Поделиться
Он шёл по длинному коридору, с ненавистью смотря на зелёные крашеные стены, на старый пол, замечая проплешины в линолеуме и затёртую по углам грязь. Его всё раздражало. Повернув за угол, он буквально наткнулся на отца Вадима, своего давнего друга.
«Привет! У тебя всё в порядке, а то на тебе лица нет!» — участливо спросил священник.
«Да ладно, всё норм. Что-то просто поднакрыло».
«Ну, ты давай, не поддавайся унынию. С молитвой, с терпением — всё перемелется. Унывать — смертный грех, не забывай! Будь здоров и весел!»
Участливо похлопав по плечу, священник пошёл дальше.
«Нет, я просто сойду с ума, пока дойду! Как же меня всё достало!»
В открывшуюся дверь выбежал студент, за ним вышел молодой преподаватель.
«Здорово! Как жизнь?»
«Да так себе. Даже не знаю, что тебе сказать. Ни то, ни сё».
«Что-то давно ты ко мне на приём не приходил. Надо дальше копаться в детстве, разбираться, почему тебя так легко вбрасывает в нисходящую спираль. Сам ты с этим не в состоянии справиться. Сегодня как раз про это со студентами говорил. Сидели — не шелохнувшись».
«Круто! Поздравляю!»
«Помнишь, я тебе говорил: главное — фокус внимания. Не допускать проникновения мыслевирусов внутрь. Отслеживать их. И сразу уничтожать!»
«Ладно, хорошо. Постараюсь!»
Теперь надо было подняться на другой этаж, где находилась профессорская.
«Ой, Михал Терентич, вы что ли?»
Крупная женщина в белоснежном фартуке вышла из столовой с подносом.
«Я вас и не узнала: что мрачный такой?»
«Здравствуйте, Мария Игоревна! На смене?»
«Ну да».
И тут женщина пристально посмотрела ему в глаза.
«А ну-ка давай быстренько в зал! Там у окошка столик в резерве, садись».
«Да некогда мне. На совещание бегу. Разбор полётов будет! Не до еды».
Женщина перегородила дорогу.
«Не пущу! Не пущу, пока не поешь досыта! Знаю я вас!»
В её глазах виднелась решительность — и одновременно материнская ласка.
«Плюнь ты на них на всех, сядь, поешь по-нормальному! На тебе же просто лица нет, зелёный весь! Пойдём, пойдем давай!»
Без особого желания, но и не пытаясь сопротивляться, мужчина заходит в зал в сопровождении кухарки. На столике вскоре появляются закуска, салат, горячий ароматный суп с фрикадельками. Мария Игоревна, пожилая, но ещё не сильно состарившаяся женщина, садится напротив, улыбается, и довольная, смотрит на мужчину.
«Вот ты сначала поешь хорошенько, а потом и на совещание отправляйся. Пустое брюхо — не твой формат».
Откинувшись на спинку стула, Михаил Терентьевич допивает компот.
«А вы точно — какая-то чудотворица!» — с улыбкой говорит он, слегка распуская узел галстука.
«Я же шёл, злой, как чёрт — пока об вас не споткнулся!»
«Знаю, знаю! У меня муж был, как ты: голодный — злой, поест — другой человек. И когда я это поняла, мы и зажили счастливо. А то голову ломала: будто два человека в одном живут. А оказалось всё проще: физиология!»
Ловко взяв опустевший поднос, женщина унесла его на кухню.
Бодро поднимаясь по лестнице, Михаил Терентьевич думал: чего здесь больше — то ли физиологии, то ли простой человеческой любви?...
Будьте солнышками
Поделиться
Фото: Norexy art / Pexels
Еду ранним утром на работу и через лобовое стекло автомобиля наблюдаю за городом. Плотный туман, как приспущенный занавес, скрывает от моего взгляда верхние этажи домов. Небо такое низкое, что того и гляди коснётся макушек прохожих. Серое всё вокруг: асфальт, дома, брызги из-под колес и, кажется, моё настроение... Только красные стоп-сигналы впереди идущего автомобиля не потеряли цвет в эти часы.
Останавливаюсь на светофоре, взгляд падает на остановку общественного транспорта. Среди людей, что ждут свои автобусы, стоит маленькая девочка с мамой. Ей лет пять, на ней смешная шапка с ярким помпоном. Наши взгляды встречаются, и она широко мне улыбается. Будто солнышко в доли секунды согрела она своей улыбкой моё подмёрзшее сердце. И тут же на ум приходят слова святого праведного Алексея Мечёва:
«Со слезами прошу и молю вас, будьте солнышками, согревающими окружающих вас».
Как мало надо, чтобы согреть чьё-то случайное сердце! Доброе слово, сердечное внимание, искренняя улыбка. Точно! Обязательно передам эту солнечную улыбку кому-то ещё!
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
Варежка
Поделиться
Фото: Andrea Piacquadio / Pexels
Раннее утро встретило пустынной улицей, свежим снегом и уставшим рыжим светом фонарей.
— Ох, ну и морозно же! — сама себе пробубнила я под нос, стараясь не поскользнуться на заснеженной лестнице у подъезда. Пока торопливо шла до автобусной остановки, в ушах звучал скрипучий хруст снега вперемешку со словами, что вчера произнёс брат. Слишком уж разные у нас с ним взгляды на важные вопросы. Может, и не стоит вовсе в гости ездить, сократить общение. На расстоянии будто как-то проще...
С такими грустными мыслями дошла до остановки и не сразу заметила, что в кармане пуховика звонит телефон. Когда достала его, на экране светилось уведомление о пропущенном звонке. Звонил брат. Но разговаривать после вчерашних разногласий не хотелось.
«Напишу, что перезвоню позже», — подумала я и сняла варежку, чтобы набрать текст сообщения. Однако уже на слове «привет» почувствовала, что пальцы закоченели. Собрала их вместе и нырнула рукой в белую шерстяную рукавицу с вышитым на ней красногрудым снегирём. Пальцы потихоньку начали отогревать друг друга.
А потом пришла мысль, что не сама варежка согрела пальцы. Она лишь помогла сохранить собранное по крупицам отдельное тепло каждого. Так и в семье сила — в единстве, подумала я и набрала номер брата...
Текст Екатерина Миловидова читает Алёна Сергеева
Все выпуски программы Утро в прозе
Как Матрона Московская в гости позвала
Поделиться
Фото: Erke Baytokaeva / Pexels
Из нашего окна открывается красивый вид на храм. По утрам я люблю наблюдать, как первые лучи солнца сначала робко, а затем в полную силу окутывают его тёплым светом. Эта церковь напоминает мне Покровский монастырь в Москве, где покоятся мощи святой Матроны Московской.
В прошлом году моей жене Людмиле довелось несколько дней работать недалеко от этого места.
— Обязательно нужно дойти и приложиться, — звонила она мне по утрам, видя, как реки паломников стекаются к святой. Но вечером возвращалась в расстройстве:
— Весь день в делах, ни минутки свободной. А когда закончили — уже и поздно в монастырь идти.
Так прошло несколько дней. Вот она святыня — совсем рядом, а пойти помолиться и приложиться никак не получается. Потом и вовсе настало время уезжать. Оставалось несколько часов до поезда, а супруга остановилась в районе станции метро Семёновская.
— Раз к Матроне не успеваю, зайду в ближайший храм перед дорогой, — написала мне жена.
Вскоре от неё пришло радостное сообщение:
— Представляешь, захожу в церковь Дмитрия Солунского на Благуше, а там рака с мощами Матронушки, и акафист ей совершается. Чудо и радость! И помолилась, и приложилась.
Вот так иногда не получается исполнить желаемое, а Господь увидит стремление сердца и пошлёт неожиданную радость и утешение, когда оно особенно нужно.
Текст Татьяна Котова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
