Дмитрий Шмарин

— Да, совершенно верно. Это такая своеобразная молитва в красках можно сказать.

Кира Лаврентьева

— Вот, вот.

Дмитрий Шмарин

— Собственно говоря, христианская живопись. Есть живопись чисто церковная, как иконопись, росписи церковные, а есть живопись станковая, чем собственно я занимаюсь. Я всегда люблю приводить пример, какая живопись более христианская, скажем, Исаак Левитан, картина «Вечер. Золотой плёс» либо огромная картина Перова «Никита Пустосвят. Спор о вере».

Кира Лаврентьева

— Там вообще боль, просто боль, хотя Перов верующий человек.

Дмитрий Шмарин

— Да. Конечно. Я, глядя на эту картину, все время нахожусь в недоумении. Там масса фигур, масса деталей, я не могу понять, что происходит. Кого-то бьют, кто-то падает, что-то валяется на земле. В общем, какой-то сумбур. Но православного христианского духа там нет. А вот небольшой пейзаж Левитана «Вечер. Золотой Плёс» — это вещь, в которой живет Бог. Глядя на эту картину, ты говоришь: Господи, слава Тебе, что Ты сотворил эту землю, эту реку, этот вечер, эти золотые лучи. Тем самым это своеобразная молитва в красках.

Ирина Телеснина

— Кира, вы вспомнили про Андрея Рублева, мы как раз на выставке будем обязательно рассказывать о нем, о его творчестве, потому что у нас замечательная работа, в этом году она только появилась. Александр Лубенко сделал его портрет причем портрет собирательный, там есть фрагмент Самой Троицы. А в этом году исполняется еще и 50 лет замечательному фильму Андрея Тарковского «Андрей Рублев». Фильм, который тонко показывает, глубоко показывает этот период, трагический, но вместе с тем и светлый период возрождения русского искусства. Поэтому этой темы мы обязательно будем касаться, я думаю, ребятам она будет интересна. Учитывая, что у нас еще присутствует на выставке скульптурное изображение, это буквально новаторство художника-скульптора Василия Селиванова. Отважиться на такое после Рублева...

Кира Лаврентьева

— Рискованно.

Ирина Телеснина

— Да, это был очень смелый поступок, надо было иметь дерзновение. Но это действительно совершенство, это бронзовая скульптура, глядя на которую, очень хочется молиться. Ее даже оценил Святейший патриарх, потому что оригинал этой работы был приобретен им и в дар Тихвинскому монастырю на 50-летие подарен. Это известная история. Нам посчастливилось заполучить копию этой работы, бронзовая скульптурная композиция, поэтому очень приглашаю всех на выставку, и молодежи это будет интересно, и всем любителям искусства.

Кира Лаврентьева

— Чем дольше мы говорим, тем больше и разнообразней открывается нам содержание выставки, страница за страницей. Ты удивляешься, насколько она многоплановая и насколько она охватывает разных интересных сторон, искусства изобразительного и скульптурного и всякого разного.

Сергей Платонов

— Да еще и музыки с поэзией.

Кира Лаврентьева

— Там и музыка с поэзией. Программа Пайдейя на Радио ВЕРА. У нас в студии Ирина Телеснина, директор Московского Дома самодеятельного творчества, и Дмитрий Шмарин, заслуженный художник России, член-корреспондент Российской академии художеств. Мы не забываем, что наша программа имеет образовательную цель, и нам важно поговорить про пайдейю собственно, про развитие, раскрытие личности всеобъемлющее, что взрослого, что ребенка. Пайдейя греческое слово, как мы сказали в начале программы, поэтому про развитие непрерывное личности мы, так или иначе, все равно говорим, возвращаемся к этому. А выставка направлена на молодежь, молодежь непосредственная аудитория, прямая, целевая аудитория этой выставки.

Сергей Платонов

— Юноши тоже.

Кира Лаврентьева

— Юноши, девушки, молодые люди, вот такой прекрасный...

Сергей Платонов

— Назовем это целевой аудиторией, без обиняков.

Кира Лаврентьева

— Да, давай так назовем. Не секрет для нас уже теперь, что у Дмитрия трое детей.

Дмитрий Шмарин

— Да.

Кира Лаврентьева

— Дмитрий, ваши дети как относятся к вашему творчеству? Воспринимают ли они его? Идут ли по вашим стопам или определились в других сферах жизни?

Дмитрий Шмарин

— Воспринимают очень хорошо. Старшая дочка, ей 17 лет, оканчивает Московскую центральную художественную школу, тоже рисует, пишет, готовится к поступлению в художественный институт. Младшая дочка и сын тоже мечтают стать художниками.

Кира Лаврентьева

— Ого.

Дмитрий Шмарин

— Да, да, в общем, такая династия. У меня собственно и жена тоже художница, Анна Баганец.

Кира Лаврентьева

— Творческая семья.

Дмитрий Шмарин

— Творческая семья, да. Я просто хотел добавить насчет восприятия молодежью живописи. Чем ценна живопись? Тем, что для того, чтобы воспринять картину, нужно пять секунд. Прочитать книгу нужно 3-4 часа, какой-то роман серьезный, прослушать музыку тоже нужно час-полтора, симфонию какую-то. А картина, ты подошел, пять секунд и тебе всё понятно. Дальше ты можешь углубляться в детали, рассматривать что-то, воспринимать, но основное — первые пять секунд. Если картина за пять секунд не зацепила, значит, художник не добился своей цели, он не сказал то, что он должен был сказать.

Кира Лаврентьева

— Ого, серьезный спрос.

Сергей Платонов

— Это не зависит ли от того, кто смотрит, сколько времени?

Кира Лаврентьева

— Конечно, зависит.

Дмитрий Шмарин

— Зависит, но я считаю, что если за пять секунд художник не привлек, не остановил внимание...

Сергей Платонов

— Любого человека?

Дмитрий Шмарин

— Абсолютно. Европеец, африканец, индус, китаец, кто угодно. «Сикстинскую мадонну» Рафаэля вспомните. Перед ней проходят люди со всех континентов, и эта прекрасная женщина с царственным младенцем на руках никого не оставит равнодушным, любой человек испытывает культурное потрясение перед этой картиной. Или та же самая «Мона Лиза». Я люблю приводить такой пример, в Париже есть три музея: Лувр, это музей королевский, это собрание от античности до 19-го века, музей д’Орсе, где собраны импрессионисты. И отдельно музей «Центр Помпиду», где собрано современное искусство, то есть это Кандинский, Малевич, Пикассо, Жерико. В музей Лувр всегда стоит очередь, люди приезжают со всех континентов.

Кира Лаврентьева

— Да, это не секрет.

Дмитрий Шмарин

— И американцы, и китайцы, и японцы.

Сергей Платонов

— Его грабят периодически.

Дмитрий Шмарин

— Да. Музей д’Орсе, там тоже постоянно много людей, очереди нет. Центр Помпиду всегда стоит пустой, к сожалению. Это о чем? О том, что искусство именно королевского Лувра, искусство высокой христианской культуры, христианской традиции воспринимают все без исключения, африканцы, австралийцы, индусы, китайцы, это всем интересно. Импрессионизм уже чуть посложнее, но тоже люди идут. Но современное искусство, к сожалению...

Сергей Платонов

— Не для всех.

Дмитрий Шмарин

— Не для всех, там французы и вино бесплатно наливают и орешки дают, и сыр, и колбасу, но туда беженцы заходят.

Сергей Платонов

— Спасибо, вы сказали важную вещь, если что, покормимся там, а потом в Лувр в очередь, если Бог сподобит туда доехать.

Ирина Телеснина

— По поводу восприятия, мне кажется, дети особенно чисто воспринимают, они способные. Господь нам говорит: если не обратитеся, не будете как дети, не войдете в Царство Небесное. Что имеется в виду? Что у детей сохраняется эта чистота, их трудно обмануть. Если в картине нет глубины, смысла и духа, пройдут эти пять секунд, и они пойдут дальше. А вот если дух и смысл есть, то они обязательно остановятся, более того, найдут еще свои смыслы. Я уже вам рассказывала о том, как они рассматривали картины, как они буквально добровольно писали даже сочинения. Например, у нас была удивительная картина, народный художник России Дмитрий Белюкин, картина называлась «Победа». Она казалась на вид очень простая. Сидит древний воин, снял с себя шлем грубый металлический и сидит посредине поля и как будто отдыхает, наслаждается. Вот для чего создан русский человек. Когда мы рядом поставили стихи Асадова, то всё это слилось в одно общее восприятие русского человека, как в общем-то миролюбивого человека, который создан для того, чтобы не с мечом и ножом бегать, а выращивать. Ребята очень много рассказывали по этой картине, мы формулировали вопросы о восприятии. Одна девочка даже такое проникновенное сочинение нам потом на почту прислала, обязательно хочу передать Дмитрию Анатольевичу его, никак не доберусь до него. И по другим картинам. Была, например, великолепная картина Евгения Данилевского, народного художника «Царская семья». Она написана была в 93-м году, когда еще не было речи о прославлении.

Кира Лаврентьева

— Никаких разговоров.

Ирина Телеснина

— Начало нашего возрождения, можно сказать, духовного. Но картина в стиле импрессионизма написанная, в ней как будто намек на нимбы вокруг, она вся как будто в дымке. Эти дымчатые образы... Мы спрашивали ребят, как вам кажется, художник, может быть, не дорисовал что-то или что-то другое он под этим подразумевал? Знаете, они поняли, что многое о царской семье не изведано, еще не изучено. Она была у нас центральной работой на выставке о православии и семейных ценностях, как пример духовной христианской семьи. Ребята, видя настоящие работы, обязательно на них четко реагируют. Или, например, работа Дмитрия Шмарина «Белые пришли. Христос Воскресе!». Это вообще неожиданная работа, по крайней мере, для нашего поколения.

Кира Лаврентьева

— Для советского человека, да.

Ирина Телеснина

— Кто такие белые? Это же белогвардейцы, с ними надо бороться. Оказывается, их встречали цветами. Дмитрий может рассказать, эта картина не просто так у него родилась, он тоже изучал глубоко историю.

Кира Лаврентьева

— Да и казачество, мы так понимаем, вам не чуждо.

Дмитрий Шмарин

— У меня мама казачка с Кубани. А насчет картины «Белые пришли. Христос Воскресе!», это конкретное событие, сентябрь 1919-го года, когда белая армия победоносно шла к Москве, освобождая русские города, Одесса, Киев, Екатеринослав, Ростов, Воронеж, Курск. Сентябрь 19-го года, Марковский полк входит в Курск, и весь город высыпает на улицы, женщины надевают белые платья, забрасывают белых воинов цветами, и весь город кричит: белые пришли, Христос Воскресе!

Кира Лаврентьева

— Это до слез, конечно.

Дмитрий Шмарин

— Когда я прочитал эти мемуарные воспоминания самих участников событий, у меня сразу карандаш, бумага, набросал эскиз, как идут эти воины, их девушки обнимают, целуют, дарят цветы, женщины с иконами, с хлебом-солью. Появилась такая хроникальная вещь, которая отражает реальное историческое событие, и название тоже пришло из мемуаров: «Белые пришли. Христос Воскресе!»

Кира Лаврентьева

— Спасибо, Дмитрий. Сразу как-то пронзительно вспоминаешь всю эту историю с армией Колчака. Все-таки для нас это был тоже шанс какой-то, но не случилось, не срослось, и все эти события 20-го века очень печальны, но это тема для отдельного разговора. Спасибо, что вы говорите об этом, потому что у нас сейчас история — проблемный момент, такая проблемная точка. Кто-то ее переписывает по-своему, кто-то интерпретирует по-своему, всякая страна присваивает себе разные победы произвольно совершенно, даты переписывает, события переписывает, это страшное дело. Крайне важно знать какие-то важные точки, события, даты, чтобы не потеряться в этом всем калейдоскопе сумасшедших цифр.

Сергей Платонов

— И к чему-то, что, может быть, очень даже не нравится, относиться со смирением, к нашей истории с уважением, что бы там ни случилось.

Ирина Телеснина

— А программа минимум для нас — это просто возжечь интерес к истории, потому что трудно любить то, чего ты вообще не знаешь, что преподается формально. Жить и проповедовать по принципу: любите историю, мать вашу, — извините за такое грубоватое сравнение.

Кира Лаврентьева

— Или родину.

Ирина Телеснина

— Да, любите родину. Когда ребята личное участие чувствуют, у них формируются какие-то свои мнения, суждения, и в первую очередь это пробуждение интереса.

Сергей Платонов

— Расширение кругозора, даже простые вещи, понимать, что за тобой 200-300 лет. Я, например, вспоминаю, когда первый раз открыл учебник истории, когда осознание того, что там 700 лет назад Куликовская битва, преподобный Сергий, в честь которого меня назвали, в Троице Сергиевой лавре, я живу в этом городе. А вот здесь стоял лагерь Сапеги, а вот здесь из Обыденского переулка была атака на польский стан, который в Лужниках стоял, может быть, даже, где мы сейчас находимся, где-то здесь происходили события четырехсотлетние.

Ирина Телеснина

— Личная сопричастность.

Сергей Платонов

— Да, и ты начинаешь это осознавать, оно по-другому оживает.

Кира Лаврентьева

— Ты, Сережа, раскинул сети.

Сергей Платонов

— Извините, мне это очень близко, я тоже люблю историю, особенно 20-век, поэтому то, что вы делаете, очень отрадно. Картина должна еще оживать в рассказах профессиональных людей, сеять те самые смыслы, о которых мы говорим.

Кира Лаврентьева

— Давайте тогда срочно напоминать, что выставка проходит с 23 марта, уже неделю идет, продлится до 5 апреля. Дорогие наши слушатели, кто в Москве, Подмосковье, может быть, гости столицы, в эти дни будете проезжать прекрасный Овчинниковский переулок, 24, строение 4, пожалуйста, посетите Московский Дом самодеятельного творчества.

Сергей Платонов

— Метро Новокузнецкая.

Ирина Телеснина

— В трех шагах от метро Новокузнецкая.

Кира Лаврентьева

— Прикоснитесь к красоте современного искусства, это отнюдь не то современное искусство, которое так набило оскомину, которое уже вызывает какой-то негатив, палочка, точка, палочка — вот тебе и картина.

Сергей Платонов

— Смотря, кто его творит.

Кира Лаврентьева

— Да. Кстати говоря, об этом ведь тоже можно вас спросить. Вот этот массовый интерес к современному искусству, когда не понятно, что изображено на картине, и мы делаем отсылки к Пикассо, например, или к «Черному квадрату» Малевича, он же написал черный квадрат, почему нам нельзя камень нарисовать, и это будет великое искусство.

Сергей Платонов

— Знаешь, что еще говорят художники, это моя боль. Вот он одет как-то странно, у меня жена художница, я говорю, почему он так одет, почему нельзя нормально, почему тряпки на нем висят? Мне говорят: ты что? Он так выражается, это человек искусства.

Кира Лаврентьева

— В бочке еще можно спать, вариантов масса.

Дмитрий Шмарин

— Если позволите, я скажу пару слов. Такая искусствовед Чегодаева есть, она в свое время написала замечательную статью об этом. Она говорит, вот кирпич, который лежит в хозяйственном магазине, ему цена 10 рублей, этих кирпичей там тысячи-миллионы. Но находится некий человек, который объявляет себя художником, он берет этот кирпич, заносит его в художественную галерею, помещает в арт-пространство, приходят другие критики, пишут статьи. И этот самый кирпич, который стоит 10 рублей, превращается в арт-объект, который стоит миллионы долларов.

Сергей Платонов

— Но молодец, надо сказать, все равно молодец.

Кира Лаврентьева

— Предприниматель, молодец, запатентовал.

Дмитрий Шмарин

— Но, по большому счету, это же просто жульничество. А насчет «Черного квадрата» хочется вспомнить, что такие художники, как Михаил Нестеров и Казимир Малевич, были современники, они жили и творили в одно время. Михаил Нестеров создавал образы Святой Руси, а Казимир Малевич создавал свой «Черный квадрат». Если Михаила Нестерова можно считать апологетом тысячелетней христианской православной России, то Казимир Малевич — это отражение тех самых революционных событий, которые случились у нас в России, которые стали катастрофой для России, которые унесли миллионы жизней людей, миллионы жизней наших святых новомучеников. Поэтому тут спорить о том, искусство это или не искусство, как говорил Репин, искусство это зеркало эпохи, то есть отражение окружающей действительности, во-первых. А, во-вторых, отражение того, что происходит в душе художника. И если Михаил Нестеров у себя в душе носил образы Святой Руси и воплощал их на холсте, то Казимир Малевич носил внутри эти образы черных квадратов, этих жутких каких-то поломанных крестьян, этих страшных каких-то монстров. Он точно так же воплощал это всё в жизнь. Собственно говоря, Малевич — это образ отражения революционной стихии, безбожной, красной, революционной, разрушительной. А Михаил Нестеров — это зеркало Святой православной христианской тысячелетней Руси.

Сергей Платонов

— А можно вопрос? Что сейчас нужно делать художникам? Есть ли какой-то нарратив или смыслы, которые вы могли бы пожелать? Что сейчас хочется вам как художнику, чтобы какой вид искусства развивался, что писали, что создавали?

Дмитрий Шмарин

— Я, как реалист, восхищаюсь окружающим миром, какой Господь сотворил, и стараюсь по мере сил, возможностей и талантов отражать его в своем творчестве. Школа для художника — это крылья. Если художник обладает школой, он может летать высоко. Если художник школой не обладает, грубо говоря, не умеет рисовать не умеет компоновать, писать, часто такие двоечники объявляют себя апологетами актуального современного искусства.

Ирина Телеснина

— Я хочу сказать, что этот номер точно не проходит с молодежью. Помните сказку Андерсена «Голый король»?

Кира Лаврентьева

— Их не перехитришь.

Ирина Телеснина

— Кто, кто сказал, а король-то голый? Никто же не мог признаться, что это ерунда.

Кира Лаврентьева

— Ребенок.

Ирина Телеснина

— Да, неприлично сказать, что я не разбираюсь в современном искусстве, вы ничего не понимаете, скажут нам истинные знатоки и ценители. Но ребенка, юное существо провести невозможно, они сразу отличают эту фальшь. В нашей выставке есть хорошие работы, есть очень хорошие, ребята очень чутко реагируют на настоящее, доброе, духовное искусство. Никакой Малевич тут...

Сергей Платонов

— Очень важно с самого маленького возраста сеять в их маленьких сердцах и душах...

Кира Лаврентьева

— Большие и правильные мысли.

Сергей Платонов

— Правильно.

Кира Лаврентьева

— Спасибо огромное. Напомню, что наши регулярные беседы об образовании мы организуем совместно с образовательным проектом «Клевер Лаборатория», который собирает лучшие и самые интересные опыты работы в области образования и воспитания. Узнать подробнее об этом проекте, стать участником или поддержать его вы можете на сайте clever-lab.pro. А мы благодарим от всей души наших прекрасных гостей, которые сегодня были в студии Светлого радио, Ирину Телеснину, директора Московского Дома самодеятельного творчества, и Дмитрия Шмарина, заслуженного художника России, члена-корреспондента Российской академии художеств. Ирина, вижу, что у вас есть еще несколько слов.

Ирина Телеснина

— Мы будем очень ждать на выставке наших, особенно юных посетителей. Их педагоги или родители могут зайти на наш сайт mdst.moscow, где есть подробная информация о выставке и — метро Новокузнецкая, буквально три шага, уютный район Замоскворечья, вы легко найдете наш уютный Московский Дом творчества, в котором проходит выставка в дни Великого поста. Мы будем вас очень ждать, вход у нас свободный, благотворительные пожертвования мы собираем на абсолютно добровольной основе. Будем ждать вас на экскурсии. Можно позвонить, записаться, выбрать любое удобное время. Я думаю, что вы получите большое удовольствие, радость и пользу для души.

Кира Лаврентьева

— Спасибо огромное.

Сергей Платонов

— Спасибо большое.

Ирина Телеснина

— До свиданья.

Дмитрий Шмарин

— Спасибо.

---

Все выпуски программы Пайдейя

• «Изучение творений святых отцов». Протоиерей Андрей Рахновский
• «Конкурс «Клевер ДНК» 2026». Ольга Пирогова
• «Обучение иконописи». Дарья Васильева