Поделиться
Гилберт Кийт Честертон и Франсис Блогг
Гилберт Честертон и Франсис Блогг познакомились в тысяча восемьсот девяносто шестом году. Это была любовь с первого взгляда и на всю жизнь.
Честертон происходил из зажиточной семьи, закончил одну из лучших частных школ Лондона, но не стал поступать в Оксфорд или Кембридж, как его школьные друзья. Гилберт переживал депрессию — он никак не мог найти себя. Начал заниматься живописью, но бросил, посещал курсы литературного мастерства и не закончил их.
В дом профессора Блогга Честертона привёл школьный приятель. Блогги считались либералами, на семейных вечерах у них часто бывали литераторы, переводчики, критики.
Франсис первая подошла к Гилберту и завязала с новым гостем разговор. Честертону пришлась по душе её независимость в суждениях и поступках. Она не стремилась походить на идеал того времени — мечтательную томную барышню. Практичная, жизнерадостная Франсис закончила колледж, преподавала в воскресной школе, писала стихи.
Честертон в своей прозе очень любил расставлять цветовые акценты. По следам первого впечатления от каштановых волос и зелёного платья Франсис он записал: «...гармония коричневого и зелёного. Есть и золотое, не знаю, что, наверное — корона». В этих словах не было сарказма, лишь искреннее любование Франсис.
В своём дневнике Честертон признавался: «Если я и должен что-то сделать для этой девушки, так это стать перед ней на колени; если бы я говорил с ней, она бы никогда не обманывала меня; если бы я полагался на неё, она никогда не отвергала бы меня; если бы я любил её, она никогда бы не играла со мной».
Гилберт стал бывать в доме Блоггов каждый вечер, Франсис не скрывала своей симпатии к нему. Особое восхищение у Честертона вызвало то, что вопреки моде на две крайности — оккультизм и скепсис, Франсис была искренне верующим человеком. Родители Честертона уважительно относились к христианской этике, но церкви сторонились. Благодаря Франсис Честертон пережил духовное возрождение. Позднее он посвятил ей роман со словами: «Той, что дала мне крест». Под крестом Честертон имел в виду обретение живой веры в Бога.
Венчание состоялось в тысяча девятьсот первом году. Это событие совпало с уходом Гилберта в журналистику. Ему дали колонку в газете «Дейли Ньюс», печатали и в других изданиях. Честертона ценили за юмор, умение восхищаться обыденностью и видеть в малом — великое, в привычном и повседневном — уникальное. Его эссе лучились христианской радостью.
К молодому автору быстро пришла популярность. Вскоре вышли и первые романы Честертона. Но работа журналиста-подёнщика слишком выматывала его и не приносила дохода. Франсис видела, что творческий потенциал Гилберта лежит не в журналистике, а серьёзной литературе. Она настояла на переезде, и в тысяча девятьсот девятом году Честертоны покинули шумный Лондон и обосновались в Биконсфилде. Франсис стала менеджером и литературным агентом мужа. Она придумала даже его узнаваемый стиль: широкий плащ и шляпу с большими полями.
Вскоре Честертон выпустил первую книгу детективных новелл о католическом священнике отце Брауне, которая прославила его на весь мир. Друг семьи, священник О’Коннор говорил, что своими лучшими работами Честертон во многом обязан неизменному энтузиазму жены.
Детей у пары не было, но в их доме часто устраивались праздники для маленьких племянников и племянниц. В начале двадцатых супруги стали опекать молодую девушку, Дороти Коллинз. Она работала литературным секретарём у писателя и стала Честертонам дочерью.
Гилберт скончался в тысяча девятьсот тридцать шестом. «Как живут друг без друга те, кто друг друга любит?», — восклицала Франсис, остро переживая боль утраты. Победить эту боль ей помогло новое дело любви — в память о муже Франсис основала благотворительный фонд, который помогал приходской церкви города Биконсфилда.
17 марта. О «Державной» иконе Богородицы
Поделиться
15 марта, в день Празднования в честь иконы Божией Матери, именуемой «Державная», явленной в 1917 году, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную литургию в Храме Христа Спасителя в Москве. На проповеди он говорил о помощи Богородицы в управлении Россией.
Икона называется «Державная». Явилась она в храме в Коломенском, в храме Вознесения Господня, и все, кто был сопричастен к этому чуду, а потом и вся православная Россия, осознали, что законный царь был свергнут, но трон не остался пустым. На этом троне воссела Пресвятая Богородица.
Наверное, ни один другой образ не преследовался так безбожной властью, как этот. Несколько раз он мог быть уничтожен, потому что знала эта безбожная власть, незаконная в то время власть, не поддержанная большинством народа, что не может никогда быть у неё авторитета, покуда она опирается вот на это преступление, связанное с цареубийством и незаконным захватом власти.
И вот появление Божией Матери, Её чудеса, явленные от иконы «Державной», были великой радостью для православного народа. Люди осознали то, что не вернуть вспять то, что разрушено. Но в пришествии Царицы Небесной на трон, не было ли это знаком того, что сама Матерь Божия восседает на троне, на котором восседали цари, для того, чтобы под покровом Её продолжалась история нашего Отечества.
На эту икону также были брошены разные силы, чтобы её изничтожить, и её приходилось прятать. Но в конце концов всё-таки рука гонителей и преступников не прикоснулась к этой святыне. И вот сегодня этот замечательный образ с нами.
Каждый, кто будет молиться перед этим образом, вспоминайте и мучеников, исповедников, и кончину страстотерпцев, законных правителей земли русской. И самое главное, молитесь о властях нынешних.
Все выпуски программы Актуальная тема:
17 марта. О богатстве
Поделиться
Об отношении к богатству — наместник Свято-Введенского Макариевского Жабынского монастыря в Тульской области игумен Назарий (Рыпин).
В современном мире богатство стало мерилом всего существующего. О тебе судят по количеству твоих денег чаще всего, не по способностям, и, конечно же, это ошибочно.
Мы как верующие люди не можем с этим согласиться, потому что главное — это богатство духовное, то, что мы собрали себе на небе, то, что мы сможем отложить себе в Царство Небесное, те добрые дела, те добродетели, которые мы совершаем ради Христа и во Христе и ради ближних, опять-таки по заповеди Божией.
Но не случайно сегодня празднуемый благоверный князь Даниил Московский говорил: «Когда богатство умножается, не прилагайте к нему сердце». И всякое богатство не само по себе разлучает человека с Богом, а именно отношение к нашему богатству, как Господь сказал: «Как неудобно богатым войти в Царствие Божие». Когда ученики поразились: «То кто может спастись?» — Он сказал: «У человека это невозможно, но возможно Богу».
И многие ведь мужи, цари тоже были святыми, благоверные князья наши. Им богатство не помешало достичь святости. Важно, как мы относимся, важно, как мы своим богатством умеем распоряжаться и как мы к нему относимся.
Поэтому если Господь даёт тебе какие-то блага, средства, ты можешь их зарабатывать, пожалуйста, зарабатывай, но этим послужи другим, потому что насколько мы этим можем помочь другим, от этого зависит, сколько Господь нам даёт. И как справедливо сказал Иоанн Златоуст: «Не то твоё, что ты имеешь, но то станет твоим, что ты отдал другим».
Все выпуски программы Актуальная тема:
17 марта. О миролюбии князей Данииловичей
ПоделитьсяО миролюбии благоверного князя Даниила Московского в День его памяти — епископ Покровский и Новоузенский Феодор.
Святой благоверный князь Даниил Московский стал родоначальником Московской княжеской династии, о представителях которой Ключевский писал как об образцах уверенности и аккуратности. Московские Данииловичи прежде всего жили дружно друг с другом. Сберечь отцовское стяжание и прибавить к нему что-нибудь новое — вот на что были обращены их правительственные помыслы. Эти свойства и помогли их политическим успехам.
Хотя благоверному князю и приходилось участвовать в братских междоусобицах, он предпочитал решать вопросы миром. Во время его княжения никто не нанёс ущерба державе его, но и сам великий князь не стремился усладиться властолюбием и захватить братские вотчины. Его неустанное стремление к единению русской земли и воцарению на ней мира помогало предотвращать кровопролития. Он неоднократно договаривался с братом Дмитрием и с братом Андреем. Никогда великий князь не покушался на чужое ни с оружием, ни с коварными помыслами, но державу свою в обиду князь не давал.
А возможно, что его благочестию открылась воля Божия о будущем Москвы, а может быть и так, что воля Божия пошла навстречу человеческому благочестию. Так или иначе, но нестяжательный и кроткий князь Даниил Московский стал родоначальником московских великих князей и царей рода Рюриковичей, а в широком смысле — и всего нашего государства.
Все выпуски программы Актуальная тема:
