Поделиться
По словам Аллы Лёвушкиной, в работе врача главное — это любовь к людям. «Когда я начинаю лечить человека, для меня лично он уже делается близким», — говорила Алла Ильинична. Она ушла на пенсию в 91 год и до последнего рабочего дня оперировала. За свою жизнь Лёвушкина провела более десяти тысяч операций и всегда молилась о своих больных.
В юности Алла мечтала стать геологом, но после прочтения книги Викентия Вересаева «Записки врача» твёрдо решила поступать в медицинский. Несмотря на огромный конкурс (почти 70 человек на место), Лёвушкина успешно сдала экзамены во Второй медицинский институт имени Пирогова в Москве. После института оперировала в тувинской глубинке, отправляясь к пациентам верхом на лошади, потом вернулась в Рязань и работала в санитарной авиации, летая на вертолёте в самые отдалённые районы области, не страшась ни волков, ни непогоды. «Я не боялась, — рассказывала Алла Ильинична, — жизнь пациента была для меня важнее».
Под руководством какого знаменитого хирурга провела свою первую операцию студентка Алла Лёвушкина?
Доктор медицинских наук, профессор, академик и хирург Борис Васильевич Петровский оглядел студентов. Взгляд его остановился на девушке в белоснежном халате — маленького роста, с гладко зачёсанными под докторский колпак волосами. «Будете сейчас ассистировать мне на операции», — коротко сказал профессор. Глаза девушки вспыхнули радостью. Вслед за Петровским она зашла в операционную. Встала к столу — из-за низкого роста под ноги пришлось подставить скамеечку. Подала доктору скальпель. Он сделал пациенту разрез. На белоснежный халат девушки брызнула кровь. Профессор внимательно посмотрел на студентку — не испугалась ли? Но её лицо под медицинской маской оставалось спокойным и сосредоточенным. «Ну, считайте, что приняли боевое крещение в хирургии», — сказал доктор. Так вспоминала о своей первой операции российский хирург Алла Ильинична Лёвушкина.
Она ушла на пенсию в 91 год. До самого последнего дня оперировала. Трудовой стаж длиною в семьдесят лет, более десяти тысяч операций — Аллу Лёвушкину можно было бы занести в Книгу Рекордов Гиннеса. Вот только к рекордам она никогда не стремилась. Просто очень любила свою работу и людей. «Когда я начинаю лечить человека, для меня лично он уже делается близким», — говорила Алла Ильинична. До последнего её рабочего дня перед кабинетом в поликлинике, где Лёвушкина между операциями вела приём, сидела очередь. Пациенты любили доктора и доверяли ей свои жизни.
А ведь поначалу Алла Лёвушкина не собиралась связывать свою судьбу с медициной. В юности она мечтала стать геологом. Бродить по горам и лесам. Искать полезные ископаемые. Жить в палатке и сидеть по вечерам у костра. Но однажды ей в руки попала книга Викентия Вересаева «Записки врача». Алла прочла её, и всё изменилось. «Я думать ни о чём не могла, кроме медицины», — вспоминала Лёвушкина. После школы, в победном 1945-м, она отправилась из родной Рязани в Москву — поступать в медицинский. Но оказалось, что туда принимают только со столичной пропиской. Целеустремлённую девушку препятствие не смутило — наоборот, подстегнуло. В Москве у Аллы жила подруга. Она прописала девушку в своей квартире. И Лёвушкина, несмотря на огромный конкурс — почти 70 человек на место! — успешно сдала все экзамены и поступила во Второй московский медицинский институт имени Пирогова. Когда на последнем курсе пришло время определяться со специализацией, Алла единственная из всей группы выбрала хирургию. Работать после института отправилась в тувинскую глубинку. Жители района, куда её назначили врачом, пасли скот и вели кочевой образ жизни. Поэтому к пациентам Алла Ильинична отправлялась верхом на лошади. Лёвушкина вспоминала, как проводила первую самостоятельную операцию — фактически в полевых условиях, сверяясь со справочником «Неотложная хирургия». Тогда она спасла жизнь молодому человеку.
А через три года вернулась в Рязань. Устроилась в санитарную авиацию. На вертолёте летала в отдалённые районы области — иногда в самую настоящую глушь. Лёвушкина рассказывала, как однажды пилот вместо того, чтобы сесть, начал кружить над селом. Оказалось, он увидел поблизости стаю волков. «Сажайте вертолёт, там больной ждёт, срочная операция», — возмущалась доктор. «Я не боялась. Жизнь пациента была для меня важнее», — говорила Алла Ильинична.
А ещё она всегда молилась о своих больных. Перед операциями подавала в храмах записки о здравии. И пациентов просила благодарить Бога. Сама Алла Ильинична Лёвушкина считала, что только Господь мог даровать ей столь долгий век в любимой профессии. А в работе врача главным называла любовь к людям. «Любовь помогает. Во всём», — говорила она.
Все выпуски программы Жизнь как служение
Послание к Римлянам святого апостола Павла
Поделиться
Апостол Павел
Рим., 81 зач. II, 10-16
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Иногда апостол Павел в своих посланиях был вынужден тщательно проговаривать довольно очевидные вещи. К примеру, в звучащем сегодня во время литургии в православных храмах отрывке из 2-й главы Послания к Римлянам апостол Павел упомянул об отсутствии лицеприятия у Бога и о том, что нравственный закон вложен Богом в каждого человека, следовательно, нам всем придётся дать ответ за свои поступки. Давайте послушаем эти слова святого апостола, ведь они, несмотря на свою простоту и очевидность, никогда не утратят актуальности.
Глава 2.
10 Напротив, слава и честь и мир всякому, делающему доброе, во-первых, Иудею, потом и Еллину!
11 Ибо нет лицеприятия у Бога.
12 Те, которые, не имея закона, согрешили, вне закона и погибнут; а те, которые под законом согрешили, по закону осудятся
13 (потому что не слушатели закона праведны пред Богом, но исполнители закона оправданы будут,
14 ибо когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают, то, не имея закона, они сами себе закон:
15 они показывают, что дело закона у них написано в сердцах, о чем свидетельствует совесть их и мысли их, то обвиняющие, то оправдывающие одна другую)
16 в день, когда, по благовествованию моему, Бог будет судить тайные дела человеков через Иисуса Христа.
Читая Священное Писание, мы неоднократно сталкиваемся с упоминанием разделения человечества на две неравные части: на тех, кто знает закон, то есть на евреев, и на всех прочих — на тех, кто не знает и не живёт по данному Богом через Моисея закону. Это разделение — своего рода «красная нить» всей Библии.
Библия предлагает нам смотреть на мир глазами людей, знающих закон. Такой взгляд предполагает, что закон ставит человека в особенные отношения с Богом, из чего вытекает и то, что знание закона возвышает человека, делает его лучше того, кто закона не знает. Если первое следствие можно подтвердить словами Священного Писания, то подтверждение второго мы в Библии не найдём, потому что, сказав об особом отношении к знающим и исполняющим закон людям, Бог ничего не сказал о том, что такие люди лучше всех прочих.
Но, как мы понимаем, очень непросто найти человека, который не чувствовал бы своей исключительности. Поэтому апостол Павел был вынужден напомнить, что у Бога нет лицеприятия, а потому знание библейского закона и жизнь по нему никого не делают человеком высшего порядка, но накладывают ответственность.
Человек, знающий закон Божий, должен — и по мысли святого апостола, и по мысли всей Библии — становиться проводником Божией воли для всех людей. Такой человек не имеет права не быть миссионером: вся его жизнь должна быть возвещением благости, премудрости и благодати нашего Творца. К этому нас призывает Бог.
Если же человек живёт вне знания библейского закона, то к нему у Бога совсем иные требования, с такими людьми у Бога иной диалог, и не стоит думать, будто бы они окончательно отвержены от Бога.
Своими словами апостол Павел призывает нас задуматься о том, что всякий раз, когда мы говорим о себе как о христианах, нам стоит вспоминать не о собственном величии и не об особенных отношениях с Богом, а об ответственности, которую накладывает Бог на всех знающих Его. Если мы христиане, значит, мы Христовы, а потому должны являть образ Христов всей нашей жизнью. Пусть же Господь Всемилостивый поможет нам в этом!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 22. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Чаще всего мы думаем о Боге как о каком-то далёком от нас Существе. Есть мы — здесь, и есть Он — где-то там, не в нашем мире. Бог зачастую представляется человеку непонятным и даже в какой-то степени опасным, ведь Он может покарать за грехи, может внезапно умертвить, а то и вовсе отправить на вечное мучение в преисподнюю. Псалтирь предлагает нам совсем иной взгляд на Бога, а ещё она говорит о том, каким образом Бог из далёкого и чужого становится для человека своим и близким. Обо всём этом мы можем узнать из звучащего сегодня во время богослужения в православных храмах 22-го псалма. Давайте его послушаем.
Псалом 22.
Псалом Давида.
1 Господь — Пастырь мой; я ни в чём не буду нуждаться:
2 Он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим,
3 Подкрепляет душу мою, направляет меня на стезИ правды ради имени Своего.
4 Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной; Твой жезл и Твой посох — они успокаивают меня.
5 Ты приготовил предо мною трапезу в виду врагов моих; умастил елеем голову мою; чаша моя преисполнена.
6 Так, благость и милость Твоя да сопровождают меня во все дни жизни моей, и я пребуду в доме Господнем многие дни.
Прозвучавший только что псалом вышел далеко за пределы библейского мира, он стал достоянием европейской культуры; великие композиторы — к примеру, Бах и Шуберт — были настолько им вдохновлены, что положили слова псалма на музыку. И в самом деле, 22-м псалмом сложно не вдохновиться, ведь уже первая его строка рисует перед нами тот образ, на который не может не откликнуться сердце: «Господь — Пастырь мой; я ни в чём не буду нуждаться» (Пс. 22:1). Эта строка говорит о близости Бога к нам и о том, что мы все под Его защитой точно так же, как овцы под защитой заботящегося о них пастуха.
Однако вот что любопытно: говоря о Боге, эта строка псалма говорит о Нём как о ком-то внешнем. Мы слышим, что псалом, упоминая Бога, произносит слово «Он». Да, Бог заботится, Бог рядом, но с Ним нет прямого диалога. И вот происходит перелом: «Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной» (Пс. 22:4). Оказавшись в опасной ситуации, псалмопевец уже не говорит о Боге отстранённые, возвышенные, добрые слова — Бог из «Он» превращается в «Ты», начинается диалог с Богом, то есть начинается процесс познания Бога.
Действительно, зачастую для того, чтобы перейти от богословских рассуждений к богообщению, нам необходима серьёзная встряска. У каждого она своя: кто-то вдруг начинает видеть и болезненно переживать свои грехи, кто-то скорбит из-за потери близких, кто-то оказывается в опасной, безвыходной ситуации. Вариантов — масса, но все они ведут человека к тому, чтобы начать разговор с Богом.
Почему же нам нужна такая встряска? Почему мы не можем без неё? Вернее, так: почему почти нет людей, способных войти в общение с Богом без каких-либо потрясений? Почему для устранения дистанции между нами и Богом нам, как правило, необходимо пройти «долиной смертной тени»?
Вряд ли мы сумеем найти внятные ответы на эти вопросы. Но мы можем сделать другое — мы можем запомнить основную мысль прозвучавшего сегодня псалма: печальные и мрачные периоды нашей жизни способны обрести высший смысл в том случае, если они помогут устранить дистанцию между нами и Богом. Если это произойдёт, то Бог поистине станет нашим Пастырем, под водительством Которого мы обретём жизнь вечную.
Псалом 22. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 22. (Церковно-славянский перевод)
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 22. На струнах Псалтири
Поделиться
Псалом Давида
1 Господь — Пастырь мой; я ни в чем не буду нуждаться.
2 Он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим.
3 Подкрепляет душу мою; направляет меня на стези правды ради имени Своего.
4 Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла,
потому что Ты со мной; Твой жезл и Твой посох — они успокаивают меня.
5 Ты приготовил предо мною трапезу в виду врагов моих; умастил елеем голову мою; чаша моя преисполнена.
6 Так, благость и милость (Твоя) да сопровождают меня во все дни жизни моей, и я пребуду в доме Господнем многие дни.
