«Апостолы-тезки». Протоиерей Александр Прокопчук

У нас в студии был старший преподаватель кафедры библеистики Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета протоиерей Александр Прокопчук.

Разговор шел об апостолах-тёзках: о трех Иаковах и двух Иудах — кто они и как их различать. В частности, мы обсуждали, какой апостол Иаков умер мучительной смертью и почему известность обрели не только сами его мощи, но и паломнический маршрут к ним, который в настоящее время называется Путем Святого Иакова; что такое Протоевангелие Иакова и почему оно не вошло в Священное Писание; а также что могло побудить Иуду, одного из ближайших учеников Христа, предать Своего Учителя.

Этой беседой мы продолжаем цикл из пяти программ, посвященных апостолам (ближайшим ученикам Спасителя).

Первая беседа с протоиереем Александром Прокопчуком была посвящена тому, как на апостолов повлияло общение с Иисусом Христом (эфир 06.07.2026)

Вторая беседа со священником Антонием Лакиревым была посвящена служению первоверховных апостолов Петра и Павла (эфир 07.07.2026)

Ведущая: Алла Митрофанова

---

А. Митрофанова

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА. Дорогие друзья, здравствуйте. Я, Алла Митрофанова. И продолжается цикл наших бесед, посвященных апостолам, в связи с тем, что ближайшее воскресенье, 12 июля — это день памяти апостолов Петра и Павла. Ну вот мы решили пройтись по разным аспектам, связанным с апостольским служением, и вглядеться в личности этих удивительных людей. И сегодня у нас речь пойдет об апостолах-тёзках: апостолы Иаков, Иаков и Иаков, апостолы Иуда и Иуда, как научиться их различать. Ну если с Иудой здесь, с этим именем все довольно просто, то, что касается имени Иаков, и понимания нашего, о ком конкретно из апостолов здесь идет речь, вот здесь, конечно, без помощи специалиста не разобраться. В нашей студии протоирей Александр Прокопчук, клирик храма Трех святителей на Кулишках, преподаватель библеистики Православного Свято-Тихоновского Гуманитарного Университета. Отец Александр, здравствуйте.

Отец Александр

— Добрый вечер.

А. Митрофанова

— Спасибо что согласились прийти и нам помочь. Давайте прям с самого начала. У нас есть из двенадцати ближайших учеников Христа два апостола, которые носят имя Иаков. И есть еще один Иаков, брат Господень. Кто эти люди, и что нам о них известно?

Отец Александр

— Ну как и в случае, наверно, Иуды, о котором мы уже упомянули, есть более известные, есть менее известные, или совсем почти неизвестные, потому что так бывает, когда кто-то выходит на передний план, а кто-то становится менее известен, потому что как бы действительно есть какое-то такое распределение ролей, не совсем, кстати говоря, понятное до конца. Почему? Потому, что мы знаем, что Иаков Зеведеев входил действительно в ближайший круг, окружение Христа, наряду с двенадцатью. Был еще круг из трех — это Петр, Иоанн и Иаков Зеведеевы. Так вот, почему в этот круг не входил Андрей, мы не можем ответить до конца. Потому, что казалось бы, действительно мы знаем апостола Андрея по нескольким эпизодам. И он первый приходит ко Христу, и приводит Петра. И тем не менее почему-то Петр оказывается впереди, ну понятно, почему, а Андрей, он как-то оттесняется. И есть даже несколько эпизодов, как, например Преображение, когда Петр видел преображение, он не мог рассказать о нем Андрею, потому что Господь сказал, что: не рассказывайте, пока Я не воскресну из мертвых. А что такое «воскресну из мертвых» было совсем непонятно на тот момент, и сколько надо молчать — тем более. Поэтому вот, наверное, ему очень хотелось рассказать, но он должен был молчать. Здесь такая вот ситуация, которая нам тоже может быть понятна, когда кто-то, когда между братьями всегда есть кто-то, кто опережает, кто-то проигрывает. И вот как с ними разобраться, как поделиться, бывает сложно. Ну вот 3 человека, 3 апостола: Иаков Зеведеев, который входил в этот круг троих ближайших, который был свидетелем Преображения, воскрешения дочери Иаира, Гефсиманской молитвы Спасителя. И был Иаков Алфеев, про которого мы, по сути своей почти ничего не знаем, житие которого носит краткий характер и уже создавались более позднее время. И есть еще Иаков, брат Господень. Здесь, конечно, мы знаем гораздо больше. Мы знаем, что Иаков, он входил в семью Христа. Православная традиция говорит о том, что братья, которые упомянуты в Евангелии, были детьми от первого брака Иосифа. И действительно, как бы это можно понимать, вот мы уже говорили с вами о некоем таком менторстве, о чувстве превосходства со стороны братьев, о желании их руководить Христом. Но, в любом случае.

А. Митрофанова

— Они же старшие. По-человечески как раз.

Отец Александр

— Да, они старшие, да. Они не верили. Об этом говорится в начале VII главы Евангелия от Иоанна, и уверовали только после воскресения. Христос является Иакову также, как он является Павлу, уже воскресшим в последствии, как он явился отдельно Петру. И интересно, апостол Павел перечисляет это явление, потому что он ставит эти явления в один ряд. Хотя, казалось бы, они не очень-то совмещаются. Явление Петру отдельное, оно упомянуто у нескольких евангелистов, явление Иакову, и явление ему, оно происходит спустя десятилетие. Почему? Потому, что и Петр отрекся, и Иаков не верил, Павел был гонителем Христа. Но, вот в послании к галатам апостол Павел называет Петра и Иакова, брата Господня столпами Церкви. Иаков принимает эстафету руководства у Петра Иерусалимской Церковью. Об этом говорится в XII"Книги деяний«. И ну может быть какая-то здесь имела наследственность, тоже играла свою роль. Хотя действительно Иаков был учеником Христа, и он, возглавляя Иерусалимскую Церковь, в какой-то степени, до какого-то времени по крайней мере сохранял ее авторитет. Потому, что, конечно, мы понимаем, что Иерусалимская окружение, а именно в нем возникли не только послание Иакова, но и Евангелие от Матфея. Вот в послании Иакова очень много цитат из Нагорной проповеди, такие пересечения. А они нам как раз показывают о том, что вот эти две книги Нового Завета вышли из одной среды, практически из одного источника. И Иаков, он отличался своим благочестием. Известно, что он подолгу молился в Иерусалимском храме, и у него были коленки как будто из прям верблюжий кожи. Он был убит, физически погиб в момент, когда был пересменок между римскими прокураторами, и не было римской власти. И этой ситуацией воспользовались первосвященники, и Иаков был вызван на суд. Его сбросили с крыла Иерусалимского храма. И эта смерть, она, несмотря на то, что, конечно, противникам христианской Церкви очень хотелось покончить с таким авторитетом, тем не менее действительно смерть его, она считалась проклятием Иерусалима. И Иосиф Флавий пишет о том, что именно эта смерть стала причиной последующего разрушения Иерусалима римлянами. То есть в этой смерти усматривалось наказание за то, что синедрион, первосвященники приговорили Иакова к смерти. Вот такая интересная судьба у Иакова.

А. Митрофанова

— То есть это Иаков, брат Господень.

Отец Александр

— Иаков, брат Господень, да.

А. Митрофанова

— И он же автор послания, апостол Иаков.

Отец Александр

— Да, совершенно верно, да, автор послания, о котором мы как-то тоже говорили.

А. Митрофанова

— Да, мы его обсуждали, разбирали. Могу адресовать наших слушателей, направить их на сайт https://radiovera.ru. Там в цикле бесед об апостольских посланиях как раз разбирается в частности и послание Иакова. Замечательный текст, который и глубокий, и местами пронзительный. И, когда открываешь, конечно, иногда поражаешься, насколько же это все адресовано нам в той же степени, в какой современникам автора. Например: «Братья мои возлюбленные, всякий человек да будет скор на слышание, медлен на слова, медлен на гнев...».

Отец Александр

— Да.

А. Митрофанова

— Да, великолепно просто сформулировано еще. То есть видно, что пишет человек с глубоким и жизненным опытом, и с опытом богопознания. И, когда понимаешь, что он стартовал с позиции отрицания божественной природы Христа и дошел вот до той высоты, когда он своим сердцем видит Бога. И вся жизнь, весь мир в этой оптике у него преображаются, думаешь: надо же, что возможно для человека. При том, что и возраст у него уже был такой, да. То есть он ни юноша, ни мальчик, ему, он старше Христа, то есть ему там, наверное, 40 плюс скорее всего в это время. И вот такая трансформация.

Отец Александр

— Ну как бы действительно на самом деле все Евангелие, оно посвящено этой трансформации. Если, например взять беседы Евангелия от Иоанна, то мы начинаем, видим беседы с самарянкой, беседы с Никодимом, беседы Христа на каких-то праздниках иудейских. И увидим, как действительно трансформируется восприятие Христа. Как люди: та же самая самарянка или Никодим от отрицания, от неверия, от скепсиса переходят к тому, что исповедуют Христа и рассказывают о Нем своим соплеменникам, и как они впоследствии защищают Его в синедрионе. То есть, конечно, вот эта перемена, она тоже, по сути, как бы все Евангелие. Оно, начиная с призвания апостолов, мы говорили на нашей передаче об апостолах, оно об этой перемене, трансформации, когда из этой, действительно некой такой нищеты, о которой говорит первое Евангельское блаженство, люди начинают обогащаться, вот когда они приобретают то, чего у них не было, или казалось бы, даже не может быть.

А. Митрофанова

— Читаю дальше, простите, раз уж открыла, я не могу просто не поделиться этими изумительными словами: «Будьте же исполнители слова, а не слышатели только, обманывающие самих себя.», да. То есть те, которые подверстывают слово Божие под свои какие-то, вполне земные интересы. Или, например: «Человек с двоящимися мыслями не тверд во всех путях своих.». Это вот технику медленного чтения надо к таким текстам применять. Зависнуть на предложении и подумать: «Человек с двоящимися мыслями» — а это вообще-то не про меня ли сказано, например. И какое отношение все это к моей жизни имеет: И выясниться, что вообще-то самое прямое. И так далее. То есть: «Суд без милости не оказавшему милости. Милость превозносится над судом.» (Иак. 2:13). Какие точные, какие поразительные слова. И ведь послание апостола Иакова, оно когда писалось по отношению к евангельским текстам?

Отец Александр

— Ну оно видимо писалось одновременно. Это 60-е годы. И действительно это отточенные слова, уже какие-то сложившиеся формулировки, которые Иаков обращает к иудеям, рассеяния. И мы понимаем, что действительно они сохраняют свою актуальность и в наши дни, потому что ну вот мы говорили о гневе, человек все время находится в состоянии гнева, раздражения, недовольства, несогласия. И стяжать мирный дух, контролировать себя, как правило даже такой задачи перед собой люди не ставят. Редкий случай, когда мы испытываем мир какой-то на душе, когда есть примирение с окружающей действительностью. Может быть для верующего это момент причастия, или когда они оказываются где-то на природе. А так люди ,все время какое-то возмущение. И, конечно, в послании Иакова много знаменитых слов. Это и соотношение веры и дел: «Вера без дела мертва», и: «бесы веруют, и трепещут.», ну и так далее, и так далее. То есть в общем-то послание Иакова, оно как бы не грешит, условно говоря, какой-то христологией и возвышенным богословием. Это практические наставления, наверно, с которым согласился бы любой человек. Поэтому и тогда, и сейчас они действительно очень как-то созвучны, понятны. Хотя может быть реальность и изменилась, потому что реальность этого послания — это уже преддверие иудейской войны, которая закончится трагедией — разрушением Иерусалима. Но, в тоже время их духовный смысл, я уже говорил о пересечениях больших с Нагорной проповедью, оно вне времени. Кстати, интересно, что, когда у нас был специалитет в университете, и можно было в течении практически целого семестра изучать соборные послания, вот несмотря на все какую-то простоту, послание Иакова всегда занимало у меня две лекции, потому что есть очень много аллюзий на Ветхий Завет, прямых или косвенных ссылок, цитат. М вот для того, чтобы все это прочитать, выявить это богатство, одной лекции никогда не хватало.

А. Митрофанова

— Протоирей Александр Прокопчук, клирик храма Трех святителей на Кулишках, преподаватель библеистики Православного Свято-Тихоновского Гуманитарного Университета проводит с нами этот «Светлый вечер». Значит, апостол Иаков, брат Господень — автор послания Иакова. Вот как можно его запомнить, и вот как он соотносится с нашим временем, например. Паз уж мы о текстах заговорили, отец Александр, а Протоевангелие Иакова, что это за текст?

Отец Александр

— Да, тоже такой очень интересный текст, который как бы Евангелием не является. То есть это текст, который возникает, мы уде не считаем текст Богодухновенным. Но, в тоже время он обладает определенным авторитетом. Текст, который посвящен и возможно написан не самим апостолом Иаковым, конечно, хотя речь идет о детских годах Спасителя. То есть это лакуны. Мы знаем, что о Рождестве Христовом говорит нам Евангелие от Матфея и Евангелие от Луки. Ну дальше мы не знаем, что происходит. То есть ну 30 лет некой безвестности, когда ничего не происходит, ничего не совершается, когда Христос просто живет той обычной жизнью, которой жили все, кто Его окружал. И что же было в этот момент, вот как происходило Рождество Божий Матери, как.

А. Митрофанова

— Введение во храм Пресвятой Богородицы.

Отец Александр

— Введение во храм Пресвятой Богородицы, да, еще какие-то события, вот это Евангелие, оно восполняет. И оно призвано авторитетным свидетельством. Мы не можем, конечно, это утверждать стопроцентно, но тем не менее, мы знаем, действительно есть у нас праздники, которые связаны с этим Евангелием: Рождество Богородицы, введение во храм Богородицы. И тем самым каким-то образом в церковные праздники восполняется это умолчание остальных Евангелий, И Церковь прославляет Божию Матерь. То есть готовит нас через эти праздники: рождество Богородицы, введение во храм к Рождеству Христову.

А. Митрофанова

— А автором Протоевангелия от Иакова является который из трех Иаковов?

Отец Александр

— Ну это скорее надписание. Мы знаем, что как бы Евангелия, они надписывались. То есть как бы не всегда эти написания есть разные Евангелия разным апостолам. Есть как бы и «Деяния Петра»,, и какие-то другие тексты, которые там: Евангелие от Фомы, Евангелие от Никодима. То есть эти тексты приписывались каким-то более известным авторам. Но, конечно, сами они ими не писались, без всякого сомнения. Поэтому, собственно, те 4 Евангелия, которые у нас содержатся в книге «Канон» Нового Завета, о которых мы еще, наверное, поговорим, вот они признаются безусловно авторитетными и апостольскими.

А. Митрофанова

— То есть их авторство установлено.

Отец Александр

— Да, да, оно признается Церковью. Ну сказать: «Установлено» невозможно, потому что ни одна из книг Нового Завета не подписана. То есть автор не называет сам себя. Это отражено уже в дальнейшей церковной традиции. Но, здесь-то мы понимаем, что мы не можем говорить о каком-то апостольском авторитете. Но, это еще не означает, что сами факты, которые приводятся, они являются недостоверными. Вот например, есть известный евангельский эпизод о том, как ко Христу приводят женщину, пойманную в прелюбодеянии. Помним все картину известную Поленова. Вот этот эпизод, он изначально в Евангелие от Иоанна не входил. В начале VIII главы сейчас он находится, он кочевал в разных текстах, и в Евангелии от Луки он встречался. То есть был известный эпизод. И никто не сомневался в его достоверности. Но, вот блаженный Августин говорил, что: то, что Христос простил женщину, взятую за прелюбодеяния, смущало раннюю Церковь, которая отмечалась строгой церковной дисциплиной, и обычно за этот грех полагалось более суровое наказание. А здесь Христос простил женщину и ничего ей такого не сказал, чтобы она больше не совершала этот поступок. И вот как-то не очень охотно хотели пускать в Евангельские тексты это. Хотя, еще раз повторюсь, события достоверны, никто не сомневался в его подлинности. И точно также есть какие-то достоверные события, которые каким-то образом были зафиксированы и есть понятие «аграфа». Но, в изначальных текстах их нет.

А. Митрофанова

— Так Протоевангелие от Иакова, оно имеет какое-то отношение к одному из трех Иаковов, которые упомянуты?

Отец Александр

— Только, только по названию, только по имени.

А. Митрофанова

— Ясно. Не более того. Хорошо. Иаков Зеведеев, родной брат апостола и евангелиста Иоанна Богослова. И, наверное, об этом апостоле нам тоже кое-что известно. Во всяком случае мы знаем, что наряду с братом Иоанном он Господом назван сыном грома, видимо в силу каких-то личностных свойств, характеристик, особенностей, и так далее. Опять же мы знаем, что он среди вот этих трех ближайших учеников Христа, то есть из двенадцати апостолов, а есть из них трое апостолов. Апостол и евангелист Иоанн — это вообще тот, который от Христа не отлучается, и он на тайной вечере максимально близко к Нему сидит, чуть ли не голову склонив, там прижавшись к Нему. Но, он самый младший. А вот апостол Иаков, что известно о нем? Рыбак?

Отец Александр

— Ну вначале у Иоанна Евангелие о том, что они оставляют не только лодку и сети, но и отца своего.

А. Митрофанова

— Отца своего.

Отец Александр

— Да. То есть у отца были работники. То есть это была не бедная семья, раз целая бригада была, которая ловила рыбу. И, конечно, здесь каких-то особых эпизодов, которые связаны непосредственно с Иаковом в Евангелии мы не встретим. Он действительно входит в ближайший круг. Он действительно сопутствует Христу. И по-видимому было что-то в нем особенное, что именно на нем, а не на Андрее, как я уже сказал, стоял выбор Спасителя. И эти эпизоды я уже перечислял: и Преображение, и Гефсиманская молитва, это и воскрешение дочери Иаира, это и эсхатологическая беседа о последних временах мира, которые Христос произносит, говорит апостолам на Илионской горе незадолго до своих страданий и ареста. И вот мы уже упоминали в одной из передач, как Иоанн и Иаков обращаются ко Христу с просьбой посадить их по правую и левую сторону. А, с другой стороны, а какие, кому еще эти места, кроме них будут предназначены. Ну Петр осерчал, конечно, мы знаем (смеются). Он не думал, что они так коварно захотят его обойти. Да и другие тоже стали роптать, как указано в Евангелии. Но, в любом случае понятно, что раз они стали просить этих мест, значит они считали, что на них они имеют право, и они должны им достаться, нужно опередить события и сразу застолбить место (смеются). Но, в общем это, конечно, с одной стороны, с одной стороны, мы уже говорили в другой передаче об этом, отражает некое несовершенство. Действительно споры о большинстве, о том, кто больше, они были. Даже на тайной вечере был спор после причастия. Об этом говорится в XXII главе Евангелия от Луки. То есть этот момент, он не покидал, к сожалению, апостольский круг. Ну они понимали, что Учитель уходит, должен быть кто-то первый, кто-то должен остаться. Кто это?

А. Митрофанова

— Показательно, что на это говорит Господь. Он говорит: «Между вами не будет так, как между другими людьми в мире сем. Кто хочет быть первым между вами, да будет всем слугою. Кто хочет быть господствующим, да будет всем рабом. И как и Я сам, — говорит Христос, — потому, что Я-то пришел не чтобы мне послужили, но Сам пришел служить.». Вот это, конечно, переворот сознания вообще-то.

Отец Александр

— Да, конечно. Действительно господь неоднократно говорил своим ученикам об этом. Но, мы понимаем, что вот добровольно обнищать, как блаженны нищие, никому не захочется. Наоборот, люди стремятся в жизни к другому, к материальному благополучию и независимости, которую дают деньги, к свободе. И поэтому, конечно, пойти на это очень сложно. И тоже, как говорится, мы говорим о духовной нищете. То есть Христос говорит о том, что Царствие Божие ведут не достижения, ни успех, ни тем более материальная какая-то составляющая, а наоборот, чем больше человек обнищал, тем он ближе к этому Царству. То есть чем у него меньше позиций, которые давали бы ему возможность в это Царство войти, тем на самом-то деле он парадоксальным образом оказывается ближе к нему. И вот этот момент, он действительно присутствует в Евангелии. И мы видим, как трудно это все доходит до сознания даже ближайшего окружения Христа, как нелегко им согласиться с этой мыслью, принять. Они связывают с Христом совершенно другое. У них на сердце совершенно иные ожидания. И вот действительно, наверно, уже воскресение Христово, оно дало возможность каким-то образом здесь что-то изменить. И, собственно говоря, Иаков, он оказывается первым мучеником. Он, XII глава «Книги деяний» арестован и усечен мечом. И вот это, надо сказать, первая апостольская кровь. М с этим связана тоже особая традиция — паломничество к мощам апостола Иакова, которые, считается, оказались в Испании, далеко на востоке, у границ Атлантики, в городе Сантьяго-де-Компостела. М на протяжении средневековья путь к этим мощам был такой, одним из самых главных маршрутов паломнических христиан Европы. Потому, что отчасти Святая земля, она была на какое-то время открыта и закрыта, благодаря крестовым походам, но когда уже окончательно ее завоевали мусульмане. Тогда вот путь святого Иакова, он стал одним из главных паломнических маршрутов, наряду с Римом. И туда шли люди со всей Европы в течении долгого времени. И известно, что этот маршрут, он существует и по сей день. ЮНЕСКО признало, что это является достоянием человечества. То есть уникальный случай, когда не какой-то памятник архитектуры является достоянием, а именно просто дорога, вот дорога конкретная, которая ведет.

А. Митрофанова

— При чем дорог то много, а имеется в виду, что вот эти вот пути сами, Camino (исп.) вот это.

Отец Александр

— Да, Camino )(исп.). Вот трижды пройти этим путем: французским, португальским и английским путем. Ну мы приезжали с группами из России, когда еще было возможно, до ковида. Сначала у нас было, по-моему, человек, потом 25. То есть около 50 человек в результате трех таких путей прошли. На самом деле это действительно такое незабываемое впечатление. Формально ничего не происходит, то есть ты идешь. Но, ты совершенно четко ощущаешь, что это действительно путь к Богу, и какой-то действительно совершается переворот. Мы начали с этой темы «переворота», вот действительно, когда ты доходишь до Сантьяго, то уже в твоей душе совершается какой-то совершенно удивительный переворот. И поэтому апостол Иаков, он, об этом следует упомянуть, он излюбленный герой западноевропейской живописи, всегда изображается с ракушкой. Сейчас у нас есть выставка, она заканчивается, в Пушкинском музее, там тоже есть картина де Рибера «Апостол». Она — самая лучшая картина, которая там присутствует, такая вот прям испанская- испанская. Апостол Иаков с ракушкой, часто его можно увидеть в виде паломника, в виде пилигрима его изображают, что, конечно, необычно, это не аутентично. Но, с другой стороны, для тех, кто прошел этот путь, он действительно является путеводной звездой.

А. Митрофанова

— Это очень близко. Протоирей Александр Прокопчук, клирик храма Трех святителей на Кулишках, преподаватель библеистики Православного Свято-Тихоновского Гуманитарного Университета проводит с нами этот «Светлый вечер». Мы на пару минут сейчас прервемся, а потом вернемся к разговору об апостолах-тёзках, о тех, кто носил одинаковые имена и носит одинаковые имена, и как нам их различать.

А. Митрофанова

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА продолжается. Дорогие друзья, напоминаю, в нашей студии протоирей Александр Прокопчук, клирик храма Трех святителей на Кулишках, преподаватель библеистики Православного Свято-Тихоновского Гуманитарного Университета. Мы говорим сегодня об апостолах-тёзках. И чуть позже поговорим про Иуду и Иуду. А вот сейчас еще мне хочется остановиться на Иакове Алфееве, о котором мало что известно, и Иакове Зеведееве, о котором как раз мы уже начали говорить. Итак, Иаковов у нас 3: Иаков, брат Господень, автор послания апостола Иакова. Иаков Зеведеев — это брат апостола и евангелиста Иоанна Богослова и апостол, который принял первым мученическую кончину из всех апостолов. Он был убит мечом. И это человек, с которым связана уникальная в мировой практике явление паломнических маршрутов в Сантьяго-де-Компостела , собственно, город, который его имя и носит — святой Иаков — Сантьяго. И отец Александр ходил туда трижды. Сколько километров то в общей сложности вы прошли?

Отец Александр

— Мы ходили, ну мы не имели возможности идти долго, мы ходили 3 раза по 120 километров, когда ты проходишь это за 34 дня. Проходишь, ты получаешь такое вот удостоверение.

А. Митрофанова

— Паломника Сантьяго.

Отец Александр

— Паломника, да, что ты прошел. То есть тебе засчитывается. Такой интересный маршрут. Надо обязательно взять печати, дается специальный такой паспорт, и идешь, с печатью. И на самом-то деле это очень важно, потому что действительно этот путь, он отличается удивительным состоянием какого-то братства, такого христианского единства, когда люди со всего мира приезжают, и с ними можно общаться, и говорить, и как-то друг друга поддержать. Кого-то ты встречаешь, потом теряешь, потом опять встречаешь. И действительно, наверно, так, как в обыденной жизни, вот большее состояние такого какого-то единства, единения. Ну конечно, есть литургия, есть Пасха, так вот когда встречать приходилось, когда ты идешь и говоришь: «Vean Komina )исп.)», идешь дальше. И понятно, что все эти люди, они все, хотя бывают разные, но все-таки они идут ко Христу, вот к апостолу Иакову, и это их объединяет.

А. Митрофанова

— Ну это такая форма проведения для многих отпуска вообще-то. Люди отпуск берут, чтобы сходить в паломничество по Сантьяго-де-Компостела. Я знаю, что в России многие тоже во время отпуска так и рассчитывают, чтобы он попал на то время, когда пройдет Великорецкий крестный ход, и вот тоже такая своеобразная аналогия. Но, тем не менее Camino Santiago — это такой прародитель, наверное, вот эта традиция паломническая в Сантьяго — прародитель множества других маршрутов.

Отец Александр

— Ну, собственно, да, главный паломнический маршрут...

А. Митрофанова

— На карте Европы. Отец Александр, Иаков у нас Зеведеев. Два сына этого удивительного человека Зеведея, это же надо же было умудриться так их воспитать, Иаков и Иоанн, оставляют все. При чем о них, конкретно о них сказано, что: оставили еще и отца, и идут в ученики ко Христу, и следуют дальше за Ним. А вы когда-нибудь задумывались: а каково было вот этому самому Зеведею, их отцу, что он чувствовал, что он испытывал. Нам ничего, наверно, об этом неизвестно.

Отец Александр

— Вы знаете, ответ как бы лежит на поверхности. В 27-й главе Евангелия от Матфея говорится о тех женщинах, которые стояли у креста. Между ними были Мария Магдалина, Мария, мать Иоанна и Иосии, и мать сыновей Зеведеевых. То есть две матери этих самых Иаковов, о которых мы сейчас с вами говорим, они обе стояли у креста. И мы понимаем, что это люди, которые были, знали друг друга, очевидно еще до того, как они стали апостолами, стали последователями Христа, до их этого призвания — следованию за Ним. И в любом случае присутствие матерей, на самом-то деле оно говорит очень-очень о многом. В частности мы с вами уже ни раз упоминали о том, что мать сыновей Зеведеевых обращается с просьбой посадить, или они обращаются с просьбой посадить их по правую и левую сторону. И вот буквально через какие-то может недели она видит совершенно другую картину. Не то, что они где-то во славе сидят в приобретенном царстве, а то, что с кем они связывали это царство, умирает в агонии на кресте. И вот происходит эта действительно вот это слово «трансформация», которое мы неоднократно уже сегодня упоминали, использовали. И на самом деле это показывает, что действительно Христос использует в данном случае людей, которые, ну использует, конечно, в хорошем значении этого слова, которые действительно знали друг друга. Ведь мы знаем, что очень часто люди приходят в церковь благодаря своим знакомым, друзьям, тем людям, которые они были вместе. И вот кроме того уже потом в церковной жизни люди все начинают там сдруживаться, становятся крестными, и так далее. То есть Господь этот момент, Он тоже его использует. То есть Он практически берет некий круг семей, которые как бы вместе трудились, друг друга знали с самого детства, которые наверняка жили рядом, и так далее. И мне кажется, очень важно, что в этот круг входили не только сами апостолы, но и матери, они тоже им чествовали. Вот мы как бы, это такой момент, мы упоминали эпизод, связанный, в другой передаче, связанный с тем, что мать Спасителя приходит в окружении семейства для того, чтобы забрать Его. Но, вот были и другие эпизоды, когда не только апостолы, но и под присмотром матерей (смеются) апостолы путешествовали, учились. Вот так вот тоже было.

А. Митрофанова

— Можем предположить, допустить, что где-то рядом были и отцы, и радовались тому, что их сыновья выбрали такую участь.

Отец Александр

— Да, вот Заведеевы, вот как был отец? Ну если мать была до креста, то значит как-то все это укладывалось в некую общность, в некое единство, в понимание того: что, зачем и почему этот призыв, этот выбор был сделан.

А. Митрофанова

— Иаков Алфеев, о котором ну мало что известно, несмотря на избранность эту в круг ближайших учеников, в круг двенадцати апостолов. Кто он, что он, знаем ли мы что-то о его отце Алфее, упомянутом?

Отец Александр

— Ну действительно они упомянуты, но в общем как бы реальных фактов мы не знаем. Возможно, какие-то предположения существуют, но не более чем. И на самом-то деле, мне кажется, что тоже можно сказать, вот о ком-то известно больше, о ком-то известно меньше. Конечно, например «Книга деяний апостолов», она ведь не является книгой деяний всех апостолов, она является книгой деяний всего двух апостолов — Петра и Павла, которые даже в чем-то противопоставлены друг другу, история которых излагается параллельно. И, конечно, авторы священных текстов, они не ставили себе такой биографический справочник составить. У них были совсем другие цели. И даже если мы о ком-то чего-то не знаем, или наши сведения, они относятся к более поздней традиции, или чрезвычайно скудны, это на самом-то деле, конечно, не обесценивает их роль, потому что ну иногда нужны и те люди, которые может быть не занимают какой-то ведущей позиции, не играют главной роли, но тем не менее их вклад в какое-то дело, он тоже существенный. Ее случайно в Евангелии вот есть слова: «Кто даже напоит одного из вас чашей холодной воды, не потеряет своей награды.» (Мф. 10:42). То есть вот этот момент, он тоже значим, он тоже важен, он тоже имеет какое-то свой смысл и свое предназначение. Поэтому вот то, что о ком-то что-то больше известно, о ком-то что-то меньше известно — это на самом-то деле, с одной стороны, понятно и естественно, и неизбежно, а с другой стороны, практически о большей части апостолов мы ведь ничего не знаем, кроме какой-то особой информации. Это не делает их менее значимыми и менее важными в восприятии церковной истории. Они окружали Христа, они были Его учениками, они следовали за Ним, несмотря на и вопреки всему. И уже этот факт, он делает их очень значимыми. Это, знаете, как в повседневной жизни говорят: «Я был учеником такого-то известного учителя.». Может быть он ничем не прославился, но сам факт того, что он там был учеником кого-то там, уже какое-то значение и вес человеку придает.

А. Митрофанова

— Итак, 3 Иакова, с которыми мы попытались, на сколько это возможно, в рамках отпущенного нам эфирного времени разобраться. Два Иуды: Иуда, собственно, Искариот, который выпадает, ну по сути своим собственным решением, выпадает из числа двенадцати учеников. И на место отпавшего Иуды потом апостолы кидают жребий и приглашают апостола Матфея. И еще один Иуда, где-то в Евангелии прям даже там про него так и сказано: «Не Искариот», такая ремарка стоит, что: другой Иуда, не Искариот, который тоже входит в число двенадцати учеников. Кто он такой?

Отец Александр

— Ну опять же мы возвращаемся к теме, о которой только что говорили, о том, что.

А. Митрофанова

— О ком-то практически ничего не знаем..

Отец Александр

— Не знаем, да. Действительно мы знаем, что был Иуда Искариот и Иуда Иаковлев. И иногда при том в разных списках по-разному приводится. И это было довольно распространенное имя Иуда, потому что, понятно, Иуда, иудаизм. Колено Иуды — это колено, с которого произошел царь Давид. Поэтому естественно, что люди могут называться в одной и той же группе одинаковыми именами. У нас сейчас само это имя стало, носит нарицательный характер, как Иуда -предатель. Но, тогда еще никто этому значения не предавал.

А. Митрофанова

— «и ты, Вифлеем, земля Иудина, ничем не меньше воеводств Иудиных...» — говорит вообще-то апостол Матфей (Мф. 2:6), так на секундочку, ссылаясь на Ветхий Завет.

Отец Александр

— И многие известные, даже герои еврейской истории, священной истории носили это имя. Поэтому понимаем, что в общем-то в этом нет ничего необычного что несколько человек в одном и том же кругу носили одно и тоже имя.

А. Митрофанова

— Протоирей Александр Прокопчук, клирик храма Трех святителей на Кулишках, преподаватель библеистики Православного Свято-Тихоновского Гуманитарного Университета проводит с нами этот «Светлый вечер». Говорим мы сейчас про апостолов Иуду и Иуду. И вот как раз у меня открыто соборное послание святого апостола Иуды, которое начинается словами: «Иуда, раб Иисуса Христа, брат Иакова, призванным, которые освящены Богом -Отцом , сохранены Иисусом Христом,- и так далее, — милость вам и мир и любовь да умножатся.». Мы из первых строчек узнаем о том, что автор этого послания — это брат Иакова. Опять же понять бы, которого из них.

Отец Александр

— Брат Иакова, брата Господня, который пишет это послание, самое короткое из всех, которое говорит о том, что он хотел написать некий нравоучительный текст, но обстоятельства вынудили его поменять свое решение, и он вот написал это послание против неких еретиков, которые появились в его время. И это послание, оно очень схоже со вторым посланием Петра. В этой части, в части обличения такое вот ругательное (смеются).

А. Митрофанова

— Подождите, ну так это апостол Иуда, который входил в число двенадцати ближайших учеников?

Отец Александр

— Нет, он не входил в число двенадцати.

А. Митрофанова

— Это еще один Иуда.

Отец Александр

— Да, это Иуда, брат Иакова, брата Господня, который по-видимому , тоже после смерти Иакова возглавлял Иерусалимскую Церковь. То есть вот такое вот наследственное здесь преемство. И вот он тоже пишет свое послание.

А. Митрофанова

— То есть брат Иакова — это, получается, и брат Господень тоже, Иуда, брат Господень.

Отец Александр

— Да, да, да, Иуда, брат Господень.

А. Митрофанова

— Ну как он про себя, он же не говорит: «Брат Господень» про себя, он говорит: «Брат Иакова».

Отец Александр

— Ну он скромно о себе отзывается. Это вполне дало возможность его идентификации. И, кстати говоря, еще раз подчеркиваю, что имя Иуды могли носить самые разные люди, в том числе и брат Спасителя нашего. Поэтому как бы нет ничего удивительного от того, что имя было распространено, и несколько человек, несколько апостолов его носили.

А. Митрофанова

— Итак, у нас есть Иуда, входящий в число двенадцати ближайших учеников Христа, который не Искариот, о котором мы мало что знаем. У нас есть Иуда, брат Иакова, то есть брат Господень, по сути, автор соборного послания, входящего в корпус текстов Нового Завета. И у нас есть Иуда Искариот, который на самом деле тоже не сказать, чтобы прям богато портретно был описан в Евангелиях. Но, вместе с тем, естественно, каждый из, каждый из евангелистов упоминает о его этом решающем выборе. Мне кажется, что важность разговора об Иуде сегодня, она как раз и заключается в том, что ну: «Блюдите, како опасно ходите!» (Ефес. 5, 15), с каждым из нас может случится что-то подобное, когда нам будет казаться, что мы отстаиваем истину, а мы на самом деле придаем Господа. И вот предупреждение в лице Иуды — это предупреждение, мне кажется, очень мощное. Как вы воспринимаете эту фигуру, отец Александр: как фигуру трагическую, как человека, который сам несет всю полноту ответственности на себе, или как модно было, в частности, в Серебряном веке, представлять Иуду человеком, который чуть ли не в жертву себя принес, согласившись с тем предопределением, которое было у Господа в отношении него?

Отец Александр

— Да, даже у отца Сергия Булгакова есть несколько статей на эту тему. Ну на самом-то деле действительно относительно Иуды мы можем все-таки что-то сказать. Потому, что Евангелие не просто ограничивается указанием на его предательство, но все-таки понимает, что к этому все свести нельзя, нужно понять: каким же образом один из апостолов оказался в этой роли, что его привело, подтолкнуло к этому. И хотя на самом-то деле все равно ответов никто из евангелистов не дает, точногои окончательного ответа, который был бы нами принят и понятен, и утвержден. Каждый из них по-разному подходит к этой теме и ее развивает. Мы знаем, что первый мотив — это мотив сребролюбия. Но, очевидно, что сумма, которую предлагали священники, 330 сребреников, не на столько велика, чтобы действительно она бы какую-то материальную выгоду могла Иуде принести. Но, очевидно, что в какой-то момент он понимает, что дело Христа предрешено, все идет уже к просматриваемому концу. И тогда участь круга апостолов, она тоже не ясна. Возможно их ждет арест и может быть даже казнь. А о своей смерти Христос неоднократно говорил ученикам. И он решает вот переиграть события для того, чтобы переметнуться на другую сторону, что в общем психологически вполне понятно.

А. Митрофанова

— И вашим, и нашим.

Отец Александр

— Да. Нет, ну в истории таких примеров множество. И переметнуться для того, чтобы сделать некую услугу, от которой, конечно , члены синедриона не хотят отказаться, поскольку они боялись арестовывать Христа при народе. Город был переполнен людьми, любое возмущение, любой протест, недовольство мог вылиться во все, что угодно. А в Иерусалиме в дни Пасхи было более двух миллионов человек. Это огромная толпа людей, которую нужно было контролировать. Поэтому, конечно, страх несомненно у членов синедриона был. И здесь есть возможный случай — Иуда предлагает предать Учителя ни при народе, и уж этим шансом надо было воспользоваться. Другой просто бы не предоставился. И вот Иуда, он соглашается это сделать, очевидно пытаясь немножко даже обезопасить себя, потому что Христа сейчас не будет, его арестуют, а жить-то на что. Ну и ему какое-то мелочь подкидывают на первое время, и он легко соглашается, лишь бы избежать возможного ареста, лишь бы себя вывести из-под предполагаемого удара. Но, мы знаем, что ничего такого на самом-то деле н происходит. То есть он все равно погибает. При том, это тоже отдельная тема для разговора, потому что здесь все-таки существует некая неясность относительно, ну мы помним, что Евангелие от Матфея говорит о том, что он удавился. Но, в «Деяниях», там по-другому об этом рассказывается в первой главе. Поэтому наши слушатели могут посмотреть толкование на первую главу книги Феофилакта Болгарского. Там сказано, что, в «Деяниях», что он удавился и рассеялось его чрево. И Феофилакт Болгарский, ссылаясь на ранние источники, говорит о том, что Иуда не умер, а что он заболел водянкой, что он настолько растолстел, что нельзя было ему ее пройти, и в конце концов вот он умер так, что чрево его, оно просто разверзлось. Может быть это будет немножко странно для кого-то из наших слушателей, ну вот как бы есть как бы две истории смерти Иуды, и вот их согласование на основании сведений Аполлинария Лаодикийского переводит Феофилакт Болгарский. Но, конечно, не только это было мотивом предательства Иуды. Еще раз скажу, что это как бы загадка, тайна, которую до конца все равно, наверное, мы не можем понять, но евангелисты пытаются ее нам приоткрыть. В частности последний евангелист, это вообще последняя книга практически по времени, Евангелие от Иоанна говорит нам, что после беседы о хлебе жизни, когда большая часть учеников расходится, и сам Спаситель спрашивает апостолов: не хотят ли они уйти, Петр, как я уже говорил, говорит, что: нам некуда идти, мы, это смысл жизни, и они остаются. То есть другими словами Иуда тоже может уйти.

А. Митрофанова

— Но, он тоже остается.

Отец Александр

— Он остается для того, чтобы предать. И там есть такая интересная фраза. Иоанн Богослов говорит о том, что: Иуда, Христос говорит о том, что: «не двенадцать ли вас избрал Я? но один из вас диавол.» (Ин. 6:70). И приводит свое пояснение. Потому, что, если бы этого пояснения не было, то вообще бы подумали, что персонифицированный дьявол в окружении Христа. Но, Он говорит об Иуде, которому предстояло предать Его. И действительно на тайной вечере дьявол входит в Иуду. Мы понимаем еще раз как бы всю степень и глубину трагедии, потому что, евангелист сам сообщает, что Иуда пользовался большим доверием общины, что он носил ковчег, в который складывали пожертвования.

А. Митрофанова

— Но, при этом есть ремарка что он был вор.

Отец Александр

— Вот он был вор, и поэтому, когда при помазании огромная трата мира происходит, когда в доме Марии и Марфы, происходит помазание Спасителя незадолго до Его смерти, за 6 дней, он, видя такую трату мира, не может с этим согласиться. И это опять же психологически понятно. Вот нам всегда трудно, если мы, все, наверно, теряли там деньги или что-то еще, ну как-то всегда это неприятная ситуация. Он понимает, что можно было продать это мира, денежки положить бы в ящик, из ящика он незаметно для всех мог что-то себе тоже позаимствовать. П здесь он не получил ожидаемого. И На самом-то деле он пытается этими 30 сребрениками хоть каким-то образом компенсировать эту утрату. Вот совершает этот страшный поступок, это предательство только потому, что он уже как бы приучил, привык к тому, что можно брать деньги, что можно вот жить вот за эти пожертвования, что можно таким образом обогащаться. И когда Христос лишает его этого, тогда он пытается каким-то образом на это ответить хоть как-то, но таким страшным этим предательством компенсировать свою потерю. И еще один момент — действительно действие дьявола, который входит в Иуду, который руководит. Ведь когда Иуда выходит с тайной вечери, никто не думает, что он пошел совершать свое дело. Думают, что он пошел раздать нищим подаяние, потому что так было принято: помогать нищим, провести эту ночь, чтобы они могли купить себе все необходимое для пасхальной вечери. Никто не заподозрил предательства. И последнее может быть — это то, что, евангелист отмечает, что когда Христос предсказывает предательство, все апостолы задаются вопросам: «Не я ли, Господи?».

А. Митрофанова

— А Иуда не задается, кстати.

Отец Александр

— Да, Иуда нет. Там по-другому немножко. Он задается этим вопросом, но вот Господь указывает ему на это предательство, что Он знает его. Но, в любом случае мы понимаем состояние как раз апостолов.

А. Митрофанова

— Да, да, точно, он задается, но Господь ему говорит: «Это ты сказал.». -: «Не я ли, Господи?». -: Так ты сам сказал.

Отец Александр

— Да, да. И состояние апостолов в этот момент. То есть по сути каждый из них по крайней мере задает вопрос себе: а не готов ли я к предательству в этой ситуации, понимая, что все кончено, что история закрыта, как им кажется: может быть и я предам Христа, отойду от Учителя. В общем, конечно, все это показывает на самом-то деле, действительно здесь и момент указанного предопределения, несомненно существует. Господь знал, кто Его предаст, как будут развиваться события. Но, наверно, в этом есть действительно какой-то свой смысл. Есть такая фраза: «Предателем может стать каждый.».

А. Митрофанова

— Я вот, знаете, я в предопределение это не верю, что на нем какое-то было клеймо, что вот он родился уже с тем, что он обязательно Бога предаст. Мне кажется, что все-таки это его выбор был.

Отец Александр

— Родился, не родился он для этого. Но, здесь предопределение не в смысле клейма, а в некой предрасположенности событий и самого Иуды. То есть да, наверно, так оно должно было произойти как-то. По крайней мере Господь говорит: «Не двенадцать ли Я вас избрал? но один из вас диавол.». И он знал, кто Его должен предать.

А. Митрофанова

— Мне кажется, что это, знаете, скорее Его способность, не про способность, а про свойство Бога видеть также, как мы видим настоящее, Его точно также видение всей линии одновременно.

Отец Александр

— Господь пытается даже каким-то образом отстранить его, дает ему кусок. То есть это знак особой милости, когда кто-то возглавляет стол. Одаряет участников трапезы чем-то сам, своей рукой, подает им пищу. И возможно этим жестом как раз Христос пытается удержать Иуду, показывает ему свое благоволение, расположенность своего сердца. Но, бывает так, что если люди черствы сердцем, то они наоборот ожесточаются.

А. Митрофанова

— Чем больше доброты проявляется к ним, тем больше им это причиняет боль.

Отец Александр

— да, да. И они пытаются снять с себя этот груз.

А. Митрофанова

— Поучительная история. Иуда, Иуда и Иуда, мы сегодня про трех, также, как про трех разных Иаковов говорили. Ну там-то как раз все грани подвига служения Господу. Вот пожалуйста, 3 Иуды, тоже 3 очень разных грани, вплоть до того, что, ну вот правда: «Блюдите, како опасно ходите», как это важно помнить, что такое может случиться с каждым из нас.

Отец Александр

— Да, несомненно, да. Это тоже такое предостережение. И в этом есть тоже, ну если не предопределение, то свое предназначение, смысл: вот именно так должно произойти. Ни кто-то должен из вне, ни в силу каких-то исторических обстоятельств или чего-то еще, а именно в середе Христа нашелся человек, который таким образом от Него отрекся.

А. Митрофанова

— Спасибо вам большое, отец Александр за ваши разъяснения, за то, что помогаете нам лучше понимать Священное писание. Протоирей Александр Прокопчук, клирик храма Трех святителей на Кулишках, преподаватель библеистики Православного Свято-Тихоновского Гуманитарного Университета был в нашей студии. И мы, отец Александр, с вами еще в пятницу встречаемся и продолжаем цикл бесед об апостолах, и в частности об апостолах-евангелистах вот в пятницу поговорим. Я, Алла Митрофанова, прощаюсь с вами. До свидания.

---

Все выпуски программы Светлый вечер

• «Корабли Российской Империи». Александр Музафаров
• «Ограничения и свобода в духовной жизни». Свящ. Анатолий Главацкий, Александра Мыздрикова, Никита Вятчанин
• «12-е воскресенье по Пятидесятнице». Священник Николай Конюхов

---

Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов