Поделиться
Деян., 43 зач., XX, 7-12.
Комментирует священник Дмитрий Барицкий.
Комментирует священник Дмитрий Барицкий.
Нередко, когда пытаются дать определение тому, что такое Церковь, звучат известные слова апостола Павла, «Церковь — это тело Христово». Кто-то, услышав это определение скажет: «Как-то очень расплывчато». Возможно, и так. Просто необходимо понимать, что перед нами не научный термин, а очень глубокая и многозначная богословская метафора. Однако, тот отрывок из 20 главы книги Деяний апостольских, который звучит сегодня в православных храмах, является прекрасной иллюстрацией того, что же это означает на практике.
Глава 20.
7 В первый же день недели, когда ученики собрались для преломления хлеба, Павел, намереваясь отправиться в следующий день, беседовал с ними и продолжил слово до полуночи.
8 В горнице, где мы собрались, было довольно светильников.
9 Во время продолжительной беседы Павловой один юноша, именем Евтих, сидевший на окне, погрузился в глубокий сон и, пошатнувшись, сонный упал вниз с третьего жилья, и поднят мертвым.
10 Павел, сойдя, пал на него и, обняв его, сказал: не тревожьтесь, ибо душа его в нем.
11 Взойдя же и преломив хлеб и вкусив, беседовал довольно, даже до рассвета, и потом вышел.
12 Между тем отрока привели живого, и немало утешились.
Событие с юношей Евтихом, о котором мы только что услышали, происходит на фоне церковного богослужения. От прочитанного создаётся впечатление, что речь идёт больше о семейном собрании, нежели о торжественном, строго регламентированном храмовом ритуале. Так оно и было. Первые христиане для совершения совместной молитвы встречались дома у кого-то из членов общины. Эти встречи назывались агапами, в переводе с греческого, вечерями любви. Люди приносили еду, чтобы разделить её с братьями по вере. Совместная трапеза сопровождалась пением гимнов, проповедью предстоятеля, дискуссиями и беседами. После пира совершалось Таинство Евхаристии, которое венчало собой встречу христиан. Во всём чувствовалась простота и безыскусность. В этом проявляется семейный характер и дух христианской Церкви. Ведь Церковь возникла не как государственный институт, не как корпорация. Это место, куда человек приходил к своим. Только здесь его могли понять и принять. Здесь он получал удовлетворение не только своим духовным запросам, когда участвовал в таинствах, но также душевным, эмоциональным и телесным. Здесь он мог расслабиться, как дома, где можно быть самим собой, в простоте общаясь со своими родными. Церковный организм устроен Спасителем так, что участие в нём принимает всё наше существо, и тело, и душа, и дух. Если это единство есть, тогда человек может ощутить себя в полноте причастным церковному организму, к Телу Христову. Нужно отметить, что подобные встречи происходили ночью, так как днём люди были заняты работой. Именно этим можно объяснить произошедшее с Евтихом. В домашней обстановке юноша расслабился после тяжёлого рабочего дня. Кроме того, от многочисленных светильников воздух в комнате стал тяжёлым. Было душно. А потому он заснул и выпал из окна третьего этажа во двор. Однако, как говорит Писание, он остался жив благодаря молитве Павла и общины.
Из произошедшего можно извлечь важный урок. Наше участие в церковной жизни не является стопроцентной гарантией того, что беды, трудности и неудачи будут теперь обходить нас стороной. Господь пришёл не для того, чтобы изменить к лучшему обстоятельства окружающей действительности. Мир как лежал во зле, так и лежит. Однако Он создал Церковь, то место, куда я могу прийти словно домой, к своим. Где я могу напитаться не только пищей духовной, но и душевной. Где я могу получить поддержку и понимание, с какими бы проблемами мне не пришлось столкнуться. Будем помнить об этом. Ведь это означает, что, как мы ощущаем себя в наших общинах, зависит не только от Бога, но и от нас самих. Именно мы своими действиями, словами, эмоциональным состоянием формируем ту атмосферу, которая живёт в наших собраниях. И очень бы хотелось, чтобы это была именно семейная атмосфера, место, куда хочется вернуться, чтобы встретить своих, чтобы тебя приняли таким, какой ты есть. Ведь если не так, куда ещё нам идти?
15 сентября. «Золото кленовой листвы»
Поделиться
Фото: Lauri Poldre / Pexels
Незабываемо шествие по мягко шуршащему под ногами кленовому золотистому ковру, когда ты чувствуешь себя едва ли не античным царём Мидасом, который превращал в золото всё, к чему бы ни прикасался. Но что́ тленные сребро и злато для христианина, искупленного драгоценной Кровью Христовой и обретшего свет благодати Господней в своём сердце? Настанут, по удостоверению Святых Отцов, такие дни на земле, когда золото, как никому не нужное, будет лежать под ногами; и единственно благодать Духа Святого, словно небесная манна, будет питать верные Богу души, храня их от обольщений антихристова времени. Давайте же дорожить нашим небесным сокровищем, хранить и умножать его, всегда пребывая в покаянии и молитве!
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
15 сентября. О значении появления новых храмов
Поделиться
13 сентября в праздник перенесения мощей благоверных князя Петра и княгини Февронии Муромских Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную Литургию в новоосвященном храме в честь иконы Божией Матери «Седмиезерная» в подмосковных Мытищах на территории Федерального научного центра гигиены имени Ф.Ф. Эрисмана.
На проповеди Его Святейшество говорил о значении появления новых храмов.
То, что сегодня происходит на земле русской, особенно в граде Москве, многие за рубежами нашего отечества, в том числе и в традиционных христианских странах, не могут понять. В богатом, просвещённом Западе, особенно в Западной Европе, сегодня храмы либо закрываются, либо перепрофилируются, в лучшем случае в мечети, там хоть Богу молятся, а в худшем случае — в увеселительные заведения.
Удивительно, никаких протестов, никаких демонстраций. Где-то права кого-то нарушились, борьба идёт, а храмы закрывают — никакой борьбы нет. Я не могу себе представить, чтобы в России, когда закрывали храмы, вот так бы народ реагировал. Ведь сколько было мучеников, исповедников именно потому, что они не боялись смерти, защищая храмы.
Вот это всё —результат нашего исторического пути. Я уже говорил когда-то о том, что я из семьи тех, кто очень пострадал. Дед мой прошёл 47 тюрем и 7 ссылок, имея 7 человек детей. Вот когда его последний раз арестовывали, бабушка уже не выдержала и сказала: «На кого ж ты нас оставляешь, ну что ж ты делаешь с нами?» И он сказал удивительные слова: «Я ведь не из-за нарушения закона иду, не потому что я преступник, а я за Христа пострадаю. Волосы не упадут с вашей головы, и никто из вас не умрёт от голода». Точно так всё и произошло.
Радость, которая сегодня наполняет сердце. При каждом освящении нового храма, когда я вижу в храмах людей разного возраста, современных совершенно людей, не просто как в советское время тыкали пальцем и говорили: «Да у вас одни старушки-пенсионеры». Вообще благодарить надо, потому что старушки оказались сильнее советской власти. Они пронесли веру в Бога, воспитали своих детей и внуков, и благодаря тем старушкам мы сегодня с вами здесь.
Но сегодня уже другой народ, и это свидетельствует о том, что вера православная действительно обновила души и сердца наших людей. И поэтому каждое освящение храма, нового храма в московском мегаполисе является не просто замечательным историческим событием, а великим литургическим праздником, подобным двунадесятому празднику.
Вот дай Бог, чтобы милость Божия пребывала с каждым и помогала каждому на его жизненном пути. Аминь!
Все выпуски программы Актуальная тема:
15 сентября. О евангельских мотивах в искусстве
Поделиться
О евангельских мотивах в искусстве — настоятель московского храма святых бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке протоиерей Федор Бородин.
Бывает так, что произведение искусства впервые как красоту открывает человеку Бога, например, икона. Человек, который занимается живописью, приходит в Третьяковскую галерею и видит там «Спас Нерукотворный Новгородский». И он понимает, что эту красоту нельзя выдумать, что человек, который писал безымянную эту икону, или «Деисус» Андрея Рублёва возле Звенигородского чина, да, вот, или другие иконы, он понимает, что этот человек знал что-то о красоте, которая никогда не заканчивается, что-то такое, что я тоже теперь хочу узнать. Человек приходит к вере.
Бывает, что человек, любящий, допустим, Осипа Мандельштама, вдруг слышит слова: «Я христианство пью, холодный горный воздух», или: «И Евхаристия, как вечный полдень длится». И человек: что такое? А почему для Мандельштама этот воздух, вот в отличие от отравленного воздуха города, настоящий, чистый? А что такое Евхаристия?
Или он читает Пастернака: «Всю ночь читал я твой завет, и как от обморока ожил». Дайте-ка я тоже почитаю Новый Завет. Если уж Пастернак пришёл в такое состояние.
Или он читает Ахматову, «Реквием», и понимает, что когда Лев Николаевич Гумилёв, её сын, каждый день может быть расстрелян, 10 лет без права переписки, она это знает. А человек может уже не быть давно, но она стоит там вместе с другими женщинами у «Крестов», у знаменитой питерской тюрьмы, да, и пишет стихи «Реквием». Она обращается к страданию матери Божией.
«Магдалина билась и рыдала,
Ученик любимый каменел,
А туда, где молча Мать стояла,
Так никто взглянуть и не посмел».
И вот человек становится глубочайшим образом верующим через осмысление своего страдания при обращении к распятию Христа и плачу Матери Божией.
Поэтому, конечно, произведение искусства, когда их автор является авторитетом для зрителей или слушателей, или там человек слушает «Страсти по Матфею», говорит: «Дай-ка я почитаю, что это такое». Открывает Евангелие от Матфея и начинает читать о страданиях Христа. Они могут очень помочь нам в проповеди людям и в обретении веры в Господа Иисуса Христа.
Все выпуски программы Актуальная тема:
