Все те, кто кричат, что нужно помогать не беженцам с Украины, а своим малоимущим согражданам, как правило, не помогают ни тем, ни другим. Любой дальний, попавший в беду, автоматически становится нашим ближним. По крайне мере, так учит Евангелие, и так поступали наши предки. Сегодня количество беженцев приближается уже к миллиону. Никакое государство и никакие службы не в состоянии в одиночку справиться с гуманитарной катастрофой такого масштаба. Поэтому столь важно участие всех: волонтеров, благотворителей, любых рук. Поэтому Церковь много и ежедневно, с самого начала конфликта, помогает этим несчастным.
В новостях по телевизору тема беженцев выглядит сурово и печально, но не особо отрывает обывателя от его завтрака, обеда или ужина. Смотреть на беду через экран мы уже привыкли. Да и вообще, на что мы только не привыкли смотреть через экран… А вот воочию всё иначе. Ни один телевизор не расскажет, что такое несколько тысяч вымотанных, испуганных и озлобленных людей в перенаселенном лагере. Ни один репортаж не передаст взгляд стариков, уткнувшихся в одну точку. На своем веку они, наверное, многое претерпели. Вот и сейчас, без слез, просто молчаливо сидят и куда-то смотрят потерянным взглядом. И надо вам сказать, что от этого молчания становится очень страшно. Никакой журналист не опишет эти постоянно заплаканные женские лица, эти бесконечные пеленки, пыльные тюки, скулящих по ночам домашних собак, вывезенных сердобольными хозяевами из-под бомбежки – словно память о мирной жизни. Да даже в веселом смехе детворы, которая бесхозно бегает по лагерю, есть что-то зловещее на фоне вот всего этого.
Основной поток беженцев приходится на Ростовскую область. И Донская митрополия сейчас полностью вовлечена в происходящее: социальные службы доставляют гуманитарную помощь, священники дежурят в лагерях, Глава митрополии объезжает пункты временного размещения. Кстати, об одной такой поездке и хотел поговорить.
Вот представьте себе картину – митрополит посещает беженцев. Я, если честно, ожидал увидеть привычную благочестивую картину: архипастырь встречается с обездоленными и несчастными – те, задают ему вопросы, преимущественно духовного содержания, или, по крайне мере, достойного масштаба, интересуются причинами войны, спрашивают о прогнозах на будущее... В общем, все должно было быть как по телевизору. Однако, реальность оказалась более непредсказуемой, чем наши представления о ней.
Дело в том, что беженцы – это не совсем обыкновенные люди. Точнее, это обыкновенные люди, но с такой же степенью готовности слушать «слова о Вечном», как пешеходы, спешащие куда-то по улице. Единственным и подлинным их интересом, зачастую, является желание выжить, прокормиться, одеться, обуться, одним словом - получше устроиться.
Я ни в коем случае их не осуждаю. Неизвестно, как каждый поступил бы, оказавшись в таком положении. Да и людей глубокой веры среди беженцев хватает. Но вот обычный формат общения с ними, привычный протокол - в таких ситуация, зачастую, не срабатывает. И как заметил митрополит — в таких ситуациях надо просто терпеливо выслушивать людей. Собственно говоря, этим и занимались почти в каждом из лагерей. И вот что мне подумалось. Когда читаешь Евангелие, можно заметить, что тот народ, который окружал Христа, не состоял из кандидатов богословия или философов, жаждущих истины, в нем не было озабоченного вечными вопросами большинства. Ну вспомните: Господь им про вечные блаженства — они ему про хлеб, Он им про любовь — они ему про рыбу, Он про закваску фарисейскую и саддукейскую — они про корзины с едой, Он им про Вечность — они про земные царства. И даже крестные страдания воспринимались ими как шоу: подожди, говорят, посмотрим, придет ли Илия. А вдруг придет. Интересно же…
Но это и есть тот самый народ, который пришел спасти Спаситель. Это и есть те люди, которых заповедовал Христос Своей Церкви. Это и есть наши ближние, наши братья и сёстры. И как тогда, при Христе, так и сейчас, Церковь должна нести свое слово, встречая на пути требования хлеба, рыбы, новых штанов и билетов до Владивостока. Требования, которые с пониманием и терпением мы должны выслушивать, и при этом не умолкать в своем свидетельстве о «Царстве не от мира сего». И в этом соль земли, где земное и небесное так тесно переплелись.
«Приходские хоры». Иеромонах Давид (Кургузов), Алексей Пузаков
У нас в гостях насельник Лужецкого Рождества Богородицы Ферапонтова монастыря в Можайске иеромонах Давид (Кургузов) и художественный руководитель и главный дирижёр Московского Синодального хора Алексей Пузаков.
Разговор о церковном пении, а также об особенностях больших профессиональных и малых приходских хоров.
Поводом для беседы стал фестиваль церковно-приходских хоров «Небесный глас», который пройдёт 9 июня 2026 года при Лужецком Богородицерождественском Ферапонтовом мужском монастыре в Можайске и будет приурочен к 600-летию преставления преподобного Ферапонта Можайского. Отец Давид рассказывает о замысле фестиваля, о приёме заявок, работе жюри и о том, почему такой праздник важен не только как музыкальное событие, но и как возможность для церковных хоров почувствовать себя частью большого общего дела.
Алексей Пузаков вспоминает, как именно храмовый хор когда-то привёл его к вере, размышляет о сочетании традиции и творчества, о древних распевах, современной духовной музыке и о том, почему церковный хор — это не просто музыкальный коллектив, а особый организм, в котором важно не только петь, но и молиться.
Ведущая: Анна Леонтьева
Все выпуски программы Светлый вечер
«Патериковая история»
В этом выпуске ведущие Радио ВЕРА Константин Мацан, Алла Митрофанова, Кира Лаврентьева, а также наш гость — игумен Введенской Макарьевской Жабынской пустыни в Тульской области иеромонах Назарий (Рыпин) — поделились светлыми историями, которые напоминают события из житий святых или патериков.
Все выпуски программы Светлые истории
Акима Карнеева «Крестины»

— Как хорошо, что вы заехали ко мне, Маргарита Константиновна. Я только вчера вернулся из Иркутска.
— Посетить Иркутск и Байкал — это моя мечта, Андрей Борисович. Увидеть уникальную природу... И, наконец, побывать в Иркутском художественном музее. Вам удалось заглянуть туда?
— Удалось! И я даже привёз вам из музея небольшой сувенир.
— О, благодарю, Андрей Борисович! Блокнот с репродукцией...
— Да. На обложке репродукция полотна Акима Карнеева «Крестины».
— Картина впечатляет!
— А какая у ее автора удивительная судьба. Ведь Карнеев был мальчиком из крестьянской семьи. А стал студентом Императорской академии художеств, учился и работал в Европе. И вернувшись в Россию, стал академиком. При этом он писал не только картины, но и расписывал храмы. Тема веры и Церкви — одна из важных в творчестве художника.
— Это чувствуется. Смотрю на картину и сразу ощущаю себя частью этого события.
— Именно так. Карнеев мастерски передал атмосферу. Действие происходит в простом деревенском доме. Но всё наполнено такой торжественностью.
Священник в центре композиции совершает таинство Крещения младенца. Вокруг семья, гости.
— И они не просто стоят. На их лицах благоговение и сосредоточенность на происходящем.
— Как точно Вы подметили! Такое же ощущение было и у меня, когда я увидел это полотно ... Тепло, умиротворение и уют. Как будто сам находишься в этой большой комнате и молишься вместе с героями картины.
— Вероятно, Карнеев выбрал Таинство Крещения для сюжета, чтобы показать: это важнейшее событие в жизни христианина. Человек получает новую жизнь во Христе и становится частью Церкви.
— Благодаря этой работе мы видим, как относились к Таинству Крещения на Руси. Посмотрите, на нём присутствует вся семья. Все хотят разделить радость события. В этом и связь поколений, и традиций. А с каким трепетом взрослые смотрят на младенца!
— Очень трогательно. И вместе с тем Карнеев даёт представление о деревенском быте 19 века, где всё очень просто.
— Безусловно, здесь нет места роскоши. Но есть ощущение внутренней красоты и гармонии. Младенец — символ новой жизни, надежда на будущее. Продолжение рода, его духовное развитие.
— Потому что крестьянская жизнь была неразрывно связана с верой. И образ священника в картине «Крестины» это подтверждает. Его добрый пастырский взгляд в момент Таинства.
— Художник убедителен в своих произведениях. «Крестины» это не просто картина, а духовное размышление о вере, семье и традициях.
— Вы сказали авторству Карнеева принадлежит роспись некоторых храмов?
— Да, это иконы для иконостасов церквей в Севастополе и Одессе. Вместе с другими художниками и иконописцами он также расписывал в Москве храм Христа Спасителя, разрушенный в 30-е годы XX века.
— Значит, глубоко понимал, что такое духовная жизнь для русского человека. Благодарю Вас, Андрей Борисович, за этот рассказ. А блокнот с репродукцией картины сохраню с благодарностью. Как напоминание о наших традициях.
— Рад, что Вам понравилось, Маргарита Константиновна! Ну что ж, а теперь милости прошу за стол. Будем пить чай и пробовать варенье из кедровых орешков — тоже гостинцы из Иркутска.
— С удовольствием, Андрей Борисович!
Картину Акима Карнеева «Крестины» можно увидеть в Иркутском областном художественном музее имени Владимира Сукачёва.
Все выпуски программы Краски России:












