Здравствуйте, с вами протоиерей Павел Великанов. Когда-то, на далёкой заре моей юности, я любил ходить с этюдником и рисовать этюды. Однажды, когда я показывал своему наставнику новые работы, он взял одну, ушёл в другую комнату — и когда вернулся, я сначала не узнал свой же собственный этюд. А на нём всего лишь появилась самая простая рамка. Так мне стало понятно, что рама для картины — очень важная деталь в её восприятии.
Сегодня в храмах читается отрывок из 19-й главы Евангелия от Матфея, который — как это ни покажется странным — имеет прямые параллели с картиной и рамой. Давайте послушаем.
Богатый юноша подходит к Иисусу с очень конкретным вопросом — по-церковнославянски он звучит — «что благо сотворю» — калька с греческого τί ἀγαθὸν ποιήσω — и это вообще не абстрактный вопрос, как может показаться сначала. Вопрос выдаёт вполне делового человека, мыслящего категориями действия: не размышления, не поиска, не созерцания, а именно — делания. Переводя на наш современный язык, наиболее близким был бы такой вопрос: в какие акции лучше вложить свои деньги? Всё — очень конкретно, никакой отвлечённости и умозрительности. «Раму какую делаем — дубовую, пластиковую или с позолотой?» — вопрос, который более всего волнует нашего с позволения сказать «духовного художника», богатого и очень религиозного юношу.
Ответ Христа поначалу кажется очень простым. Он ссылается на заповеди Моисея — попробуем перевести в пространство наших аллегорий. «В художке учился? Основы цветоведения знаешь? Вот и пользуйся ими!»
Такой ответ юношу совсем не удовлетворяет. Он ведь ждёт чего-то исключительного, «не как у всех», он же ощущает себя «не в ряду прочих»! Вот если бы Иисус отвёл его от толпы в сторонку, да ещё по секрету на ушко что-то особое сказал, открыл тайну «только для совсем своих» — вот тогда бы юноша просто засветился от счастья! А прозвучавший ответ Иисуса — уж больно примитивен и предсказуем...
Но дальше история делает неожиданный поворот. «А ты картину-то свою показать можешь»? И тут юноша оказывается в замешательстве. Он-то ещё и не начинал рисовать — но как же ему хотелось рисовать не куда-то в пустоту, в безвестность — как это делают другие! — а зная, что шикарная, богато украшенная рама уже готова и ждёт с нетерпением, когда же она украсит его рисунок!..
«Что бы такого сделать... хорошего, чтобы в рай — да наверняка?» — зачастую мы задаём этот вопрос Богу, сами себе боясь в этом признаться. «Какую бы такую раму придумать, чтобы любая моя мазня в этой раме становилась бы... шедевральной?» — практически тождественный вопрос. «Может, ещё один покаянный канон наизусть выучить? Или по понедельникам начать держать строгий пост? Или обет дать в Дивеево пешком сходить?» А рядом стоит Христос, улыбается и говорит: «Нет, дорогой, никакая рама тебя не спасёт — хоть обычная, хоть золотая — если ты сам не начнёшь рисовать!» И услышав такой ответ, многие отходят — как и богатый юноша — с глубокой печалью...
Так что, дорогие друзья, давайте не искать каких-то исключительных, «не как у всех», траекторий духовного развития — а наберёмся мужества просто работать Богу каждый день, с усердием и увлечением — и, не сомневаюсь, самое для нас невозможное тогда Бог с радостью выполнит — но вместе с нами!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Читать далееЗдравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Православное христианство знает два пути жизни человека, которые благословляет Церковь: это путь семейной жизни и путь монашества. Брак, как мы знаем, был установлен Богом ещё в раю, можно сказать, что семья появилась одновременно с появлением самого человека, семья — изначальный и естественный образ бытия человека. С монашеством дело обстоит значительно сложнее: о нём мы ничего не можем прочитать в Ветхом Завете, да и в Новом Завете мы не найдём слова «монах». Тем не менее указания на монашество есть как в книгах Ветхого Завета, так и в Евангелии, к примеру, в 19-й главе Евангелия от Матфея. Отрывок из этой главы звучит сегодня во время литургии в православных храмах. Давайте послушаем его.
Только что услышанная нами беседа Спасителя с богатым юношей — одна из тех бесед, которые вошли во все Евангелия, кроме Евангелия от Иоанна. Неудивительно, что из толкований на неё можно составить целую библиотеку: беседа довольно пространная, и она затрагивает существенно важные для спасения темы. Первая из этих тем — тема жизни вечной. Из ответа Спасителя мы узнаём, что желающий войти в жизнь вечную должен соблюдать заповеди, есть здесь и перечисление этих заповедей, впрочем, в них нет ничего нового, они все прекрасно известны из книг Ветхого Завета.
Однако богатый юноша оказался человеком благочестивым, он не нарушил ни одну из заповедей, а потому с ним был возможен разговор о чём-то большем — о совершенстве, которое, как оказалось, отнюдь не равно жизни вечной. Вообще, из Нового Завета мы знаем, что жизнь будущего века — это не какое-то бессмысленное пребывание в некоем блаженстве, жизнь вечная — это именно жизнь, а потому кое-какие выводы о ней можно сделать из знания обычной человеческой жизни. В частности, ни для кого не секрет, что любое человеческое общество иерархично, не секрет, что люди наделены от Бога различными дарованиями, есть те, кто успешен во многих сферах, и есть те, кого невозможно назвать ни успешным, ни талантливым. Нечто подобное можно сказать и про жизнь вечную, ведь именно её имел в виду Спаситель, когда в ответ на просьбу Своих учеников сказал о существовании различных уровней близости к Нему в Его Царстве: «Дать сесть у Меня по правую сторону и по левую — не от Меня зависит, но кому уготовано Отцом Моим» (Мф. 20:23).
Господь призвал обратившегося к Нему с вопросом о жизни вечной юношу к совершенству, и здесь же Спаситель сказал о том, в чём состоит совершенство: оно в добровольном оставлении всего и следовании за Христом. Причём из контекста слов Спасителя ясно, что речь идёт не только об оставлении имущества, но и об отказе от тех нематериальных вещей, которые человеку крайне сложно не считать своей неотъемлемой собственностью, к примеру, об отказе от нашей воли, ведь и её стремящийся к духовному совершенству человек должен отдать, правда, не нищим, а Христу.
Если вдуматься, то в прозвучавшем сегодня евангельском отрывке мы видим прямое указание на монашеский образ жизни: позволить себе не иметь ничего могут лишь те, кто отказался от семьи и вообще от заботы о ком бы то ни было, и всего себя безраздельно посвятил угождению Богу. Конечно, слова Христа можно понимать и расширенным образом — как указание на жизненные приоритеты христианина, который не должен привязываться к чему бы то ни было материальному, а то, что дал ему Бог, рассматривать как ресурс для служения любви другим людям. Впрочем, ещё апостол Павел обращал внимание адресатов своих посланий на то, что удобнее всего служить Богу и людям человеку, который не связан материальной заботой о семье: «Неженатый заботится о Господнем, как угодить Господу; а женатый заботится о мирском, как угодить жене» (1Кор. 7:32–33).
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Читать далееМожет ли спастись богач? И какие шансы войти в Царство Небесное у бедного? Ответ на эти вопросы находим в отрывке из 19-й главы Евангелия от Матфея, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.
Глава 19.
16 И вот, некто, подойдя, сказал Ему: Учитель благий! что сделать мне доброго, чтобы иметь жизнь вечную?
17 Он же сказал ему: что ты называешь Меня благим? Никто не благ, как только один Бог. Если же хочешь войти в жизнь вечную, соблюди заповеди.
18 Говорит Ему: какие? Иисус же сказал: не убивай; не прелюбодействуй; не кради; не лжесвидетельствуй;
19 почитай отца и мать; и: люби ближнего твоего, как самого себя.
20 Юноша говорит Ему: всё это сохранил я от юности моей; чего еще недостает мне?
21 Иисус сказал ему: если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною.
22 Услышав слово сие, юноша отошел с печалью, потому что у него было большое имение.
23 Иисус же сказал ученикам Своим: истинно говорю вам, что трудно богатому войти в Царство Небесное;
24 и еще говорю вам: удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие.
25 Услышав это, ученики Его весьма изумились и сказали: так кто же может спастись?
26 А Иисус, воззрев, сказал им: человекам это невозможно, Богу же всё возможно.
Юноша, который подошёл ко Христу, был очень благочестив. Он знал Писание, ходил в храм, молился, соблюдал церковный устав и все религиозные нормы закона Моисеева. Однако ощущал, что чего-то ему не хватает. Христос указывает ему на причину этого беспокойства. Юноша был богат и слишком вовлечён в заботу о своём имуществе. Поэтому, когда Спаситель предлагает ему отказаться от своего имения и посвятить свою жизнь Богу, он отходит в печали. Привязанность к имуществу оказалась сильнее жажды Царства Божия. Больно было всё это оставлять. Поэтому и говорит Христос, что легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богатому войти в Царство Небесное. Обыкновенно под игольным ушком понимают узкие ворота в Иерусалимской стене, через которые животные могли войти лишь в том случае, если с них снимут поклажу. Эти ворота выполняли функцию таможни. Они ограничивали собою габариты груза, который через них провозили. Так Господь намекает, что лишь тот войдёт в Царство Небесное, кто уже здесь на земле оставит своё богатство и последует за Христом. Как же это понимать?
Очевидно, что под богатством подразумеваются не конкретные материальные блага, а скорее наша чрезмерная зацикленность на самих себе и на своих потребностях. Моё богатство — это то, что даёт моей душе удовлетворение мир и покой. Какое удовольствие и радость я испытываю, когда получаю зарплату, когда покупаю новую машину, квартиру. Какой у меня фонтан эмоций, когда меня повышают по должности, я получаю похвалу от окружающих, а любимый человек признаётся мне в любви. Какой восторг бывает, когда я реализуюсь творчески, приобретаю новые знания. Всё это и есть моё богатство. Достигаю его, я окрылён. Не получаю, испытываю дискомфорт, неудовлетворённость.
Всё это не противозаконно и очень даже естественно. Однако проблема в том, что очень незаметно удовлетворение всех этих естественных потребностей оказывается во главе угла. Я не замечаю, как впадаю в своего рода зависимость от вещей, от людей и от фантазий. При этом я могу быть и очень церковным человеком. Однако Бог для меня всегда будет на втором месте. Меня не наполняет общение с Ним так, как поездка на Бали, покупка нового авто или троекратное повышение зарплаты. Исполнение Евангельских заповедей меня вдохновляет меньше, чем просмотр нового сериала. На фоне всех радостей жизни, христианская жизнь с её служением окружающим нередко мрачновата для меня. И Бог, по сути, нужен мне лишь как помощник, который подстрахует в тяжёлой ситуации. Когда всё хорошо, когда мои сокровища при мне, Он особо не нужен. Я же и так наполнен своим богатством.
Вникая в суть прозвучавшего отрывка, понимаешь, что войти в Царство Божие можно лишь сосредоточившись на Боге, на исполнении Евангелия так, как, например, влюблённый мужчина сосредотачивается на женщине. Он может обладать имуществом, быть даже миллионером, но все его мысли о любимой. Даже будучи в Церкви, мы редко готовы на такой шаг. Мы даже не знаем, с чего начинать. Мы даже не понимаем, что именно загораживает от меня Христа. Поэтому Господь и говорит, что богатому невозможно спастись самому. Но всё возможно Богу. Это не означает, что Господь закроет глаза на наш нездоровый эгоизм, который заставляет нас искать источник жизни там, где его нет. Опыт многих людей свидетельствует о том, что Бог превращает наш жизненный путь в постепенную растаможку. Посылает нам обстоятельства, через которые мы проходим, как через игольное ушко. Словно секатор, они постепенно срезают с нашей души лишнее барахло, к которому мы присосались в надежде удовлетворить ту жажду, удовлетворить которую может только Бог. Через эту боль потери наше сердце постепенно разворачивается к Творцу. И в Нём одном, наконец-то, найти те подлинные мир и покой, который мы так долго искали в и не могли найти.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Читать далее
протоиерей Павел Великанов