Главная › Программы › Светлый вечер › Семейный час

«Ценность семьи». Священник Николай Конюхов

(09.05.2026)

Николай Конюхов

Гостем программы «Семейный час» был клирик храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста в Москве священник Николай Конюхов.

Разговор шел о том, как в современном мире воспитывать в детях нравственность и передавать понимание ценности семьи.

Ведущая: Анна Леонтьева

А. Леонтьева

— «Семейный час» на Радио ВЕРА. У микрофона Анна Леонтьева. И у нас в гостях священник Николай Конюхов, клирик храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста в Москве. Добрый вечер, отец Николай.

Отец Николай

— Добрый вечер, Анечка.

А. Леонтьева

— И вот уже вторую программу снова передо мною лежит ваша книга «Семья как путь. Зрелость, доверие и сила настоящих отношений». Поэтому мне легко из каждой маленькой главки, буквально там каждая главка занимает там по 4 страницы, но это так густо написано, что мы можем развернуть целый разговор. Потому, что это все, на самом деле, очень нужные мысли. Я всем советую почитать книгу. А сейчас мы поговорим на тему: как воспитать душу в XXI веке, о наших детях. Глава называется «Уют, вера и интернет». И вот начну я, наверное, со следующих ваших слов, отец Николай: «Семейные отношения не возникают в один день. Они складываются постепенно, передаваясь от поколения к поколению.». И далее: «Среди по-настоящему значимых традиций уважение к старшим.», и так дальше. И вот первый мой вопрос: Вот эта самая традиция, которая передается из поколения в поколение, и эти самые старшие, мы это все имеем сейчас в семьях?

Отец Николай

— Как хорошо написал батюшка (смеются).

А. Леонтьева

— Батюшка то хорошо написал.

Отец Николай

— Да. Но, он так написал, значит, конечно, в большей мере, когда ты пишешь какие-то книги или говоришь проповедь, ты понимаешь, что сам к этому хочешь тянуться. То есть вы должны понимать, что, когда священники говорят о чем-то, призывают к чему-то, они в первую очередь обращаются сами к себе. То есть мы не отделяем себя от всех людей, которые стоят в храме. Я помню, мне один человек мудрый сказал, что: «Никогда не говори: „Вы должны вот ходить в храм; вы должны работать над своими грехами.“. Никогда не говори: „Вы“, всегда нужно говорить: „Мы“.». То есть никогда не отделять. И в этом плане, когда мы молимся перед причастием, там же: «от них же первый есмь аз»., то есть первый ты предстоишь пред Богом, и ты же первый от грешников кающихся должен быть во всяком случае, если ты себя осознаешь. И в этом плане, конечно, когда речь идет о воспитании детей, для меня это вообще болезненная тема. Я много читал книжек, я сам из многодетной семьи, вокруг меня куча многодетных. Ко мне приходит очень много людей именно с этой проблематикой, собственно говоря, с детско-родительскими отношениями. И в свое время я прямо увлекался этим: и книжки по возрастной психологии читал, и так далее. Но, и вот как бы одно дело — ты в теории все знаешь про это, а совершенно другая история — когда вот твой ребеночек, твоя кровинушка, подросток психует, хлопает дверью, там залипает в телефоне, и так далее. То есть это совершенно другой вопрос: как тебе вот не прилагать, ну в том плане, как вот Иоанн Златоуст говорит, что: нельзя детей наказывать в гневе, ни в коем случае, вот как ни прилагать сердце, как ни раздражаться, самому не становиться ребенком, очень непросто.

А. Леонтьева

— Ну у вас же, простите, что перебиваю, у вас же многодетная семья, как вы сказали. Это значит, что вам проще как-то все-таки. Нет?

Отец Николай

— Знаете, с первым ребенком всегда какие-то ошибки. То есть это, все равно мы учимся, к сожалению, только на своих ошибках. То есть, как сказано, что: «Мудрый человек учится на чужих ошибках». Вот пока ты станешь мудрым, тебе пятидесятник стукнет.

А. Леонтьева

— Это вы очень мало взяли. Если не 100.

Отец Николай

— В лучшем случае. Как у нас принято говорить: иногда приходит только возраст.

А. Леонтьева

— Да, да, да, без мудрости.

Отец Николай

— Без мудрости. Но, в целом как бы вот, к сожалению, какая-то мудрость действительно просыпается достаточно поздно. И ты вот сам, ошибившись, ну то, о чем апостол Павел говорит: «Сам искушен быв, может искушаемым помощи», вот когда ты, я помню, когда еще у меня дети были достаточно маленькими, я уже общался с подростками. Я в школе преподаю на протяжении 15 лет, и поэтому у меня все равно был опыт взаимодействия с подростками. Но, и одно дело, когда это их подростки, и ты говоришь очень правильные фразы что: нужно любить, терпеть, что нужно на провокации не поддаваться, что нужно проявлять там внимание, там христианское смирение, ну и так далее, короче, все наши правильные христианские фразы. И ты это как бы со стороны видишь. Ну, когда ты сам вовлечен в это, ты забываешь все правильные фразы, тебя просто бомбит, как принято у молодежи говорить. И ты прям можешь сорваться и быть не очень хорошим родителем. И у тебя появляются еще несколько пунктиков к твоей исповеди. То есть заламинированный список грехов наконец-то пополняется некими новыми пунктами.

А. Леонтьева

— Да, да, ламинированный, мне тоже отец духовный сказал: «Ань, уже заламинируйте. Хватит уже отрывать и выбрасывать.». Слушайте, ну я очень понимаю, о чем вы говорите, потому что тоже работала с детьми. При этом вот почему-то чужие дети, я прям для них авторитет, я их прям могу увлечь, они прям меня так слушают, и я знаю, как не назидательно это сделать, как-то вот легко, так вприпрыжку, с юмором и сказать вот то, что мне хочется донести. А со своими, вот ты уже включаешь все, но видимо мешают эмоции родительские. Я видела недавно, знаете, в социальной сети какую-то тетеньку-блогера, какую-то дико популярную. Так вот она грозным голосом говорила, что: все равно, даже не сдавайтесь, все равно травмы, которые вам нанесли родители, вы нанесете своим детям, все равно каждый с этим сам разбирается. И вот, кстати, как вы к этому относитесь? Все травмы из поколения в поколение, получается?

Отец Николай

— Я недавно выложил пост у себя в канале как раз на эту тему. Там лежит такая девушка молодая и что-то рассказывает. А рядом с ней такой кот грустный сидит, выслушивает. И написал: «Ты, значит, платил ипотеку, оплачивал учебу там, бегал на трех работах, чтобы накормить ребенка, чтобы потом он прощал тебя у психолога.» (смеются). И у меня прям очень большой отклик родители получили. То есть я вот, допустим понимаю, что безусловно детско-родительские отношения — это базовые отношения — это базовые отношения в жизни любого человека. 100 % эти отношения влияют. И то конструктивное, что было в них, и то, что деструктивное, то, что связано с нашей греховной поломанностью, конечно, отражается на психике человека, и он несет это с собой в течении жизни. Но, это, во-первых, является.

А. Леонтьева

— Приговором.

Отец Николай

— 100% не является приговором некой обреченности человека нести вот этот след. И вот, что самое главное, вот чего, к сожалению, некоторые молодые люди не понимают, это абсолютно не снимает с тебя ответственности за твою жизнь. Потому, что тут, получается, такая жертвячая позиция: вот меня родители недолюбили, вот тут мама на меня кричала, папа там пропадал на работе целыми днями, со мной не общался, не дал никакой там безопасности, все, из-за этого у меня вся жизнь испорчена. То есть ты берешь, перелагаешь ответственность за свою жизнь: вот ты уже взрослый лоб, тебе 20 лет, или там 25, и ли там 35, а ты до сих пор тычешь пальцем. То есть по-хорошему, помню, духовник мне сказал, что: «Вот там твои родители во многом, во-первых, выживали», ну я про своих родителей понимаю, они там в 90-е года, папа потерял работу, а я — третий ребенок. Ничего себе. Мы, помню, гуманитарную помощь получали из Америки просто как многодетные, что-то там как-то перебивались. Поэтому во многом родители просто выживали. И даже в этих условиях они нашли возможность тебя воспитать, храня, книжки тебе дать, обнимать тебя, с тобой ездить на море, каким-то образом. Я сейчас вообще не представляю, как моим родителям было непросто на море ездить.

А. Леонтьева

— Да, еще на море.

Отец Николай

— Поэтому тут, вы знаете, это нужно уметь быть благодарными. У нас что с Богом проблемы, потому что мы обесцениваем все, что Он нам дает, мы очень быстро все забываем. Что мы с собой, я вот все время показываю крест и говорю. У нас сейчас просто аудиоэфир, ну представьте себе крест, или достаньте пожалуйста ваш нательный крест, посмотрите на него. Это нам такая напоминалка. Вот мы ставим сейчас в телефоне себе напоминалку. И вот одна из самых главных напоминалок — это крест: что вообще-то Бог за тебя умер. Ничего себе! Это самое большое, что можно принести, самую большую жертву в мире, которую можно принести. «Нет больше той любви, кто положит душу свою за друзей своих». Бог положил за тебя, вот лично за тебя, Свою жизнь. А что ты как бы для Него сделал? А что ты вообще, как ты отреагировал на эту жертву? Поэтому мы носим крест и периодически смотрим. Встали утром перед зеркалом поправлять прическу, посмотрите пожалуйста на крестик, очень полезно. И если мы научимся благодарить Бога, то мы сможем и родителей поблагодарить. Это очень важно для каждого из нас. Наши родители дали нам жизнь, все. Мы уже взрослые дяди, тети, мы должны сами брать ответственность за свою жизнь. Можно проанализировать какие-то вещи, это возможно. И я знаю, я дружу с православными психологами несколькими, у меня прихожанки есть психологини, как я их называю, и они прекрасно знают свою ограниченность в этом плане: что они где-то могут, а где-то они отправляют уже к батюшкам. Я говорю, слушайте, вот это, то есть какую-то штуку подсветить, где-то что-то разобраться с точки зрения науки, это возможно. только, когда речь идет не о шарлатанстве каком-то, а о нормальных людях с высшим образованием. Вот православные психологи, они прекрасно понимают: здесь мы можем еще что-то поработать, как-то посмотреть, а дальше это нужно уже глубоко просить помощи, как побороться с гордыней. Это же только с помощью Божий. Как научится любви? Без Бога это вообще невозможно.

А. Леонтьева

— Даже обиды какие-то простить иногда без Бога вообще невозможно.

Отец Николай

— Вообще невозможно. Матушка Елена Триандофилова написала вот такой капитальный труд про радость прощения.

А. Леонтьева

— Прощение. И вторая книга у нее «Тайна благодарения», тоже к вашим словам.

Отец Николай

— Да, вот про благодарение и про прощение. Ну прощение — это вообще абсолютно необходимое. Ну без Бога это нереально потянуть.

А. Леонтьева

— Да, да, да, хорошо, что про матушку, кстати говоря, упомянули. Я у нее в чате состою, и на такие вопросы душераздирающие она отвечает иногда. А, кстати, знаете, вы начали про то, что мудрость все-таки иногда приходит с возрастом. И с этой точки зрения здорово, если, например вот такое тоже поломанное послевоенное, очень выживательное поколение бабушек, хорошо, если оно вот с этой мудростью ну как-то вот осталось в семье. Вот бабушки иногда как раз выполняют эту роль. Ну не всегда, конечно.

Отец Николай

— Знаете, по-разному. С одной стороны, да, раньше вот вся эта мудрость, не было никаких психологов, как правильно замечают, это не означает, что не было травм и не было проблем у людей. Были. Но, в целом передавалось из поколения в поколение. То есть это была, вот еще история в Ветхом Завете есть, почитайте, люди жили очень долго, и тот же самый там Иаков дожил до своих праправнуков. И они друг другу передавали эту мудрость. То есть ты наошибался, уже сам шишки набил, уже понял, тебе уже прилетело пару раз, даже ни один, даже не пару десятков. И ты уж наконец сделал какие-то выводы: а, вот что Ты, Господи, имел в виду, все, до меня теперь дошло. И люди передавали этот опыт. И это, конечно, очень полезно. Сейчас, особенно в советское время произошел разрыв поколений. Мне дедушка рассказывал, что не было принято там беседовать откровенно как-то с родителями. Ну кроме некоторых семей, в целом было как бы такое отчуждение. Родители должны были вырастить ребенка и отдать дальше. Пионеры, комсомол и партия, все, уже государство занималось воспитанием.

А. Леонтьева

— Ну сделайте мне ребенка, да.

Отец Николай

— да. И в целом это поддерживалось. И эта связь поколений, тем более что у тебя в роду были какие-то лишенцы. Вот у меня да, по маминой линии священник, которого в лагерь посадили. Его брата расстреляли, сам он тоже погиб в лагере. У него овсе дети — лишенцы, моя прабабушка, бабушка Соня. А вот прапрадед, отец Митрофан, его сгноили в лагерях. Ну и все, они были лишенцы. И что, какая связь поколений? Там боялись про него вообще рассказать. У меня, когда моя прабабушка Соня начинала говорить про отца Митрофана, своего папу, она переходила на шепот. Это уже все, это уже в 90-е, уже тысячу все прошло, а она вот боялась разговаривать, про него говорить. Поэтому там были многие вещи нарушены. А сейчас, как тоже подметил духовник, он говорит, что: «Сейчас, когда вот уже мудрость приходит, нарабатываешь опыт, уже все понимаешь и готов этим опытом поделиться, тебе уже никто детей не дает.». В смысле твои дети, которых ты уже наобижал, уже внуков тебе не дают. Говорят: «Нет, бать, спасибо большое.».

А. Леонтьева

— Проверку не прошел на прочность.

Отец Николай

— Ну как бы да. То есть у нас обычно вот, то есть мы наошибались на детях и уже к внукам мы уже больше готовы. Мы уже меньше к ним придираемся, меньше контролируем, больше с принятием относимся.

А. Леонтьева

— Ну да, мы уже как-то меньше их можем поломать.

Отец Николай

— Меньше можем их поломать и погнобить. Но, уже наши дети, которых мы в свое время поломали и погнобили, то они уже не очень хотят давать. У меня приходят на исповедь несколько замечательных моих прихожанок, которые уже стали бабушками и очень печалятся, то, что есть внуки, но не дают. То есть они вот прямо как-то очень болезненно к этому относятся и вот так далее. То есть это целая история. Это было ы хорошо, если бы у нас была вот такая связь поколений и уважение. В некоторых семьях она сохраняется, вот у нас в семье в целом какие-то важные такие моменты. Знаете, просто нужно уметь тоже отделять по-евангельски, зерна от плевел. То есть в целом, вот вы сказали про послевоенные годы, там же были потрясающие примеры там мужества, стойкости, потрясающие примеры жертвенности, когда люди иногда там о себе не думали, а как бы о своей семье, о пользе ближних . Но, с другой стороны, были очень больные примеры. Вот например, мы до сих пор несем вот эти последствия, я, кстати, в книге об этом написал, ну это как бы не мои наблюдения, это опыт многих священников, с которыми я общаюсь, что вот в послевоенные годы породили очень плохой такой сценарий, когда очень сильная женщина и очень слабый, инфантильный мужчина, либо вообще никто. То есть после войны.

А. Леонтьева

— То есть да, из-за того, что его нету, там женщины очень сильные.

Отец Николай

— Ну потому, что в целом там сколько миллионов мужчин советского населения были убиты. А те, которые даже не были убиты, они были инвалидами, без руки, без ноги.

А. Леонтьева

— И мы не забываем, что они еще, наверное, очень травмированные вернулись.

Отец Николай

— Они вернулись абсолютно с ПТСР. Никто тогда особо этим не занимался. И они занимались сами.

А. Леонтьева

— Посттравматический синдром.

Отец Николай

— И они сами этим занимались. Чем они занимались? Ну известно чем. Там был массовый алкоголизм вот у этих людей, замученных и травмированных войной. И что приходилось делать женщине? Вот она одна, с четырьмя детьми и еще муж пьющий, с гармошкой сидит, и там вспоминают они со своими однополчанами, как они там, тяжело им было. И все. И вот у меня пример этих сильных женщин. А они же воспитывали детей, хотя воспитание — это функция абсолютно мужская. Это функция мужская. И мужчина несет на себе послушание от Бога воспитывать детей. Это его функция. А у нас женщины, не то, что женщины забрали себе, они не от хорошей жизни. Не то, что там: ой, вот мы хотим, а потому, что просто никто этим не занимался.

А. Леонтьева

— Им отдали.

Отец Николай

— Отдали, спихнули, я бы сказал. И вот женщина, мало того, что тянула на себе весь дом, семью, еще и этого мужа, который грустил по поводу травмированной, и не мог прийти в себя. Тем более люди были в большинстве лишены Бога, то есть им вообще было тяжело реабилитироваться. И поэтому дети, которые выросли в такой семье, мальчики, к сожалению, выросли, видя сильную мать, которая все контролирует, все помогает, все там делает, они себе думали: А, ну , женщина должна быть сильной, она должна вот как бы много чего нести на себе, вот, такой, знаете, быть ломовой лошадью. А папа сидит, там что-то на своей гармошке играет, какой-то он там веселый, шутит и там балагур. Но, он безответственный. И вот эта инфантильность, к сожалению, передавалась мужчинам. А девочки смотрели на свою сильную маму, и все равно перенимали вот то, что женщина должна всего добиться сама, все сама. Плюс советская система, она поддерживала эту эмансипацию такую, плохого типа.

А. Леонтьева

— Ну если мы посмотрим советские фильмы, то, наверное, с вами согласимся.

Отец Николай

— Ну, конечно, посмотрите, какие женщины.

А. Леонтьева

— Потому, что там, да, да, да.

А. Леонтьева

— Напомню, что у нас в гостях священник Николай Конюхов, клирик храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста в Москве. Перебила вас, отец Николай, хотели вы что-то еще. Про советские фильмы, я прям вспоминаю вот все эти образы, которые созданы нашими прекрасными актрисами.

Отец Николай

— Нона Мордюкова.

А. Леонтьева

— Нона Мордюкова сразу вспоминается.

Отец Николай

— Это первое. И я вот когда смотрел.

А. Леонтьева

— Шукшина, и так далее.

Отец Николай

— Абсолютно. И я смотрел вот эти фильмы, и вот эти глаза женщин, исполненных боли, с одной стороны. А с другой стороны, мужества. А у них, что им делать. То есть они могут просто лечь умереть, а могут сопротивляться. Вот они выживали. И выросло поколение целое женщин, которые выживали. Поколение мужчин, которые как бы тоже вот немножко в тени этих сильных женщин как-то расслабились. И вот я просто это вижу, поколенческую эту историю. И я беседую с женщинами о том, что вот как важно в браке, допустим быть в послушании мужчине. Они говорят: «Батюшка, страшно этих мужчин слушаться. Он вообще ни о чем не думает. Он там у нас, мы там живем с тремя детьми на 50000 рублей в месяц. И он не собирается устраиваться на вторую работу, говорит: „Иди сама работай.“.».

А. Леонтьева

— Отец Николай, ну как-то же надо решать эту проблему.

Отец Николай

— Ну вот мы постепенно, она сама собой, конечно, не решится. Это возможно только при осознании самих людей, что они от этого проигрывают. А мужчины со временем понимают. То есть судя по количеству разводов, по количеству измен, мужчина все равно хочет быть, в нас это заложено, в нас Господь создал, вот Адама Он создал первым, Он возложил на него ответственность. Когда Ева, вот это всегда повторяю, многие люди вообще-то не понимают, когда Ева съела яблоко, она первая же съела, Бог подходит первым к Адаму. И мужчина, у него такое от Бога благословение нести на себе ответственность за семью. И, соответственно, если он не сет ответственность, то с него и спрос первый, и он должен как-то, и он должен как-то, и он в этом растет. Он в этом становится задуманным вот как бы от Бога именно с мужской точки зрения. А женщина, по-хорошему, должна быть в послушании у мужчины, быть за-мужем, за ним. Это не означает такое подавление, и чтобы стереть личность, и там подавить волю, ни в коем случае. Это такая добровольная история. Когда женщина снимает с себя тяжесть ответственности, отдает мужчине, чтобы он накачался., потому что он. Ну я вот хожу в спортзал, ты берешь более сильный вес, чтобы стать более сильным, более тяжелый вес, чтобы накачать мышцы. И вот для мужчины хорошо, когда у него лежит ответственность. А женщине, наоборот, если на ней сильный груз на плечах лежит, как она будет легкой, радостной, танцующей, с искрящимися глазами и вдохновляющей? То есть она будет именно выживать. И вот для того, чтобы такая модель состоялась, мужчины не должны бояться ответственности. Они ее сейчас ужасно бояться, поэтому мальчики не зовут в брак девочек, вообще стараются всячески избежать брака. А девочки бояться быть в послушании, потому что: ну он все завалит, и мне нужно для того, чтобы быть хотя бы немножко в безопасности, все самой контролировать. Ну вот такая вот история. М чем мы можем помочь? Мы же не можем детям своим другие мозги вставить. Мы можем постараться хотя бы в своей жизни, наше поколение, которое хотя бы стало уже что-то читать, что-то слушать: какие-то подкасты, какие-то радиопередачи, какие-то книжки читать, просто пытаться что-то поменять. И дети, видя этот какой-то наш пример, хотя бы не то, что сразу положительно, а работы над собой, они может быть поймут, на сколько это здорово. То есть мальчики поймут, на сколько здорово быть в ответственности и быть мужественным, и защитником . А каждый мальчик хочет быть защитником подспудно, быть героем. И девочки поймут, как классно быть принцессой и не тащить на себе все на свете, и не бояться вот этой, да, быть замужем и быть в такой трогательной зависимости от мужа. То, что Господь сказал, что: «Положу эту зависимость», то есть она может быть воспринята женщиной как какая-то тяжелая кабала, а может быть воспринята по-другому: что вот действительно муж берет на себя какую-то тяжесть, решает какие-то проблемы, а я могу его вдохновлять, могу быть для него вот той самой помощницей, о которой сказал Господь.

А. Леонтьева

— Ну мне, вот из того, что вы говорите, во-первых, такая мысль: что хорошо бы мамам, наверное, это я может быть и к себе тоже отношу, сказали бы, как вот вы сказали, что вот только пожелательными такими говорим мыслями, хорошо бы мамам попробовать не контролировать своих сыновей так сильно, как мы это любим делать, и как-то вот потихонечку, наверное, как бы делать из них мужчин. То есть давать им какие-то вещи и показывать, что даже мама может быть зависимой, потому что вот растет сын взрослый, и прислушиваться к его мнению. Хотя бы внешне. Ну не знаю, как-то вот, можно же как-то очень мудро, итак, сказать, подвести так, чтобы сын сказал: «Классно!», мужчина сказал.

Отец Николай

— Я помню, меня просто убила, я преподаю в школе. Я пришел, и сидит пятиклассник, 5-й класс. Вот у меня тут сын сейчас, ему почти 12 лет, он в пятом классе. Сидит пятиклассник, его мама почему-то привела в школу. Почему-то мама привела в школу пятиклассника, это вообще само по себе дикость. И взяла, он раздевается, видимо опаздывает, и он протягивает вот так вот ногу, и мама начинает развязывать ему шнурки.

А. Леонтьева

— Ой!

Отец Николай

— И я такой думаю: Ну все, аминь, и Богу слава. То есть это, как у нас принято говорить в нашей среде: «Конец всем святым и православию». Потому, что тут точно воин не вырастит в такой конфигурации. Ну при чем и можно как бы тыкнуть в этого ребенка, и сказать: «Фу, какой он.». А можно понять, что мама сама. При чем я не хочу тыкать в маму, она боится, у нее все это из-за страха. Она контролирует. Откуда берется контроль? Контроль — это страх. Другой вопрос: что контроль — это Боговорчество, потому что контролирует все только Бог. Я вот много раз это обсуждал с прихожанами, только недавно об этом говорили, что нельзя присваивать себе то, что принадлежит только Богу. Есть несколько вещей в нашей жизни, которые принадлежат только Богу. Такие, как суд. Христос говорит в Евангелии от Иоанна: «Весь суд Бог-Отец отдал Сыну своему единородному. И никто не судит.», почему Он говорит: «Не суди, да не судим будешь.». Потому, что весь суд принадлежит только Иисусу Христу. Мы не можем выносить суд. Мы можем говорить: нравится — не нравится, мы можем там еще что-то говорить, какие-то оценки давать с точки зрения себя, и всегда говорить, что это субъективно. Но, объективно сказать: этот человек плохой, ну как-то. То есть, когда мы осуждаем, мы присваиваем себе то, что принадлежит Богу. Когда мы говорим: «Я этого человека не прощаю» кто! Прощать может только Бог. Нет у нас такого права, вот в экзистенциальном плане, духовном кого-то прощать. Мы можем как бы в личных отношениях сказать, что: я обижаюсь на кого-то, и так далее. Хотя обида — это манипуляция, но тем не менее. Но, там «я тебя не прощаю», ты что, Господь Бог что ли, чтобы прощать кого-то — не прощать. Что еще принадлежит Богу? Контроль. Вот контроль — это абсолютно история про Бога. Он вездесущий, всенаполняющий. Он наблюдает за этим миром, Он — благоустроитель этого мира, домостроитель. И, когда мы говорим: «Я типа там все контролирую», мы в безумии. Я контролирую ребенка, мы себя-то не контролируем. И все вот те, кто, ко мне родители приходят тревожные такие со своими детьми. В данном случае я не отсекаю от тревожных родителей самого себя, просто я стараюсь над этим работать. Как мне духовник сказал, что: есть больные, а есть выздоравливающие. Мне хочется надеяться, что я.

А. Леонтьева

— Здоровых нет, да?

Отец Николай

— Нет, здоровых вообще нет. Извините, это уже где-то райские какие-то жители, это не про нас. Так вот, есть выздоравливающие. Я все равно вижу тревожность и в себе, и в других. Эти тревожные родители, они приходят, они приходят и говорят: Нет, я вот все там знаю. Там сын, он там ходит- не ходит, пятое-десятое, я все вот уже проконтролировала, это ему запретила, это отключила. Подходит ребенок на исповедь, и оказывается, что мама прибывает вообще в иллюзорном каком-то, фантастическом.

А. Леонтьева

— В прекрасном неведении.

Отец Николай

— Да. У меня был такой ребенок в школе один, прямо радость родителей. Дин из лучших учеников в классе. Классная руководительница говорит: «Вот посмотрите, какой он, — не буду говорить имя, — вот он там такой молодец, такой прилежный.». И все: Вот наша радость. И мне одна одноклассница его, я как-то тоже так подпал под это общее, потому что он всегда так на «Законе Божьим» хорошо себя ведет и так правильно отвечает, и все знает: там литургия — не литургия, что там в Евангелии, какое-то чудо рассказал. Но, такой взгляд немножко хитрый. Я смотрю, что возможно все не так просто, как кажется. Мне одна одноклассница как-то с болью один раз сказала, говорит, я говорю: «Ну вот, вот же там.», она говорит: «Ну что вы говорите, батюшка. Вы знаете, что он там после школы все время за гаражами там курит и пьет уже.», (хотя это средняя школа). И там у него там мат такой, что у меня, — говорит, уши вянут от его мата.«.

А. Леонтьева

— То есть человек уже, двойная какая-то, раздвоение личности, по сути, уже.

Отец Николай

— Ну дети, они сначала не умеют, вот когда Господь благословляет, и у нас появляются только дети, они такие, как ангелы. Они еще не умеют врать, они еще честные достаточно.

А. Леонтьева

— Ну это ожидание, вот родительские ожидания что он будет таким ангелом, диктуют ему поведение. Нет?

Отец Николай

— Дело не в том. Дело в том, что если бы он бы рос с ангелами, то он бы и был ангелом. Но, он растет не с ангелами и ни с какими-то инопланетными. Это у нас всегда какая-то обида: как, у меня такой вырос! Вот современные дети! Так он же рос не в безвоздушном пространстве. И мы, конечно, можем кивать на школу, на двор, на интернет, на блогеров. Но, растет ребенок, в первую очередь, с папой и мамой. И в первую очередь он впитывает в себя, как губка, то, что есть в папе и маме. Поэтому наши дети — это зеркало, где отражаются все наши самые худшие пороки, самые худшие.

А. Леонтьева

— К сожалению, да, соглашусь с вами.

Отец Николай

— Поэтому я просто сам по себе это знаю и вижу. И тут нужно не тыкать. И, когда мы пытаемся: откуда он научился врать? Посмотри в зеркало, откуда он научился. Вот оттуда и научился. Поэтому, если мы ведем лицемерную жизнь, такую двойную. Вот батюшка такой ходи в храм, такой весь благочестивый: Господи, благослови; вот дорогие прихожане, братья и сестры, с праздничком; мои возлюбленные о Господи. А домой приходит: Ах ты ж, зараза, на тебе подзатыльник! Что вы тут! И ребенок такое видит: а, типа так можно, ты при других такой весь классный, а потом приходишь и ведешь себя, вот как.

А. Леонтьева

— Уже как хочешь.

Отец Николай

— Как хочешь. Вот и все..

А. Леонтьева

— Надеюсь, что во второй части программы мы выйдем к каком-то светлому, так сказать, концу, увидим свет в конце тоннеля. А сейчас напомню, что сегодня с нами в программе священник Николай Конюхов, клирик храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста в Москве. У микрофона Анна Леонтьева. Вернемся через минуту.

А. Леонтьева

— Продолжается «Семейный час» на Радио ВЕРА. С нами священник Николай Конюхов, клирик храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста в Москве. У микрофона Анна Леонтьева. И напомню, что сегодня мы говорим о детях. Условно мы назвали программу так, как называется одна из глав книги отца Николая про семью, а именно: как воспитать душу в XXI веке. Ну ничего себе, да, мы размахнулись. А глава-то всего 4 странички. Тем не менее мы, наверное, только начали. И такие у меня к вам вопросы. Мы все знаем, что в какой-то момент вот наше влияние на детей могут перевесить другие люди. Например, сейчас очень популярны блогеры. Мне старший сын, я так с пренебрежением говорю: «Блогеры», а старший сын мне объяснил, что это на самом деле очень серьезная профессия. Что она требует очень большой вовлеченности, трудолюбия, организованности и даже таланта, потому что повести за собой вот эти миллионы подписчиков — это нужно уметь. Так, как я этого совершенно не умею, то я очень прониклась этой мыслью. То есть это действительно работает. При этом, ну понятно, что повести можно в разные стороны совершенно. И вот у меня, отец Николай, такой вопрос, тоже его затрагиваете в книге: Как нам этих блогеров перепеть что ли? Как нам быть важнее для детей, наше мнение чтобы было важнее, чем вот люди, которые вот эти харизматичные ребята, которые в интернете? Часть из них, возможно, очень как-то в правильном идет направлении. Ну мы знаем, что не все.

Отец Николай

— Я могу сказать, что когда я сам стал вести странички в социальных сетях, когда меня сподвигли мои коллеги, они меня гнобили и булили, что: вот батюшка, у вас нету блога, что же вы за батюшка такой.

А. Леонтьева

— А, вот так, да, теперь )(смеются).

Отец Николай

— Как будто я крест забыл дома. То есть в определенный момент как-то. Но, знаете, смех смехом, а.

А. Леонтьева

— Вы — публичный человек, поэтому вам приходится.

Отец Николай

— Публичный. А потом очень много, то есть нужно идти туда, где твоя паства. А огромное количество людей, вот допустим переехали, мы с ними знакомы, но они переехали куда-то, они хотели бы держать какую-то связь. Есть люди в разных городах, и так далее. То есть я не преувеличиваю, безусловно. То есть мы, по сравнению с апостолом Павлом, или еще что-то, это богатыри не мы. Но, с другой стороны, это, поскольку в интернете находится огромное количество людей, об этом говорил святейший патриарх Кирилл, что мы должны не относится к этому безответственно, мы должны идти туда, где наша паства. Если наша паства в интернете, мы должны идти в интернет. Просто другой вопрос: чем мы там будем заниматься. Как там в одном знаменитом фильме: «Энакин, ты должен был победить ситхов, а не возглавить их!». Также и мы: если мы идем в интернет, мы должны как-то не присоединиться к чему-то плохому, а наоборот возглавить и создать новый тренд, если хотите, тренд на что-то такое интересное, но именно светлое и адекватное. И знаете, вот вы сказали про блогеров, про все остальное, у нас, у родителей очень большой страх, потому что мы боимся в конкуренцию.

А. Леонтьева

— Точно.

Отец Николай

— Мы боимся, что мы не выдержим, что вот. Почему мы начинаем там отключать, запрещать, и так далее, и так далее? -: «Вот он меня не слушает, а слушает каких-то блогеров.». В почему? Может быть это связано в том числе, что мы потеряли авторитет. А авторитет не завоевывается только лишь тем, что мы все запретили и погрозили запретом и наказанием. Авторитет завоевывается последовательностью воспитания. Это очень важно. Когда изучал возрастную психологию, это одна из базовых идей: что воспитание должно быть последовательным.

А. Леонтьева

— Это очень важное слово.

Отец Николай

— Да. Потому, что у нас бывает, нас же шарахает из крайности в крайность. То мы: Ты мое золотце, там все, что хочешь, любое, пожалуйста только не плач, сейчас все куплю" то: ах ты, зараза такая, все, неделю без компьютера, без телефона, без всего будешь сидеть в комнате и не выходит оттуда, света белого не увидишь , и все вообще, зачем я тебя родила.

А. Леонтьева

— Ну это крайности, да. Вообще эта вот последовательность — это то, чего мы зачастую не понимаем совершенно.

Отец Николай

— Да. Ну мы, то есть этому нужно учиться. В нас же не учат последовательности воспитания. То есть, или даже, если нам кто-то чего-то говорил, это же, когда ты начинаешь в реальности, как вы правильно сказали, тебя, нахлынули на тебя эмоции, голова отключается, и ты даже уже, понимая, что так не очень хорошо себя вести, все равно так себя ведешь. И я просто прекрасно понимаю, что любые отношения невозможно потянуть без Божественной помощи. То есть, когда Господь тебя наполнил любовью, ты можешь быть любовью и с детьми, и с мужем, и с женой. И с Богом в том числе. То есть: «Всяк дар совершен свыше есть сходяй от Отца Светов...», то есть всякое, все, что хорошее, это мы можем научиться и как-то вдохновиться от Бога. Все плохое прекрасно без помощи Божий у нас получается, а вот то, что хорошее, нам нужна от Него помощь. И если мы не боимся конкуренции, мы понимаем, что у нас, наоборот есть некая привилегия по отношению ко всему остальному миру. Потому, что пока мы родители, особенно пока наши дети еще маленькие, мы для них являемся небожителями, мы для них.

А. Леонтьева

— Маленькие да.

Отец Николай

— Да, высший авторитет. И если вот за это время мы не успели все испортить, в конец не сломали отношения, то и в подростковое время, когда абсолютно для многих родителей, главное для многих родителей, даже для меня это было не совсем понятно, то, что сепарация, то есть отделение детей от родителей — это нормальный абсолютно и необходимый процесс.

А. Леонтьева

— Мы этого не знали просто. Нам никто не рассказывал.

Отец Николай

— Никто не говорил, абсолютно.

А. Леонтьева

— Вот моему поколению никто не говорил. Уже дети мне рассказали.

Отец Николай

— Я как бы читал это заранее, но я только в моменте понял, на сколько важно ребенку на какое-то время отделиться от родителей. И не надо этого бояться. Не надо привязывать его, не надо манипулировать, угрожать, а дать возможность, наоборот. Потому, что если ты не сможешь научить ребенка жить без тебя, какой же ты родитель, что ж ты сделал то? Ты его так сильно привязал к себе, так сильно все как бы завязал на своем контроле, что он, бедолага, вырос и не знает, он потерян в этом мире. Поэтому безусловно не надо как бы безразлично относиться к ребенку, и вот этот гиперконтроль, он абсолютно не нужен. Он, наоборот ломает, а не строит, он, наоборот, как бы подкладывает мину замедленного действия под вашего любимого ребятенка. Поэтому нужно уметь чуть-чуть в определенный момент отделиться, где-то сохранить отношения, где-то пожертвовать даже, знаете, у меня очень много мам воспитывают детей одни, без отца. И я говорю: «У вас не получится воспитать ребенка и за папу, и за маму. М вы либо будете таким гомункулом, наполовину папой, наполовину мамой, либо пытаться, с одной стороны, сторожить, как папа и любить, как мама, либо вы все-таки будете мамой, и у него будет просадка по дисциплине. Ну, зато у него будет хотя бы та часть, которая от вас, то она будет нормальная.».

А. Леонтьева

— Подлинная, да, эта часть.

Отец Николай

— Да, она будет не разрушена. Ну у него там будут хуже оценки, да, на него там будет чаще жаловаться классный руководитель. Но, зато у него будет мама, нормальная мама, принимающая, не критикующая, какая-то вот добрая, в чем-то слабая, в чем-то трогательная. А не эта такая: э, и с ремнем она идет на. В общем поэтому я не осуждаю, я понимаю, на сколько непросто иногда. Все равно нужно мужское воспитание. Я мамам иногда советую найти какого-нибудь, ну чтобы дедушка включался, или брат, дядя этого ребенка. Очень классная тема — тренер. То есть там на спорт он ходит куда-нибудь: на футбол, или там на тхэквондо, или там на каратэ. Его там бьют потихонечку, что очень хорошо. И, соответственно, он там уже учится быть мужчиной среди мужчин. И маме легче. Она его просто там обнимает, там смазывает ему синяки, а там он учится быть мужчиной, а не с ней. Потому, что женщина не может научить мужчину быть мужчиной. Ну в смысле вот именно мужское, дать ему какой-то мужской пример. Она должна ему наоборот дать женский пример: что меня надо защищать, что ты мой сынок, я хочу тебя уважать. М я хочу, ну я могу с тобой расслабиться, потому что ты можешь меня защищать. И мужчина, когда он понимает, что он защищает женщину, в нем просыпается эта мужская энергия, он прямо радостный, радуется, что может быть защитником.

А. Леонтьева

— Ну кстати, вы говорите, а я вспоминаю, что на момент, когда ушел из жизни мой муж, старшему было 20, а младшему было 14. То есть такой возраст, просто беда-беда. То есть как никогда нужен мужчина в доме. И как-то автоматически старший взял на себя вот эту функцию. М я даже это ни сразу заметила. Ну так просто на всякий случай я об этом говорю. Если вдруг кто-то вот в такой ситуации находится, то нужно ему позволить. Потому, что ты, сначала тебе хочется такой: так, я вас всех крыльями сейчас закрою, своими огромными. Крылышки то, Господи, крохотные, как у курочки, а не как у орла. А потом ты понимаешь, что нужно делегировать какие-то вещи другим членам семьи.

Отец Николай

— Да. Ну вот у меня в этом плане 3 девочки, 1 мальчик, мне некому делегировать. Я сам только могу с мальчиком. Ну это очень, я могу сказать, что отцом мальчика быть гораздо сложнее, чем отцом девочек. Гораздо сложнее. И в этом плане я иногда, так даже внутри себя скорблю и тоже молюсь, потому что Господь, вот он может нас научить быть мужественными, дерзновенными и иногда такими стойкими. Он сам показал пример. Невероятно, я стал видеть это в Евангелии. Я там тоже недавно книжку одну читал про необузданное сердце, и я стал замечать, на сколько вот Христос смело поступает, не боится говорить правду в лицо, что Ему все равно на мнение людей, на вот эту молву людскую. На сколько Он может противостоять, глядя в глаза вот этому злу. И вот как Он с апостолами общается, как Он ведет за собой всех. И как Он преодолевает трудности, которые вообще невозможно. И ты вот видишь такой пример, и вдохновляешься. Поэтому для мужчин, для мальчиков образ Христа — это очень сильный образ. Если его правильно показать, то они могут вдохновится.

А. Леонтьева

— Ну кстати, знаете, это вот ни к нашему разговору, я только недавно тоже, ну как, перечитываешь Евангелие, каждый раз что-то, естественно, открываешь для себя. Я только заметила недавно, простите меня, дорогие радиослушатели, за мою такую неотесанность, но я заметила, что Христос никогда не оправдывается. То есть, всегда, когда Ему что-то говорят, Он либо молчит, Либо говорит: «Ты сказал.». И это тоже меня так поразило. Ну это вот просто.

Отец Николай

— Да. Это, Анечка, вы очень верно подметили, и вообще в целом умение... То есть, мы привыкли, что вот нельзя отвечать злом на зло, и Иисус говорит, что: «Если ударили по одной щеке, подставь другую». И для меня было целым открытием, потому что, когда Христа ударили по щеке, Он не подставил другую щеку, потому что, есть, оказывается, случаи, когда нельзя потакать злу. Нельзя людям давать возможность безнаказанно творить зло. И нужно как бы вот пресловутые личные границы отстоять, и иметь некое уважение к себе. Для мужчин это очень важно. Это Христос, видно, как Он ничего лишнего не говорит, как вы правильно заметили, это очень важная мысль, ничего лишнего не говорит. То есть у нас сейчас некоторые вон батюшки любят выступать, говорить, очень много поговорить. Но, цениться то женщинами не болтовня, а поступки. И у нас как раз вот, мы говорили про поколенческие истории, про воспитание детей. И вот для мужчин очень важно быть последовательным, и вот это уважение воспитывать, и подавать пример правильный. Это очень важно. Хорошо, что вы, Анечка, сказали об этом.

А. Леонтьева

— Напомню, что сегодня с нами и с вами священник Николай Конюхов, клирик храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста в Москве. Ой, отец Николай, у меня прям такая мысль: не только священники, а вообще вот это вот оправдание перед людьми, оно применимо к семейной практике, знаете, когда вот влезает? Когда ребенок-подросток идет к психологу и приносит тебе списочек своих травм. И вот матушка Елена Триандофилова тоже об этом говорила, что самое ужасное, что ты можешь сделать, а это почему-то сразу у тебя вылезает — это сказать: «Да ты знаешь, моя мама тоже так меня воспитала. Это же она виновата. Это же мои травмы, понимаешь, налезли на тебя каким-то образом.». И вот это вот прям тупиковая ветвь развития. То есть все, обида замыкается и переходит из поколения в поколение. И просто конца и края этому нет, пока кто-то не проявит осознанность и не скажет: «Прости, вот в этот момент, да, так было. Но, давай как бы дальше идти.», вот так вот. И тоже это вот про оправдание.

Отец Николай

— Не, ну сразу же включается. Это же страх.

А. Леонтьева

— И чувство вины.

Отец Николай

— «Это жена, которую Ты мне дал, дала мне плод, я ел.». А она говорит: «Это вообще змей виноват . Он мне дал.», вот и все. То есть у нас включается эта история автоматически. И если ты с этим ничего не сделаешь, я просто сам знаю, трусость. Недаром Булгаков вот в этом диалоге Иешуа и Пилатом, там Он говорит, что: Трусость — самый страшный грех. Но, я не могу сказать, что он самый, это один, один из самых страшных .

А. Леонтьева

-Но, который порождает, зачастую, все остальное.

Отец Николай

— Да. И вот когда ты струсил, ты начинаешь искать: кто же виноват, и боишься, как взрослый человек. Взрослый человек, он берет ответственность на себя. Даже это и так, конечно, наши травмы детско-родительские, которые у нас с детства, безусловно повлияли на наши косяки по отношению к детям. Но, им то, что, от этого легче что ли. Ты то уже взрослый дядька и девушка. Поэтому мы стараемся сказать , да, вы абсолютно правы, вы правильно сказали, это единственное, что можно: да, прости, я виноват . Я виноват, да, я вот хотел лучшего, но я был не в порядке, я с собой не справлялся.

А. Леонтьева

— Недосмотрел, недопонял.

Отец Николай

— Я недопонял тебя, и сам к себе относился может без должного внимания. И вместо того, чтобы заниматься собой и успокаивать себя, я пытался там на тебе выместить что-то, пытался проявить к тебе излишнюю заботу, делал это неправильно. И я тебя не слышал.

А. Леонтьева

— Не защитил.

Отец Николай

— Не защитил. Старался тебя запихнуть в свои представления о правильном вместо того, чтобы посмотреть, что для тебя подходит. Ну и так далее. То есть ну честно поговорить. Честность, она, знаете, подкупает, когда ты вот честен. Поэтому не надо бояться. Не надо в этом плане проявлять трусость. А можно еще просто оправдываться начинать: Ой, да вот то-то, пятое- десятое. Это тоже слабая позиция — оправдываться.

А. Леонтьева

— Ну вот да, это вот то, с чего я начала, да.

Отец Николай

— Да, в этом плане, вот у меня, кстати, я вот это замечал. Я вот когда начал уже работать над собой, то я стал замечать, что вот начинаешь оправдываться, это так слабо звучит. Поэтому ты должен научиться сказать: так-то, так-то, пятое-десятое.

А. Леонтьева

— Ничего лишнего.

Отец Николай

— А многие родители, они начинают еще закапываться в чувство вины. А дети все это еще подогревают. Вот они ходят и ходят. От

Этого же ничего в лучшую сторону не идет. От твоего чувства вины как бы. В чем состоит покаяние? Это признание ошибки и постараться компенсировать то зло, которое ты сделал. Чем ты можешь компенсировать зло? Ну вот посиди с внуками, пускай твоя травмированная дочь сходит на массаж, там съездит куда-то, отдохнет. Или там твой сын, который, ну помоги как-то, ну постарайся компенсацию: Тогда я да, был не в порядке, а сейчас я больше в порядке, могу тебе помочь.

А. Леонтьева

— Отец Николай, вот хотелось еще спросить. Знаете, иногда мы очень, поскольку мы разные все-таки поколения с нашими детьми, мы слушаем разную музыку, у нас разные уровни вовлеченности в гаджеты, у нас разные вкусы. И вот слушать то, что дети слушают, хотя иногда это такой кажется, простите, фигней. Я помню, как я ехала с сыном, и он поставил какую-то свою, говорит: «Можно?». Я говорю: «Можно». Такой он не очень еще был большой. И я поняла в принципе, что ужасные там слова. Но, ребята талантливые, которые это пели. Ну я ему честно сказала: «Ребята талантливые. Хотя мне это как-то, не моя эстетика.». Он говорит: «Я расскажу ребятам, что ты со мной это слушала.». Вот заниматься, не знаю: играть в компьютерные игры с детьми, слушать их музыку — это нормально для родителей, хорошо ли это?

Отец Николай

— Вообще знать интересы своих детей — это хорошо. И на базе этих интересов искать совместные точки тоже хорошо. Потому, что играем на их поле. М дети это ценят, между прочим. Другой вопрос, что совсем в панибрата уходить и уже нарушать свои личные границы — это плохо, потому что ты не будешь вызывать уважение. Получается, что с тобой можно, тебя можно прогнуть на любое. Дети ведь тоже нас проверяют на степень нашей гнутости, вот на что мы готовы прогнуться. И, когда ты вот именно на некоем чувстве вины, или еще на чем-то: «Ну ладно, давай я послушаю», нужно все-таки в удовольствие. Я стараюсь, допустим и фильмы выбирать, и музыку слушать, которая и им нравится, и мне нравится. То есть я могу честно сказать: «Сын, мне такое не нравится, ты же знаешь. У нас с тобой есть песни, которые и тебе нравятся, и мне нравятся. Я тебе сам некоторые песни привил.» Мне проще , кстати, было, потому что в одно время мы просто все слушали мой плейлист, и мои дети, они подсели на многие песни, которые именно мне нравятся. И они, ну это стало частью и их эстетики тоже. Хотя сейчас они пошли уже во многом в самостоятельный путь, но я иногда как бы слушаю. Я в этом плане достаточно открыт, потому что я часто общаюсь с молодежью. И у нас какие-то есть даже правила свои. Мы едем, когда в машине, то дети по очереди выбирают песню. При чем я выбираю, одни выбирают, все. Ну у нас, во-первых, у папы есть право вето, то есть я говорю: «Нет, вот это мы», то есть у нас там есть правила: никаких песен с матами, никакие там с пошлостями, понятно, дети чтобы не включали. И я могу наложить вето. И у всех тоже есть по одному праву вето. То есть у меня бесконечное, а у них по одному. То есть, если какая-то песня очень сильно раздражает другого, и он там типа специально выбирает, то другой может заблокировать. Вот такие мы стараемся поддерживать. Но, в целом мои девчонки слушают там все, все на свете: и современных каких-то певиц, и все. И иногда такие влипчивые песни, что едет батюшка за рулем и напевает что-то там про бабочек, про какие-то эти штуки, очень смешно.

А. Леонтьева

— Это важно то, что вы сказали, меня поправили таким образом, что все-таки поднимать детей нужно до своего вкуса, до своего уровня.

Отец Николай

— Ну я им сразу показываю, то есть я же просто тоже понимаю, что, если я им сейчас включу какие-то свои совсем сложные, там духовные песнопения, которые я люблю иногда слушать, ну тоже, кстати, во время поста мы слушали духовные песнопения, они это понимали нормально, органику. Но, я как бы стараюсь с уважением относиться к их выбору, не обесценивать: «Фу, какую ерунду ты слушаешь.». Ну как бы это не совсем, ты обижаешь человека все равно. То есть я могу оценить, сказать, что: «Знаешь, мне это не кажется хорошей песней.».

А. Леонтьева

— А вы как говорите, «Не мое», да?

Отец Николай

— Ну я так честно говорю: «Это не мое.». Ну как вы сказали: «Не моя эстетика», я говорю: «Слушай, это не мое, — я говорю, — слушай, тебе может это нравится, я не вижу, что здесь есть что-то плохое совсем. Но, это просто не мое.». Ну и все. Как бы это же нормально, что, это же вкусы уже. У одного такой вкус, а у другого другой. Я же понимаю, не хочу, чтобы у моих детей был мой вкус. Это уже слишком эгоистично. То есть я хотел бы на них повлиять, ну некая такая мягкая сила. Но, я могу на них повлиять ровно на столько, на сколько я могу повлиять. И на столько, на сколько они захотят, чтобы я на них повлиял. Поэтому я так нативно стараюсь интегрировать какие-то штуки.

А. Леонтьева

— Прекрасные русские слова.

Отец Николай

— Но, без насилия. Ио есть насилие, оно, то есть какой-то все равно, когда мы говорим про культуру, дерево, оно растет в разные стороны, его нужно немножко окультуривать. То есть обрезать что-то лишнее. И я красные флажки ставлю: ребят, вот это извините, это нет.

А. Леонтьева

— Это уже да, это за гранью.

Отец Николай

— Да, какие-то песни я слушаю, говорю: «Нет, ребята, категорически не нравится.». Я просто понимаю прекрасно, что мне там категорически нравится- не нравится, они все равно могут без меня это все послушать.

А. Леонтьева

— Ну понятно, да. Вы не говорите: «Я запрещаю тебе слушать», или: «Не читай эту книгу», это не гарантия просто.

Отец Николай

— Да, да, да, обязательно. Нужно проявить здравое такое отношение. Влиять можно. Запрещать, топать ногами — лучше не надо.

А. Леонтьева

— У нас, отец Николай, такая традиция, постараемся ее завести, в конце программы задаем вопрос, в данном случае я взяла вопрос, который задаем батюшкам в журнале «Фома». Простой вопрос- простой ответ. Мне показалось, что следующий вопрос, он относится к теме нашей беседы. Ио есть это и про душу, и про наш авторитет, и про наш контакт с детьми. «Как объяснить дочери, что встречаться с мальчиком в 14 — это рано? Сам так делал и потом погряз в блуде, пока не воцерковился? Теперь избавиться от блудных помыслов никак не могу.». Вам понятен вопрос?

Отец Николай

— Да. Но, не обязательно, если у нас был какой-то травматичный опыт, он обязательно перейдет на наших детей. Не надо на детей транслировать свои страхи, я уже говорил об этом. Совершенная любовь изгоняет страх. Если мы с Богом в контакте, ы вместо того, чтобы бояться, мы пытаемся понять и разложить, и проговорить. Потому, что очень многие вещи, которые называются сейчас «встречанием», это просто дружба. И почему нельзя дружить мальчикам и девочкам в 14 лет?

А. Леонтьева

— Видимо папа боится, что что-то будет больше, чем дружба.

Отец Николай

— Ну потому, что транслирует свой опыт. Сейчас мы иногда не можем как бы с мотивировать детей, которые уже не дети, которым уже 19 — 20 лет, чтобы они хотя бы в какие-то отношения вступали. Они просто сидят по своим углам и переписываются в социальных сетях, все. Сейчас у нас большая проблема, у нас огромная проблема с демографией. У нас проблема в том, что люди не хотят вступать в отношения вообще. У нас кризис отношений. У нас куча страхов, что хоть какие-то появятся. Поэтому да, нужно просто предупредить, что есть такая опасность, есть. Ну как отец, вот у меня 3 дочери, мы должны объяснить, что: там к тебе нельзя прикасаться; если тебя приглашают куда-то выпить алкоголь, ну это значит к тебе проявляют неуважение, тебя хотя, воспользоваться там твоей беззащитностью, и так далее. То есть элементарные точки. И если у тебя доверительные отношения с дочерью, она будет понимать, что папа мне никогда плохого не сделает, папа заботиться о моей безопасности. Он всегда знает, где я. Я всегда позвоню, ему скажу. Вот у меня дочка моя звонит, прям говорит: «Пап, не переживай, я тут чуть-чуть опаздываю.», все. И я стараюсь это не на страхе каком-то, а вот именно на доверии. И ты обозначаешь, вот я дочке своей постоянно, 14 лет ей как раз, я всегда ей говорю: «Я отвечаю за твою безопасность. Я о тебе, я себе не прощу, если с тобой что-то произойдет. Поэтому давай, зайка, там то-то, пятое-десятое.». Ну я понимаю прекрасно, что не могу ей все проконтролировать. Мы можем только постараться объяснить. Но, в целом огромное количество наших страхов преувеличено. Я просто сам про себя могу сказать, что у меня есть куча страхов по отношению к моим замечательным трем девочкам. И какие-то вещи я прям сам с собой работаю, начинаю там с Богом разговаривать, просить Его, молиться, чтобы успокоил мое сердце. Потому, что я своими тревогами только хуже все сделаю.

А. Леонтьева

-Отец Николай, а вот то, что вы говорите, это все-таки отношения, построенные на доверии. Я думаю, что вопрос задан может быть потому, что какой-то есть разлад в отношениях, может быть какие-то есть такие зазоры что ли, щелочки. Я не говорю, что нету совсем контакта, что-то такое. Если этот страх существует, это значит, что, с одной стороны, к девочке нет доверия. С другой стороны, папа спрашивает: как объяснить ей.

Отец Николай

— Объяснить, понимаете, особенно девочки в первую очередь слушать ни слова. То есть, потому что мы считаем, что, если мы детям скажем суперправильные какие-то фразы, они 100 % подействуют. Это не так.

А. Леонтьева

— Ну это как, вслушиваться что ли? Что вот, как найти это?

Отец Николай

— Нужно, во-первых, они общаются эмоциями. Вообще женщины в целом общаются эмоциями. Ну просто более зрелые женщины могут и слова послушать. А молодые, тем более в пубертат, девчонки, они в первую очередь общаются эмоциями. Поэтому там идея в том, чтобы согреть, успокоить. Мне понравилась очень одна мысль, которую ну как-то сказал отец Павел Островский. Он сказал, что: «Из счастливых семей дети не бегут.». И меня это прям таким откровением явилось в свое время, прям я обратил внимание, потому что он беседовал, у него цикл передач был с разными подростками проблемными. И в том числе он беседовал с детьми, которые сбегали из семей. А сейчас такое есть: подростки сбегают?

А. Леонтьева

— Конечно, есть.

Отец Николай

— И они не от счастливой жизни. Не потому, что в семье у них очень тепло, хорошо и по-доброму к тебе относятся. Наверно, по другой причине. Понятно дело, мне родители говорят: Ну они хамят , они кричат, они пятое-десятое. Ну естественно, они не могут справится с собой. Почему мы, взрослые дяди, тети не можем с собой справиться, вот в чем вопрос. Поэтому по-хорошему, если мы не хотим, чтобы, ну допустим, это же деструктив, это же неправильно, когда девушка в молодом возрасте вступает в связь с парнем и переезжает к нему жить в 15, в 16 лет. Это же вообще. У нас даже совершеннолетие только в 18. Это случается очень часто, когда просто на столько невозможно находится дома в семье, на столько отвратительно, на столько много критики, на столько много претензий, много агрессии, что просто ребенок хоть куда сбежать, не важно куда. Это же очень частая история, что девочки, которые рано выходят замуж, они выходят именно.

А. Леонтьева

— Они выходят.

Отец Николай

— Они выходят, да, лишь бы сбежать из семьи. А не потому, что они выбрали себе достойного. Поэтому, если хотите, чтобы ваши девочки выбрали себе достойного, создайте нормальные условия дома.

А. Леонтьева

— Мне понравилось слово «теплота», которое вы вот употребили в отношении вот этого вопроса. Спасибо огромное. Напомню, что сегодня с нами и с вами священник Николай Конюхов, клирик храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста в Москве. У микрофона была Анна Леонтьева. Говорили о том, как воспитать душу, как воспитать наших детей.

Отец Николай

— Как воспитать себя в первую очередь.

А. Леонтьева

— Как воспитать себя, как следствие нашего разговора, в XXI веке. Спасибо, отец Николай.

Отец Николай

— Всего доброго. Божьего благословения всем.

Все выпуски программы Семейный час

Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Другие программы

Духовные этюды

19 августа. «Головокружительная высота»

Скачать

Фото: Jake Ingle/Unsplash

Новичкам, впервые совершающим восхождение по склону отвесной горы, не рекомендовано смотреть вниз, по причине слабости их вестибулярного аппарата. Иной, почувствовав головокружение и поддавшись панике, может потерять самообладание и свершить непоправимые действия, опасные для него самого и окружающих, особенно если человек идёт в связке. Так и нам, ученикам Христовым, заповедано не «оглядываться назад», не опускать духовный взор вниз, на оставленную нами греховную жизнь, что чревато обуреванием демоническими помыслами и даже «кораблекрушением в вере», по действию князя тьмы, привыкшему смущать неопытных своими кознями.

Автор: Протоиерей Артемий Владимиров

Все выпуски программы Духовные этюды

Читать полностью

Другие программы

Богослужения вечера

Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Всенощное Бдение. 19 августа (вечер 18 августа) 2026г.

Среда́ 12-й седми́цы по Пятидеся́тнице.

Преображе́ние Го́спода Бо́га и Спа́са на́шего Иису́са Христа́.

ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ

Вели́кая Вече́рня

Диакон: Воста́ните!

Хор: Благослови́.

Иерей: Сла́ва Святе́й и Единосу́щней и Животворя́щей и Неразде́льней Тро́ице всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Священнослужители в алтаре:

Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́ Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́.

Псало́м 103, предначина́тельный:

Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода./ Благослове́н еси́, Го́споди./ Го́споди, Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́./ Благослове́н еси́, Го́споди./ ... / Вся прему́дростию сотвори́л еси́./ Сла́ва Ти, Го́споди, сотвори́вшему вся.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Вели́кая ектения́:

Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.

О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.

О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.

О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.

О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.

О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Го́споди, воззва́х, глас 4:

Хор: Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя./ Услы́ши мя, Го́споди./ Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя:/ вонми́ гла́су моле́ния моего́,/ внегда́ воззва́ти ми к Тебе́.// Услы́ши мя, Го́споди.

Да испра́вится моли́тва моя́,/ я́ко кади́ло пред Тобо́ю,/ воздея́ние руку́ мое́ю/ — же́ртва вече́рняя.// Услы́ши мя, Го́споди.

Стихиры Преображения Господня, глас 4, самогласны:

На 8. Стих: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди,// Го́споди, услы́ши глас мой.

Стихира: Пре́жде Креста́ Твоего́, Го́споди,/ гора́ Небеси́ подо́бящися,/ и о́блак, я́ко сень, протяза́шеся,/ Тебе́ преобразу́ющуся,/ от Отца́ же свиде́тельствуему:/ та́мо бе Петр со Иа́ковом и Иоа́нном,/ я́ко хотя́ху бы́ти с Тобо́ю и во вре́мя преда́ния Твоего́,/ да, ви́девше чудеса́ Твоя́,/ не устраша́тся страда́ний Твои́х,/ и́мже поклони́тися нам в ми́ре сподо́би,// вели́кия ра́ди Твоея́ ми́лости.

Стих: Да бу́дут у́ши Твои́// вне́млюще гла́су моле́ния моего́.

На 6. Стих: А́ще беззако́ния на́зриши, Го́споди, Го́споди, кто постои́т?// Я́ко у Тебе́ очище́ние есть.

Стихира: Пре́жде Креста́ Твоего́, Го́споди,/ пои́м ученики́ на го́ру высо́ку,/ преобрази́лся еси́ пред ни́ми,/ луче́ю си́лы озаря́я их,/ отсю́ду у́бо человеколю́бием,/ отону́ду вла́стию,/ показа́ти хотя́ воскресе́ния све́тлость,/ его́же и нас, Бо́же, в ми́ре сподо́би,// я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец.

Стих: И́мене ра́ди Твоего́ потерпе́х Тя, Го́споди, потерпе́ душа́ моя́ в сло́во Твое́,// упова́ душа́ моя́ на Го́спода.

На 4. Стих: От стра́жи у́тренния до но́щи, от стра́жи у́тренния,// да упова́ет Изра́иль на Го́спода.

Стихира: Гора́, я́же, иногда́ мра́чна и ды́мна,/ ны́не же честна́ и свята́ есть,/ на не́йже но́зе Твои́ стоя́сте, Го́споди,/ преве́чное бо сокрове́нное та́инство/ напосле́док явле́но сотвори́,/ стра́шное Твое́ преображе́ние,/ Петру́, и Иоа́нну, и Иа́кову./ И́же, такова́ сия́ния лица́ Твоего́ не терпя́ще/ и све́тлости риз Твои́х,/ ниц на лице́ земли́ покрыва́хуся,/ и́же и у́жасом одержи́ми, дивля́хуся,/ ви́дяще Моисе́я и Илию́, глаго́люща с Тобо́ю,/ хотя́щая приключи́тися Тебе́;/ и глас от Отца́ свиде́тельствоваше, глаго́ля:/ Сей есть Сын Мой возлю́бленный,/ о Не́мже благоизво́лих,/ Того́ послу́шайте,// И́же и да́рует ми́рови ве́лию ми́лость.

Стих: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние,// и Той изба́вит Изра́иля от всех беззако́ний его́.

На 2. Стих: Хвали́те Го́спода вси язы́цы,// похвали́те Его́ вси лю́дие.

Стихира: На горе́ высо́це преобра́жся, Спас,/ верхо́вныя име́я ученики́,/ пресла́вно облиста́л есть,/ показу́я, я́ко высото́ю доброде́телей облиста́вше/ и Боже́ственней сла́ве сподо́бятся./ Глаго́лющии со Христо́м Моисе́й и Илия́ пока́зоваху,/ я́ко живы́ми и ме́ртвыми облада́ет/ и и́же дре́вле зако́ном и проро́ки глаго́лавый есть Бог,/ Ему́же и глас Оте́чь из о́блака све́тла послу́шествоваше, глаго́лющий:/ Того́ послу́шайте,/ И́же Кресто́м а́да плени́вша// и ме́ртвым да́рующа живо́т ве́чный.

Стих: Я́ко утверди́ся ми́лость Его́ на нас,// и и́стина Госпо́дня пребыва́ет во век.

Стихира Преображения Господня, глас 6:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Стихира: Прообразу́я воскресе́ние Твое́, Христе́ Бо́же,/ тогда́ поя́т три Твоя́ ученики́,/ Петра́, и Иа́кова, и Иоа́нна,/ на Фаво́р возше́л еси́./ Тебе́ же, Спа́се, преобразу́ющуся,/ Фаво́рская гора́ Све́том покрыва́шеся,/ ученицы́ Твои́, Сло́ве,/ поверго́ша себе́ до́лу на земли́,/ не терпя́ще зре́ти неви́димаго зра́ка,/ А́нгели служа́ху стра́хом и тре́петом,/ небеса́ убоя́шася,/ земля́ вострепета́,// ви́дяще на земли́ сла́вы Го́спода.

Вход с кади́лом:

Диакон: Прему́дрость, про́сти.

Све́те Ти́хий:

Хор: Све́те Ти́хий святы́я сла́вы Безсме́ртнаго Отца́ Небе́снаго, Свята́го, Блаже́ннаго, Иису́се Христе́! Прише́дше на за́пад со́лнца, ви́девше свет вече́рний, пое́м Отца́, Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га. Досто́ин еси́ во вся времена́ пет бы́ти гла́сы преподо́бными, Сы́не Бо́жий, живо́т дая́й; те́мже мир Тя сла́вит.

Диакон: Во́нмем.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Проки́мен дня (во вто́рник ве́чера), глас 1:

Диакон: Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас пе́рвый: Ми́лость Твоя́, Го́споди,/ пожене́т мя вся дни живота́ моего́.

Хор: Ми́лость Твоя́, Го́споди,/ пожене́т мя вся дни живота́ моего́.

Стих: Госпо́дь пасе́т мя, и ничто́же мя лиши́т, на ме́сте зла́чне, та́мо всели́ мя.

Хор: Ми́лость Твоя́, Го́споди,/ пожене́т мя вся дни живота́ моего́.

Диакон: Ми́лость Твоя́, Го́споди

Хор: Пожене́т мя вся дни живота́ моего́.

Парими́и Преображе́ния Госпо́дня:

Диакон: Прему́дрость.

Чтец: Исхо́да чте́ние.

Диакон: Во́нмем.

(Из главы 24)

Чтец: Рече́ Госпо́дь к Моисе́ю: взы́ди ко Мне на го́ру и ста́ни та́мо, и дам ти скрижа́ли ка́менныя, зако́н и за́поведи, я́же написа́х взако́нити им. И воста́в Моисе́й и Иису́с, предстоя́й ему́, взыдо́ша на го́ру Бо́жию. И ста́рцем рече́: безмо́лвствуйте та́мо, до́ндеже возврати́мся к вам, и се Ааро́н и Ор с ва́ми, а́ще кому́ прилучи́тся суд, да и́дут к ним. И взы́де Моисе́й на го́ру, и покры́ о́блак го́ру. И сни́де сла́ва Бо́жия на го́ру Сина́йскую, и покры́ ю о́блак шесть дней, и призва́ Госпо́дь Моисе́я в день седмы́й из среды́ о́блака. Виде́ние же сла́вы Госпо́дни, я́ко огнь, паля́ на версе́ горы́, пря́мо сыно́в Изра́илевых. И вни́де Моисе́й посреде́ о́блака, и взы́де на го́ру, и бе та́мо, на горе́ четы́редесять дней и четы́редесять ноще́й.

Диакон: Прему́дрость.

Чтец: Исхо́да чте́ние.

Диакон: Во́нмем.

(Из глав 33-34)

Чтец: Во днех о́нех, глаго́ла Госпо́дь к Моисе́ю лице́м к лицу́, я́ко а́ще бы кто возглаго́лал к своему́ дру́гу, и отсыла́шеся в полк; слуга́ же Иису́с, сын Нави́н, ю́ноша не исхожда́ше из ски́нии. И рече́ Моисе́й ко Го́споду: се Ты мне глаго́леши, изведи́ лю́ди сия́, Ты же не яви́л ми еси́, его́же по́слеши со мно́ю. Ты же мне рекл еси́: вем тя па́че всех, и благода́ть и́маши у Мене́. А́ще у́бо обрето́х благода́ть пред Тобо́ю, яви́ ми Сама́го Тебе́ разу́мно, да ви́жу Тя: я́ко да обре́т бу́ду благода́ть пред Тобо́ю, и да разуме́ют, я́ко лю́дие Твои́ язы́к сей. И глаго́ла ему́ Госпо́дь: Аз Сам предыду́ пред тобо́ю и упоко́ю тя. И рече́ к Нему́ Моисе́й: а́ще Сам Ты не ше́ствуеши с на́ми, да не изведе́ши мя отсю́ду. И ка́ко ве́домо бу́дет вои́стинну, я́ко обрето́х благода́ть у Тебе́, аз же и лю́дие Твои́, то́чию иду́щу Ти с на́ми? И просла́влен бу́ду аз же и лю́дие Твои́ па́че всех язы́к, ели́цы суть на земли́. Рече́ же Госпо́дь к Моисе́ю: сие́ сло́во твое́, е́же рекл еси́, сотворю́, обре́л бо еси́ благода́ть предо Мно́ю, и вем тя па́че всех. И глаго́ла Моисе́й: покажи́ ми сла́ву Твою́. И рече́: Аз предыду́ пред тобо́ю сла́вою Мое́ю и воззову́ о и́мени Мое́м, Госпо́дь пред тобо́ю. И поми́лую, его́же а́ще ми́лую, и уще́дрю, его́же а́ще ще́дрю. И рече́: не возмо́жеши ви́дети лице́ Мое́: не бо у́зрит челове́к лице́ Мое́, и жив бу́дет. И рече́ Госпо́дь: се ме́сто у Мене́, и ста́неши на ка́мени, до́ндеже у́бо пре́йдет сла́ва Моя́, и положу́ тя в разсе́лине ка́мене, и покры́ю руко́ю Мое́ю над тобо́ю, до́ндеже мимоиду́. И отыму́ ру́ку Мою́, и тогда́ у́зриши за́дняя Моя́, лице́ же Мое́ не яви́т ти ся. И у́треневав, Моисе́й зау́тра взы́де на го́ру Сина́йскую, я́коже глаго́ла ему́ Госпо́дь. И сни́де Госпо́дь во о́блаце, и предста́ Ему́ та́мо Моисе́й, и призва́ и́менем Госпо́дним. И мимои́де Госпо́дь пред лице́м его́, и призва́: Госпо́дь Бог Щедр и Ми́лостив, Долготерпели́в, и Многоми́лостив, и И́стинен. И потща́вся Моисе́й, прини́к на зе́млю, поклони́ся Го́сподеви.

Диакон: Прему́дрость.

Чтец: Ца́рств тре́тиих чте́ние.

Диакон: Во́нмем.

(Из главы 19)

Чтец: Во днех о́нех, прии́де Илия́ в Вирсави́ю, я́же есть земля́ Иу́дова, и оста́ви о́трочища своего́ та́мо. И сам по́йде в пусты́ню путь дне, и прии́де, и се́де под сме́рчием, и у́спе, и сон ви́де та́мо, под са́дом. И се не́кий прикосну́ся ему́, и рече́ ему́: воста́ни, яждь и пий. И воззре́ Илия́, и се при возгла́вии его́ опресно́к ячме́нный и корча́г воды́; и воста́, и яде́, и пит, и, обра́щся, у́спе. И обра́щся А́нгел Госпо́день втори́цею, и косну́ся его́, и рече́ ему́: воста́ни, яждь и пий, я́ко мног от тебе́ путь. И воста́, и яде́, и пит, и и́де в кре́пости я́ди тоя́ четы́редесять дней и четы́редесять ноще́й до горы́ Хори́вския. И вни́де та́мо в пеще́ру, и всели́ся в ней. И се глаго́л Госпо́день к нему́, и рече́ ему́ Госпо́дь: изы́ди и ста́ни на горе́ пред Го́сподем. И се Госпо́дь мимои́дет, и дух ве́лий и кре́пок разоря́я го́ры, и сокруша́я ка́мение пред Го́сподем: не в ду́се Госпо́дь. И по ду́се трус, и не в тру́се Госпо́дь. И по тру́се огнь, и не во огни́ Госпо́дь. И по огни́ глас хла́да то́нка, и та́мо Госпо́дь. И бысть, я́ко услы́ша Илия́, покры́ лице́ свое́ ми́лотию свое́ю, и изы́де, и ста близ пеще́ры. И рече́ Госпо́дь к нему́: иди́ и возврати́ся в путь твой, и по́йдеши в путь пусты́ни Дама́сковы, и пома́жеши Елиссе́я, сы́на Асафа́това, вме́сто тебе́ проро́ка.

Ектения́ сугу́бая:

Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.

Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.

Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.

Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.

Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.

Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Сподо́би, Го́споди:

Хор: Сподо́би, Го́споди, в ве́чер сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено и́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.

Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя. Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Влады́ко, вразуми́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Святы́й, просвети́ мя оправда́нии Твои́ми.

Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри. Тебе́ подоба́ет хвала́, Тебе́ подоба́ет пе́ние, Тебе́ сла́ва подоба́ет. Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Ектения́ проси́тельная:

Диакон: Испо́лним вече́рнюю моли́тву на́шу Го́сподеви.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Ве́чера всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.

Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)

Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.

Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.

До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.

Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.

Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Бу́ди держа́ва Ца́рствия Твоего́ благослове́на и препросла́влена. Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Лития́:

Стихиры Преображения Господня, глас 2, самогласны:

Стихира: И́же Све́том Твои́м всю вселе́нную освяти́в,/ на горе́ высо́це преобрази́лся еси́, Бла́же,/ показа́в ученико́м Твои́м си́лу Твою́,/ я́ко мир избавля́еши от преступле́ния./ Те́мже вопие́м Ти:// Милосе́рде Го́споди, спаси́ ду́ши на́ша.

Стихира: И́же на горе́ Фаво́рстей преобра́жся во сла́ве, Христе́ Бо́же,/ и показа́в ученико́м Твои́м сла́ву Твоего́ Божества́,/ озари́ и нас све́том Твоего́ разуме́ния/ и наста́ви на стезю́ за́поведей Твои́х,// я́ко еди́н Благ и Человеколю́бец.

Стихира: И́же пре́жде со́лнца Свет Христо́с/ теле́сне на земли́ жи́тельствуя/ и пре́жде Креста́ вся, я́же стра́шнаго смотре́ния, соверши́в боголе́пно,/ днесь на Фаво́рстей горе́,/ та́йно Тро́ицы о́браз показу́я,/ изя́щныя три ученики́,/ Петра́, и Иа́кова, и Иоа́нна, на ню возве́л еси́ наедине́/ и, ма́ло скрыв пло́ти восприя́тие,/ преобрази́лся еси́ пред ни́ми,/ явля́я началообра́зныя добро́ты благоле́пие/ и то не всесоверше́нно:/ о́во известву́я ты́я, вку́пе и щадя́,/ да не ка́ко со зра́ком и е́же жи́ти погубя́т,/ но я́ко можа́ху вмеща́ти, теле́сныма очи́ма стерпя́ще./ И проро́ков верхо́вныя, Моисе́я и Илию́, приве́л еси́,/ непрекосло́вне свиде́тельствующия Его́ Божество́/ и я́ко Той есть и́стинное Оте́ческаго Существа́ сия́ние,/ госпо́дствуяй живы́ми и ме́ртвыми./ Тем и о́блак, я́коже сень, объя́т их,/ и глас свы́ше Оте́чь/ из о́блака шу́мно предсвиде́тельствующ и глаго́лющ:/ Сей есть, Его́же нетле́нно из чре́ва пре́жде денни́цы роди́х,/ Сын возлю́бленный Мой,/ Его́же посла́х спасти́/ во Отца́ и Сы́на и Ду́ха Свята́го креща́емыя/ и испове́дающия ве́рно,/ я́ко неразде́льна есть еди́на держа́ва Божества́,/ Того́ послу́шайте./ Сам у́бо, Человеколю́бче Христе́ Бо́же,/ и нас озари́ Све́том непристу́пныя Твоея́ сла́вы/ и досто́йны покажи́ насле́дники// безконе́чнаго Ца́рствия Твоего́, я́ко Пребла́г.

Стихиры Преображения Господня, глас 5:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Прииди́те, взы́дем на го́ру Госпо́дню/ и в дом Бо́га на́шего/ и у́зрим сла́ву преображе́ния Его́,/ сла́ву я́ко Единоро́днаго от Отца́,/ све́том прии́мем Свет/ и, возвы́шени бы́вше Ду́хом,// Тро́ицу Единосу́щную воспои́м во ве́ки.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Стихира: Зако́на и проро́ков/ Тя, Христе́, Творца́ и Испо́лнителя свиде́тельствоваша,/ зря́ще во о́блаце,/ Моисе́й Богови́дец и Илия́ огнеколесни́чник/ и неопа́льный небоше́ственник/ в преображе́нии Твое́м./ С ни́миже и нас Твоего́ просвеще́ния сподо́би, Влады́ко,// пе́ти Тя во ве́ки.

Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и; си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́; предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных; честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна; святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол; и́же во святы́х оте́ц на́ших, и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей: Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго; и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мир Лики́йских и чудотво́рца; святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей Слове́нских; святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги; и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рваго митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, патриа́рхов: И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, святи́теля Филаре́та Моско́вскаго, святи́телей (имяре́к святи́телей ме́стных); святы́х великому́чеников: Гео́ргия Победоно́сца, Дими́трия Солу́нскаго, цели́теля Пантелеи́мона и всех сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дскаго, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев царя́ Никола́я и цари́цы Алекса́ндры со ча́ды их, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, святы́х (имяре́к новому́чеников и испове́дников ме́стных); преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших: Анто́ния и Феодо́сия Ки́ево-Пече́рских, Варлаа́ма Ху́тынскаго, Се́ргия Ра́донежскаго, Серафи́ма Саро́вскаго, ста́рцев О́птинских, (имяре́к преподо́бных ме́стных); святы́х благове́рных князе́й: Бори́са и Гле́ба страстоте́рпцев, Андре́я Боголю́бскаго, Алекса́ндра Не́вскаго, Дании́ла Моско́вскаго, Дими́трия Донска́го, (имяре́к благове́рных князе́й ме́стных); свята́го пра́веднаго Иоа́нна Кроншта́дтскаго; святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския; святы́х (имяре́к ины́х чти́мых ме́стных); святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны; и святы́х (имяре́к его́же есть храм, и его́же есть день), и всех святы́х; мо́лим Тя, Многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (40 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о господи́не на́шем высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к и о всем во Христе́ бра́тстве на́шем, и о вся́кой души́ христиа́нстей, скорбя́щей же и озло́бленней, ми́лости Бо́жия и по́мощи тре́бующей; о покрове́нии гра́да сего́, и живу́щих в нем, о ми́ре, и состоя́нии всего́ ми́ра; о благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й; о спасе́нии и по́мощи со тща́нием и стра́хом Бо́жиим тружда́ющихся и служа́щих оте́ц и бра́тий на́ших; о оста́вльшихся и во отше́ствии су́щих; о исцеле́нии в не́мощех лежа́щих; о успе́нии, осла́бе, блаже́нней па́мяти и о оставле́нии грехо́в всех преждеотше́дших оте́ц и бра́тий на́ших, зде лежа́щих и повсю́ду правосла́вных; о избавле́нии плене́нных, и о бра́тиях на́ших во слу́жбах су́щих, и о всех служа́щих и служи́вших во святе́м хра́ме сем рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй. (50 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о е́же сохрани́тися гра́ду сему́, и свято́му хра́му сему́, и вся́кому гра́ду и стране́, от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, меча́, наше́ствия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни; о е́же ми́лостиву и благоуве́тливу бы́ти благо́му и человеколюби́вому Бо́гу на́шему, отврати́ти вся́кий гнев на ны дви́жимый, и изба́вити ны от належа́щаго и пра́веднаго Своего́ преще́ния и поми́ловати ны.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Диакон: Еще́ мо́лимся и о е́же услы́шати Го́споду Бо́гу глас моле́ния нас, гре́шных, и поми́ловати нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Иерей: Услы́ши ны, Бо́же, Спаси́телю наш, упова́ние всех конце́в земли́ и су́щих в мо́ри дале́че, и ми́лостив, ми́лостив бу́ди, Влады́ко, о гресе́х на́ших, и поми́луй ны. Ми́лостив бо и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Влады́ко многоми́лостиве, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и; си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́; предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных; честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна; святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол; и́же во святы́х оте́ц на́ших, и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей: Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго; и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мир Лики́йских и чудотво́рца; святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей Слове́нских; святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги; и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рваго митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, патриа́рхов: И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, святи́теля Филаре́та Моско́вскаго, святи́телей (имяре́к святи́телей ме́стных); святы́х великому́чеников: Гео́ргия Победоно́сца, Дими́трия Солу́нскаго, цели́теля Пантелеи́мона и всех сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дскаго, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев царя́ Никола́я и цари́цы Алекса́ндры со ча́ды их, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, святы́х (имяре́к новому́чеников и испове́дников ме́стных); преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших: Анто́ния и Феодо́сия Ки́ево-Пече́рских, Варлаа́ма Ху́тынскаго, Се́ргия Ра́донежскаго, Серафи́ма Саро́вскаго, ста́рцев О́птинских, (имяре́к преподо́бных ме́стных); святы́х благове́рных князе́й: Бори́са и Гле́ба страстоте́рпцев, Андре́я Боголю́бскаго, Алекса́ндра Не́вскаго, Дании́ла Моско́вскаго, Дими́трия Донска́го, (имяре́к благове́рных князе́й ме́стных); свята́го пра́веднаго Иоа́нна Кроншта́дтскаго; святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския; святы́х (имяре́к ины́х чти́мых ме́стных); святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны; и святы́х (имяре́к его́же есть храм, и его́же есть день), и всех святы́х Твои́х, благоприя́тну сотвори́ моли́тву на́шу, да́руй нам оставле́ние прегреше́ний на́ших, покры́й нас кро́вом крилу́ Твое́ю, отжени́ от нас вся́каго врага́ и супоста́та, умири́ на́шу жизнь. Го́споди, поми́луй нас и мир Твой, и спаси́ ду́ши на́ша, я́ко благ и человеколю́бец.

Хор: Ами́нь.

Стихи́ры на стихо́вне:

Стихиры Преображения Господня, глас 1, самогласны:

Стихира: И́же дре́вле с Моисе́ом глаго́лавый на горе́ Сина́йстей о́бразы,/ Аз есмь, глаго́ля, Сый,/ днесь на горе́ Фаво́рстей преобра́жся пред ученики́,/ показа́ началообра́зную добро́ту зра́ка,/ в Себе́ восприи́м челове́ческое существо́,/ и таковы́я благода́ти свиде́тели поста́вль — Моисе́я и Илию́,/ о́бщники творя́ше весе́лия,/ провозвеща́ющия сла́вное Креста́ ра́ди// и спаси́тельное воскресе́ние.

Стих: Твоя́ суть небеса́,// и Твоя́ есть земля́.

Стихира: Твоего́ Единоро́днаго Сы́на прови́дев Ду́хом/ плотско́е к челове́ком прише́ствие,/ Богооте́ц Дави́д издале́ча к весе́лию созыва́ет тварь/ и проро́чески взыва́ет:/ Фаво́р и Ермо́н о И́мени Твое́м возра́дуются./ На сию́ бо возше́д го́ру, Спа́се, со ученики́ Твои́ми,/ очерне́вшее Ада́мово естество́,/ преобра́жся, облиста́ти па́ки сотвори́л еси́,/ претвори́в е в Твоего́ Божества́ сла́ву же и све́тлость./ Те́мже вопие́м Ти:// Соде́телю вся́ческих, Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: Фаво́р и Ермо́н// о И́мени Твое́м возра́дуетася.

Стихира: Неодержи́мое Твоего́ светоли́тия,/ и непристу́пное Божества́,/ зря́ще апо́столов лу́чшии,/ на горе́ преображе́ния, Безнача́льне Христе́,/ Боже́ственным измени́шася у́жасом/ и, о́блаком осия́вшеся све́тлым,/ глас слы́шаху Оте́ч, известву́ющ та́инство Твоего́ вочелове́чения,/ я́ко еди́н еси́ и по воплоще́нии,/ Сын Единоро́дный// и Спас ми́ра.

Стихира Преображения Господня, глас 6:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Стихира: Петру́, и Иа́кову, и Иоа́нну,/ лу́чшим ученико́м Твои́м, Го́споди,/ днесь показа́л еси́ на горе́ Фаво́рстей/ сла́ву Боже́ственнаго Твоего́ зра́ка:/ ви́дяху бо ри́зы Твоя́, облиста́вшия, я́ко свет,/ и лице́ Твое́ па́че со́лнца,/ не терпя́ще зре́ти нестерпи́мое Твоего́ сия́ния,/ на зе́млю низпа́даху,/ ника́коже зре́ти могу́ще./ Глас же слы́шаху, свиде́тельствующ свы́ше:/ Сей есть Сын Мой возлю́бленный,// прише́дый в мир спасти́ челове́ка.

Моли́тва свято́го Симео́на Богоприи́мца:

Хор: Ны́не отпуща́еши раба́ Твоего́, Влады́ко,/ по глаго́лу Твоему́, с ми́ром;/ я́ко ви́деста о́чи мои́ спасе́ние Твое́,/ е́же еси́ угото́вал пред лице́м всех люде́й,/ свет во открове́ние язы́ков,// и сла́ву люде́й Твои́х Изра́иля.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Тропа́рь Преображе́ния Госпо́дня, глас 7:

Хор: Преобрази́лся еси́ на горе́, Христе́ Бо́же,/ показа́вый ученико́м Твои́м сла́ву Твою́,/ я́коже можа́ху,/ да возсия́ет и нам, гре́шным,/ Свет Твой присносу́щный/ моли́твами Богоро́дицы,// Светода́вче, сла́ва Тебе́. (Трижды)

Благослове́ние хле́бов:

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Иерей: Го́споди Иису́се Христе́ Бо́же наш, благослови́вый пять хле́бов и пять ты́сящ насы́тивый, Сам благослови́ и хле́бы сия́, пшени́цу, вино́ и еле́й; и умно́жи сия́ во гра́де сем и во всем ми́ре Твое́м; и вкуша́ющия от них ве́рныя освяти́. Я́ко Ты еси́ благословля́яй и освяща́яй вся́ческая, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)

Псало́м 33:

Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода// не лиша́тся вся́каго бла́га.

Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

У́треня

Шестопса́лмие:

Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. (Трижды)

Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. (Дважды)

Псало́м 3:

Чтец: Го́споди, что ся умно́жиша стужа́ющии ми? Мно́зи востаю́т на мя, мно́зи глаго́лют души́ мое́й: несть спасе́ния ему́ в Бо́зе его́. Ты же, Го́споди, Засту́пник мой еси́, сла́ва моя́ и вознося́й главу́ мою́. Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, и услы́ша мя от горы́ святы́я Своея́. Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя. Не убою́ся от тем люде́й, о́крест напа́дающих на мя. Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой, я́ко Ты порази́л еси́ вся вражду́ющия ми всу́е: зу́бы гре́шников сокруши́л еси́. Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя.

Псало́м 37:

Го́споди, да не я́ростию Твое́ю обличи́ши мене́, ниже́ гне́вом Твои́м нака́жеши мене́. Я́ко стре́лы Твоя́ унзо́ша во мне, и утверди́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Несть исцеле́ния в пло́ти мое́й от лица́ гне́ва Твоего́, несть ми́ра в косте́х мои́х от лица́ грех мои́х. Я́ко беззако́ния моя́ превзыдо́ша главу́ мою́, я́ко бре́мя тя́жкое отяготе́ша на мне. Возсмерде́ша и согни́ша ра́ны моя́ от лица́ безу́мия моего́. Пострада́х и сляко́хся до конца́, весь день се́туя хожда́х. Я́ко ля́двия моя́ напо́лнишася поруга́ний, и несть исцеле́ния в пло́ти мое́й. Озло́блен бых и смири́хся до зела́, рыка́х от воздыха́ния се́рдца моего́. Го́споди, пред Тобо́ю все жела́ние мое́ и воздыха́ние мое́ от Тебе́ не утаи́ся. Се́рдце мое́ смяте́ся, оста́ви мя си́ла моя́, и свет о́чию мое́ю, и той несть со мно́ю. Дру́зи мои́ и и́скреннии мои́ пря́мо мне прибли́жишася и ста́ша, и бли́жнии мои́ отдале́че мене́ ста́ша и нужда́хуся и́щущии ду́шу мою́, и и́щущии зла́я мне глаго́лаху су́етная и льсти́вным весь день поуча́хуся. Аз же я́ко глух не слы́шах и я́ко нем не отверза́яй уст свои́х. И бых я́ко челове́к не слы́шай и не имы́й во усте́х свои́х обличе́ния. Я́ко на Тя, Го́споди, упова́х, Ты услы́шиши, Го́споди Бо́же мой. Я́ко рех: да не когда́ пора́дуют ми ся врази́ мои́: и внегда́ подвижа́тися нога́м мои́м, на мя велере́чеваша. Я́ко аз на ра́ны гото́в, и боле́знь моя́ предо мно́ю есть вы́ну. Я́ко беззако́ние мое́ аз возвещу́ и попеку́ся о гресе́ мое́м. Врази́ же мои́ живу́т и укрепи́шася па́че мене́, и умно́жишася ненави́дящии мя без пра́вды. Воздаю́щии ми зла́я возблага́я оболга́ху мя, зане́ гоня́х благосты́ню. Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Псало́м 62:

Бо́же, Бо́же мой, к Тебе́ у́тренюю, возжада́ Тебе́ душа́ моя́, коль мно́жицею Тебе́ плоть моя́, в земли́ пу́сте и непрохо́дне, и безво́дне. Та́ко во святе́м яви́хся Тебе́, ви́дети си́лу Твою́ и сла́ву Твою́. Я́ко лу́чши ми́лость Твоя́ па́че живо́т, устне́ мои́ похвали́те Тя. Та́ко благословлю́ Тя в животе́ мое́м, о и́мени Твое́м воздежу́ ру́це мои́. Я́ко от ту́ка и ма́сти да испо́лнится душа́ моя́, и устна́ма ра́дости восхва́лят Тя уста́ моя́. А́ще помина́х Тя на посте́ли мое́й, на у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́. Ти́и же всу́е иска́ша ду́шу мою́, вни́дут в преиспо́дняя земли́, предадя́тся в ру́ки ору́жия, ча́сти ли́совом бу́дут. Царь же возвесели́тся о Бо́зе, похва́лится всяк клены́йся Им, я́ко загради́шася уста́ глаго́лющих непра́ведная.

На у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Го́споди поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Псало́м 87:

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́.

Псало́м 102:

Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и вся вну́тренняя моя́ и́мя свя́тое Его́. Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и не забыва́й всех воздая́ний Его́, очища́ющаго вся беззако́ния твоя́, исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́, избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой, венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами, исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́: обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́. Творя́й ми́лостыни Госпо́дь, и судьбу́ всем оби́димым. Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови, сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́: Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Не до конца́ прогне́вается, ниже́ в век вражду́ет, не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам, ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам. Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́, утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́. Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад, уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша. Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны, уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́. Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше, помяну́, я́ко персть есмы́. Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́, я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т, я́ко дух про́йде в нем, и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́. Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́, и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́. Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой, и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет. Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́, си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́. Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́, слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́. Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

На вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

Псало́м 142:

Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.

Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.

Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

После Шестопсалмия