Москва - 100,9 FM

"Епархии знакомые и неизвестные". Светлый вечер с Евгенией Жуковской и Еленой Дорофеевой (18.11.2016)

* Поделиться

Жуковская ДорофееваУ нас в гостях были главный редактор интернет портала prichod.ru Евгения Жуковская и обозреватель этого портала, журналист Елена Дорофеева.

Разговор шел о жизни в церковных епархиях на территории России, о служении священников и епископов в отдаленных уголках страны, а также о проекте "Епархии знакомые и неизвестные" (http://prichod.ru/eparkhii/)

 


А. Пичугин

— В студии Светлого радио приветствуем Вас мы, Лиза Горская...

Л. Горская

— ...и Алексей Пичугин.

А. Пичугин

— Сегодня мы будем говорить о провинциальных епархиях. Это проект, он называется «Епархии знакомые и неизвестные» — проект сайта http://prichod.ru. А у нас в студии главный редактор Интернет-портала http://prichod.ru, сотрудник Управления делами Московской патриархии Евгения Жуковская, здравствуйте...

Е. Жуковская

— Здравствуйте!

А. Пичугин

— ...и автор сайта http://prichod.ru, обозреватель, журналист Елена Дорофеева. Добрый вечер!

Е. Дорофеева

— Добрый вечер.

А. Пичугин

— Проект «Епархии знакомые и неизвестные» — я его правильно называю, да?..

Е. Жуковская

— Да, правильно.

А. Пичугин

— ...и верно говорю, что это проект сайта http://prichod.ru и проект Управления делами Московской патриархии?

Е. Жуковская

— Да, правильно.

А. Пичугин

— Вот расскажите, пожалуйста... Ну, для начала, надо объяснить нашим слушателям, наверное, что такое...

Л. Горская

— ...епархия?

А. Пичугин

— Что такое епархия, кстати, тоже надо объяснить, как ты Лиза, права... Но давайте начнем с сайтов http://prichod.ru. Чтобы не было путаницы, есть два сайта с похожим названием. Сайт, о котором мы говорим, пишется через «ch»: http://prichod.ru, «ch» в середине.

Е. Жуковская

— Да, или «причоды». Мы так иногда смеемся. (Смеется.) «Причоды».

А. Пичугин

— Причуд не бывает?

Е. Жуковская

— Причуд не бывает, а «причоды» есть.

А. Пичугин

— Расскажите о том, что это за сайт. Я вижу тут действительно очень много информации о разных приходах, но они, вроде бы, разделены не по географии, а вот как-то в целом просто показывают жизнь разных российских приходов. Или (нрзб.).

Е. Жуковская

— Да, рассказывают в целом жизнь разных российских приходов и рассказывают, скорее... У нас, действительно, разделено на темы — то, чем могут жить приходы, могут жить активно воскресные школы, могут жить приходы какой-то социальной деятельностью, могут жить какими-то спортивными, может быть, мероприятиями. Вообще, этот наш сайт действует уже почти четыре года, и он создавался для того, чтобы рассказывать людям о том, как живет церковный народ, как живут люди, которые постоянно ходят в храм, из воскресенья в воскресенье, как живут люди, которые постоянно участвуют в церковных таинствах, которые, в общем-то, уже давно живут в Церкви, и они находятся внутри церковной ограды.

Когда мы создавали наш проект, мы видели, что есть очень много каких-то информационных, опять же, проектов, сайтов, газет, журналов, которые направлены вовне. И они нацелены на то, чтобы рассказать как можно большему круг улиц о том, чем живет Церковь, и просветить, скажем так, людей евангельскими какими-то смыслами. А вот проекты, которые рассказывали бы о том, как живут люди уже просвещенные, уже церковные и, в общем-то, может быть, даже воцерковленные, таких проектов было очень мало. И мы решили создать в Москве такой общецерковный сайт, который бы в себе аккумулировал всю вот эту полноту церковной жизни.

А. Пичугин

— Аудитория сайта — это кто? Это люди уже воцерковленные?

Е. Жуковская

— Да, это люди воцерковленные, это священнослужители. Я знаю, что многие архипастыри нас читают, и они подписаны на наши рассылки. И мне даже рассказывают: «Вот, наш владыка получает Вашу рассылку и потом рассылает ее, все эти Ваши материалы, своему духовенству».

Мы еще, знаете, помимо того, что просто рассказываем о том, чем живут приходы, пытаемся делиться какими-то полезными вещами. Например, какими-то методическими рекомендациями по организации катехизического служения на приходе или, опять же, по работе каких-то социальных служб. Или вот сейчас мы готовимся и являемся информационными партнерами Съезда регентов и певчих, который будет проходить 30 ноября — 2 декабря проходить в Москве, и впервые за 100 лет такое собрание будет. И мы рассказываем о том, чем живут регенты, какие существуют проблемы в регентско-певческой среде, собственно, кто герои в этой среде. И мы, таким образом, на примере вот этого регентского съезда пытаемся показать, кто такой человек Церкви, каков он сегодня. Кто церковнослужитель, кто священнослужитель, кто архипастырь. Пытаемся нарисовать портрет современного церковного человека.

А. Пичугин

— Это именно о сайте http://prichod.ru?

Е. Жуковская

— Да.

А. Пичугин

— Но то, о чем мы сегодня собираемся говорить, проект «Епархии знакомые и неизвестные», то тут Лиза права — надо, наверное, пояснить сначала, что такое епархия, тем более, что несколько лет назад в Русской церкви произошла реформа. Когда долго находишься в какой-то среде, кажется, что лексикон, терминология, в общем, всем должна быть понятна. Но я очень часто сталкиваюсь (с ситуацией), когда мои друзья просят объяснить какие-то простейшие (казалось бы!) церковные термины. Совершенно понятно, что большинству людей они не знакомы. «Епархия», «митрополия» — что это такое, почему они одна в другую объединяются? Как они дробятся, делятся? Естественно, я думаю, что большинство людей нецерковных не знают у нас о епархиальной реформе. Но раз уж мы будем рассказывать епархиях, в том числе небольших, стоит, наверное, сделать такое пояснение.

Е. Жуковская

— Хорошо. Значит, епархия — это такая каноническая единица, то есть территориальная единица внутри Русской Православной церкви, которую возглавляет архиерей. Русская Православная церковь делится на такие три. Раньше они, как правило, совпадали с границами субъектов Российской Федерации и не только Российской Федерации — может быть, стран. Допустим, были епархии, ну, только в Узбекистане... Они и сейчас, кстати, есть. Вот, допустим, Среднеазиатский митрополичий округ в себя объединяет епархии, которые по границам совпадают с границами государств — с Узбекистаном, с Кыргызстаном, с Таджикистаном. А вот на территории Российской Федерации раньше были епархии, которые совпадали с субъектами Российской Федерации. Допустим, епархия в республике Татарстан или епархия в Санкт-Петербурге. Кстати, Санкт-Петербург — отдельно Ленинградская область, отдельно... Но епархия там была одна — Санкт-Петербургская Ладожская(?)...

А. Пичугин

— Ну, и простейший пример, скажем: Тверская или Калужская область — это все Калужская епархия.

Е. Жуковская

— Да, это все была Тверская епархия, соответственно, и Калужская епархия. И возглавлял ее один архиерей. Конечно, у архиерея мог быть помощник архиерея, он называется в Русской церкви «викарий». Так и переводится, «викарий» — это «помощник архиерея».

Но, конечно, внимание одного архипастыря, от которого должна зависеть вся интенсивность церковной жизни, была ограничена. Потому что мы знаем — страна у нас большая, территории огромные, и даже если смотреть на Центральную часть Российской Федерации, и, казалось бы, здесь очень много субъектов находится, но по территориям они часто бывают настолько обширны... Даже та же самая пресловутая, звучавшая уже сегодня Тверская область — она же просто огромная по территории. Одному владыке всю эту епархию не объехать за весь год. Ни один приход не объедешь...

А. Пичугин

— Пара-тройка европейских стран в Тверскую область умещаются с легкостью.

Е. Жуковская

— Конечно, конечно! И для того, чтобы приблизить архипастырей к жизни приходов и жизни простых людей, Святейший патриарх Кирилл задумал, можно так сказать, епархиальную реформу по разукрупнению вот этих единиц епархий на более меньшие единицы — такие же епархии. И в границах одного субъекта стала появляться не одна уже епархия, а две, три. У нас есть субъекты, где находится четыре епархии.

А потом, для того, чтобы как-то между собой все-таки и владыкам было удобнее работать, и с властями договариваться, потому что, опять же, мы понимаем, что церковно-государственный, церковно-общественный диалог — никуда от него не деться, мы все живем в одном обществе... И для удобства стали образовываться митрополии. Центр митрополии, как правило, это областной центр субъекта Российской Федерации, а в самом субъекте может быть и несколько епархий.

Л. Горская

— А Вы почему решили укрупниться и от проекта, связанного с мельчайшей, наверное, церковной единицей — приходом — перейти к проекту епархиальному, к проекту, связанному с епархиями?

Е. Жуковская

— А мы как раз решили рассказать о том, как протекает эта епархиальная реформа Русской Православной церкви. И рассказать, чего же, в общем-то, достигла Церковь за эти пять лет.

Создано множество — созданы сотни маленьких, небольших епархий на территории Российской Федерации. Стали архиереями сотни священнослужителей — теперь они архипастыри. И мы захотели рассказать о том, чем живут эти архипастыри, чем живут эти небольшие епархиальные единицы. И, кстати, через жизнь этих епархий и образование новых провинциальных, так скажем, епархий, мы и рассказываем и о жизни простых священнослужителей, и о жизни приходов. Ну, вот захотели рассказать о нововведениях через картины, портреты конкретных людей — добраться до них таким образом.

А. Пичугин

— Лена, я знаю, что Вы ездите по этим епархиям — как раз как обозреватель и как один из авторов сайта, (нрзб.) подраздела «Епархии знакомые и неизвестные». Много уже удалось посетить? И где Вы побывали?

Е. Дорофеева

— С большим удовольствием я посещаю нашу глубинку. Для меня это было большим сюрпризом — такое приглашение познакомиться с новообразованными епархиями. И, честно сказать, вначале, когда я слышала эту идею, что нужно дробить епархии на другие епархии, мне, честно сказать, это не очень было понятно. И ехала я просто познакомиться с народом, посмотреть, как живут люди.

А. Пичугин

— Ну, путешествовать всегда интересно.

Е. Дорофеева

— Но я убедилась — убедилась, — что действительно это очень хорошая идея, которая дает замечательные результаты. Кроме того, что, как было заявлено, архиереи становятся ближе к народу (хотя, честно сказать, для народа это не так принципиально, они особенно не замечают, архиерей служит или священник), но архиереи становятся центром такой культурной, интеллектуальной жизни той глубинки, где они находятся. Потому что зачастую большинство архиереев имеют два образования — одно светское, а другое духовное. И действительно, это очень умные, интеллектуальные и очень образованные люди. И они формируют вокруг себя такое пространство, которое включает в себя и интеллигенцию, и представителей органов власти, что немаловажно, и просто простой народ.

Я посетила пять епархий пока еще, в самой нашей глубинке...

Л. Горская

— А сколько их, кстати, всего?

Е. Жуковская

— Вообще всего у нас епархий на территории Российской Федерации?

Л. Горская

— Да.

Е. Жуковская

— Около 200 — 183. Ну, проект только начался. И это Елена посетила пять епархий, а вообще мы сейчас уже объехали 10 епархий. Мы не обо всех сразу выкладываем информацию, но 10 епархий мы уже охватили.

Л. Горская

— Извините, Елена, я Вас перебила. Просто мне хотелось понять масштаб. Вы говорите, Вы посетили пять епархий.

Е. Дорофеева

— Ну да, по сравнению с 200 епархиями это, конечно, капля в море, но, тем не менее, такая география — от Оки, Волги до реки Обь. То есть от нашей Средней Руси до Ямала.

Л. Горская

— Чем они отличаются?

Е. Дорофеева

— Вы знаете, оказалось, отличаются. Ну, конечно, уровень жизни влияет. Некоторая наша глубинка — ну, некоторые называют «депрессивная». Такое слово, хотя мне сейчас сказать язык не поворачивается, потому что глядя, как Церковь организует вокруг себя пространство, как люди относятся, назвать эти районы, экономически, может быть, действительно уже нерентабельные... Но люди не унывают, живут как могут. Единственное, что обидно, — что такой наш запас человеческий находится под спудом. (Смеется.)

А. Пичугин

— Но это Центральная Россия как раз?

Е. Дорофеева

— Центральная Россия. Ну, Тверская, Тульская область, где, к сожалению, сокращается количество производства, убывает население.

А. Пичугин

— Я просто вспоминаю, как мы ездили, еще с патриархом вместе, вот и Елена тоже, и я, на Ямал... Вот это как раз речь идет о той поездке, да?

Е. Дорофеева

— Это было год назад, действительно, и мне тогда удалось познакомиться только с Новым Уренгоем и с Салехардом, а теперь мы посетили пять населенных пунктов, в том числе такие совсем небольшие поселения, даже не знаю, имеют ли они статус поселка... Например, Право-Охтинский — значит, на реке Правая... ой, простите, Правая Хетта.

А. Пичугин

— Право-Хеттинский?

Е. Дорофеева

— Право-Хеттинский поселок, да. (Смеется.)

А. Пичугин

— Древние хетты?

Е. Жуковская

— Что-то кельтское.

Л. Горская

— «Древние правые хетты».

Е. Дорофеева

— Одно время их всех называли «остяками» — ханты, манси. Теперь все-таки стараются употреблять разные термины к разным народам.

А. Пичугин

— Напомним, дорогие слушатели, что сегодня у нас в гостях Евгения Жуковская, главный редактор Интернет-портала http://prichod.ru и сотрудник Управления делами Московской патриархии, и Елена Дорофеева — журналист, обозреватель сайта http://prichod.ru. Мы говорим о проекте «Епархии знакомые и неизвестные». Вот Елена рассказывала о тех епархиях, в которых она успела побывать. А ведь они, получается, делятся очень по-разному! Ну вот все мы периодически выезжаем за пределы Москвы — ну, большинство слушателей-москвичей, я думаю, бывают за городом, бывают в других областях, хотя бы соседних. Как раз это те территории, которые разделились сейчас на разные епархии, и видно, что эти территории очень сильно отличаются друг от друга даже в социально-экономическом плане. Где-то едешь и видишь, что начинают восстанавливаться храмы уже не первый год, их много, и эта работа идет. Где-то, как и 30 лет назад, по обочинам дорог торчат полуразваленные, полуразрушенные церкви. Понятно, что здесь больше вопросов, наверное, к тому положение, в котором находится область. Но не проще ли было, когда все это было единой большой областной епархией? Ну, проще, может быть, было получать какое-то финансирование, находить спонсоров, проще было с обучением священников, чем когда все это разделено на довольно-таки независимые епархии?

Е. Жуковская

— Вы знаете, как оказалось, нет, не проще. Наоборот, разделение больших епархий на небольшие, появление в этих небольших епархиях человека, который будет точечно заниматься практически каждым приходом, который будет заниматься поиском будущих священнослужителей, который будет более внимателен к тем пастырям, которые уже служат, несут свое служение в этих территориях, оказалось наиболее эффективным, если можно такое применить слово к церковной жизни. И получается так, что быстрее архипастырю здесь куда-то в нужные, может быть, кабинеты достучаться, чтобы получилось какое-то финансирование. Но самое главное — конечно, сверху, может быть, каких-то... Мы говорим, что сейчас государство должно помогать что-то восстанавливать — то, что было в какие-то годы порушено, еще кто-то должен, общественные организации должны быть более активными... Но, знаете, особенно все, что касается церковной жизни... Мне кажется, что появление большого количества епархий позволяет быть более активным именно прихожанам и простым вот людям.

Л. Горская

— За счет чего?

Е. Жуковская

— За счет внимания, которое оказывает священноначалие, за счет, опять же... А как это внимание можно увидеть, как его можно просчитать? Вот появился архиерей, допустим, в какой-то части, ну вот Красноярского края, в Норильске. Раньше архиерей там бывал раз в год, служил там какой-нибудь батюшка благочинный, еще несколько человек, и архиерей, по большому счету, не видел тех нужд, которые существуют, существовали и, наверное, будут еще существовать у людей, которые проживают в этой части края. А появился там архиерей, стал там кафедральный город Норильск — это значит, что он начинает подбирать себе команду, начинает подбирать себе новых священнослужителей, он начинает направлять священнослужителей конкретно в те города, поселки, села, деревни и совсем, может быть, какие-то небольшие населенные пункты, где раньше не ступала не то что нога архиерея — нога священника. А теперь там...

А. Пичугин

— Ну, в Норильске — там проще. Там город — и больше ничего нет. И еще пара поселков типа Кайеркана...

Е. Жуковская

— С одной стороны, проще, а с другой стороны — ну, вот видите, епархия там полноценная. Там существует не один же приход, только в Норильске — и в близлежащих к Норильску населенных пунктах, и благочиний там несколько. (Благочиние — это еще одна церковная единица.) Так что на самом деле получается так, что архиерей пристальнее видит людей, которые даны ему Господом в окормление. Архипастырь — он же не просто так, он пастырь на словесных овец. Вот он всех этих словесных овец видит и помогает им как-то раскрывать свои таланты. И, таким образом, как-то и люди активнее, наверное, живут в Церкви, активнее привлекаются в приходскую, в том числе, жизнь. А через приходскую жизнь, глядишь, и храмы быстрее, может быть, строятся, когда люди объединяются, и какой-то деятельностью люди заниматься начинают, до чего раньше, может быть, руки не доходили и даже и не было понятия, что можно чем-то заниматься. Так что вот так.

Л. Горская

— А вот проект «Епархии знакомые и неизвестные» — он их описывает, эти епархии? Он что с ними делает? Как-то там структурирует, упорядочивает как-то их опыт? (Смеется.)

Е. Жуковская

— Я думаю, я начну, а Елена потом продолжит. Вот там, кстати, прозвучал у Вас, Елизавета, вопрос, почему 183, вроде бы, епархии сейчас, а всего мы объехали 10? На самом деле, мы начали объезжать те епархии, которые существуют уже пять, четыре и — вот есть у нас еще парочка епархий, — где три...

А. Пичугин

— Где уже что-то сделано.

Е. Жуковская

— Да, где архиерею уже удалось что-то сделать, что-то выстроить, что-то образовать... По большому счету, не просто на карте появилась вот эта церковная единица, а где получилось что-то вот создать. И наш проект состоит из  вот этих блоков по каждой епархии. А что находится в блоках? Открывает его, как правило, большое интервью с архиереем, которое наши журналисты делают — где только ни делают! — в машинах, в самолетах, на дорогах, при посещении, опять же, храмов. И параллельно, конечно же, общаются с архиереем и видят здесь же прихожан. Получаются уже какие-то зарисовки о жизни прихожан. Они общаются со священнослужителем — получается интервью и какие-то зарисовки о том, чем занимаются священнослужители, об их жизни, об их семьях. Так что, по большому счету, проект — это не просто, знаете, такая аналитическая информация для отчета Управления делами. Нет, это публицистическая история, это именно серия зарисовок, мне даже нравится такое слово — в принципе, очерков и эссе — о церковной жизни людей.

Ну вот Елена, собственно, творит и создает эти материалы, одна из наших привлеченных журналисток. Так что, может быть, она дополнит. Как вот ты создаешь вот эти «зерна»?

Е. Дорофеева

— С удовольствием.

А. Пичугин

— У меня к Вам конкретный вопрос — можно, для начала, я задам Елене, наверное, как человеку, который ездит, видит, наблюдает?

Е. Дорофеева

— Да.

А. Пичугин

— Я несколько раз общался с архиереями как раз вот этих разделенных епархий, недавно рукоположенными, недавно ставшими епископами. Когда у них спрашиваешь, какая главная проблема, они все в один голос говорят, что кадровая. Что не хватает кадров и, фактически, нету людей, которые хотели бы поехать в глубинку служить. И местные жители тоже не особо охотно идут учиться в семинарию, чтобы стать потом священником где-то в маленьком заброшенном глухом храме. Это правда?

Е. Дорофеева

— Ну, отчасти. Действительно, почти каждый архиерей в конце нашего общения все-таки упоминает, что ему не хватает все-таки священников, он хотел бы вот туда и туда еще поставить... Кто-то говорит, что почти укомплектовал весь штат, вот, может быть, еще один-два. То есть они все-таки решают свои вопросы. И я была приятно удивлена, увидев просто плеяду молодых священников. Я не ожидала, что у нас их так много, они такие активные. И архиереи — тоже молодые, но все-таки либо средних лет — делают на них ставку. И, мне кажется, это верно. Потому что такой всплеск активности, креативности, каких-то интересных идей и просто свежей струи, и даже новый стиль общения... Все-таки старшее поколение несет на себе груз советского периода, когда какая-то дистанция была принята между вышестоящими и нижестоящими. Сейчас вот новое поколение — у него этой грани нет. Совершенно свободное общение между прихожанами и священниками, между священниками и архиереями.

Л. Горская

— Насколько новое поколение не имеет этой грани?

Е. Дорофеева

— Ну, например, 28-лентние настоятели в некоторых епархиях — они свободны в своем общении, отношении. И архиереи с пониманием. Где-то, в каких-то храмах люди уже привыкли, что приезжают архиереи. Как-то они выстраиваются под благословение в конце службы, например. А где-то еще не привыкли — вообще расходятся и как-то там отворачиваются. И архиереи совершенно с пониманием к этому относятся. В то же время, если у людей возникает какой-то вопрос, они могут подойти к епископу, и он совершенно спокойно начинает с ними разговор, хотя по вопросам понятно, что люди вообще невоцерковленные очень, такие простые вопросы... И он уделяет им время и подробно... Даже наши фотографы засняли некоторые такие моменты — очень интересно. (Смеется.) Мне кажется, о фотографах мы еще скажем отдельно.

Л. Горская

— У Вас где-то уже опубликованы материалы, или Вы?..

Е. Дорофеева

— Да, на сайте http://prichod.ru где-то около 30 материалов...

А. Пичугин

— Ну, по 200 фотографий тут порой, я смотрю.

Л. Горская

— Будете ли Вы переезжать на отдельный домен, отделяться? Потому что ну все-таки огромные проекты, и, я так понимаю, сейчас только начало. На сайте http://prichod.ru я видела, но вот отпочковываться?

Е. Дорофеева

— Ну, это уже от руководства зависит. (Смеется.) Евгения Евгеньевна, какие у Вас планы?

Е. Жуковская

— Прямо уж — от руководства? (Смеется.) Значит, пока мы хотим отпочковаться, скажем так, оффлайн. Каким образом? Мы хотим к середине марта сделать фотовыставку, посвященную нашему проекту, и в основу как раз взять тот огромный фотоматериал, объем вот этот огромный фотоматериала, который нам привозят из поездок наши фотографы. А впоследствии, Вы знаете, я думаю, что, может быть, и придется, конечно, отпочковаться, как самостоятельный... Ну, по крайней мере, сначала, наверное, перейти на какой-нибудь субсайт, субдомен, а потом, может быть, и как самостоятельные. Но посмотрим. Все зависит... Понимаете, в чем еще все дело? Конечно, мы немножечко «сверху» подошли к этому процессу. Вот я тружусь...

А. Пичугин

— Но если Вы представляете Управление делами Московской епархии, понятно, что «сверху».

Е. Жуковская

— Да. Вот я как раз тружусь в Управлении делами. И, с одной стороны, я вижу на протяжении вот эти пяти лет, как разворачивается во времени эта епархиальная реформа, если можно так сказать, хотя мы, конечно, не употребляем таких слов... Как просто происходит развитие церковной жизни в современном нашем мире. И, с другой стороны, я общаюсь со многими людьми и, конечно, реально встречаюсь в жизни с этими архипастырями, с этими священнослужителями. Мне захотелось, чтобы о них узнало как можно больше людей.

И понятно — мы выбрали те, как я уже сказала, где уже более-менее получилось что-то выстроить. Но если епархии тоже проявят интерес, теперь уже и «снизу», и будут обращаться уже не в Управление делами, а вот именно в творческий коллектив Интернет-портала http://prichod.ru, который, в общем-то, совершенно не связан с Управлением делами... Единственное связующее звено — это я, как главный редактор, а все остальные у нас трудятся, это совершенно свободные художники, журналисты, фотографы, вот там еще другие творческие личности у нас есть.

А. Пичугин

— Нам хотелось бы каких-нибудь таких жизненных картинок. Потому что тут, в обществе, мнение, зачастую, кстати, вполне оправданное, что «вот эти Ваши ведут роскошную жизнь, едят золото, ездят на «мерседесах»... Приезжаешь куда-нибудь, ну, где-то — действительно так. Смотришь жизнь другой епархии, а там архиерей сам на перекладных, чуть ли не на телеге с лошадью, добирается до какого-нибудь дальнего храма, который скоро утонет в болоте вместе со всей деревней. Вот хотелось бы каких-нибудь картинок ярких, жизненных.

Е. Жуковская

— Ну, ярких картинок — во-первых... Ну, я думаю, что, опять же, Елена добавит, потому что она, собственно, многие бездорожья проехала с нашими священнослужителями в епархиях. Но, кстати, что касается дорогих машин, Вы знаете, я вот, например, думаю, что, ну, так получается, что иногда дорогая машина — просто качество и долговечность. И по нашему бездорожью ездить на какой-нибудь раздолбанной «девятке» архиерею просто невозможно — он не объедет такое количество приходов и не посетит.

А. Пичугин

— Зато все сразу узнают — он святой.

Е. Жуковская

— Ну, у нас, знаете, святость — это все относительно. Что вот здесь — святой, а... У нас искаженное, мне кажется, представление о святости. Но вот то, что я вижу... Архиереи, допустим, очень часто — я вижу это по тем же фотоматериалам — сами за рулем, берут, без водителя садятся и едут в отдаленные приходы. И как-то доходят до людей. Ну, вот Елена, может быть, расскажет, действительно ли у нас такие лакшери-священнослужители проживают в провинциальных епархиях. (Смеется.)

А. Пичугин

— Про батюшку и «мерседесы» давайте буквально через минуту. У нас маленький перерыв. Я напомню, что Лиза Горская в этой студии и я, Алексей Пичугин. И также у нас в гостях главный редактор Интернет-портала http://prichod.ru, сотрудник Управления делами Московской патриархии Евгения Жуковская и обозреватель сайта http://prichod.ru журналист Елена Дорофеева.

Возвращаемся в науш студию, где сегодня мы, Лиза Горская и Алексей Пичугин, беседуем с нашими гостями. Это Евгения Жуковская — главный редактор Интернет-портала http://prichod.ru, сотрудник Управления делами Московской патриархии, и обозреватель этого сайта журналист Елена Дорофеева. Мы такую интригу подвесили — обещали рассказать про лакшери-жизнь, про священников на «мерседесах», которые там летают на вертолетах к храмам — вот Елена свидетель. Или нет? Или, наоборот, нет?

Е. Дорофеева

— Да. Вы знаете, есть такое — и на самолетах, и на вертолетах. Но это только когда спонсоры предоставляют. На Ямале главное средство передвижения сейчас — это автомобиль, как ни странно, хотя там все испещрено реками, озерами и, в общем...

Л. Горская

— Вроде, труднопроходимая для автомобиля местность.

Е. Дорофеева

— Очень трудно, да. И этот сезон у них длится либо летом, либо уже суровой зимой. Потому что когда межсезонье, то нет хороших дорог, и это большая проблема — добраться до отдаленных поселений.

Но, Вы знаете, встретила я именно на Ямале таких людей, о которых писали, наверное, в XVI веке — о миссионерах, которые шли в одиночку в тундру, крестили по 150 человек. Вот то же самое есть и сейчас. Священник отец Андрей служит в храме города Надыма, но совершает в год по пять-шесть путешествий в отдаленные стойбища. Чаше всего, один, потому что либо это путешествие происходит на вертолете и проще одно пассажирское место забронировать, и так дешевле просто получается, либо на снегоходах, на лодках и так далее. И рассказывал он удивительные просто вещи. Во-первых, благоговение вот этих коренных жителей — хантов, манси, ненцев... Очень много проживает на Ямале коренных народов — они составляют примерно одну десятую часть нынешнего населения. И вот как раз большинство коренных народов ведет кочевой образ жизни — оленеводы либо рыболовством занимаются, но это уже стационарные поселки. Так вот он по пять раз в год туда ездит и разделяет в чумах их быт. И рассказывал, что даже как-то чуть ли не поплатился здоровьем, потому что отравился той сырой пищей, к которой они привыкли. Желудок белого человека есть... (Смеется.) Тем не менее, они дороги, эти люди, этому священнику, и он рассказывает, как они с нетерпением его ждут. И однажды вспоминается такой случай, когда он побывал в поселке, провел миссионерскую беседу, и так сложилось, что лет пять там не был. Ну, потом приезжает, думает — наверное, уже никто не помнит. И тут его встречает на улице женщина, называет по имени, говорит: «А мы Вас ждем». — «Как — ждете?» — «Да вот пять лет. Вы же сказали, что вот крестить... Мы собрались вот, 40 человек. Вот мы готовы». (Смеется.)

Л. Горская

— И пять лет ждут?

Е. Дорофеева

— (Смеется.) Да, пять лет ждали смиренно, кротко. Причем, он такими ораторскими способностями обладает, хотя такой простой молодой человек. Ну вот он рассказывал — как-то провел беседу перед началом учебного года. А до этого в поселках есть, даже в стойбищах, школы. И выбирали где-то около 17% православие, а так все — светскую этику либо разные религии. После этой беседы 95% выбрали православие. И даже директор школы обиделась на него — потому что учебники были заготовлены, учителя и так далее. В общем, они очень отзывчивые на слово Божие. И сказал, что просто для них это близко, и они с радостью приемлют христианского проповедника.

А. Пичугин

— Я вспоминаю историю, которую рассказал в свое время отец Агафангел Белых, который много лет прослужил на полуострове Тикси. Если кто-то не знает, то это одна из самых северо-восточных оконечностей нашей страны...

Л. Горская

— А отца Агафангела знают все.

А. Пичугин

— Ну, хорошо, если его знают все. Но я думаю, что все-таки не совсем все. Хотя хотелось бы, потому что это совершенно замечательный человек. Он рассказывал, что у него часть паствы — на острове, который прямо рядом с поселком Тикси в океане. Ну, совсем недалеко — как он говорил, всего 600 километров.

Е. Жуковская

— Вот такие расстояния в России.

А. Пичугин

— Да, совсем рядом соседний поселок.

Л. Горская

— Иногда в пределах одной епархии.

Е. Жуковская

— Ну, кстати, про пределы одной епархии. Вот у нас в нашем проекте есть интересное — помимо епархий, мы рассказали об одном территориальном викариатстве. Что это значит? Образовать епархию самостоятельно с епархиальным центром было невозможно, потому что очень мало людей проживает в этой части Хабаровского края. А владыке из Хабаровска налетаться в Охотск или в Николаевск-на-Амуре просто невозможно. Представляете, лететь из Хабаровска в Охотск, по-моему, около 4 часов. И между Охотском и Николаевском-на-Амуре тоже порядка 3 часов лететь. То есть расстояния такие огромные! А на всей этой огромной территории, которая может поглотить в себя, наверное, несколько стран Европы, проживает не больше 40 тысяч человек — всего, практически, в пяти таких густонаселенных пунктах. И вот там именно своего архипастыря как правящего архиерея нет, но есть помощник владыки Хабаровского — викарный архиерей владыка Аристарх. И мы решили в нашем проекте как раз рассказать и о жизни вот такого уникального территориального викариатства. Это к вопросу о расстояниях. Когда мы договаривались, я говорю: «Владыка, давайте там...» Причем, местная община построила в Охотске храм. Вот 22 октября освящали. Мы нашли журналиста, отправили туда, на берег этого Охотского моря. Очень красивая тоже и съемка, и интересная беседа с владыкой Аристархом получилась. А когда я звонила владыке Аристарху, я говорю: «Владыка, а давайте, может быть, мы сделаем так: прилетит из Хабаровска журналист в Охотск, а потом улетит в Николаевск-на-Амуре и там еще с Вами пообщается, там поснимает». Он мне так корректно, знаете, так: «Ну, нет, наверное, может быть, не получится. Может быть, еще что-то». Потом я начала проверять — конечно, не получится: билеты не купишь. Потому что там выделяли какой-то борт, по-моему, один раз в неделю или два раза в неделю, и совместить невозможно с графиком журналиста. Самому туда приехать невозможно, потому что нет ничего, кроме вот этого самолета. Ну, и, в общем-то, вот такая жизнь у владыки — он время от времени посещает свои отдаленные поселки, и как-то так вот... А по-другому никак. Никак туда не доедешь, ничего не сделаешь. Вот такая история.

А. Пичугин

— Да, расстояние — это, конечно, одно из самых первых воспоминаний, что от Москвы до Вологды 450 километров, а от Вологды до Великого Устюга Вологодской области — 600 с чем-то. Это из самых близких таких примеров.

Е. Жуковская

— Ну, кстати, это теперь две разные епархии.

А. Пичугин

— Теперь две разные епархии, да.

Е. Жуковская

— Ну, правда, все там тоже... Не полностью епархия в Вологодской митрополии заполнена. Там три епархии, архиереи есть только в двух. А вот на третьего, кстати, тоже... У нас проблема — видите, архипастырей-то найти сложно, не то, что там со священнослужителями...

А. Пичугин

— Объявление в газете не давали?

Е. Жуковская

— Ну, не знаю, мы пока все-таки таким традиционным путем ищем, по своим... по «сарафанному радио»...

Е. Дорофеева

— На Ямале, например, расстояние с Севера на Юг — тысяча километров, в Салехардской епархии, и с Запада на Восток — тоже тысяча километров.

Е. Жуковская

— Вот такой квадратик.

А. Пичугин

— А я смотрю замечательные фотографии и Ваши репортажи на сайте http://prichod.ru, как раз вот раздел с епархиями. Здесь очень интересные и репортажи, и фотографии. И меня заинтересовал — сейчас, наверное, Елена подробнее расскажет — «Старец-эмигрант», маленькая публикация в Анастасово «К Анастасию».

Е. Жуковская

— Что-что?

А. Пичугин

— В Анастасово — «К Анастасию», архимандриту, которому уже больше 100 лет. Он живет в маленьком монастыре в Тульской области. Это тоже одна из Белевской епархии, маленькая. Она очень небогатая епархия, насколько я знаю, потому что я там иногда бываю, в ее пределах. Но вот эту историю про...

Л. Горская

— Только что-то мы пастилы не видели здесь, в редакции...

А. Пичугин

— Та-да-да-дам! А я в Белеве не был никогда, ха-ха. Про отца Анастасия никогда не знал, например. Хотя у него удивительная биография — он эмигрант и много лет прожил в США. Но Елена, я думаю, подробнее сейчас расскажет нам о нем.

Е. Дорофеева

— Да, конечно, самое интересное — это встречи с людьми. И с теми, кто долго живет, и с коренными народами Ямала, например, и с тверскими жителями, и с жителями степи в Ахтубинской епархии. Но, действительно, встречались люди — не один даже вот этот отец Анастасий, и в других епархиях, — которые прожили большую часть своей жизни за границей и где-то в течение последних 10 лет вернулись на Родину. Это в Выксунской епархии священник, который сейчас занимается движением «Православные витязи», и вот здесь, в Белевской епархии на Тульской земле — да, такой старец Анастасий.

А. Пичугин

— Он жив до сих пор, да?

Е. Дорофеева

— Ему в прошлом году даже уже исполнилось 100 лет. И 10 лет назад, то есть в 90-летнем возрасте, он решил вернуться в Россию.

А. Пичугин

— До этого он — тут я читаю из Вашего репортажа — родился в Вятке (это нынешний Киров) в 1915 году, был сыном священника. Фельдшером служил на Финской войне, попал в плен в 1941 году. Пробыл два года в лагере для интернированных в Лихтенштейне. Потом перебрался в Аргентину с помощью духовенства, работал грузчиком, получил место в больнице. В 50-е стал монахом и священником. Служил в Соединенных Штатах, закончил семинарию. Тут чего только нету! И вот живет такой человек в маленьком монастыре в Тульской области. А почему он именно туда проехал? Почему не в каком-то московском монастыре, например, в каком-то таком хорошо обустроенном, со всеми удобствами?

Е. Дорофеева

— Ну, сам он шутливо отвечает: искал монастырь, тезоименитый его имени. (Смеется.) Вот Анастасово — место такое есть в Тульской земле, и сам он — Анастасий. И так сложилось, что он туда попал. (Смеется.)

Но, на самом деле, он рассказывает, что игумен этого монастыря, отец Парфений, выходец из Оптиной Пустыни, его где-то приметил, с ним познакомился и пригласил на Тульскую землю. И он сказал, что да, он уже много лет по телевизору просто следил за новостями из России, жил себе на пенсии прекрасно. Но вот как-то сердце позвало в дорогу. И вот 10 лет он в России и очень рад.

Е. Жуковская

— А каждый паломник может к нему подойти? Как вообще устроены взаимоотношения его с братией и с простыми людьми?

Е. Дорофеева

— Именно индивидуальное общение отца Анастасия привлекает. Вот мы когда приехали, говорим: «Вот у нас вопросы». Он говорит: «Да? Ну, это, может быть, нужно тет-а-тет?» Ну, мы сказали, что мы — журналисты, у нас общие для нашей страны вопросы. (Смеется.) Ну, он любезно нас выслушал, хотя был очень жаркий день и в этот же день он ездил в областной центр, скорее всего, к врачу. Но удивительно, что в его возрасте...

А. Пичугин

— Но он служит при этом — в своем возрасте?

Е. Дорофеева

— Я не знаю, служит ли он, но он живет в монастыре...

Е. Жуковская

— Проживает в монастыре он постоянно, да?

Е. Дорофеева

— Да, он живет в монастыре и там...

А. Пичугин

— Живет, в общем.

Е. Дорофеева

— Да.

А. Пичугин

— Друзья, напомню, что это «Светлый вечер» на Светлом радио. Здесь сегодня Евгения Жуковская, главный редактор Интернет-портала http://prichod.ru, сотрудник Управления делами Московской патриархии, и журналист, обозреватель этого портала Елена Дорофеева. Мы говорим о проекте, который развивают сайт http://prichod.ru и Управление делами Московской патриархии, который называется «Епархии знакомые и неизвестные». Ну, проект этот еще в начале своего пути. Епархий у нас, практически, 200 теперь в Русской церкви.

Е. Жуковская

— Нет, в Русской церкви больше епархий. Это только на территории Российской Федерации 183.

А. Пичугин

— На территории Российской Федерации, да-да, извините. У нас еще Украина и Белоруссия, и за пределами России, далеко за пределами России.

Е. Жуковская

— И Казахстан, и Средняя Азия, и Дальнее Зарубежье — чего только нет!

А. Пичугин

— Ну, короче говоря, около 200 епархий (183, Вы говорите, да?) в России...

Е. Жуковская

— Да.

А. Пичугин

— ...и большинство из них, конечно же, это не такие богатые епархии с центрами в больших городах-миллионниках, а это маленькие... не хочется говорить «потерянные на карте России», но, действительно, совсем небольшие по размерам. Но мы все говорим о том, что там неплохо, но, наверняка, какие-то проблемы существуют, везде разные. Понятно, что нельзя все как-то привести к общему знаменателю.

Но вот самые-самые такие острые, назревшие проблемы, которые уже за эти пять лет можно назвать, которые проявили себя и с которыми как-то надо бороться, надо решать, можете озвучить?

Е. Жуковская

— Ну, наверное, одна из проблем все-таки упирается в материальное состояние. Опять же, Вы говорили, что все зависит от того региона, в котором находится, и от социально-экономического положения региона. Конечно, епархия так или иначе связана с этими проблемами. И все проблемы, которые переживает, опять же, регион, на епархии отражается.

Но из таких... Что для Церкви важно? Конечно, важно строить храмы. Конечно, может быть, не хватает средств, финансирования для того, чтобы строить именно нормальные церковные строения в нашем таком каноническом, классическом понимании — храмовые здания. Конечно, как уже сегодня говорилось, это люди. Чтобы строить храмы, чтобы там служил священнослужитель, его нужно сначала воспитать, найти. И тут... Кстати, это напрямую связано вообще с такой идеей — наверное, я так, может быть, дерзну даже сказать... Почему Святейший патриарх когда-то задумал вообще эту идею разукрупнения епархий? А идея-то одна — идите и просветите народы. Дойти нужно было до людей, рассказать им о нашей вере. И вот те проблемы, с которыми порой сталкиваются наши архиереи — строительство храмов, поиск людей, — связаны с тем, что люди, может быть, не очень хорошо знают свою веру. По большому счету, номинально себя очень многие называют крещеными, православными, но не знают каких-то самых примитивных азов веры. И, к сожалению, знаете, очень многие люди сегодня... Говорит: «Вот я верю в Бога, Он един». Ну, там, понятно — в церковь придешь, научат, еще что-то. Но на самом деле, даже приходя в храм, в храме не хватает сил рассказать, а что такое вера, каков Он, наш Бог. И, конечно, архиереи пытаются найти таких людей, найти таких священнослужителей, воспитать их. Потом — чтобы священнослужители находили себе каких-то помощников и миссионеров. Основная проблема, конечно, связана с тем, что не хватает средств, не хватает людей для того, чтобы вести свою миссию как-то успешно, если можно сказать.

А. Пичугин

— Лет 15-20 назад самые экономически и социально активные в областях люди — это были выходцы из больших городов. Ну, чего там греха таить — чаще всего это жители Москвы или Петербурга. Их не очень любили, конечно, тут, потому что приезжие, пришлые, «не наши», «не свои», но среди них было как раз очень много людей... Вернее, скорее, так: среди священников, которых рукополагали в те годы в эти деревни, отдаленные села, — как раз преобладали москвичи или петербуржцы. И сейчас как с этим обстоит дело?

Е. Жуковская

— Кстати, Вы знаете, и вот как раз про рукоположение петербуржцев, москвичей и вообще жителей мегаполисов... Есть епархия Алатырская — вот у нас тоже она существует в проекте...

А. Пичугин

— Алатырь — это где, расскажите? Не все же знают.

Е. Жуковская

— Алатырь — это Чувашская республика. Эта Алатырская епархия находится в одной из частей Чувашии. И центром ее является город Алатырь. Он небольшой, но древний. И самое интересное, что одна из интерпретаций этого названия — это «камень, который взят от алтаря». Такая вот интересная. И у меня даже в этом смысле, если можно сказать, интерес, сакрализация происходит какого-то названия этой епархии, что вот...

А. Пичугин

— Народная сакрализация?

Е. Жуковская

— Да, народная!

А. Пичугин

— Хотя название финно-угорское изначально.

Е. Жуковская

— Ну, понятно, часто там много интерпретаций, но одна из них — «камень, который взят от алтаря». А теперь там, получается, главный алтарь. Там центр епархиальной жизни.

А с чего она вообще началась? Началась она с того, что там стал воссоздаваться, лет 25, наверное, уже назад, монастырь. И был такой отец Иероним Шурыгин — многим известный, он был в России. И он вокруг себя собирал людей буквально со всей страны. В этот Алатырь съезжались люди и из Екатеринбурга, и из Москвы, из Санкт-Петербурга, скупали там дома, покупали какую-то еще недвижимость. Все хотели так или иначе закрепиться около вот этого духовного центра, когда еще епархии там не было. И когда епархия появилась, оказалось, что там, по большому счету, все уже — такая административная единица, если можно так сказать, уже существовала. И многие священники как раз в Алатырской епархии — это те самые духовные чада отца Иеронима, которые съехались, как Вы говорите, из этих мегаполисов. И они сейчас активно пытаются своим теперь собратьям по епархии или тем местным людям, местным жителям... Кстати, там, в Алатырской епархии, не только чуваши проживают — там много и мордвы, там очень много и других народностей, которые живут испокон веков в Приволжском федеральном округе сегодня.

А. Пичугин

— Автохтонное население.

Е. Жуковская

— Да. Так что вот такая история, да.

А. Пичугин

— А какие у Вас... У нас наше время потихонечку подходит к концу... Расскажите, какие у Вас ближайшие... Ваши творческие планы? Вот самый банальный вопрос, который всегда задают музыкантам, писателям, которые приходят на программу — «Ваши творческие планы?». А у Вас какие планы, в первую очередь, по развитию Вашего портала? Я так понимаю, что это посещение как можно большего количества епархий?

Е. Жуковская

— Вы знаете, я бы не гналась за количеством, а все-таки гналась бы за качеством. Мне бы хотелось, чтобы об этом богатстве, о людях (Церковь — это люди, и основное наше богатство — это как раз вот люди) как можно большее количество, опять же, людей узнало. Я бы очень хотела, чтобы герои наших публикаций становились героями публикаций на других, может быть, и сайтах, и в газетах, и в журналах. Я бы хотела, чтобы о них снимали фильмы — вот как об этом отце Анастасии. Ну это же просто история феерическая! Нужно снимать фильм, однозначно!

И чтобы, знаете, наше общество отвлекалось от того негатива, от той, по большому счету, какой-то черной информации, которая часто... Как говорится, «вот, опять же, депрессия, провинция, никакого света, никакой радости»... И мы как раз показываем, что радость есть, свет есть, надежда есть, вера есть. Вот чтобы люди как-то на это смотрели и понимали, что да все слава Богу — выживем и будем жить дальше, и все, может быть, как-то и «неплохо на сегодняшний день».

Л. Горская

— Елена?

Е. Дорофеева

— Да, вот я бы хотела все-таки закончить каким-то конкретным примером, который мне больше всего запомнился из этих поездок, — что действительно самое главное — это люди, их общение с Богом, ради чего и строятся храмы и организуются все эти церковные структуры. Вот до глубины души меня тронула такая история в Тульской области, в Белевской епархии, которая произошла в наши дни. В 2013 году в исправительно-трудовой колонии случился захват заложников — двух женщин. Ну, священник окормлял исправительное учреждение. Он пошел в эту колонию и сказал: «Давайте обменяемся. Давайте меня заложником, отпустите этих женщин». Хотя у него у самого маленькая дочка была. Ну, в общем, долго уговаривал, но ничего не помогло — пришлось все-таки брать штурмом. Захватчиков убили, но заложники остались живы. Что больше всего трогает? Одна из заложниц — она была беременная, первая пришла в храм и поставила свечки за упокоение этих убиенных несчастных заключенных. И священник, пораженный, говорит, что удивительно, что вскорости она родила совершенно здорового ребенка. То есть вот такая сила духа о человека, которая...

Л. Горская

— Имеется в виду, несмотря на стресс?

Е. Дорофеева

— Несмотря на этот стресс, хотя вторая женщина-заложница два месяца в больнице пролежала после этого стресса. То есть вот эта евангельская молитва о врагах, высшее вообще представление и высшее выражение христианской любви — оно реальное, оно существует в наших людях. И, собственно, именно это и больше всего трогает, и это самое главное, я считаю.

Л. Горская

— А много у Вас вообще таких историй?

Е. Дорофеева

— Да много! (Смеется.) Читайте портал http://prichod.ru! (Смеется.)

Л. Горская

— Я знаете что хотела спросить? Вот сколько вообще времени надо и сколько усилий, чтобы так, приехав со стороны в совершенно незнакомую местность, в отдаленную епархию, вжиться и, как это сказать... понять, что там происходит, овладеть материалом настолько, чтобы можно было уже об этом писать — компетентно писать, не просто абы что...

Е. Дорофеева

— Вы знаете, у нас уже создался, выработался такой принцип — что вижу, о том и пишу. (Смеется.)

Л. Горская

— Это еще до Вас выработался! (Смеется.)

Е. Дорофеева

— Да, акыны такие, да — «что вижу — о том пою»! (Смеется.) Примерно то же самое. Я тоже долго переживала, думала — как это все анализировать? Ничего не надо. У нас практически прямая речь. Сами люди говорят за себя все свои истории, и они подспудно вдруг откуда-то вырисовываются. Даже не думаешь, что ты как-то специально о чем-то будешь выспрашивать что-то такое, узнавать. Нет, просто как-то сама собой речь льется. Вот у нас один сопровождающий в епархии, отец Арсений, вдруг рассказывал... Я вообще всегда интересуюсь, храмы — они сейчас как строятся? Какой-то богатый спонсор приходит, или?.. Вообще, откуда все это берется?

Знаете, совершенно разные. Есть действительно богатые спонсоры. Вот, например, люди в одной деревне, совершенно неперспективной, где уже закрылись все производства, хотели у себя восстановить храм. И так сложилось, что нашлись богатые спонсоры вообще, москвичи, совершенно даже у них никаких корней нет в этой местности. Они говорят, прилетали к нам на вертолетах. Ну, вот их старец какой-то благословил, и они взяли и построили шикарный храм. Где-то сами строят. Просто вот в деревне два человека, не больше — вот они построили храм.

Л. Горская

— Это не в Тверской области деревня?

Е. Дорофеева

— В Тверской! Действительно!

Л. Горская

— Не в селе Никольском?

Е. Дорофеева

— Селиваново, по-моему, это называется. Другое. Нет, там, кстати, вот именно таких храмов...

Л. Горская

— На вертолетах строят? (Смеется.)

Е. Дорофеева

— Нет, местные жители... Там больше всего. (Смеется.) Но где-то есть такие энтузиасты, которые считают своим долгом — раз он родился на этой земле или как-то его родители здесь, какие-то предки были, и у него есть средства, вот они строят храмы. Это в разных епархиях — в Ахтубинской, например. Ахтубинск — это по реке Ахтуба...

А. Пичугин

— Астраханская область.

Е. Дорофеева

— Астраханская область. Епархия расположена между реками Волга и Ахтуба. И я свой материал назвала «Междуречье». Потому что с одной стороны там мусульмане, с другой стороны — христиане, и там все перемешано. Ну, интересная там ситуация.

И вот человек... Там когда-то это была астраханская наша... сейчас на слуху, там — икра, какие-то там томаты...

Л. Горская

— Арбузы.

Е. Дорофеева

— Арбузы, да. Единственное, по-моему, что осталось, это арбузы. Все остальное там уже, к сожалению, не так процветает, мягко говоря. Так вот человек, глава строительной фирмы, решил восстановить храм на том месте, где когда-то жила его мама, и он помнит рассказ, что во время войны началась бомбежка, и она с маленьким ребенком на руках...

Л. Горская

— С ним?

Е. Дорофеева

— Возможно. Кажется, с братом...

Е. Жуковская

— С братом, по-моему. По-моему, с братом.

Е. Дорофеева

— ...она забежала в храм, и именно в этот момент, как только она закрыла дверь, там осколок снаряда врезался. И он это помнил всю жизнь, лелеял, и когда появились средства, поделился со своим сыном. А тот сказал: «А вот знаешь, а я вот тоже, проезжая это место, именно об этом думаю. Давай вот объединим усилия...» (он тоже бизнесменом стал). И они построили совершенно замечательный храм.

Л. Горская

— У нас подходит к концу время. У меня последний вопрос к Евгении, которая сказала, что хотелось бы, чтобы не только творческий коллектив сайта http://prichod.ru ездил по епархиям, но и из епархий тоже обращались к творческому коллективу сайта http://prichod.ru. Какого рода обращения это могут быть?

Е. Жуковская

— Обращения очень простые — приглашения. И наш творческий коллектив приедет. Потому что, опять же, мы тут сами же выбрали. Вот из Москвы — мы сидели внутри МКАД и выбрали, а в какие нам нужно поехать епархии. А было бы замечательно, если бы епархии сказали: «А давайте Вы приедете к нам, и Вы расскажете о тех людях, которые живут у нас и которые несут слово Божие в современном мире?» И вот мы тогда с удовольствием поедем.

Л. Горская

— А что им для этого нужно сделать? Письмо написать по адресу, который на сайте?

Е. Жуковская

— Я думаю, что да, написать письмо. Мы есть во всех социальных сетях. Связаться с нами как-то. Вы знаете, сейчас же очень просто связаться. Поэтому мне кажется, что вот эта инициатива снизу, которой очень много на самом деле в нашей Церкви, вот она... Если бы епархии захотели, мы бы с удовольствием тоже бы поехали.

А. Пичугин

— Евгения Жуковская, главный редактор Интернет-портала http://prichod.ru, сотрудник Управления делами Московской патриархии, и Елена Дорофеева, обозреватель портала http://prichod.ru, журналист, говорили сегодня с нами о проекте «Епархии знакомые и неизвестные». Лиза Горская...

Л. Горская

— ...Алексей Пичугин.

А. Пичугин

— Всего хорошего!

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Встречаем Пасху
Встречаем Пасху
Дело дня
Дело дня
Каждый выпуск программы «Дело дня» — это новая история и просьба о помощи. Мы рассказываем о тех, кому можно помочь уже сегодня, и о том, как это сделать.
Прогулки по Москве
Прогулки по Москве
Программа «Прогулки по Москве» реализуется при поддержке Комитета общественных связей города Москвы. Каждая программа – это новый маршрут, открывающий перед жителями столицы и ее гостями определенный уголок Москвы через рассказ о ее достопримечательностях и людях, событиях и традициях, связанных с выбранным для рассказа местом.
Азы православия
Азы православия
В церковной жизни - масса незнакомых слов и понятий, способных смутить человека, впервые входящего в храм. Основные традиции, обряды, понятия и, разумеется, главные основы православного вероучения - обо всем этом вы узнаете в наших программах из серии "Азы православия".

Также рекомендуем