Поделиться
У нас в гостях был духовник Алексеевского женского монастыря в Москве протоиерей Артемий Владимиров.
Мы говорили о том, что может становиться причиной размолвок между братьями и сестрами в семье, есть ли у этого духовные составляющие, и как родителям строить отношения с детьми, чтобы у них не возникало ревности и ссор, и они продолжали понимать, и любить друг друга во взрослом возрасте.
Тутта Ларсен
– Здравствуйте, друзья, вы слушаете «Семейный час» Тутты Ларсен на радио «Вера». У нас в гостях старший священник и духовник Алексеевского женского монастыря в Москве, член Патриаршей комиссии по вопросам семьи и защиты материнства и детства, педагог, протоиерей Артемий Владимиров. Здравствуйте, батюшка.
Протоиерей Артемий
– Приветствую вас, друзья, в преддверии Вербного воскресенья.
Тутта Ларсен
– Спасибо. Сегодня тоже у нас праздник, Лазарева суббота.
Протоиерей Артемий
– И еще какой.
Тутта Ларсен
– И один из моих любимых, не в последнюю очередь потому, что одну из героинь событий, предшествующих этому празднику, зовут Марфа, сестра Лазаря. И мою дочь тоже зовут Марфа. И, в общем, Марфа сестра Лазаря всем Марфам положила начало в жизни.
Протоиерей Артемий
– Безусловно. Позвольте передать вашей Марфе, чтобы она соединила в себе и деятельную, динамичную натуру Марфы, и созерцательное начало Марии.
Тутта Ларсен
– Мне вот интересно, конечно, в евангельском сюжете про Марфу и Марию, про то, как одна суетилась и накрывала на стол, и готовила, обхаживала гостей, а вторая сидела и слушала Христа, есть такая какая-то немножечко бытовая зарисовка о том, какие отношения, наверное, были у этих сестер, как они между ними складывались. И понятно, что обе они очень сильно любили своего брата Лазаря и, наверное, в их семье такое понятие как ревность между братьями и сестрами вряд ли могло всплывать, да? Потому что они были люди благочестивые и, наверное, каждый знал там свое место и между собой они должны были общаться каким-то очень корректным образом.
Протоиерей Артемий
– Нужно еще сказать, что в далекие библейские времена, а это было детство человечества, хотя, с другой стороны, Христос пришел уже под занавес мировой истории, люди отличались куда большей простотой, безыскусностью, каким-то таким природным...
Тутта Ларсен
– Смирением?
Протоиерей Артемий
– Смирением, кротостью, чем мы, сложные продукты урбанистической культуры. И очень часто мы смотрим на евангельских героев и персонажей из нашего не очень прекрасного далека. В этом смысле, я совершенно убежден, что там не было скрещивания копий между Марфой и Марией. Это было действительно святое семейство, иначе бы Христос не отдыхал там душой, приходя в Вифанию после дня проведенного в Иерусалиме, где пресловутые книжники и фарисеи просто устраивали такое ток-шоу – простите за современную реалию, – пытаясь задеть Спасителя, выискать противоречия в Его словах. Вот, например, как я воспринимал Евангелие: Спаситель воскресший является на Тивериадском озере Петру, восстанавливая его в достоинстве апостольском, говоря: «Следуй за Мной». А Петр, оборачиваясь, видит Иоанна, который где-то идет вдалеке и говорит: «Господи, сей же что?» – а вот этот что? И мне всегда казалось, вчерашнему пионеру, тоже у меня есть брат-близнец и мне очень нравится еще не объявленная нами тема о взаимоотношении сестер или братьев. Мне казалось, что Петр сказал: «А он-то что? Я вот иду за Тобою, а почему он без разрешения...» А, оказывается, все наоборот. Петр, человек, конечно, не лишенный до того, как Дух Святый осенил его в полноте, человеческих черточек и каких-то, может быть, отрицательных. Но он от любви говорил: «А как же Иоанн? Я вот иду за Тобою. А что же Твой любимый ученик, останется вдалеке?» Ну, вернемся с вами к теме нашего собеседования.
Тутта Ларсен
– Но даже ведь и в этом сюжете про Марфу и Марию мы видим, что Марфа испытывает некое раздражение в отношении своей сестры, которая ей не помогает. И она как-то ее даже немножечко так упрекает в том, что, мол, ты что сидишь-то, вставай, вообще народу сколько, я тут одна, значит, суечусь, а ты вообще не обращаешь внимания на то, что я делаю.
Протоиерей Артемий
– Думаю, что на месте Марфы вы или я точно почувствовали, как этот червячок...
Тутта Ларсен
– Конечно.
Протоиерей Артемий
– Там где-то шевелится
Тутта Ларсен
– Раздражение.
Протоиерей Артемий
– В присутствии такого высокого гостя, каким был и есть Богочеловек Иисус Христос, Марфа, может быть, и не допускала греховного раздражения. Но чувствуя, что она уже сбивается с ног, у нее не хватает рук, она обратилась к Господу как высшей инстанции. Может быть, Мария ей что-то ответила по своему. «Господи она оставила меня одну», – может быть, это была кроткая, как у ягненка, такая безвинная жалоба. Тем не менее, конечно же, этот эпизод вполне может быть для нас с вами отправной точкой для исследования столь тонкой материи, как взаимоотношения ближайших родственников – детей своих родителей.
Тутта Ларсен
– Но прежде, чем мы с вами окончательно перенесемся в день сегодняшний, я хотела еще спросить про древнего человека и ветхозаветного. Вот вы говорите, что они были более кроткими и смиренными, но ведь самые первые жуткие истории про ревность мы видим как раз в Ветхом Завете – Каин и Авель, Иосиф и его братья...
Протоиерей Артемий
– Да.
Тутта Ларсен
– И даже у сыновей Ноя вот, там у Иафета и...
Протоиерей Артемий
– Иафет, Сим, Хам.
Тутта Ларсен
– Да. С Хамом как то отношения в итоге не очень хорошо сложились.
Протоиерей Артемий
– А значит, под небесами новое – это Воскресение Христово, которого мы сейчас чаем и благодать Святого Духа, которая должна выровнять и украсить человеческую природу. И освободить ее от тех страстишек, амбиций, немощей, о которых мы сегодня обязательно должны поговорить. Потому что на земле мы живем, ничто человеческое нам не чуждо. И оказывается, что от первых дней существования человеческого рода согрешившего, Авель и Каин, страшная чудовищная зависть, положившая начало человекоубийству, до каких-то конфликтов и разборок, которые мы как родители знаем и с которыми сталкиваемся, может быть, не один раз в неделю, история повторяется и, следовательно, передача наша имеет очень актуальное значение.
Тутта Ларсен
– Ну и поговорим тогда все-таки сегодня о том, как вырастить детей, чтобы они любили друг друга, чтобы они минимизировали свою ревность по отношению друг к другу, научились друг другу помогать и во взрослом возрасте остались близкими людьми. Потому что сплошь и рядом, конечно, сейчас мы видим жуткие ситуации, когда родные люди ссорятся, ругаются из за какой-то наследственности, из-за каких-то квартир...
Протоиерей Артемий
– О, да...
Тутта Ларсен
– Из-за политических взглядов.
Протоиерей Артемий
– Это пробный камень, проверка на вшивость. Но мне эта тема страшно интересна, потому что я близнец и, стало быть, материал для нашей передачи буду черпать не в энциклопедии Брокгауз и Ефрон, а в воспоминаниях детства. Помнится, как мы трехлетние малыши, Митенька и Тёмочка, сидим на даче, на веранде, вдруг пчела кусает Митеньку, белокурого моего братика-близнеца. Кусает его в плечико, он орет, кричит. Вокруг бабушка, мама, еще и родственники: «Митенька! Митенька!», тот плачет. Вдруг завопил Тёмочка, то есть я.
Тутта Ларсен
– Которого никто не кусал...
Протоиерей Артемий
– Которого никто не успел, по счастью, укусить, но который был укушен осой ревности. Как так: внимание вокруг пострадавшего Митеньки, а я, а мне?! Бросаются ко мне. Родители: «Что? – Оса». Я думал, что это была оса. «Куда укусила? В щеку? – Нет! – В шею? – Нет! – В язык? – Нет! – Куда же? – В волосики». Вот представьте себе, что эти нотки у нас минорные звучали. Но, по счастью, родители и бабушка, Любовь, так по-умному перераспределяли свое внимание и любовь, что наши конфликты носили исключительно мирный, милый характер, что я уже даже успел, как 96-летняя батюшка, запечатлеть в книге мемуаров «С высоты птичьего полета».
Тутта Ларсен
– Если у детей не складываются отношения в семье, кто в этом виноват? Родители?
Протоиерей Артемий
– Конечно. Родители причастны к этому. Потому что иногда встречаясь, как священник я сужу по исповедальному опыту, со случаями явного предпочтения, когда папа или мама, чаще это мама, не борется с почему-то возникшей таким перевесом чувством внимания к одному – вот любимая дочка, младшая, а старшая постылая, замечаю, что ребенок, чувствующий эту несправедливость и никогда не имеющий возможности ее осмыслить и понять, часто вырастает каким-то ущербным, с перекошенным нравственным чувством, иногда с обидой на весь мир. Недолюбленные дети не верят в любовь с большой буквы.
Тутта Ларсен
– Ну и, как правило, именно страдают старшие дети от этого, да, то есть они такой пробный полигон для всех родителей, на котором испытываются всевозможные там педагогические ошибки и методы, а младших просто любят, потому что они есть.
Протоиерей Артемий
– Я бы сказал, что и мужья страдают. Потому что если хорошая мама, мотивированная мама прилепилась всей душой, умом и телом к своей кровиночке-слезиночке, то забытый папа сначала вдруг лишается оптимизма, потом начинает как-то холодеть, зеленеть, и последствия могут быть худые. Не будем забывать, что папа это еще один ребенок в семье.
Тутта Ларсен
– О, это точно. Но, действительно, я знаю очень многих женщин, которые ожидая второго ребенка или только думая о том, чтобы в их семье было больше одного ребенка, боятся, что у них не получится равномерно распределить свою любовь и материнское внимание на всех детей. Потому что я так люблю своего первенца, а это уже такая другая история, я так его люблю, что я не представляю себе, что я могу любить еще одного ребенка.
Протоиерей Артемий
– Чем больше детей в семье, тем меньше проблем на почве ревности, потому что семья с большим количеством детей это своего рода английская мануфактура с разделением труда, где каждый занят своим делом. Но вот интересно, я буквально вчера посетил одно православное семейство, там мама ожидает едва ли не в Вербное воскресенье, то есть завтра, второго. Причем мама православная принципиально отказывалась узнать пол младенца, хочет, чтобы это было Божие чудо. А двухлетняя малышка, Сашенька, до последнего времени спала вместе с мамой в одной комнате. И мама специально просила у батюшки Артемия благословение (он как доктор Спок – своих детей не имеет, но раздает советы направо и налево), просила благословение Сашеньку отделить...
Тутта Ларсен
– Отселить.
Протоиерей Артемий
– Чтобы ребенок научился спать отдельно.
Тутта Ларсен
– Еще рано, два года.
Протоиерей Артемий
– Ну, вопреки ожиданиям, Сашенька так полюбила философское свое уединение, видимо, хочет чувствовать себя взрослой. Но главное, что мама готовит Сашу, показывает ей на свое пузико, говорит, вот, скоро появится у тебя то ли братик, то ли сестричка и как нам нужно будет много с тобой трудиться, чтобы ребеночек не чувствовал ни в чем недостатка. В этом смысле, моя любимая педагогическая мысль, идея служения, она-то и объединяет и маленьких, и взрослых, когда мы все служим, скажем, младенчику, и старшая девочка или братик вносит свою лепту в это трогательное служение, тогда лукавому труднее запудрить мозг маленькому члену семьи.
Тутта Ларсен
– Но, с другой стороны, это нечестно. И я объясню свою мысль.
Тутта Ларсен
– Вы слушаете программа «Семейный час» Тутты Ларсен на радио «Вера». А у нас в гостях протоиерей Артемий Владимиров. Говорим о том, как избежать ревности между детьми в семье. Так вот, ведь от того, что в семье появляется второй малыш, двухлетняя девочка не перестает быть малышом.
Протоиерей Артемий
– Конечно.
Тутта Ларсен
– Она автоматически не становится взрослой, несмотря на то, что де факто она старшая сестра. Она еще в том возрасте, когда ей хочется и на ручки, и с мамой в одной кровати поспать, и чтобы ее покормили с ложечки или покатали в коляске или даже сисю дали, простите. А тут вдруг сразу автоматом появляется младший, и ей как-то надо неожиданно автономную какую-то вот новую форму, новую роль в семье играть, к которой она, может быть, и не готова. И мне кажется, что родители очень часто этим злоупотребляют. А еще вот злоупотребляют тем трудом по уходу за младенцами, который они накладывают на старшего ребенка: «Вот родится, ты будешь гулять, будешь менять ему подгузник, будешь за ним там штанишки стирать». С чего это вдруг вообще? Если ребенок хочет участвовать, конечно, его можно привлекать, ему можно подсказывать, помогать, просить его о помощи. Но как-то вот ставить его сразу в такую роль воспитателя...
Протоиерей Артемий
– Давать ему трудодни.
Тутта Ларсен
– Да, да, мне кажется, это прямо очень несправедливо.
Протоиерей Артемий
– Выдавать талоны на питание.
Тутта Ларсен
– Вот мне кажется, что это и есть один из путей к ревности.
Протоиерей Артемий
– В этом отношении, конечно, крайности всегда опасны, и что не в меру, то от лукавого. И, безусловно, материнское чувство и чутье должны бы подсказывать каждой умной мамашке, как с водою не выплеснуть первого ребенка. Безусловно, дать пендаля – простите за такое натуралистическое выражение, – это противоестественно. Вот наша мама, мы у мамы близнецы, в этом смысле баланс был соблюден, всегда кормила нас, держа правой и левой рукой. Мир делился для нас на совершенно равные доли: луна словно репа, а звезды фасоль, тебе половина и мне половина. Но вот такая сцена. Не рассказывал ли я о ней раньше? Мы, Митенька и Тёмочка, сидим подле старшего брата. Старший брат – на пять лет старше это уже гигант, какой-то российской демократии, – взяв хлебцы турецкие, были такие сладости, философски отправляет их один за другим к себе в уста, в рот. А мы, как два щеночка, смотрим на него...
Тутта Ларсен
– Провожаем взглядом...
Протоиерей Артемий
– Как на олимпийское божество, и ничуть не ревнуем. Вот старший брат – такая ему благодать: пожирать у нас на глазах турецкие хлебцы. Благо, бабушка, она была еще дворянского происхождения, проходя мимо, увидела эту немую сцену, и турецкие хлебцы были тотчас экспроприированы в пользу народных масс. Мы в этом смысле, Митенька и Тёмочка, иногда подревновывали друг ко другу, но это носило скорее смешные формы. Представьте себе, что бабушка всегда приносила что-то вкусненькое, это на три кучки делилось мгновенно: Остап Ибрагимычу, Шуре, мне. И при этом считалось, что нужно непременно съесть свою кучку, всё и сразу. Я был мальчик похитрее, полукавее, наверное. Скажем, из трех антоновских яблок съедал одно, а два, как бурундучок, в свою кровать с тем, чтобы вечером, накрывшись одеялом, все это употребить. И вот едва лишь раздался в детской комнате такой хруст, чавканье, Митенька – он пианист, очень творческая натура, встает, срывает одеяло, зажигает свет. И я лежу на правом бочке и так поджевываю эти яблоки. Он выпрастывает свой указательный палец, как вот с плаката «Ты записался в добровольцы?» и кричит, что есть силы: «Берегун! Берегун! Берегун!» Вот это слово «биригун» – через два «и» – стало самым страшным ругательством, которое бытовало у нас в нашем детском общении.
Тутта Ларсен
– Ну я помню, у нас тоже с сестрой были очень сложные отношения. Притом что я была старше ее на девять лет и, казалось бы, я уже взрослая совсем и должна бы что-то понимать и умная. Но мама утверждает, что это не так, а у меня как-то так сложилось, что первые там два года жизни она висела практически на мне. И когда мои одноклассники шли гулять, прыгать через скакалку или там висеть вниз головой на деревьях, мне надо было сидеть с сестрой или выгуливать ее, или ходить ей там за каким-нибудь молоком в магазин, или что-то там такое. Мама говорит, что это были эпизодические ситуации, но как-то в детстве все же утрируется.
Протоиерей Артемий
– Так ей казалось.
Тутта Ларсен
–Да. А мне кажется, что это прям вот было вообще, такая обуза была.
Протоиерей Артемий
– Онлайн.
Тутта Ларсен
– Да. И, конечно, мне было очень сложно как-то ее полюбить, вообще принять вот ее как какую-то радость в семье, для меня это был просто какой-то интрудер такой, кто-то, кто пришел в мой мир. Я была девять лет одним единственным ребенком, меня все обожали, любили, и все было мне, а тут вдруг появляется вот это вот маленькая вопящая штучка, и все внимание ей. А мне повесили ключ на шею, и иди, сама занимайся своими делами и проблемы свои сама решай. И мы с сестрой реально были страшно друг от друга далеки. Потом я уехала в университет, когда ей только-только исполнилось 7 лет. И я приезжала раз в год и ну видела, какая-то там мелочь пузатая бегает вокруг. Когда я поняла, что у меня реально есть сестра и она интересный человек, ей уже, наверное, лет 14 исполнилось. Как-то я один раз приехала погостить к ним туда в Донбасс, еще мирный. И вдруг я вижу девушку такую интересную, с каким-то разумением, с какой-то своей внутренней философией, очень интеллигентную, очень приятную. И тогда мы только подружились.
Протоиерей Артемий
– Большое видится на расстоянии.
Тутта Ларсен
– Да. И вот я не знаю, отчего не получилось у меня быть хорошей ей старшей сестрой, когда она была маленькой. То ли мне не хватило какого-то чувства, не знаю там, любви какой-то.
Протоиерей Артемий
– Может быть, родителям было некогда все-таки эту тонкую материю...
Тутта Ларсен
– Может быть, что-то родители недодали...
Протоиерей Артемий
– Дитя все равно нуждается в мотивации, в утешении. И я имею в виду, старшая девочка должна была бы получать даже похвалу от мамы с тем, чтобы она чувствовал себя, девочка, что она вот такая умничка, бывает, и похвалить нужно, лишь бы человек не залезал в бутылку какой-то обидчивости.
Тутта Ларсен
– Вот такого не помню, честно говоря, хотя, наверняка, хвалили. Но просто есть еще вот такая истории, особенно когда ребенок сильно старше, и вот считается, что ребенок там 9–10 лет, он уже должен понимать, что если маленький хочет твою игрушку – отдай, если маленький лезет в твою комнату или на твою кровать, или в твой шкаф, в твою тумбочку – позволяй. Почему? Тоже здесь, мне кажется, родители совершают большую ошибку, не защищая личное пространство старшего ребенка, его вещи какие-то. Ну, он имеет полное право не делиться игрушкой, если он не хочет ее отдавать.
Протоиерей Артемий
– Мне приходится раз в неделю исповедовать малявочек в Марфо-Мариинской обители, Елизаветинской гимназии. Представьте себе, что старшие девочки часто рассказывают о том, что они никак не могут наладить взаимоотношения с маленьким братцем или сестричкой именно и по тому поводу, который вы сейчас красочно в немногих словах описали. И не выбивая клин клином – нет, ты должна! да как тебе не стыдно! – понимая, что сердце старшего братика или сестрички это еще не святое сердце, я всегда предпочитаю сказать: ну ты уже такой большой или большая, тоже, конечно, нельзя ребенку удовлетворять каждый его каприз, нужно выстроить границы. Но блюди, держи достоинство. Как старшая сестра ты уже не можешь махать руками или царапаться, вразумляй свое дитя. Слово «нельзя» имеете в твоих устах большую силу, но будь корректной, привыкай к благородной сдержанности. Ну и, конечно, так вот вразумив свою егозу, все-таки и в лобик поцелуй, и скажи: «Ах ты, мой солнечный зайчик!» В этом смысле, конечно, любовь может быть и взыскательная, любовь не должна разбаловывать и развинчивать, превращая такую малютку во все проникающую уховертку, которой отказа ни в чем никто дать не может. И, безусловно, свобода это знание своего обода, знание своей компетенции и границ этой компетенции в той окружности, которую обрисовали нам родители.
Тутта Ларсен
– Еще есть такая проблема, что родители вмешиваются в конфликты детей и, так получается, что автоматически принимают чью-то сторону, тем самым усугубляя проблему.
Протоиерей Артемий
– В соответствии с пристрастиями своими.
Тутта Ларсен
– Да. И очень многие современные психологи и педагоги говорят, что если нету угрозы там здоровью и жизни, оставьте детей разбираться самостоятельно. Они должны учиться выстраивать между собой отношения, тогда и это тоже профилактика детской ревности. Что вы об этом думаете?
Протоиерей Артемий
– Я думаю, что родители это какая-то надзирающая инстанция, это какой-то многоочитый херувим, который и присутствуя и отсутствия, боковым зрением -особое, кстати, педагогическое свойство боковое зрение, – бабушка или мама, конечно, эту зону турбулентности отслеживает, на родительском радаре должны быть запечатлены все движения малыша-голыша. Но, безусловно, наверное, идеальный подход, это когда старший ребенок, чувствуя вес своего возраста, своего статуса, подражая родителям в лучших их чертах, представляет собой такую миротворческую силу и, таким образом, помогает младшему оформляться, но не переступать рубикона. В этом отношении мне всегда вспоминается моя любимая теща, уже отошедшая в лучший мир. Я уже тут хвастался как-то в соответствующих передачах, что за 19 лет нашего пребывания с ней, она никогда не участвовала в разборках каких-то, маленьких и не очень маленьких, наших с супругой. Будучи светским человеком, она имела удивительно тактичное такое чувство и мудрость, говоря: «Дети мои, не я нашла вас и соединила в этом холодном и жестоком мире. Не я произносила обеты взаимной верности и любви. Разбирайтесь, это не мое дело. Я пошла пить чай и я пошла смотреть телевизор». И в реальности далеко не каждая мама способна к такой философии неотмирной. И, конечно, думаю, что родители просто должны напоминать старшему о его достоинстве, о его ответственности за младшего братика или сестричку. Но необходима, на мой взгляд, всегда какая-то доля благодушия, юмора. Дело взрослых смягчать все эти страстишки, маленькие они кажутся нам смешными. Так вот и батюшка подчас, в гуще народной жизни пребывающий, разнимает прихожан, по крайней мере, на супругов смотрит: цып-цып-цып, мои цыплята. Ну давайте-ка посмотрим, что это у вас тут уголки губ так предательски вниз опущены? Дай Бог, чтобы наши родители были такими большими белыми птицами, которые витают над семейным гнездом, иногда гаркнут, иногда улыбнутся, но никогда не переступают, не нарушают закона любви, не лишают детей тепла своего сердца.
Тутта Ларсен
– Вы слушаете программу «Семейный час» Тутты Ларсен на радио «Вера». А у нас в гостях протоиерей Артемий Владимиров. Мы продолжим нашу беседу буквально через минуту.
Тутта Ларсен
– Вы слушаете программу «Семейный час» Тутты Ларсен на радио «Вера». У нас в гостях старший священник и духовник Алексеевского женского монастыря в Москве, член Патриаршей комиссии по вопросам семьи и защиты материнства и детства, педагог, протоиерей Артемий Владимиров. Говорим сегодня, в Лазареву субботу, о ревности между детьми. Хотя вот вы сами говорите о том, что никакой особой детской ревности, наверное, такой не существует и выделять ее как какой-то отдельный вид проблем в семье смысла нет. Потому что ревность, она и есть ревность, будь то ревность между детьми или взрослыми. Вы сами проводите параллель со своими взрослыми прихожанами.
Протоиерей Артемий
– Но, тем не менее, неприятно и даже возмущение вызывает, когда, скажем, пяти шестилетний уже великан, вдруг, не дай Бог, ударит
Тутта Ларсен
– Малыша.
Протоиерей Артемий
– Годовалого малыша. И, безусловно, мы смотрим на проявление этих страстей, как на некоторый зародыш, который потом может развиться в невесть что. Я вот вспоминаю своего высокоинтеллигентного дедушку, потомка шотландского пирата, знаменитого поэта орнитолога Павла Барто, счастливого обладателя первой жены, Агнии, взявшей себе его фамилию, потом он венчался на моей бабушке. Дед мой был наполовину немец, наполовину англичанин, наполовину русский. Он был эстет, у него в доме каждая ложечка знала свое место. Но впоследствии я узнал, что он со своим братом, тоже почившим уже, Ростиславом Барто, очень хорошим пейзажистом и сестрой Евгенией Барто – они все такие красивые, рафинированные, эстетические, этические люди, утонченные, – вот он практически не общался и между ними не было диалога. И, на мой взгляд, конечно, это страшная беда, когда родственники теряют язык общения в детстве и чуть ли не до гроба превращают свое общение в холодный дом, где каждый смотрит в свою сторону. А уж наследство, о чем вы упомянули... Не дай Бог, мы будем с вами помирать и сделаем какую-то ошибку в распорядительном документе. К сожалению, для меня, священника, это просто больной вопрос. Я вижу, что, наверное, из ста человек ну наверное три-четыре способны приподняться над ситуацией и, так сказать, простить какую-то несправедливость. Мне говорят: «Батюшка, ну а что, в суд что ли обращаться теперь?» Да лучше в суд обратиться к третейском судье, арбитраж, это инстанция как раз для того и введена, чтобы оставить позади свои страсти, свои эмоции и довериться...
Тутта Ларсен
– Закону.
Протоиерей Артемий
– Суждению и решению, вердикту, который не исходит из частных интересов, но смотрит на общую пользу.
Тутта Ларсен
– Вы говорили о ситуации, в которой старший ребенок бьет младшего. А ведь очень часто взрослые опять же разгуливают такие конфликты, дав по попе старшему. И сами не понимая того, насколько они противоречат вообще эффекту, который они хотели бы получить. Нельзя бить маленького, поэтому я побью тебя за то, что ты бьешь маленького. И ведь, наверное, вот мои дети никогда не дрались и никогда не били друг друга, хотя Лука очень троллит Марфу, он ее очень тонко изводит...
Протоиерей Артемий
– Ого!
Тутта Ларсен
– Он умеет это делать и притом
Протоиерей Артемий
– Не без лукавинки.
Тутта Ларсен
– Да, он, несмотря на то, что он обожает младшего, настолько же он вот имеет массу претензий к Марфе за то, что она лишила его тоже вот этой пальмы первенства и единственности в семье. И он, ну по-разному, если, например, какие-то третьи лица ее обижают, он за нее вступится, но сам он имеет эксклюзивное право ее низводить и укрощать. Но никогда не было агрессии вот такой открытой, чтобы человек дрался или как-то прямо делал какие-то гадости исподтишка, там прямо вот подлые какие-то вещи делал. Да, он все-таки все это делать открыто, с открытым забралом. И я отношу это к плюсам нашего воспитания, наверное.
Протоиерей Артемий
– Ну да.
Тутта Ларсен
– Хотя совсем обойтись без ревности у нас не получается, видимо, мы все равно где-то совершаем ошибки. Но ведь то, как ребенок себя ведет, он же этому все равно учится у взрослых.
Протоиерей Артемий
– Безусловно. Я вспоминаю свое детство, мы никогда не дрались с братом близнецом до крови. Вот нам купили одинаковые шлепанцы, только у меня был синенький кантик, а у Митеньки красный кантик. Почему у него красный, а у меня синенький? Почему-то меня огорчило это. Митенька терпел мои завывания. И как от широкого сердца кинет в меня: «Да подавись! Вот тебе с красным кантиком!» И попал мне по переносице, так что у меня нос стал курносым. Я успокоился лет в 27–28, когда мне объяснили, что слегка вздернутый носик это страшно модно. А вот, скажем, соседнее семейство наших родственников по фамилии Круг, Круги – это основатель энергетического института, был такой обрусевший немец. Вот наши сверстники, они, два братца гигантского роста двухметрового, устраивали такие кулачные бои, нам даже было страшно. И я думаю, что все-таки заквашивается градус общения и в конфликтных обстоятельствах, и в дружестве, конечно, атмосферой родительских сердец. И мы, родители, думаю, все-таки должны быть по призванию педагогами. Совершенно правильно вы говорите: если вдруг какого-то ребенка старшего делают козликом отпущения, у него презумпция виновности, во всех конфликтах спрос с тебя, ата-та тебе, пойди вон, подумай. И когда нарушается элементарная справедливость, безусловно, эта язвинка обиды заходит в сердце, оно холодеет, как у Кая. И сколько должно пройти времени, вот в вашем случае вам надо было закончить высшее учебное заведение, уже стать самостоятельной мыслящей личностью, чтобы, приехав на малую родину свою, вдруг в 14-летней пигалице разглядеть личность, когда от вас уже отошли эти легкие обиды. Конечно, ситуация семейная требует постоянного прогрева и того юмора, того благодушия, той теплой улыбки, когда как кот Леопольд: «Ребята, давайте жить дружно!» – родители, мама в подоле своей юбки или уж, по крайней мере, прицепив к джинсам одного и другого гусенка, старается их как-то растеплить сердце с тем, чтобы в будущности, во взрослую жизнь киндеры вошли союзниками, а не вечными оппонентами.
Тутта Ларсен
– Ну вот поневоле напрашиваются вопросы: зачем тогда вообще рожать других детей, если вот у тебя уже один? Нет второго ребенка – нет и ревности. Или, наоборот, нарожать их столько, что уже не знаешь сам, сколько их есть и, в общем, уже на это все не обращаешь внимания, как они там хотят, так пусть сами свои отношения и выстраивают.
Протоиерей Артемий
– Понимая искусительный характер вашего вопроса, я бы хотел вам подыграть. Может, вообще без детей обойтись, тогда...
Тутта Ларсен
– Тоже вариант.
Протоиерей Артемий
– Тогда и передачу не нужно такую вести. Нет человека – нет проблем воспитания. Но хочу сказать в пользу многодетных семейств. Я вот уже поделился мыслью об английской мануфактуре. Должен признаться, что большинство семейств, которые я знаю, многодетных, они согреты родительской любовью и папы, и мамы. Как правило, дети в этих семействах куда более понимания, человечности, снисходительности, своего рода взрослости обнаруживают друг к другу. Я вот, честно говоря, размышлял о проблемах одного, двух, трех детей. В частности, у меня сформировалось размышление такое, что если уж искать невесту, то лучше бы ее искать в семействе многодетном, ну по крайней мере, где было бы двое детей. Уж если она одна, такая принцесса на горошине – румяна, величава, – скажи, зеркальце, мой свет, краше меня, наверное, нет... Я вот, надо сказать, женился на феноменальной женщине, своей нынешней матушке. И вы знаете, 35 лет понадобилось прожить в венчанном браке, чтобы мне две недели тому назад получить первый комплимент от своей супруги. Она была единственной дочкой, папа ее любил так, что каждое утро стоял стаканчик с какими-то земляничными кустиками или фиалочками какими-то. Вот 35 лет спустя, матушка мне доверительно сказала (я надеюсь, что она не слушает сейчас мою передачу): «Отец Артемий, я очень счастлива, – примерно так, – что мы с тобой встретились в этом мире. Я, наконец, оценила тебя как писателя. И я считаю, что ты состоялся как муж». Вот я с тех просто летаю.
Тутта Ларсен
– Ох, слава Богу!
Протоиерей Артемий
– Летаю. И поэтому тем молодым, кто нас слушает, особенно родителям, у которых детки там ссорятся – нужно только выучиться ждать. Нужно быть спокойным и упрямым. 35 лет спустя на дом снизойдет тишь и гладь, и Божия благодать. И скупые телеграммы с неба вы получите, как я получил свою телеграмму ослепительного счастья.
Тутта Ларсен
– Ну, так это 35 лет ждать, это еще и дождаться надо. А вдруг они там друг друга порешат в своих конфликтах эти дети.
Протоиерей Артемий
– Ну, пусть детки будут у нас солнечными зайчиками. И будем только помнить, что в сообщающихся сосудах уровень жидкости одинаковый. Если, скажем, мама работает над собою, чтобы быть отходчивой, чтобы не таить в сердце тот яд, который иногда проникает в нас вместе с какой-то инвективой, то есть каким-то обидным словом; если мы стараемся в ответ на чужую раздражительность отвечать улыбкой – как говорили в старину, огонь чужой раздражительности заливай водой кротости и терпения; если родители все-таки стараются нравственно развиваться, дети, как существа восприимчивые и чуткие, к сожалению, усваивающие первую очередь дурное, плохое, все-таки этот вектор родительских сердец обязательно почувствует. И яблочко ну уж очень редко откатывается от яблони далеко. То есть какое-то генетическое, душевное, духовное родство все-таки побеждает, когда мы говорим о родителях, старающихся быть добрым примером для детей.
Тутта Ларсен
– Вы слушаете «Семейный час» на радио «Вера». С моим гостем, протоиереем Артемием Владимировым, говорим о детской ревности и о том, возможно ли ее избежать. Но, исходя из всей нашей беседы сегодняшней, я понимаю, что избежать ее невозможно вообще – это плохая новость. Хорошая новость в том, что ее как-то можно купировать, модерировать. Но совсем без конфликтов, наверное, только вот Марфа, Мария и Лазарь могли обойтись.
Протоиерей Артемий
– Идеал задан, дистанция перед нами, дорогие радиослушатели, дорогу осилит идущий. Вот в одном семействе, где я бываю еженедельно, там молодая мама родила четырех богатырей. И вот, оказавшись в положении, носила пятого ребенка, пол не определяла заранее. Мы все молились, появилась девочка. Пятая – девочка Катенька. Старшему мальчику уже лет 12 – Матфей, Георгий, Артемий, Симеон. Малыши Симеон, Артемий уже почти отрок, Матфей еще не юноша. И вот я вижу, как эти мальчики прилепились все к маленькой Катеньке – Екатерине второй, мама тоже Катерина, – как они держат ее на руках, как они укладывают ее спать. Такая завидная гармония, что вижу, обжегшись на какой-то мужской ревности друг ко другу, наверное, все-таки немножко-то было, они на Катеньку изливают свою четверичную любовь. И, в этом смысле, если родители стараются не предоставлять малышей всецело самим себе, но какие-то ЦУ – директивы, какие-то магистральные направления намечают, дети все-таки очень пластичны, динамичны. И нужно пройти, по-моему, к 25 годам, чтобы человек совершенно уже закристаллизовался, заизвестковался, выпал в осадок и уже представил собою какой-то типаж, типа Плюшкина, или Манилова, или Ноздрева. Все-таки нам свойственно меняться. И дай Бог, чтобы наши детки менялись в лучшую сторону, не без наших трудов и молитв.
Тутта Ларсен
– Ну вот это тоже для меня прямо загадка. Хотя, конечно, понятно, когда в семье, где одни мальчики, рождается девочка, это уже само по себе делает ее статус особым и любовь к ней особенной. А вот опять возвращаясь к ветхозаветным примерам, если мы возьмем историю Иосифа и его братьев и рассмотрим ситуацию такую, то, в общем-то, братья-то там старшие оказываются не такими уж и гадкими по отношению к Иосифу. Потому что ну фактически что он делал? Он по указанию своего отца, ну, конечно, как послушный сын ходил за ними куда-то там, где они пасли скот...
Протоиерей Артемий
– Приносил им обед.
Тутта Ларсен
– Приносил им обед, а потом возвращался и отцу стучал, кто что делает, кто как чего не так или так. Ну прямо вот он же как соглядатай туда ходил. Они там пашут, работают в поте лица своего. А он, значит, у папеньки сидит под крылышком и нашептывает.
Протоиерей Артемий
– А вы знаете, недавно я раскрыл замечательный вариант библейской истории об Иосифе, первый том епископа Игнатия Брянчанинова «Повесть об Иосифе». А вы знаете, писателей огромное количество, вплоть до Томаса Манна, который написал гроссбух на эту тему. Вчитываясь в епископа Игнатия, все-таки святой писатель, я с ним не смог не согласиться, что Иосиф был нежен, кроток, он, может быть, и отвечал на вопросы отца, однако никакого зложелательства или ревности в его душе не было. Он настолько блистал душевными дарами, кстати, ходил в разноцветной одежде не потому, что он был панк или какой-нибудь...
Тутта Ларсен
– Пижон...
Протоиерей Артемий
– хипствующий, а это был знак даров Духа Святого, которые на нем сияли. Братья действительно приревновывали его в приближенности к мудрому отцу, но более завидовали его дарам. Помните, там сны, сны Иосифа предсказывали ему грядущее величие. Тут уж душа поэта не выдержала и, столковавшись между собою, они инсценируют убийство, как будто какой-то волка задрал брата, сами продают его. И инициативу чуть ли не Иуда выдал, за 20 серебряников, не за 30, как Христа, а за 20.
Тутта Ларсен
– А зачем он им про свои сны рассказывал, где он такой весь из себя великий и прекрасный? Любой нормальный человек бы напрягся, если приходит к тебе там твой даже близкий человек и говорит: «Я буду царь, а вы все у меня рабы будете, будете мне все служить».
Протоиерей Артемий
– Он, между прочим, не толковал своих снов и в детской непосредственности, наивности папе, настолько эти сны были красочные и запоминающиеся, он просто рассказал, потому что не мог не поделиться. Папа, имевший дух прозрения, все расставил по своим местам. Но давайте смотреть на завершение истории. Вы помните, уже в Египте, принимая братьев и отвешивая им пшеницу, очень умело тоже отрежиссировав определенную сцену, чтобы вызвать в них раскаяние, когда увидел десять братьев, поверженных, как снопы, перед ним в страхе и трепете (их обвинили несправедливо в присвоении какой-то серебряной чаши, засунутой в мешки с пшеницей), не смог выдержать собственной режиссуры. Он заплакал, сказав: «Не бойтесь, я Божий». И, в этом смысле, сцена примирения Иосифа и его братьев, которым он сказал: «Нет, вы, продав меня в Египет, свершили мне великое добро, вашими руками Промысл Божий водил. Поэтому вы думали обо мне худое, а Бог замыслил о мне благое. Я Божий, нет мстительности в моей души». Мне кажется, что святому Иосифу Прекрасному, так его называет церковная история, нужно молиться о преодолении ревности в семье.
Тутта Ларсен
– Спасибо. Это, кстати, очень полезный совет, обязательно возьмем его на заметку. Но все-таки, возвращаясь к дню сегодняшнему, даже если думать об истории Иосифа и его братьев. Может быть, если бы папаня там так не вмешивался и так бы не предпочитал бы так Иосифа всем остальным своим детям, может быть, и не было бы такой драмы. Понятно, что это здесь все, конечно же, по Божиему промыслу состоялось, но в реальности оно, по большей части, бывает, заканчивается гораздо печальнее. Не так промыслительно.
Протоиерей Артемий
– Но будем помнить, что он уже был глубоко пожилым человеком. И сердце престарелого родителя, как правило, не может быть совершенно равнодушным, он видел и чувствовал в Иосифе какое-то грядущее величие. Ну, я думаю, что когда мы все встретимся у Божиего престола, и патриарх Иаков вместе со своими детьми встретит вас, вы сможете задать ему непосредственно этот вопрос. У него найдутся, я думаю, ответы более глубокие, чем мои. А вот поделюсь в связи с этим под занавес. Недавно мне принесли икону, на которой написано: святой Симеон. А это один из братьев Иакова, человек, который отличался жестокостью, он отомстил за поруганную честь сестры, перебив там целое селение, где покусились на невинность сестрицы. Даже на смертном одре Иаков упрекал Симеона в такой жестокости. И вдруг я вижу нимб, он изображен как святой, это, очевидно, лик праотцев, в иконостасе был такой особый ряд праотцев, в соборах Московского кремля есть этот лик. И я был очень удивлен и потом понял: Господь когда сошел со Креста, то есть душа Его сошла во ад, Он обратился ко всем праотцам. И, видимо, в сердце Симеона искорка Божия нашлась, он многое переосмыслил, оказавшись в своем шеоле, и вот Предание усваивает и этом патриарху вхождение в свет новозаветной благодати. Дай Бог, чтобы наша земная ревность, вот эти обиды, наследственные переделы, все это завершалось еще в земной жизни всеобщим примирением. Мне кажется, самое страшное, это когда люди уходят уже в мир иной, забывая родственные чувства – я не пойду на отпевание или на могилу к своему брату, потому что он то-то то-то... И это, конечно, трагедия. Христианство учит нас уже сегодняшним днем, прежде, чем солнце закатилось за горизонт, ради воскресшего Христа всем всё и вся простить, чтобы любовь в семье царствовала, возрастала, а мы ощущали себя не инородными телами какими-то, не электронами разнозаряженными, а клеточками единого организма. Так чтобы чувствовали нужными себя, нужными друг другу и радовались тому, что мы вместе, что мы братья и сестры, что родители с улыбкой взирают на нас, видя наше подлинное единство, единомыслие и любовь.
Тутта Ларсен
– Ну и возвращаясь, уже совсем под финал нашей беседы, к каким-то практическим вообще аспектам, ну таким конкретным способам, как поддержать детей в любви друг к другу и в какой-то в гармонии, чтобы они не перетягивали одеяло на себя. Наверное, ведь все-таки у православной семьи есть какие-то особые инструменты здесь, которые могут помочь.
Протоиерей Артемий
– Безусловно. Я бы поместил в детской большое изображение Христа Спасителя, Который в белом хитоне простирает Свои руки. Замечательное изображение можно приобрести в храме пророка Илии, что в Обыденском переулке. Это поза Спасителя, выражающая, олицетворяющая слова: «Придите ко Мне, и Я упокою – успокою – вас». Или Спасителя, вознесенного на Крест – Он обнимает Своими дланями, руками весь мир. И поэтому, когда дети ссорятся, только укажешь рукой: «Посмотри, Спаситель за нас на Кресте, он нас простил. Что ж вы, братцы, ведете себя как черепашки ниндзя? Спаситель говорит, любите друг друга, а вы клок волос вырвали друг у друга». Или показать маленького Спасителя, доверчиво прижимающегося к щеке Богородицы: «Посмотрите, Спаситель уже с испугом на вас взирает. Вы спорите, кому убрать игрушки, а наш Бог, Бог порядка и не беспорядка. Наверное, я сейчас, старый батюшка, буду за вас убирать игрушки. А вы сидите на своих горшках и смотрите на меня, если у вас совести хватит».
Тутта Ларсен
– Батюшка, а еще такой вопрос все-таки, который меня, например, лично как маму волнует. Нужно ли все-таки передавать старшим детям функции заботы о младших, прямо вот это включать в их обязанности? Или все-таки ну это не совсем справедливо по отношению к ним? Может быть, стоит предлагать как-то, просить помощи, но ни в коей мере не вменять это как вот прямо обязательство пред семьей там...
Протоиерей Артемий
– Знатоки говорили: неприятные вещи нужно говорить с приятностью. Любовь может быть взыскательной и требовательной, но она должна и приласкать, и умягчить. От ласки бывают веселые глазки. Поэтому каждый случай строго индивидуальный, различные малыши имеют различные реакции, их устроения бывают диаметрально противоположными. Но, безусловно, для малыша закрепить какую-то обязанность, которая будет не навязана ему грубой силой, а которая даст ему понять, что он нужен, на него надеются, мама без него как без рук, он ее юный рыцарь – это прекрасно. И вернусь к своей излюбленной мысли: если искать невесту в наше время, то особенно хорошо поискать в многодетном семействе, где девочка лет 17–18-ти уже и жнец, и швец, и всех дел хитрец. И знает, как малышей прикармливать, и как их пеленать – ну сейчас памперсы решают все, – и как их купать. Как правило, такие девушки имеют нравственное чувство очень развитое, материнство светится в их глазах. И я думаю, мы еще поговорим об этом в какой-то из ближайших наших передач.
Тутта Ларсен
– Ой, обязательно поговорим. Пытаюсь этот образ, который вы нарисовали, примерить к своей Марфе, которая больше предпочитает носиться с мечом, луком и стрелять из пистолетов...
Протоиерей Артемий
– Пусть носится, пока есть возможность носиться.
Тутта Ларсен
– Спасибо. У нас в гостях был старший священник и духовник Алексеевского женского монастыря в Москве, член Патриаршей комиссии по вопросам семьи и защиты материнства и детства, педагог, протоиерей Артемий Владимиров. Меня зовут Тутта Ларсен, вы слушали «Семейный час». Всего доброго.
Протоиерей Артемий
– До свидания, с наступающим Вербным воскресеньем.
Он живёт в моих делах. Виктория Галкина
Поделиться
В один из прохладных осенних дней я пришла в наш храм пораньше. В полумраке, у кануна, стояла женщина лет пятидесяти. Она не плакала, но в её глазах была такая глубокая печаль, что я невольно задержала шаг.
На чаепитии после службы услышала историю этой нашей сестры во Христе. Ту, что навсегда осталась в моём сердце. Её мужа, Андрея, не стало внезапно — сердечный приступ на работе. Один звонок, скорая, реанимация, и вот уже всё кончено.
Первые недели она жила, как во сне. Каждое утро просыпалась с одной и той же мыслью: «Он больше не ответит, не улыбнётся, не скажет "люблю"». Она ловила себя на том, что машинально ставит вторую чашку на стол, или поворачивает голову на знакомый звук, или берёт телефон, чтобы рассказать ему что-то важное... А потом — тишина.
Женщина перестала выходить из дома, почти не ела, не отвечала на звонки. Мир стал для неё серым, звуки — глухими, а будущее — бессмысленным.
Однажды она всё же дошла до храма просто потому, что ноги, как говорится «сами привели». Подошла к батюшке, который знал их семью много лет, и тихо спросила:
— Как мне жить дальше?
Он посмотрел на неё внимательно, с той особой теплотой, которую умеют подарить священники.
— Начните поминать его, — сказал он, — Не только в дни памяти, а каждый день, молитесь за него, делайте добрые дела, вспоминайте его с благодарностью. Это — способ сохранить вашу связь.
Сначала женщине показалось, что это не поможет. Но она решила попробовать.
Прошло несколько месяцев. Как рассказывала женщина, боль не исчезла, но изменилась. Из острой, разрывающей, она стала тупой и тихой.
Однажды, возвращаясь с работы, остановилась у храма. Зашла, поставила свечу за упокой Андрея. И вдруг почувствовала не пустоту, а присутствие.
— Я чувствую, что он не ушёл, — прошептала она, — Он живёт в моих делах, в моей любви, в молитвах.
Заканчивая рассказывать свою историю, она произнесла: «Память это — действие. Вспоминать, значит не просто прокручивать в голове образы прошлого, а продолжать любить, благодарить, делиться тем, что осталось в сердце и молиться о любимом. И главное, что я поняла: благодарность сильнее скорби, когда мы благодарим за то, что было, боль теряет власть над нами».
Ведь любовь не умирает, она никогда не перестает, как сказал апостол Павел в Послании к Коринфянам. По словам святителя Иоанн Златоуста: «Смерть разлучает тело от души, но не разлучает любви от любящих». Эти слова согревают сердце. В них кроется не отвлечённая истина, а живое утешение для каждой души, объятой скорбью.
Когда мы ставим свечу в храме, когда произносим имя дорогого человека, когда мысленно обращаемся к нему в минуты радости и печали, мы не просто «поминаем», в этой незримой, но ощутимой связи рождается удивительное чувство: они рядом.
И в этом великая надежда: связь не прервана. Она лишь перешла в иную, духовную реальность. Нас соединяет молитва. Земная и Небесная церкви молятся вместе.
Автор: Виктория Галкина
Все выпуски программы Частное мнение
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Часы воскресного дня. 22 марта 2026г.
Поделиться
Утро 22.03.26 н.ст.
Неделя 4-я Великого поста.
Святы́х сорока́ му́чеников, в Севасти́йском е́зере
му́чившихся.
Глас 8.
Иерей: Благослове́н Бог наш всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь. Сла́ва Тебе́, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Царю́ Небе́сный, Уте́шителю, Ду́ше и́стины, И́же везде́ сый и вся исполня́яй, Сокро́вище благи́х и жи́зни Пода́телю, прииди́ и всели́ся в ны, и очи́сти ны от вся́кия скве́рны, и спаси́, Бла́же, ду́ши на́ша.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (12 раз)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Псало́м 16:
Услы́ши, Го́споди, пра́вду мою́, вонми́ моле́нию моему́, внуши́ моли́тву мою́ не во устна́х льсти́вых. От лица́ Твоего́ судьба́ моя́ изы́дет, о́чи мои́ да ви́дита правоты́. Искуси́л еси́ се́рдце мое́, посети́л еси́ но́щию, искуси́л мя еси́, и не обре́теся во мне непра́вда. Я́ко да не возглаго́лют уста́ моя́ дел челове́ческих, за словеса́ усте́н Твои́х аз сохрани́х пути́ же́стоки. Соверши́ стопы́ моя́ во стезя́х Твои́х, да не подви́жутся стопы́ моя́. Аз воззва́х, я́ко услы́шал мя еси́, Бо́же, приклони́ у́хо Твое́ мне и услы́ши глаго́лы моя́. Удиви́ ми́лости Твоя́, спаса́яй упова́ющия на Тя от проти́вящихся десни́це Твое́й. Сохрани́ мя, Го́споди, я́ко зе́ницу о́ка, в кро́ве крилу́ Твое́ю покры́еши мя. От лица́ нечести́вых остра́стших мя, врази́ мои́ ду́шу мою́ одержа́ша. Тук свой затвори́ша, уста́ их глаго́лаша горды́ню. Изгоня́щии мя ны́не обыдо́ша мя, о́чи свои́ возложи́ша уклони́ти на зе́млю. Объя́ша мя я́ко лев гото́в на лов и я́ко ски́мен обита́яй в та́йных. Воскресни́, Го́споди, предвари́ я́ и запни́ им, изба́ви ду́шу мою́ от нечести́ваго, ору́жие Твое́ от враг руки́ Твоея́. Го́споди, от ма́лых от земли́, раздели́ я́ в животе́ их, и сокрове́нных Твои́х испо́лнися чре́во их, насы́тишася сыно́в, и оста́виша оста́нки младе́нцем свои́м. Аз же пра́вдою явлю́ся лицу́ Твоему́, насы́щуся, внегда́ яви́ти ми ся сла́ве Твое́й.
Псало́м 24:
К Тебе́, Го́споди, воздвиго́х ду́шу мою́, Бо́же мой, на Тя упова́х, да не постыжу́ся во век, ниже́ да посмею́т ми ся врази́ мои́, и́бо вси терпя́щии Тя не постыдя́тся. Да постыдя́тся беззако́ннующии вотще́. Пути́ Твоя́, Го́споди, скажи́ ми, и стезя́м Твои́м научи́ мя. Наста́ви мя на и́стину Твою́, и научи́ мя, я́ко Ты еси́ Бог Спас мой, и Тебе́ терпе́х весь день. Помяни́ щедро́ты Твоя́, Го́споди, и ми́лости Твоя́, я́ко от ве́ка суть. Грех ю́ности моея́, и неве́дения моего́ не помяни́, по ми́лости Твое́й помяни́ мя Ты, ра́ди бла́гости Твоея́, Го́споди. Благ и прав Госпо́дь, сего́ ра́ди законоположи́т согреша́ющим на пути́. Наста́вит кро́ткия на суд, научи́т кро́ткия путе́м Свои́м. Вси путие́ Госпо́дни ми́лость и и́стина, взыска́ющим заве́та Его́, и свиде́ния Его́. Ра́ди и́мене Твоего́, Го́споди, и очи́сти грех мой, мног бо есть. Кто есть челове́к боя́йся Го́спода? Законоположи́т ему́ на пути́, его́же изво́ли. Душа́ его́ во благи́х водвори́тся, и се́мя его́ насле́дит зе́млю. Держа́ва Госпо́дь боя́щихся Его́, и заве́т Его́ яви́т им. О́чи мои́ вы́ну ко Го́споду, я́ко Той исто́ргнет от се́ти но́зе мои́. При́зри на мя и поми́луй мя, я́ко единоро́д и нищ есмь аз. Ско́рби се́рдца моего́ умно́жишася, от нужд мои́х изведи́ мя. Виждь смире́ние мое́, и труд мой, и оста́ви вся грехи́ моя́. Виждь враги́ моя́, я́ко умно́жишася, и ненавиде́нием непра́ведным возненави́деша мя. Сохрани́ ду́шу мою́, и изба́ви мя, да не постыжу́ся, я́ко упова́х на Тя. Незло́бивии и пра́вии прилепля́хуся мне, я́ко потерпе́х Тя, Го́споди. Изба́ви, Бо́же, Изра́иля от всех скорбе́й его́.
Псало́м 50:
Поми́луй мя, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, и по мно́жеству щедро́т Твои́х очи́сти беззако́ние мое́. Наипа́че омы́й мя от беззако́ния моего́, и от греха́ моего́ очи́сти мя; я́ко беззако́ние мое́ аз зна́ю, и грех мой предо мно́ю есть вы́ну. Тебе́ Еди́ному согреши́х и лука́вое пред Тобо́ю сотвори́х, я́ко да оправди́шися во словесе́х Твои́х, и победи́ши внегда́ суди́ти Ти. Се бо, в беззако́ниих зача́т есмь, и во гресе́х роди́ мя ма́ти моя́. Се бо, и́стину возлюби́л еси́; безве́стная и та́йная прему́дрости Твоея́ яви́л ми еси́. Окропи́ши мя иссо́пом, и очи́щуся; омы́еши мя, и па́че сне́га убелю́ся. Слу́ху моему́ да́си ра́дость и весе́лие; возра́дуются ко́сти смире́нныя. Отврати́ лице́ Твое́ от грех мои́х и вся беззако́ния моя́ очи́сти. Се́рдце чи́сто сози́жди во мне, Бо́же, и дух прав обнови́ во утро́бе мое́й. Не отве́ржи мене́ от лица́ Твоего́ и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от мене́. Возда́ждь ми ра́дость спасе́ния Твоего́ и Ду́хом Влады́чним утверди́ мя. Научу́ беззако́нныя путе́м Твои́м, и нечести́вии к Тебе́ обратя́тся. Изба́ви мя от крове́й, Бо́же, Бо́же спасе́ния моего́; возра́дуется язы́к мой пра́вде Твое́й. Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. Я́ко а́ще бы восхоте́л еси́ же́ртвы, дал бых у́бо: всесожже́ния не благоволи́ши. Же́ртва Бо́гу дух сокруше́н; се́рдце сокруше́нно и смире́нно Бог не уничижи́т. Ублажи́, Го́споди, благоволе́нием Твои́м Сио́на, и да сози́ждутся сте́ны Иерусали́мския. Тогда́ благоволи́ши же́ртву пра́вды, возноше́ние и всесожега́емая; тогда́ возложа́т на олта́рь Твой тельцы́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Тропа́рь воскре́сный, глас 8:
С высоты́ снизше́л еси́, Благоутро́бне,/ погребе́ние прия́л еси́ тридне́вное,/ да нас свободи́ши страсте́й,// Животе́ и Воскресе́ние на́ше, Го́споди, сла́ва Тебе́!
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь Севасти́йских му́чеников, глас 1:
Боле́зньми святы́х, и́миже о Тебе́ пострада́ша,/ умоле́н бу́ди, Го́споди,/ и вся на́ша боле́зни исцели́,// Человеколю́бче, мо́лимся.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богоро́дице, Ты еси́ лоза́ и́стинная, возрасти́вшая нам Плод живота́, Тебе́ мо́лимся: моли́ся, Влады́чице, со святы́ми апо́столы поми́ловати ду́ши на́ша.
Госпо́дь Бог благослове́н, благослове́н Госпо́дь день дне,/ поспеши́т нам Бог спасе́ний на́ших, Бог наш, Бог спаса́ти.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к Севасти́йских му́чеников, глас 6, подо́бен: «Е́же о нас...»:
Все во́инство ми́ра оста́вльше,/ на Небесе́х Влады́це прилепи́стеся,/ страстоте́рпцы Госпо́дни четы́редесять,/ сквозе́ о́гнь бо и во́ду проше́дше, блаже́ннии,/ досто́йно восприя́сте сла́ву с Небе́с// и венце́в мно́жество.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа:
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.
Чтец: Ами́нь. Влады́ко Бо́же О́тче Вседержи́телю, Го́споди Сы́не Единоро́дный Иису́се Христе́, и Святы́й Ду́ше, Еди́но Божество́, Еди́на Си́ла, поми́луй мя, гре́шнаго, и и́миже ве́си судьба́ми, спаси́ мя, недосто́йнаго раба́ Твоего́, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Чтец: Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Псало́м 53:
Бо́же, во и́мя Твое́ спаси́ мя, и в си́ле Твое́й суди́ ми. Бо́же, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ глаго́лы уст мои́х. Я́ко чу́ждии воста́ша на мя и кре́пции взыска́ша ду́шу мою́, и не предложи́ша Бо́га пред собо́ю. Се бо Бог помога́ет ми, и Госпо́дь Засту́пник души́ мое́й. Отврати́т зла́я враго́м мои́м, и́стиною Твое́ю потреби́ их. Во́лею пожру́ Тебе́, испове́мся и́мени Твоему́, Го́споди, я́ко бла́го, я́ко от вся́кия печа́ли изба́вил мя еси́, и на враги́ моя́ воззре́ о́ко мое́.
Псало́м 54:
Внуши́, Бо́же, моли́тву мою́ и не пре́зри моле́ния моего́. Вонми́ ми и услы́ши мя: возскорбе́х печа́лию мое́ю и смято́хся от гла́са вра́жия и от стуже́ния гре́шнича, я́ко уклони́ша на мя беззако́ние и во гне́ве враждова́ху ми. Се́рдце мое́ смяте́ся во мне и боя́знь сме́рти нападе́ на мя. Страх и тре́пет прии́де на мя и покры́ мя тьма. И рех: кто даст ми криле́, я́ко голуби́не? И полещу́, и почи́ю. Се удали́хся бе́гая и водвори́хся в пусты́ни. Ча́ях Бо́га, спаса́ющаго мя от малоду́шия и от бу́ри. Потопи́, Го́споди, и раздели́ язы́ки их: я́ко ви́дех беззако́ние и пререка́ние во гра́де. Днем и но́щию обы́дет и́ по стена́м его́. Беззако́ние и труд посреде́ его́ и непра́вда. И не оскуде́ от стогн его́ ли́хва и лесть. Я́ко а́ще бы враг поноси́л ми, претерпе́л бых у́бо, и а́ще бы ненави́дяй мя на мя велере́чевал, укры́л бых ся от него́. Ты же, челове́че равноду́шне, влады́ко мой и зна́емый мой, и́же ку́пно наслажда́лся еси́ со мно́ю бра́шен, в дому́ Бо́жии ходи́хом единомышле́нием. Да прии́дет же смерть на ня, и да сни́дут во ад жи́ви, я́ко лука́вство в жили́щах их, посреде́ их. Аз к Бо́гу воззва́х, и Госпо́дь услы́ша мя. Ве́чер и зау́тра, и полу́дне пове́м, и возвещу́, и услы́шит глас мой. Изба́вит ми́ром ду́шу мою́ от приближа́ющихся мне, я́ко во мно́зе бя́ху со мно́ю. Услы́шит Бог и смири́т я́, Сый пре́жде век. Несть бо им измене́ния, я́ко не убоя́шася Бо́га. Простре́ ру́ку свою́ на воздая́ние, оскверни́ша заве́т Его́. Раздели́шася от гне́ва лица́ Его́, и прибли́жишася сердца́ их, умя́кнуша словеса́ их па́че еле́а, и та суть стре́лы. Возве́рзи на Го́спода печа́ль твою́, и Той тя препита́ет, не даст в век молвы́ пра́веднику. Ты же, Бо́же, низведе́ши я́ в студене́ц истле́ния, му́жие крове́й и льсти не преполовя́т дней свои́х. Аз же, Го́споди, упова́ю на Тя.
Псало́м 90:
Живы́й в по́мощи Вы́шняго, в кро́ве Бо́га Небе́снаго водвори́тся. Рече́т Го́сподеви: Засту́пник мой еси́ и Прибе́жище мое́, Бог мой, и упова́ю на Него́. Я́ко Той изба́вит тя от се́ти ло́вчи и от словесе́ мяте́жна, плещма́ Свои́ма осени́т тя, и под криле́ Его́ наде́ешися: ору́жием обы́дет тя и́стина Его́. Не убои́шися от стра́ха нощна́го, от стрелы́ летя́щия во дни, от ве́щи во тме преходя́щия, от сря́ща и бе́са полу́деннаго. Паде́т от страны́ твоея́ ты́сяща, и тма одесну́ю тебе́, к тебе́ же не прибли́жится, оба́че очи́ма твои́ма смо́триши, и воздая́ние гре́шников у́зриши. Я́ко Ты, Го́споди, упова́ние мое́, Вы́шняго положи́л еси́ прибе́жище твое́. Не прии́дет к тебе́ зло и ра́на не прибли́жится телеси́ твоему́, я́ко А́нгелом Свои́м запове́сть о тебе́, сохрани́ти тя во всех путе́х твои́х. На рука́х во́змут тя, да не когда́ преткне́ши о ка́мень но́гу твою́, на а́спида и васили́ска насту́пиши, и попере́ши льва и зми́я. Я́ко на Мя упова́ и изба́влю и́, покры́ю и́, я́ко позна́ и́мя Мое́. Воззове́т ко Мне и услы́шу его́, с ним есмь в ско́рби, изму́ его́ и просла́влю его́, долгото́ю дней испо́лню его́ и явлю́ ему́ спасе́ние Мое́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Тропа́рь воскре́сный, глас 8:
С высоты́ снизше́л еси́, Благоутро́бне,/ погребе́ние прия́л еси́ тридне́вное,/ да нас свободи́ши страсте́й,// Животе́ и Воскресе́ние на́ше, Го́споди, сла́ва Тебе́!
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь Севасти́йских му́чеников, глас 1:
Боле́зньми святы́х, и́миже о Тебе́ пострада́ша,/ умоле́н бу́ди, Го́споди,/ и вся на́ша боле́зни исцели́,// Человеколю́бче, мо́лимся.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Я́ко не и́мамы дерзнове́ния за премно́гия грехи́ на́ша, Ты и́же от Тебе́ Ро́ждшагося моли́, Богоро́дице Де́во, мно́го бо мо́жет моле́ние Ма́тернее ко благосе́рдию Влады́ки. Не пре́зри гре́шных мольбы́, Всечи́стая, я́ко ми́лостив есть и спасти́ моги́й, И́же и страда́ти о нас изво́ливый.
Ско́ро да предваря́т ны щедро́ты Твоя́, Го́споди, я́ко обнища́хом зело́; помози́ нам, Бо́же, Спа́се наш, сла́вы ра́ди И́мене Твоего́, Го́споди, изба́ви нас и очи́сти грехи́ на́ша, И́мене ра́ди Твоего́.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к воскре́сный, глас 8, подо́бен: «Я́ко нача́тки...»:
Воскре́с из гро́ба, уме́ршия воздви́гл еси́,/ и Ада́ма воскреси́л еси́,/ и Е́ва лику́ет во Твое́м Воскресе́нии,/ и мирсти́и концы́ торжеству́ют// е́же из ме́ртвых воста́нием Твои́м, Многоми́лостиве.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа:
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.
Чтец: Ами́нь. Бо́же и Го́споди сил и всея́ тва́ри Соде́телю, И́же за милосе́рдие безприкла́дныя ми́лости Твоея́ Единоро́днаго Сы́на Твоего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́, низпосла́вый на спасе́ние ро́да на́шего, и честны́м Его́ Кресто́м рукописа́ние грех на́ших растерза́вый, и победи́вый тем нача́ла и вла́сти тьмы. Сам, Влады́ко Человеколю́бче, приими́ и нас, гре́шных, благода́рственныя сия́ и моле́бныя моли́твы и изба́ви нас от вся́каго всегуби́тельнаго и мра́чнаго прегреше́ния и всех озло́бити нас и́щущих ви́димых и неви́димых враг. Пригвозди́ стра́ху Твоему́ пло́ти на́ша и не уклони́ серде́ц на́ших в словеса́ или́ помышле́ния лука́вствия, но любо́вию Твое́ю уязви́ ду́ши на́ша, да, к Тебе́ всегда́ взира́юще и е́же от Тебе́ све́том наставля́еми, Тебе́, непристу́пнаго и присносу́щнаго зря́ще Све́та, непреста́нное Тебе́ испове́дание и благодаре́ние возсыла́ем, Безнача́льному Отцу́ со Единоро́дным Твои́м Сы́ном и Всесвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в, ами́нь.
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Божественная литургия. 22 марта 2026г.
Поделиться
Утро 22.03.26 н.ст.
Неделя 4-я Великого поста.
Святы́х сорока́ му́чеников, в Севасти́йском е́зере
му́чившихся.
Глас 8.
Боже́ственная литурги́я святи́теля Васи́лия Вели́кого
Литургия оглашенных:
Диакон: Благослови́ влады́ко.
Иерей: Благослове́но Ца́рство Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Вели́кая ектения́:
Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.
О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.
О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.
О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.
О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Пе́рвый антифо́н, псало́м 102:
Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ благослове́н еси́ Го́споди./
Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и вся вну́тренняя моя́/ и́мя свя́тое Его́./ Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и не забыва́й всех воздая́ний Его́,/ очища́ющаго вся беззако́ния твоя́,/ исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́,/ избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой,/ венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами,/ исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́:/ обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́./ Творя́й ми́лостыни Госпо́дь,/ и судьбу́ всем оби́димым./ Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови,/ сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́:/ Щедр и Ми́лостив Госпо́дь,/ Долготерпели́в и Многоми́лостив./ Не до конца́ прогне́вается,/ ниже́ в век вражду́ет,/ не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам,/ ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам./ Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́,/ утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́./ Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад,/ уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша./ Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны,/ уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́./ Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше,/ помяну́, я́ко персть есмы́./ Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́,/ я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т,/ я́ко дух про́йде в нем,/ и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́./ Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́,/ и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́./ Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой,/ и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет./ Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́,/ си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́./ Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́,/ слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́./ Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́./
Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и вся вну́тренняя моя́/ и́мя свя́тое Его́.// Благослове́н еси́, Го́споди.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Второ́й антифо́н, псало́м 145:
Хор: Хвали́, душе́ моя́, Го́спода./ Восхвалю́ Го́спода в животе́ мое́м,/ пою́ Бо́гу моему́, до́ндеже есмь./ Не наде́йтеся на кня́зи, на сы́ны челове́ческия,/ в ни́хже несть спасе́ния./ Изы́дет дух его́/ и возврати́тся в зе́млю свою́./ В той день поги́бнут вся помышле́ния его́./ Блаже́н, ему́же Бог Иа́ковль Помо́щник его́,/ упова́ние его́ на Го́спода Бо́га своего́,/ сотво́ршаго не́бо и зе́млю,/ мо́ре и вся, я́же в них,/ храня́щаго и́стину в век,/ творя́щаго суд оби́димым,/ даю́щаго пи́щу а́лчущим./ Госпо́дь реши́т окова́нныя./ Госпо́дь умудря́ет слепцы́./ Госпо́дь возво́дит низве́рженныя./ Госпо́дь лю́бит пра́ведники./ Госпо́дь храни́т прише́льцы,/ си́ра и вдову́ прии́мет/ и путь гре́шных погуби́т./ Воцари́тся Госпо́дь во век,// Бог твой, Сио́не, в род и род.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Единоро́дный Сы́не:
Единоро́дный Сы́не и Сло́ве Бо́жий, Безсме́ртен Сый/ и изво́ливый спасе́ния на́шего ра́ди/ воплоти́тися от Святы́я Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и,/ непрело́жно вочелове́чивыйся,/ распны́йся же, Христе́ Бо́же, сме́ртию смерть попра́вый,/ Еди́н Сый Святы́я Тро́ицы,// спрославля́емый Отцу́ и Свято́му Ду́ху, спаси́ нас.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко благ и человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Тре́тий антифо́н, блаже́нны:
Хор: Во Ца́рствии Твое́м помяни́ нас, Го́споди, егда́ прии́деши, во Ца́рствии Твое́м.
На 12: Блаже́ни ни́щии ду́хом, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.
Блаже́ни пла́чущии, я́ко ти́и уте́шатся.
На 10: Блаже́ни кро́тции, я́ко ти́и насле́дят зе́млю.
Воскресные, глас 8:
Тропарь: Помяни́ нас, Христе́ Спа́се ми́ра,/ я́коже разбо́йника помяну́л еси́ на дре́ве:/ и сподо́би всех, Еди́не Ще́дре,// Небе́сному Ца́рствию Твоему́.
Блаже́ни а́лчущии и жа́ждущии пра́вды, я́ко ти́и насы́тятся.
Тропарь: Слы́ши, Ада́ме, и ра́дуйся со Е́вою:/ я́ко обнажи́вый пре́жде обоя́,/ и пре́лестию взем вас пле́нники,// Кресто́м Христо́вым упраздни́ся.
На 8: Блаже́ни ми́лостивии, я́ко ти́и поми́ловани бу́дут.
Тропарь: На дре́ве пригвожде́н быв, Спа́се наш, во́лею,/ я́же от дре́ва кля́твы Ада́ма изба́вил еси́,// воздая́, я́ко Щедр, е́же по о́бразу, и ра́йское селе́ние.
Блаже́ни чи́стии се́рдцем, я́ко ти́и Бо́га у́зрят.
Тропарь: Днесь Христо́с воскре́с от гро́ба,/ всем ве́рным подая́ нетле́ние,// и ра́дость обновля́ет мироно́сицам по стра́сти и Воскресе́нии.
На 6 Блаже́ни миротво́рцы, я́ко ти́и сы́нове Бо́жии нареку́тся.
Тропарь: Ра́дуйтеся му́дрыя жены́ мироно́сицы,/ пе́рвыя Христо́во Воскресе́ние ви́девша,// и Его́ возвести́вша апо́столом, всего́ ми́ра воззва́ние.
Блаже́ни изгна́ни пра́вды ра́ди, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.
Тропарь: Дру́зи Христо́вы апо́столи я́вльшеся,/ сопресто́льни Его́ сла́ве бы́ти иму́ще,/ со дерзнове́нием Тому́ нам предста́ти,// я́ко ученицы́ Его́ моли́теся.
На 4: Блаже́ни есте́, егда́ поно́сят вам, и изжену́т, и реку́т всяк зол глаго́л на вы, лжу́ще Мене́ ра́ди.
Севастийских мучеников, глас 2:
Тропарь: Во́инство, и жи́знь, и красоту́ теле́с,/ и бога́тство пренебре́гше,// благосла́внии четы́редесять Христа́ вме́сто всех насле́доваша.
Ра́дуйтеся и весели́теся, я́ко мзда ва́ша мно́га на Небесе́х.
Тропарь: Ка́мением неща́дно четы́редесяте повеле́нием бие́ми мучи́телевым,// мета́ния Бо́жиим Ду́хом на повелева́ющия возвраща́хуся.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропарь: Е́зером страсте́й обурева́емии и волно́ю напа́стей лю́тых,// к вам, четы́редесятем Христо́вым во́ином, прибега́ем.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богородичен: Утвержде́ние бу́ди, и прибе́жище, и покро́в, Де́во Богоневе́сто,/ ве́рою к Тебе́ прибега́ющим// и Бо́жию Тя Ма́терь испове́дающим.
Ма́лый вход (с Ева́нгелием):
Диакон: Прему́дрость, про́сти.
Хор: Прииди́те, поклони́мся и припаде́м ко Христу́. Спаси́ ны, Сы́не Бо́жий, Воскресы́й из ме́ртвых, пою́щия Ти: аллилу́иа.
Тропари́ и кондаки́ по вхо́де:
Е́сли храм Госпо́дский:
Тропа́рь воскре́сный, глас 8:
С высоты́ снизше́л еси́, Благоутро́бне,/ погребе́ние прия́л еси́ тридне́вное,/ да нас свободи́ши страсте́й,// Животе́ и Воскресе́ние на́ше, Го́споди, сла́ва Тебе́!
Тропа́рь Севасти́йских му́чеников, глас 1:
Боле́зньми святы́х, и́миже о Тебе́ пострада́ша,/ умоле́н бу́ди, Го́споди,/ и вся на́ша боле́зни исцели́,// Человеколю́бче, мо́лимся.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Конда́к Севасти́йских му́чеников, глас 6, подо́бен: «Е́же о нас...»:
Все во́инство ми́ра оста́вльше,/ на Небесе́х Влады́це прилепи́стеся,/ страстоте́рпцы Госпо́дни четы́редесять,/ сквозе́ о́гнь бо и во́ду проше́дше, блаже́ннии,/ досто́йно восприя́сте сла́ву с Небе́с// и венце́в мно́жество.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Конда́к воскре́сный, глас 8, подо́бен: «Я́ко нача́тки...»:
Воскре́с из гро́ба, уме́ршия воздви́гл еси́,/ и Ада́ма воскреси́л еси́,/ и Е́ва лику́ет во Твое́м Воскресе́нии,/ и мирсти́и концы́ торжеству́ют// е́же из ме́ртвых воста́нием Твои́м, Многоми́лостиве.
Е́сли храм Богоро́дицы:
Тропа́рь воскре́сный, глас 8:
С высоты́ снизше́л еси́, Благоутро́бне,/ погребе́ние прия́л еси́ тридне́вное,/ да нас свободи́ши страсте́й,// Животе́ и Воскресе́ние на́ше, Го́споди, сла́ва Тебе́!
Тропа́рь хра́ма.
Тропа́рь Севасти́йских му́чеников, глас 1:
Боле́зньми святы́х, и́миже о Тебе́ пострада́ша,/ умоле́н бу́ди, Го́споди,/ и вся на́ша боле́зни исцели́,// Человеколю́бче, мо́лимся.
Конда́к воскре́сный, глас 8, подо́бен: «Я́ко нача́тки...»:
Воскре́с из гро́ба, уме́ршия воздви́гл еси́,/ и Ада́ма воскреси́л еси́,/ и Е́ва лику́ет во Твое́м Воскресе́нии,/ и мирсти́и концы́ торжеству́ют// е́же из ме́ртвых воста́нием Твои́м, Многоми́лостиве.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Конда́к Севасти́йских му́чеников, глас 6, подо́бен: «Е́же о нас...»:
Все во́инство ми́ра оста́вльше,/ на Небесе́х Влады́це прилепи́стеся,/ страстоте́рпцы Госпо́дни четы́редесять,/ сквозе́ о́гнь бо и во́ду проше́дше, блаже́ннии,/ досто́йно восприя́сте сла́ву с Небе́с// и венце́в мно́жество.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Конда́к хра́ма.
Е́сли храм свято́го:
Тропа́рь воскре́сный, глас 8:
С высоты́ снизше́л еси́, Благоутро́бне,/ погребе́ние прия́л еси́ тридне́вное,/ да нас свободи́ши страсте́й,// Животе́ и Воскресе́ние на́ше, Го́споди, сла́ва Тебе́!
Тропа́рь хра́ма.
Тропа́рь Севасти́йских му́чеников, глас 1:
Боле́зньми святы́х, и́миже о Тебе́ пострада́ша,/ умоле́н бу́ди, Го́споди,/ и вся на́ша боле́зни исцели́,// Человеколю́бче, мо́лимся.
Конда́к воскре́сный, глас 8, подо́бен: «Я́ко нача́тки...»:
Воскре́с из гро́ба, уме́ршия воздви́гл еси́,/ и Ада́ма воскреси́л еси́,/ и Е́ва лику́ет во Твое́м Воскресе́нии,/ и мирсти́и концы́ торжеству́ют// е́же из ме́ртвых воста́нием Твои́м, Многоми́лостиве.
Конда́к хра́ма.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Конда́к Севасти́йских му́чеников, глас 6, подо́бен: «Е́же о нас...»:
Все во́инство ми́ра оста́вльше,/ на Небесе́х Влады́це прилепи́стеся,/ страстоте́рпцы Госпо́дни четы́редесять,/ сквозе́ о́гнь бо и во́ду проше́дше, блаже́ннии,/ досто́йно восприя́сте сла́ву с Небе́с// и венце́в мно́жество.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Конда́к Богоро́дицы, глас 6:
Предста́тельство христиа́н непосты́дное,/ хода́тайство ко Творцу́ непрело́жное,/ не пре́зри гре́шных моле́ний гла́сы,/ но предвари́, я́ко Блага́я,/ на по́мощь нас, ве́рно зову́щих Ти;/ ускори́ на моли́тву и потщи́ся на умоле́ние,// предста́тельствующи при́сно, Богоро́дице, чту́щих Тя.
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Я́ко Свят еси́, Бо́же наш и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно.
Диакон: Го́споди, спаси́ благочести́выя.
Хор: Го́споди, спаси́ благочести́выя.
Диакон: И услы́ши ны.
Хор: И услы́ши ны.
Диакон: И во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Трисвято́е:
Хор: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Мир всем.
Чтец: И ду́хови твоему́.
Диакон: Прему́дрость.
Проки́мен воскре́сный, глас 8:
Чтец: Проки́мен, глас осмы́й: Помоли́теся и воздади́те/ Го́сподеви Бо́гу на́шему.
Хор: Помоли́теся и воздади́те/ Го́сподеви Бо́гу на́шему.
Чтец: Ве́дом во Иуде́и Бог, во Изра́или ве́лие И́мя Его́.
Хор: Помоли́теся и воздади́те/ Го́сподеви Бо́гу на́шему.
Проки́мен Севасти́йских му́чеников, глас 5:
Чтец: Проки́мен, глас пя́тый: Ты, Го́споди, сохрани́ши ны/ и соблюде́ши ны от ро́да сего́ и во век.
Хор: Ты, Го́споди, сохрани́ши ны/ и соблюде́ши ны от ро́да сего́ и во век.
Чте́ние Апо́стола:
Диакон: Прему́дрость.
Чтец: Ко Евре́ем посла́ния свята́го апо́стола Па́вла чте́ние.
Диакон: Во́нмем.
Чте́ние воскре́сное (Евр., зач.314: гл.6, стт.13-20):
Чтец: Бра́тие, Авраа́му обетова́я Бог, поне́же ни еди́нем имя́ше бо́льшим кля́тися, кля́тся Собо́ю, глаго́ля: вои́стинну благосло́вствуя благословлю́ тя, и мно́жя умно́жу тя. И та́ко долготерпе́в, получи́ обетова́ние. Челове́цы у́бо бо́льшим клену́тся, и вся́кому их прекосло́вию кончи́на во извеще́ние, кля́тва есть. В не́мже ли́шше хотя́ Бог показа́ти насле́дником обетова́ния непрело́жное сове́та Своего́, хода́тайствова кля́твою. Я́ко да двема́ ве́щма непрело́жныма, в не́юже не возмо́жно солга́ти Бо́гу, кре́пкое утеше́ние и́мамы прибе́гшии, я́тися за предлежа́щее упова́ние. Е́же а́ки ко́тву и́мамы души́, тве́рду же и изве́стну, и входя́щую во вну́треннее заве́сы. Иде́же предте́ча о нас вни́де Иису́с, по чи́ну Мелхиседе́кову, Первосвяще́нник быв во ве́ки.
Бог, давая обетование Аврааму, как не мог никем высшим клясться, клялся Самим Собою,
говоря: истинно благословляя благословлю тебя и размножая размножу тебя.
И так Авраам, долготерпев, получил обещанное.
Люди клянутся высшим, и клятва во удостоверение оканчивает всякий спор их.
Посему и Бог, желая преимущественнее показать наследникам обетования непреложность Своей воли, употребил в посредство клятву,
дабы в двух непреложных вещах, в которых невозможно Богу солгать, твердое утешение имели мы, прибегшие взяться за предлежащую надежду,
которая для души есть как бы якорь безопасный и крепкий, и входит во внутреннейшее за завесу,
куда предтечею за нас вошел Иисус, сделавшись Первосвященником навек по чину Мелхиседека.
Чте́ние Севасти́йских му́чеников (Евр., зач. 331: гл.12, стт.1-10):
Бра́тие, толи́к иму́ще облежа́щь нас о́блак свиде́телей, го́рдость вся́ку отло́жше и удо́бь обстоя́тельный грех, терпе́нием да тече́м на предлежа́щий нам по́двиг, взира́юще на нача́льника ве́ры и соверши́теля Иису́са, И́же вме́сто предлежа́щия Ему́ ра́дости претерпе́ крест, о срамоте́ неради́в, одесну́ю же престо́ла Бо́жия се́де. Помы́слите у́бо таково́е Пострада́вшаго от гре́шник на Себе́ прекосло́вие, да не стужа́ете, душа́ми свои́ми ослабля́еми. Не у до кро́ве ста́сте, проти́ву греха́ подвиза́ющеся, и забы́сте утеше́ние, е́же вам я́ко сыно́м глаго́лет: сы́не мой, не пренемога́й наказа́нием Госпо́дним, ниже́ ослабе́й, от Него́ облича́емь. Его́же бо лю́бит Госпо́дь, наказу́ет, бие́т же вся́каго сы́на, его́же прие́млет. А́ще наказа́ние терпите́, я́коже сыново́м обрета́ется вам Бог. Кото́рый бо есть сын, его́же не наказу́ет оте́ц? А́ще же без наказа́ния есте́, ему́же прича́стницы бы́ша вси, у́бо прелюбоде́йчищи есте́, а не сы́нове. К сим, пло́ти на́шей отца́ име́хом наказа́теля, и срамля́хомся, не мно́го ли па́че повине́мся Отцу́ духово́м, и жи́ви бу́дем? Они́ бо в ма́ло дней, я́коже го́де им бе, нака́зоваху нас, а Сей на по́льзу, да причасти́мся святы́ни Его́.
Посему и мы, имея вокруг себя такое облако свидетелей, свергнем с себя всякое бремя и запинающий нас грех и с терпением будем проходить предлежащее нам поприще,
взирая на начальника и совершителя веры Иисуса, Который, вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест, пренебрегши посрамление, и воссел одесную престола Божия.
Помыслите о Претерпевшем такое над Собою поругание от грешников, чтобы вам не изнемочь и не ослабеть душами вашими.
Вы еще не до крови сражались, подвизаясь против греха,
и забыли утешение, которое предлагается вам, как сынам: сын мой! не пренебрегай наказания Господня, и не унывай, когда Он обличает тебя.
Ибо Господь, кого любит, того наказывает; бьет же всякого сына, которого принимает.
Если вы терпите наказание, то Бог поступает с вами, как с сынами. Ибо есть ли какой сын, которого бы не наказывал отец?
Если же остаетесь без наказания, которое всем обще, то вы незаконные дети, а не сыны.
Притом, если мы, будучи наказываемы плотскими родителями нашими, боялись их, то не гораздо ли более должны покориться Отцу духов, чтобы жить?
Те наказывали нас по своему произволу для немногих дней; а Сей — для пользы, чтобы нам иметь участие в святости Его.
Иерей: Мир ти.
Чтец: И ду́хови твоему́.
Диакон: Прему́дрость.
Аллилуа́рий воскре́сный, глас 8:
Чтец: Аллилу́иа, глас осмы́й: Прииди́те, возра́дуемся Го́сподеви, воскли́кнем Бо́гу Спаси́телю на́шему.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Чтец: Предвари́м лице́ Его́ во испове́дании, и во псалме́х воскли́кнем Ему́.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Аллилуа́рий Севасти́йских му́чеников, глас 4:
Чтец: Глас четве́ртый: Воскли́кните Го́сподеви, вся земля́, по́йте же и́мени Его́.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Диакон: Благослови́, влады́ко, благовести́теля свята́го Апо́стола и Евангели́ста Ма́рка.
Иерей: Бог, моли́твами свята́го, сла́внаго, всехва́льнаго Апо́стола и Евангели́ста Ма́рка, да даст тебе́ глаго́л благовеству́ющему си́лою мно́гою, во исполне́ние Ева́нгелия возлю́бленнаго Сы́на Своего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́.
Диакон: Ами́нь.
Диакон: Прему́дрость, про́сти, услы́шим свята́го Ева́нгелия.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: От Ма́рка свята́го Ева́нгелия чте́ние.
Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Чте́ние Ева́нгелия:
Диакон: Во́нмем.
Чте́ние воскре́сное (Мк., зач.40: гл.9, стт.17-31):
Диакон: Во вре́мя о́но, челове́к не́кий прии́де ко Иису́сови, кла́няяся Ему́, и глаго́ля: Учи́телю, приведо́х сы́на моего́ к Тебе́, иму́ща ду́ха не́ма, и иде́же коли́ждо и́мет его́, разбива́ет его́, и пе́ны тещи́т, и скреже́щет зубы́ свои́ми, и оцепенева́ет, и рех ученико́м Твои́м, да изжену́т его́, и не возмого́ша. Он же отвеща́в ему́ глаго́ла: о, ро́де неве́рен, доко́ле в вас бу́ду? Доко́ле терплю́ вы? Приведи́те его́ ко Мне. И приведо́ша его́ к Нему́. И ви́дев Его́, а́бие дух стрясе́ его́, и пад на земли́, валя́шеся, пе́ны тещя́. И вопроси́ отца́ его́: коли́ко лет есть, отне́леже сие́ бысть ему́? Он же рече́: изде́тска. И мно́гажды во огнь вве́рже его́ и в во́ды, да погуби́т его́, но а́ще что мо́жеши, помози́ нам, милосе́рдовав о нас. Иису́с же рече́ ему́: е́же а́ще что мо́жеши ве́ровати, вся возмо́жна ве́рующему. И а́бие возопи́в оте́ц отроча́те, со слеза́ми глаго́лаше: ве́рую, Го́споди, помози́ моему́ неве́рию. Ви́дев же Иису́с, я́ко сри́щется наро́д, запрети́ ду́ху нечи́стому, глаго́ля ему́: ду́ше немы́й и глухи́й, Аз ти повелева́ю, изы́ди из него́ и ктому́ не вни́ди в него́. И возопи́в и мно́го пружа́вся, изы́де, и бысть я́ко мертв, я́коже мно́зем глаго́лати, я́ко у́мре. Иису́с же емь его́ за ру́ку, воздви́же его́, и воста́. И вше́дшу Ему́ в дом, ученицы́ Его́ вопроша́ху Его́ еди́наго, я́ко мы не возмого́хом изгна́ти его́? И рече́ им: сей род ничи́мже мо́жет изы́ти, то́кмо моли́твою и посто́м. И отту́ду изше́дше, идя́ху сквозе́ Галиле́ю, и не хотя́ше, да кто уве́сть. Уча́ше бо ученики́ Своя́ и глаго́лаше им, я́ко Сын Челове́ческий пре́дан бу́дет в ру́це челове́честе, и убию́т Его́, и убие́н быв, в тре́тий день воскре́снет.
Один из народа сказал в ответ: Учитель! я привел к Тебе сына моего, одержимого духом немым:
где ни схватывает его, повергает его на землю, и он испускает пену, и скрежещет зубами своими, и цепенеет. Говорил я ученикам Твоим, чтобы изгнали его, и они не могли.
Отвечая ему, Иисус сказал: о, род неверный! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас? Приведите его ко Мне.
И привели его к Нему. Как скоро бесноватый увидел Его, дух сотряс его; он упал на землю и валялся, испуская пену.
И спросил Иисус отца его: как давно это сделалось с ним? Он сказал: с детства;
и многократно дух бросал его и в огонь и в воду, чтобы погубить его; но, если что можешь, сжалься над нами и помоги нам.
Иисус сказал ему: если сколько-нибудь можешь веровать, всё возможно верующему.
И тотчас отец отрока воскликнул со слезами: верую, Господи! помоги моему неверию.
Иисус, видя, что сбегается народ, запретил духу нечистому, сказав ему: дух немой и глухой! Я повелеваю тебе, выйди из него и впредь не входи в него.
И, вскрикнув и сильно сотрясши его, вышел; и он сделался, как мертвый, так что многие говорили, что он умер.
Но Иисус, взяв его за руку, поднял его; и он встал.
И как вошел Иисус в дом, ученики Его спрашивали Его наедине: почему мы не могли изгнать его?
И сказал им: сей род не может выйти иначе, как от молитвы и поста.
Выйдя оттуда, проходили через Галилею; и Он не хотел, чтобы кто узнал.
Ибо учил Своих учеников и говорил им, что Сын Человеческий предан будет в руки человеческие и убьют Его, и, по убиении, в третий день воскреснет.
Чте́ние Севасти́йских му́чеников (Мф., зач.80: гл.20, стт.1-16):
Диакон: Рече́ Госпо́дь при́тчу сию́: уподо́бися Ца́рствие Небе́сное челове́ку домови́ту, и́же изы́де ку́пно у́тро ная́ти де́латели в виногра́д свой, и совеща́в с де́латели по пе́нязю на день, посла́ их в виногра́д свой. И изше́д в тре́тий час, ви́де и́ны стоя́ща на то́ржищи пра́здны, и тем рече́: иди́те и вы в виногра́д мой, и е́же бу́дет пра́вда, дам вам. Они́ же идо́ша. Па́ки же изше́д в шесты́й и девя́тый час, сотвори́ та́коже. Во еди́ный же на́десять час изше́д, обре́те други́я стоя́ща пра́здны и глаго́ла им: что зде стоите́ весь день пра́здни? Глаго́лаша ему́: я́ко никто́же нас ная́т. И глаго́ла им: иди́те и вы в виногра́д мой, и е́же бу́дет пра́ведно, прии́мете. Ве́черу же бы́вшу, глаго́ла господи́н виногра́да к приста́внику своему́: призови́ де́латели и даждь им мзду, наче́н от после́дних до пе́рвых. И прише́дше и́же во единыйна́десять час, прия́ша по пе́нязю. Прише́дше же пе́рвии мня́ху вя́щше прия́ти, и прия́ша и ти́и по пе́нязю. Прие́мше же ропта́ху на господи́на, глаго́люще, я́ко си́и после́днии еди́н час сотвори́ша, и ра́вны нам сотвори́л их еси́, поне́сшим тяготу́ дне и вар. Он же отвеща́в рече́ еди́ному их: дру́же, не оби́жу тебе́, не по пе́нязю ли совеща́ со мно́ю? Возми́ твое́ и иди́, хощу́ же и сему́ после́днему да́ти, я́коже и тебе́. Или́ несть ми леть сотвори́ти, е́же хощу́, во свои́х ми? А́ще о́ко твое́ лука́во есть, я́ко аз благ есмь? Та́ко бу́дут после́днии пе́рви, и пе́рвии после́дни, мно́зи бо суть зва́ни, ма́ло же избра́нных.
Ибо Царство Небесное подобно хозяину дома, который вышел рано поутру нанять работников в виноградник свой
и, договорившись с работниками по динарию на день, послал их в виноградник свой;
выйдя около третьего часа, он увидел других, стоящих на торжище праздно,
и им сказал: идите и вы в виноградник мой, и что́ следовать будет, дам вам. Они пошли.
Опять выйдя около шестого и девятого часа, сделал то́ же.
Наконец, выйдя около одиннадцатого часа, он нашел других, стоящих праздно, и говорит им: что́ вы стоите здесь целый день праздно?
Они говорят ему: никто нас не нанял. Он говорит им: идите и вы в виноградник мой, и что́ следовать будет, полу́чите.
Когда же наступил вечер, говорит господин виноградника управителю своему: позови работников и отдай им плату, начав с последних до первых.
И пришедшие около одиннадцатого часа получили по динарию.
Пришедшие же первыми думали, что они получат больше, но получили и они по динарию;
и, получив, стали роптать на хозяина дома
и говорили: эти последние работали один час, и ты сравнял их с нами, перенесшими тягость дня и зной.
Он же в ответ сказал одному из них: друг! я не обижаю тебя; не за динарий ли ты договорился со мною?
возьми свое и пойди; я же хочу дать этому последнему то́ же, что́ и тебе;
разве я не властен в своем делать, что́ хочу? или глаз твой завистлив оттого, что я добр?
Так будут последние первыми, и первые последними, ибо много званых, а мало избранных.
Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Ектения́ сугу́бая:
Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)
Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.
Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.
Еще́ мо́лимся о бра́тиях на́ших, свяще́нницех, священномона́сех, и всем во Христе́ бра́тстве на́шем.
Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.
Прошения о Святой Руси: [1]
Еще́ мо́лимся Тебе́, Го́споду и Спаси́телю на́шему, о е́же прия́ти моли́твы нас недосто́йных рабо́в Твои́х в сию́ годи́ну испыта́ния, прише́дшую на Русь Святу́ю, обыше́дше бо обыдо́ша ю́ врази́, и о е́же яви́ти спасе́ние Твое́, рцем вси: Го́споди, услы́ши и поми́луй.
Еще́ мо́лимся о е́же благосе́рдием и ми́лостию призре́ти на во́инство и вся защи́тники Оте́чества на́шего, и о е́же утверди́ти нас всех в ве́ре, единомы́слии, здра́вии и си́ле ду́ха, рцем вси: Го́споди, услы́ши и ми́лостивно поми́луй.
Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.
Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.
Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Моли́тва о Свято́й Руси́: 3
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Го́споди Бо́же Сил, Бо́же спасе́ния на́шего, при́зри в ми́лости на смире́нныя рабы́ Твоя́, услы́ши и поми́луй нас: се бо бра́ни хотя́щии ополчи́шася на Святу́ю Русь, ча́юще раздели́ти и погуби́ти еди́ный наро́д ея́. Воста́ни, Бо́же, в по́мощь лю́дем Твои́м и пода́ждь нам си́лою Твое́ю побе́ду.
Ве́рным ча́дом Твои́м, о еди́нстве Ру́сския Це́ркве ревну́ющим, поспе́шествуй, в ду́хе братолю́бия укрепи́ их и от бед изба́ви. Запрети́ раздира́ющим во омраче́нии умо́в и ожесточе́нии серде́ц ри́зу Твою́, я́же есть Це́рковь Жива́го Бо́га, и за́мыслы их ниспрове́ргни.
Благода́тию Твое́ю вла́сти предержа́щия ко вся́кому бла́гу наста́ви и му́дростию обогати́.
Во́ины и вся защи́тники Оте́чества на́шего в за́поведех Твои́х утверди́, кре́пость ду́ха им низпосли́, от сме́рти, ран и плене́ния сохрани́.
Лише́нныя кро́ва и в изгна́нии су́щия в до́мы введи́, а́лчущия напита́й, [жа́ждущия напои́], неду́гующия и стра́ждущия укрепи́ и исцели́, в смяте́нии и печа́ли су́щим наде́жду благу́ю и утеше́ние пода́ждь.
Всем же во дни сия́ убие́нным и от ран и боле́зней сконча́вшимся проще́ние грехо́в да́руй и блаже́нное упокое́ние сотвори́.
Испо́лни нас я́же в Тя ве́ры, наде́жды и любве́, возста́ви па́ки во всех страна́х Святы́я Руси́ мир и единомы́слие, друг ко дру́гу любо́вь обнови́ в лю́дех Твои́х, я́ко да еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем испове́мыся Тебе́, Еди́ному Бо́гу в Тро́ице сла́вимому. Ты бо еси́ заступле́ние и побе́да и спасе́ние упова́ющим на Тя и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ об оглаше́нных:
Диакон: Помоли́теся, оглаше́ннии, Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: Ве́рнии, о оглаше́нных помо́лимся, да Госпо́дь поми́лует их.
Огласи́т их сло́вом и́стины.
Откры́ет им Ева́нгелие пра́вды.
Соедини́т их святе́й Свое́й собо́рней и апо́стольстей Це́ркви.
Спаси́, поми́луй, заступи́ и сохрани́ их, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Оглаше́ннии, главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Да и ти́и с на́ми сла́вят пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Литургия верных:
Ектения́ ве́рных, пе́рвая:
Диакон: Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те, оглаше́ннии, изыди́те. Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те. Да никто́ от оглаше́нных, ели́цы ве́рнии, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Прему́дрость.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва, честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ ве́рных, втора́я:
Диакон: Па́ки и па́ки, ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Прему́дрость.
Иерей: Я́ко да под держа́вою Твое́ю всегда́ храни́ми, Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Херуви́мская песнь:
Хор: И́же Херуви́мы та́йно образу́юще и животворя́щей Тро́ице Трисвяту́ю песнь припева́юще, вся́кое ны́не жите́йское отложи́м попече́ние.
Вели́кий вход:
Диакон: Вели́каго господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имярек, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Иерей: Преосвяще́нныя митрополи́ты, архиепи́скопы и епи́скопы, и весь свяще́ннический и мона́шеский чин, и при́чет церко́вный, бра́тию свята́го хра́ма сего́, всех вас, правосла́вных христиа́н, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м, всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Я́ко да Царя́ всех поды́мем, а́нгельскими неви́димо дориноси́ма чи́нми. Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Испо́лним моли́тву на́шу Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О предложе́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем, и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Щедро́тами Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Возлю́бим друг дру́га, да единомы́слием испове́мы.
Хор: Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха,/ Тро́ицу Единосу́щную/ и Неразде́льную.
Диакон: Две́ри, две́ри, прему́дростию во́нмем.
Си́мвол ве́ры:
Люди: Ве́рую во еди́наго Бо́га Отца́ Вседержи́теля, Творца́ не́бу и земли́, ви́димым же всем и неви́димым. И во еди́наго Го́спода Иису́са Христа́, Сы́на Бо́жия, Единоро́днаго, И́же от Отца́ рожде́ннаго пре́жде всех век. Све́та от Све́та, Бо́га и́стинна от Бо́га и́стинна, рожде́нна, несотворе́нна, единосу́щна Отцу́, И́мже вся бы́ша. Нас ра́ди челове́к и на́шего ра́ди спасе́ния сше́дшаго с небе́с и воплоти́вшагося от Ду́ха Свя́та и Мари́и Де́вы и вочелове́чшася. Распя́таго же за ны при Понти́йстем Пила́те, и страда́вша, и погребе́нна. И воскре́сшаго в тре́тий день по Писа́нием. И возше́дшаго на небеса́, и седя́ща одесну́ю Отца́. И па́ки гряду́щаго со сла́вою суди́ти живы́м и ме́ртвым, Его́же Ца́рствию не бу́дет конца́. И в Ду́ха Свята́го, Го́спода, Животворя́щаго, И́же от Отца́ исходя́щаго, И́же со Отце́м и Сы́ном спокланя́ема и ссла́вима, глаго́лавшаго проро́ки. Во еди́ну Святу́ю, Собо́рную и Апо́стольскую Це́рковь. Испове́дую еди́но креще́ние во оставле́ние грехо́в. Ча́ю воскресе́ния ме́ртвых, и жи́зни бу́дущаго ве́ка. Ами́нь.
Евхаристи́ческий кано́н:
Диакон: Ста́нем до́бре, ста́нем со стра́хом, во́нмем, свято́е возноше́ние в ми́ре приноси́ти.
Хор: Ми́лость ми́ра,/ же́ртву хвале́ния.
Иерей: Благода́ть Го́спода на́шего Иису́са Христа́ и любы́ Бо́га и Отца́ и прича́стие Свята́го Ду́ха, бу́ди со все́ми ва́ми.
Хор: И со ду́хом твои́м.
Иерей: Горе́ име́им сердца́.
Хор: И́мамы ко Го́споду.
Иерей: Благодари́м Го́спода.
Хор: Досто́йно и пра́ведно есть/ покланя́тися Отцу́ и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху,// Тро́ице Единосу́щней и Неразде́льней.
Иерей: Побе́дную песнь пою́ще, вопию́ще, взыва́юще и глаго́люще.
Хор: Свят, свят, свят Госпо́дь Савао́ф,/ испо́лнь не́бо и земля́ сла́вы Твоея́;/ оса́нна в вы́шних,/ благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне,// оса́нна в вы́шних.
Иерей: Даде́ святы́м Свои́м ученико́м и апо́столом, рек: Приими́те, яди́те, сие́ есть Те́ло Мое́, е́же за вы ломи́мое во оставле́ние грехо́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Даде́ святы́м Свои́м ученико́м и апо́столом, рек: Пи́йте от нея́ вси, сия́ есть Кровь Моя́ Но́ваго Заве́та, я́же за вы и за мно́гия излива́емая, во оставле́ние грехо́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Твоя́ от Твои́х Тебе́ принося́ще, о всех и за вся.
Хор: Тебе́ пое́м,/ Тебе́ благослови́м,/ Тебе́ благодари́м, Го́споди,// и мо́лим Ти ся, Бо́же наш.
Иерей: Изря́дно о Пресвяте́й, Пречи́стей, Преблагослове́нней, Сла́вней Влады́чице на́шей Богоро́дице и Присноде́ве Мари́и.
Вме́сто «Досто́йно есть...»:
О Тебе́ ра́дуется, Благода́тная вся́кая тварь,/ А́нгельский собо́р и челове́ческий род,/ освяще́нный хра́ме и раю́ слове́сный,/ де́вственная похвало́,/ из Нея́же Бог воплоти́ся,/ и Младе́нец бысть, пре́жде век Сый Бог наш:/ ложесна́ бо Твоя́ престо́л сотвори́/ и чре́во Твое́ простра́ннее Небе́с соде́ла.// О Тебе́ ра́дуется, Благода́тная, вся́кая тварь, сла́ва Тебе́.
Иерей: В пе́рвых помяни́, Го́споди, Вели́каго Господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, и́хже да́руй святы́м Твои́м це́рквам, в ми́ре, це́лых, честны́х, здра́вых, долгоде́нствующих, пра́во пра́вящих сло́во Твоея́ и́стины.
Хор: И всех, и вся.
Иерей: И даждь нам еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем сла́вити и воспева́ти пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: И да бу́дут ми́лости вели́каго Бо́га и Спа́са на́шего Иису́са Христа́ со все́ми ва́ми.
Хор: И со ду́хом твои́м.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Вся святы́я помяну́вше, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О принесе́нных и освяще́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.
Я́ко да человеколю́бец Бог наш, прие́м я́ во святы́й и пренебе́сный и мы́сленный Свой же́ртвенник, в воню́ благоуха́ния духо́внаго, возниспо́слет нам Боже́ственную благода́ть и дар Свята́го Ду́ха, помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Соедине́ние ве́ры и прича́стие Свята́го Ду́ха испроси́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: И сподо́би нас, Влады́ко, со дерзнове́нием, неосужде́нно сме́ти призыва́ти Тебе́, Небе́снаго Бо́га Отца́ и глаго́лати:
Моли́тва Госпо́дня:
Люди: О́тче наш, И́же еси́ на небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Благода́тию и щедро́тами и человеколю́бием Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Свята́я святы́м.
Хор: Еди́н свят, еди́н Госпо́дь, Иису́с Христо́с, во сла́ву Бо́га Отца́. Ами́нь.
Прича́стны воскре́сный и Севасти́йских му́чеников:
Хор: Хвали́те Го́спода с Небе́с,/ хвали́те Его́ в Вы́шних.
Ра́дуйтеся, пра́веднии, о Го́споде, пра́вым подоба́ет похвала́.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Прича́стие:
Диакон: Со стра́хом Бо́жиим и ве́рою приступи́те.
Хор: Благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне, Бог Госпо́дь и яви́ся нам.
Иерей: Ве́рую, Го́споди, и испове́дую, я́ко Ты еси́ вои́стинну Христо́с, Сын Бо́га жива́го, прише́дый в мир гре́шныя спасти́, от ни́хже пе́рвый есмь аз. Еще́ ве́рую, я́ко сие́ есть са́мое пречи́стое Те́ло Твое́, и сия́ есть са́мая честна́я Кровь Твоя́. Молю́ся у́бо Тебе́: поми́луй мя и прости́ ми прегреше́ния моя́, во́льная и нево́льная, я́же сло́вом, я́же де́лом, я́же ве́дением и неве́дением, и сподо́би мя неосужде́нно причасти́тися пречи́стых Твои́х Та́инств, во оставле́ние грехо́в и в жизнь ве́чную. Ами́нь.
Ве́чери Твоея́ та́йныя днесь, Сы́не Бо́жий, прича́стника мя приими́; не бо враго́м Твои́м та́йну пове́м, ни лобза́ния Ти дам, я́ко Иу́да, но я́ко разбо́йник испове́даю Тя: помяни́ мя, Го́споди, во Ца́рствии Твое́м.
Да не в суд или́ во осужде́ние бу́дет мне причаще́ние Святы́х Твои́х Та́ин, Го́споди, но во исцеле́ние души́ и те́ла.
Во время Причащения людей:
Хор: Те́ло Христо́во приими́те, Исто́чника безсме́ртнаго вкуси́те.
После Причащения людей:
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
По́сле Прича́стия:
Иерей: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́, и благослови́ достоя́ние Твое́.
Хор: Ви́дехом свет и́стинный,/ прия́хом Ду́ха Небе́снаго,/ обрето́хом ве́ру и́стинную,/ неразде́льней Тро́ице покланя́емся,// Та бо нас спасла́ есть.
Иерей: Всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Да испо́лнятся уста́ на́ша/ хвале́ния Твоего́ Го́споди,/ я́ко да пое́м сла́ву Твою́,/ я́ко сподо́бил еси́ нас причасти́тися/ Святы́м Твои́м, Боже́ственным, безсме́ртным и животворя́щим Та́йнам,/ соблюди́ нас во Твое́й святы́ни/ весь день поуча́тися пра́вде Твое́й.// Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Ектения́ заключи́тельная:
Диакон: Про́сти прии́мше Боже́ственных, святы́х, пречи́стых, безсме́ртных, небе́сных и животворя́щих, стра́шных Христо́вых Та́ин, досто́йно благодари́м Го́спода.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: День весь соверше́н, свят, ми́рен и безгре́шен испроси́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Ты еси́ освяще́ние на́ше и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: С ми́ром изы́дем.
Хор: О и́мени Госпо́дни.
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Заамво́нная моли́тва:
Иерей: Благословля́яй благословя́щия Тя, Го́споди, и освяща́яй на Тя упова́ющия, спаси́ лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, исполне́ние Це́ркве Твоея́ сохрани́, освяти́ лю́бящия благоле́пие до́му Твоего́: Ты тех возпросла́ви Боже́ственною Твое́ю си́лою, и не оста́ви нас, упова́ющих на Тя. Мир ми́рови Твоему́ да́руй, це́рквам Твои́м, свяще́нником, во́инству и всем лю́дем Твои́м. Я́ко вся́кое дая́ние бла́го, и всяк дар соверше́н свы́ше есть, сходя́й от Тебе́ Отца́ све́тов и Тебе́ сла́ву и благодаре́ние и поклоне́ние возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)
Псало́м 33:
Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и́./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода не лиша́тся вся́каго бла́га./ Прииди́те, ча́да, послу́шайте мене́,/ стра́ху Госпо́дню научу́ вас./ Кто есть челове́к хотя́й живо́т,/ любя́й дни ви́дети бла́ги?/ Удержи́ язы́к твой от зла,/ и устне́ твои́, е́же не глаго́лати льсти./ Уклони́ся от зла и сотвори́ бла́го./ Взыщи́ ми́ра, и пожени́ и́./ О́чи Госпо́дни на пра́ведныя,/ и у́ши Его́ в моли́тву их./ Лице́ же Госпо́дне на творя́щия зла́я,/ е́же потреби́ти от земли́ па́мять их./ Воззва́ша пра́веднии, и Госпо́дь услы́ша их,/ и от всех скорбе́й их изба́ви их./ Близ Госпо́дь сокруше́нных се́рдцем,/ и смире́нныя ду́хом спасе́т./ Мно́ги ско́рби пра́ведным,/ и от всех их изба́вит я́ Госпо́дь./ Храни́т Госпо́дь вся ко́сти их,/ ни еди́на от них сокруши́тся./ Смерть гре́шников люта́,/ и ненави́дящии пра́веднаго прегреша́т./ Изба́вит Госпо́дь ду́ши раб Свои́х,/ и не прегреша́т// вси, упова́ющии на Него́.
Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Сла́ва Тебе́, Христе́ Бо́же, упова́ние на́ше, сла́ва Тебе́.
Хор: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (Трижды) Благослови́.
Отпу́ст:
Иерей: Воскресы́й из ме́ртвых Христо́с, И́стинный Бог наш, моли́твами Пречи́стыя Своея́ Ма́тере, и́же во святы́х...
Многоле́тие:
Хор: Вели́каго Господи́на и Отца́ на́шего Кири́лла,/ Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́,/ и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к,/ епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его,/ богохрани́мую страну́ на́шу Росси́йскую,/ настоя́теля, бра́тию и прихо́жан свята́го хра́ма сего́/ и вся правосла́вныя христиа́ны,// Го́споди, сохрани́ их на мно́гая ле́та.
[1] Прошения и молитва о Святой Руси размещены на сайте «Новые богослужебные тексты», предназначеном для оперативной электронной публикации новых богослужебных текстов, утверждаемых для общецерковного употребления Святейшим Патриархом и Священным Синодом.
