Поделиться
Тяжкий груз лежал на сердце московского князя Димитрия. Полтора столетия Русь страдала под гнётом монгольских племён, горделиво именовавших себя Золотой Ордой. Ордынцы обложили города и деревни данью, и совершали на селения смертоносные набеги, не щадя ни старых, ни малых. А русские князья, вместо того, чтобы сообща сбросить бесславное иго, боролись между собой за земли и титулы.
Править вотчинами Рюриковичи могли, только имея особое разрешение захватчиков — так называемый ярлык на княжение. Димитрий получил такой ярлык в девять лет, сразу после смерти своего отца, Ивана Красного. Малолетнего князя взял под опеку митрополит Алексий, человек глубокой веры и необычайной мудрости. Святитель благословил мальчика отправиться в ставку Орды, чтобы вместе с Московским престолом получить еще и великокняжеский — право первенства среди правителей русских городов. В путешествии Димитрию грозили опасностью злокозненные происки родственников, также претендовавших на титул великого князя. Но из странствия отрок вынес драгоценный трофей: он своими глазами увидел бескрайние просторы родных земель, и не понаслышке узнал о страдании народа. Димитрий вернулся воином, готовым постоять за Отечество. Именно такого человека и чаял видеть великим князем митрополит Алексий.
Воспитанный святителем в любви к Богу, Димитрий вел политику, в которой непреклонная сила сочеталась с христианским милосердием. Удерживая центральную власть в своих руках, он старался сплотить князей вокруг Москвы, объединить их против общего врага. Он верил, что настанет время великой битвы с Ордой.
И роковой час пробил. В 1380 году на Русь двинулись полчища Мамая. Они были неисчислимы, и Димитрий стал сомневаться — принять бой, или попытаться откупиться от захватчика? Князь привык следовать отеческим советам святителя Алексия, но теперь наставника не было рядом — уже два года, как московский митрополит отошел к Богу. Димитрий излил свои сомнения князю Серпуховскому — двоюродному брату и близкому другу.
Дмитрий Донской:
— Трудное решение предстоит мне, Владимир. С юных лет я мечтаю сбросить постыдное ярмо с русского народа. Но под силу ли нам тягаться с ордой? Не должен ли я уберечь своих воинов от напрасной смерти? Дорого бы я заплатил, чтоб услышать сейчас наставление святителя Алексия!
Князь Владимир Серпуховской:
— Митрополита не воротишь. Но духовного совета ты справедливо желаешь. И есть такой человек, который тебе поможет! Это игумен Троицкой обители Сергий. Он против Бога не погрешит, и твоему титулу угождать не станет — наставит тебя на верный путь.
Дмитрий Донской:
— Правду говоришь! Немало доброго сделал этот славный инок для русской земли. Не раз мирил он князей, в гордыне своей враждовавших друг с другом, отводил пролитие братской крови. И если уж не время сейчас воевать, остудит мудрый пастырь мой пыл. Его благословение и станет мне опорой!
Преподобный Сергий Радонежский осенил великого князя крестом: «Иди, господине, на бой небоязненно, Господь поможет тебе одолеть безбожных врагов!». Укрепился Димитрий, отступили его сомнения. И народ воспрянул духом, узнав о благословении святого на битву с Мамаем.
В теплый сентябрьский день на Куликовом поле, там, где Непрядва впадает в Дон, сошлись две рати. Сам их вид, казалось, знаменовал противостояние тьмы и света. Ордынцы в чёрных доспехах стаей саранчи растекались по золоту осенней земли, а светлые одежды русских воинов, по слову летописца, были «как вода, что при ветре струится». Посреди войска развивалось алое знамя с изображением Нерукотворного Спаса.
И была сеча лютая и великая. Куликово поле не вмещало борющейся рати, и земля прогибалась под тяжестью воинов. Великий князь Димитрий, оставив под знаменем боярина Михаила Бренко, ринулся в самую гущу битвы. Он устремлялся на коне от полка к полку, в одиночку выдерживая атаки сразу нескольких ордынцев. Когда Мамай бежал, побросав обозы, и русские стали подсчитывать потери, то оказалось, что меньше трети воинов осталось в живых. Великого князя нашли без сознания, он чудом выжил, но был сильно изранен.
Победа на Куликовом поле не стала окончанием монголо-татарского ига. Но она помогла русским людям поверить в свои силы, убедила, что Золотую Орду можно одолеть. И в благодарность за это князь-победитель получил в народной памяти особый титул — Димитрий Донской.
Первое послание к Фессалоникийцам святого Апостола Павла
Поделиться
Апостол Павел
1 Сол., 262 зач., I, 1-5
Комментирует священник Антоний Борисов.
Кнут и пряник — традиционная для педагогики пара. Для того, чтобы научить кого-то чему-то полезному, нужно проявлять одновременно строгость и поддержку. Иначе ничего путного не выйдет. Так полагал апостол Павел. Отрывок из первой главы его послания к христианам города Фессалоники читается сегодня в православных храмах во время богослужения. Давайте послушаем.
Глава 1.
1 Павел и Силуан и Тимофей — церкви Фессалоникской в Боге Отце и Господе Иисусе Христе: благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа.
2 Всегда благодарим Бога за всех вас, вспоминая о вас в молитвах наших,
3 непрестанно памятуя ваше дело веры и труд любви и терпение упования на Господа нашего Иисуса Христа пред Богом и Отцем нашим,
4 зная избрание ваше, возлюбленные Богом братия;
5 потому что наше благовествование у вас было не в слове только, но и в силе и во Святом Духе, и со многим удостоверением, как вы сами знаете, каковы были мы для вас между вами.
Город Фессалоники сегодня называют второй или северной столицей Греции. В древности всё обстояло примерно так же. Фессалоники славились богатством жителей, развитой культурой, красотой архитектуры. Надо сказать, что у апостола Павла, который оказался в Фессалониках после изгнания из города Филиппы, было не слишком много надежд на успешную проповедь в данном месте. Ведь где богатство, там и пороки. Но всё сложилось принципиально иначе.
В Фессалониках неожиданно для Павла образовалась крепкая община христиан, бывших в прошлом язычниками. Эта община стала расти и превратилась в настоящую поместную Церковь, которую Павел впоследствии именовал по-гречески «тюпосом», то есть образцом, эталоном. Вот и в прозвучавшем отрывке мы слышим от апостола похвалу, обращённую к христианам Фессалоник.
При этом, Павел сразу подчёркивает, что достигнутый успех — не его, Павла, заслуга. А результат совместного труда, осуществлённого в соработничестве с учениками — Тимофеем и Силуаном. Осуществлённого с Божьей помощью успешно, ведь Фессалоникийская церковь, по мнению апостола, проявила дело веры и труд любви и терпение упования на Господа нашего Иисуса Христа. И для Павла всё перечисленное — настоящее чудо. Он и подумать не мог, что язычники Фессалоник примут Евангельскую весть и проявят перечисленные добродетели. Потому и пишет Павел, что благовествование было «не в слове только, но и в силе и во Святом Духе, и со многим удостоверением».
То есть фессалоникийцы, приняв веру и крещение, тут же стали показывать плоды духовной жизни — милосердие, терпение, взаимопомощь, настоящую христианскую нравственность. Всё это Павел стремится отметить, подчеркнуть.
В связи с этим может возникнуть вопрос — а не перебарщивает ли он? Может быть, стоило не только хвалить фессалоникийцев, но и покритиковать их. Или как выражаются некоторые — смирить? Во-первых, в христианском лексиконе есть только глагол «смиряться». Смирять кого-то, конечно, возможно, но это не проявление нормальной церковной педагогики. Во-вторых. Действительно, не нужно уклоняться в крайности — лицеприятничать, лукавить, подлизываться. Но апостол ничего из перечисленного не делает. И хвалит он фессалоникийцев не для того, чтобы они забронзовели, а для того, чтобы и им самим разъяснить природу произошедшего чуда.
Ведь изменения в жителях Фессалоник произошли не силой Павла, не их собственными силами, а силой Христа, Которого своих читателей Павел и призывает хвалить. А самих же фессалоникийцев апостол просит радоваться тому, что они стали сопричастниками Царства Божьего. К этой радости призываемся и мы. А ещё и к тому, чтобы не быть жадными до слов похвалы, прикрываясь какими-то якобы аскетическими аргументами. Если применять только кнут критики и вразумления, то итогом станет уныние. А это состояние явно противоречит общему духу Евангелия как доброй, радостной вести о совершившемся спасении.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 30. Богослужебные чтения
Поделиться
Наверное, каждому человеку приходилось когда-то переживать ощущение полной разбитости: всё развалилось и внутри, и снаружи, всё валится из рук, ничего не собирается обратно.
Это состояние прекрасно описано пророком Давидом в 30-м псалме, который читается сегодня в храмах за богослужением. Давайте послушаем фрагмент этого псалма.
Псалом 30.
1 Начальнику хора. Псалом Давида. [Во время смятения].
2 На Тебя, Господи, уповаю, да не постыжусь вовек; по правде Твоей избавь меня;
3 приклони ко мне ухо Твоё, поспеши избавить меня. Будь мне каменною твердынею, домом прибежища, чтобы спасти меня,
4 ибо Ты каменная гора моя и ограда моя; ради имени Твоего води меня и управляй мною.
5 Выведи меня из сети, которую тайно поставили мне, ибо Ты крепость моя.
6 В Твою руку предаю дух мой; Ты избавлял меня, Господи, Боже истины.
7 Ненавижу почитателей суетных идолов, но на Господа уповаю.
8 Буду радоваться и веселиться о милости Твоей, потому что Ты призрел на бедствие моё, узнал горесть души моей
9 и не предал меня в руки врага; поставил ноги мои на пространном месте.
10 Помилуй меня, Господи, ибо тесно мне; иссохло от горести око моё, душа моя и утроба моя.
11 Истощилась в печали жизнь моя и лета мои в стенаниях; изнемогла от грехов моих сила моя, и кости мои иссохли.
12 От всех врагов моих я сделался поношением даже у соседей моих и страшилищем для знакомых моих; видящие меня на улице бегут от меня.
13 Я забыт в сердцах, как мёртвый; я — как сосуд разбитый,
14 ибо слышу злоречие многих; отвсюду ужас, когда они сговариваются против меня, умышляют исторгнуть душу мою.
15 А я на Тебя, Господи, уповаю; я говорю: Ты — мой Бог.
16 В Твоей руке дни мои; избавь меня от руки врагов моих и от гонителей моих.
17 Яви светлое лицо Твоё рабу Твоему; спаси меня милостью Твоею.
18 Господи! да не постыжусь, что я к Тебе взываю; нечестивые же да посрамятся, да умолкнут в аде.
19 Да онемеют уста лживые, которые против праведника говорят злое с гордостью и презреньем.
20 Как много у Тебя благ, которые Ты хранишь для боящихся Тебя и которые приготовил уповающим на Тебя пред сынами человеческими!
21 Ты укрываешь их под покровом лица Твоего от мятежей людских, скрываешь их под сенью от пререкания языков.
22 Благословен Господь, что явил мне дивную милость Свою в укреплённом городе!
23 В смятении моём я думал: «отвержен я от очей Твоих»; но Ты услышал голос молитвы моей, когда я воззвал к Тебе.
24 Любите Господа, все праведные Его; Господь хранит верных и поступающим надменно воздаёт с избытком.
25 Мужайтесь, и да укрепляется сердце ваше, все надеющиеся на Господа!
Казалось бы, у Давида всё — плохо, и даже очень плохо. Он буквально чувствует себя «разбитым сосудом» — от которого уже нет никакого прока.
Однако Давид невероятен в своей вере — причём не в какой-то абстрактной уверенности в том, что всё «будет хорошо», а в полной, тотальной вверенности себя Богу — которая и становится для него несокрушимой крепостью для души посредине бушующих ураганов.
И тут я неожиданно вспоминаю про японскую технику кинцуги — когда разбитый предмет склеивается, но в состав связующего добавляется порошок золота — и эти швы вместо ущербности становятся преимуществом. Целых чашек много, и они одинаковы — а с золотыми швами — всегда будет уникальной!
Кинцуги позволяет показать возможность другого отношения — терпеливого собирания того, что рассыпалось и уже кажется ни к чему непригодным. Давид своей верой «собирает» осколки разбитой души — и словно бы передаёт Богу — своему Мастеру — для восстановления. И — тут очень интересный момент: он верит, что даже разбитая вещь для Мастера очень важна и дорога — несмотря на всю свою неприглядность, она так и остаётся достойной его труда. Своим псалмом Давид чётко даёт понять: человеку не требуется сначала стать целым, чтобы оказаться дорогим Богу!
Умение претворять утрату в приобретение — очень христианский по своему смыслу навык. Духовное кинцуги — не тот ли неиссякаемый источник творческого вдохновения, которого в сытости и довольстве не сыскать? Не этим ли и занимался всю жизнь Ван Гог — соединяя трещины своей психики никому не нужными картинами — которые каждая теперь — на вес золота?..
Сегодняшний псалом побуждает задуматься над тем, что мы все сломаны, и каждый — по-своему. Однако не стоит пренебрегать своим личным Крестом — но полюбить и сделать его своим кинцуги — ведь только им снова и снова соединяется земное и небесное, один Бог — и всё человечество!..
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 30. На струнах Псалтири
Поделиться
1 Начальнику хора. Псалом Давида. [Во время смятения].
2 На Тебя, Господи, уповаю, да не постыжусь вовек; по правде Твоей избавь меня;
3 приклони ко мне ухо Твое, поспеши избавить меня. Будь мне каменною твердынею, домом прибежища, чтобы спасти меня,
4 ибо Ты каменная гора моя и ограда моя; ради имени Твоего води меня и управляй мною.
5 Выведи меня из сети, которую тайно поставили мне, ибо Ты крепость моя.
6 В Твою руку предаю дух мой; Ты избавлял меня, Господи, Боже истины.
7 Ненавижу почитателей суетных идолов, но на Господа уповаю.
8 Буду радоваться и веселиться о милости Твоей, потому что Ты призрел на бедствие мое, узнал горесть души моей
9 и не предал меня в руки врага; поставил ноги мои на пространном месте.
10 Помилуй меня, Господи, ибо тесно мне; иссохло от горести око мое, душа моя и утроба моя.
11 Истощилась в печали жизнь моя и лета мои в стенаниях; изнемогла от грехов моих сила моя, и кости мои иссохли.
12 От всех врагов моих я сделался поношением даже у соседей моих и страшилищем для знакомых моих; видящие меня на улице бегут от меня.
13 Я забыт в сердцах, как мертвый; я - как сосуд разбитый,
14 ибо слышу злоречие многих; отвсюду ужас, когда они сговариваются против меня, умышляют исторгнуть душу мою.
15 А я на Тебя, Господи, уповаю; я говорю: Ты - мой Бог.
16 В Твоей руке дни мои; избавь меня от руки врагов моих и от гонителей моих.
17 Яви светлое лице Твое рабу Твоему; спаси меня милостью Твоею.
18 Господи! да не постыжусь, что я к Тебе взываю; нечестивые же да посрамятся, да умолкнут в аде.
19 Да онемеют уста лживые, которые против праведника говорят злое с гордостью и презреньем.
20 Как много у Тебя благ, которые Ты хранишь для боящихся Тебя и которые приготовил уповающим на Тебя пред сынами человеческими!
21 Ты укрываешь их под покровом лица Твоего от мятежей людских, скрываешь их под сенью от пререкания языков.
22 Благословен Господь, что явил мне дивную милость Свою в укрепленном городе!
23 В смятении моем я думал: "отвержен я от очей Твоих"; но Ты услышал голос молитвы моей, когда я воззвал к Тебе.
24 Любите Господа, все праведные Его; Господь хранит верных и поступающим надменно воздает с избытком.
25 Мужайтесь, и да укрепляется сердце ваше, все надеющиеся на Господа!
