Поделиться
Алексей Николаевич в форме ефрейтора
Первого августа 1903 года уездный городок Саров на севере Тамбовской губернии стал местом всенародного паломничества. Триста тысяч людей различных сословий со всей России приехали сюда, чтобы принять участие в праздновании прославления преподобного старца Серафима. В числе богомольцев был государь-император Николай Александрович Романов с супругой Александрой Федоровной и четырьмя дочками. В череду празднования был вовлечен и Дивеевский монастырь, сестры которого особенно почитали Серафима Саровского. В этой обители венценосную семью ждала необычная встреча, в которой таинственным образом отразилась грядущая судьба Романовых.
Блаженная Паша Саровская, прозорливая в своем юродстве Христа ради, увидев на пороге своей скромной кельи высокую делегацию, попросила остаться лишь царя и царицу. Усадив императорскую чету на пол, и угостив картошкой в мундире, старица поведала своим гостям нечто, от чего государыня была близка к обмороку. Услышав пророчества об ужасах, которые предстоят России и им самим, Александра Федоровна воскликнула, что не может в это поверить. Тогда Параскева Ивановна протянула царице красный лоскут материи со словами: «Это твоему сынишке на штанишки. Родится он – и поверишь в мои слова».
Вопрос о рождении сына на тот момент стоял в царской семье очень остро – девочки рождались одна за другой, а наследника престола все не было. Цесаревич вскоре появился на свет – это произошло ровно через год после Саровских торжеств.
Долгожданный мальчик, которого нарекли Алексеем, сразу стал всеобщим любимцем в императорском доме. Однако, радость, которую подарило его рождение, вскоре была омрачена – когда цесаревичу исполнилось два месяца, оказалось, что он унаследовал по материнской линии тяжелую болезнь, гемофилию. Падение, кровотечение из носа, простой порез – все, что для обыкновенного ребенка было бы пустяком, для Алексея Николаевича могло оказаться смертельным.
Из-за болезни наследнику престола были созданы особые условия – его постоянно сопровождали, стараясь предупредить каждый неверный шаг, сначала нянька, Мария Вишнякова, а позднее дядька - матрос Андрей Деревенько. Казалось бы, такое внимание могло повредить характер ребенка, сделать его чрезмерно требовательным и капризным. Однако, этого не произошло. Цесаревич рос скромным и веселым, любил шумные игры со сверстниками и своим любимцем – спаниелем по кличке Джой. В еде был скромным и непритязательным. Алексею нравилось, когда из солдатской кухни Сводного полка ему приносили на пробу щи и кашу. Мальчик съедал все и говорил, сияя от удовольствия: «Вот это вкусно - не то, что наш обед».
Болезнь доставляла царскому сыну невероятные страдания. Бывало, что от боли он не мог двигаться в течение многих дней. Однако, это не ожесточило мальчика, а наоборот, сделало его участливым к бедам других людей и научило ценить каждое мгновение благополучной жизни. Однажды летом старшая сестра, царевна Ольга, застала Алёшу лежащим в парке на траве – серьезный взгляд его был устремлен в небо.
Ольга:
Алёша, ты не скучаешь?
Алексей:
Вовсе нет! Мне нравится думать, размышлять.
Ольга:
О чем же ты думаешь, братец? Если, это, конечно, не секрет.
Алексей:
О, много о чем! Сейчас вот радуюсь, что могу наслаждаться солнцем и красотой лета. Кто знает, возможно, скоро наступит день, когда я больше не смогу этого делать.
Едва ли мальчик знал о пророчествах Паши Саровской, которые напугали его мать летом 1903 года. Однако, тучи сгущались над домом Романовых и над страной, и Алексей своей тонко воспринимающей душой не мог не чувствовать этого.
Цесаревич очень серьезно относился к своему монаршему предназначению, он видел его в первую очередь в том, чтобы всякий нуждающийся в помощи получал ее. «Когда я стану царем, - вырвалось как-то у Алёши восклицание, - то постараюсь, чтобы все были счастливыми!». После того, как Николай Александрович подписал отречение от престола за себя и за своего сына, родные боялись сообщить мальчику об этом, опасались, что крушение надежд станет для него непосильным ударом. Однако, реакция вчерашнего наследника была удивительной. Он задал только один вопрос: «Но если не будет царя, кто же будет править Россией?». Он думал о Родине.
В сибирскую ссылку тринадцатилетний Алексей Николаевич отправился вместе с близкими уже не как цесаревич, а как сын гражданина Романова. Несмотря на горькие обстоятельства, в царской семье многое оставалось прежним. И в первую очередь – бережное отношение друг к другу. Родители и сестры использовали любую возможность, чтобы утешить и развеселить Алёшу. И он веселился – может быть, тоже старался таким образом поддержать близких, знал, что им в радость его хорошее настроение. Зимой 1918 года, после того, как солдаты разрушили построенную царскими детьми ледяную горку, Алексей Николаевич придумал кататься на деревянной доске по ступеням лестницы, при этом сильно ушибся и слег. Внутреннее кровоизлияние лишило его возможности двигаться.
В мае царскую семью перевозят из Тобольска в Екатеринбург – в поездке Алёшу носит на руках матрос Климентий Нагорный. Отношение к узникам ужесточается. Двухэтажный дом Ипатьева, куда их поселили, обнесен двойным забором. Оконные стекла полностью забелены – нельзя увидеть даже неба. Открывать их запрещено, хотя уже по-летнему жарко. Двери в комнаты сняты с петель, охранники ведут себя развязно. Для Алёши нет необходимых медикаментов, и состояние его не улучшается. Мальчик признаётся матери: «Я не боюсь смерти. Но я сильно боюсь того, что они могут сделать со всеми нами. Только бы долго не мучили».
В подвал Ипатьевского дома ночью 17 июля цесаревич спустится на руках отца. Ни в чем не повинного ребенка расстреляют несколькими выстрелами в голову.
Причислив Алёшу к лику святых страстотерпцев, Церковь свидетельствует – мальчик прошел вслед за Христом дорогой страдания, не ожесточив своей души. Любящий Бога, он вошел в Его Царство – туда, где нет болезни и скорбей, где бесконечная жизнь полна радостного смысла. И всякий из нас, кто обратится к царственному страстотерпцу Алексею с молитвенной просьбой, непременно будет услышан.
26 апреля. О духовном смысле праздника
Поделиться
Сегодня 26 апреля. Неделя 3-я по Пасхе, Празднование дня памяти святых жён-мироносиц. О духовном смысле праздника — настоятель храма во имя Святителя Амфилохия, епископа Красноярского и всех Красноярских святых священник Родион Петриков.
Личность патриарха Иосифа нередко остаётся в тени его преемника — патриарха Никона. Однако вклад этого святителя в развитие православия трудно переоценить.
Прежде всего, он стал наводить порядок в богослужении. Он положил конец так называемому многогласию, когда в храмах ради экономии времени читали и пели одновременно. Он ввёл единогласие, что вернуло службам стройность и молитвенную глубину.
С именем патриарха Иосифа связаны и первые шаги в исправлении богослужебных книг, что позже выльется в масштабные реформы, приведшие к расколу. Он заботился о просвещении. В 1648 году по его инициативе в Москве при Андреевском монастыре открылось духовное училище. При нём активно издавались церковные и учительные книги, которые несли свет грамотности в самые отдалённые уголки страны.
Важно отметить его государственное чутьё: именно патриарх Иосиф благословил первые шаги к воссоединению Малороссии с Россией. Хотя сам, к сожалению, Переяславской рады, состоявшейся в 1654 году, он уже не застал.
Патриарх Иосиф был не просто церковным иерархом, но и одним из самых авторитетных людей своего времени. Он укреплял позиции Церкви в государстве, заботился о восстановлении храмов и тем самым готовил общество к грядущим духовным преобразованиям.
Войдя в историю как пастырь-миротворец и ревнитель порядка, он заложил тот фундамент, на котором его преемникам предстояло строить новое здание русского православия. Вечная ему память.
Все выпуски программы Актуальная тема:
Деяния святых апостолов
Поделиться
Деян., 16 зач., VI, 1-7.
Комментирует священник Дмитрий Барицкий.
Как успевать всё, везде и всегда и сохранять при этом душевный мир и покой? Ответ на этот вопрос находим в отрывке из 6-й главы книги Деяний святых апостолов, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.
Глава 6.
1 В эти дни, когда умножились ученики, произошел у Еллинистов ропот на Евреев за то, что вдовицы их пренебрегаемы были в ежедневном раздаянии потребностей.
2 Тогда двенадцать Апостолов, созвав множество учеников, сказали: нехорошо нам, оставив слово Божие, пещись о столах.
3 Итак, братия, выберите из среды себя семь человек изведанных, исполненных Святаго Духа и мудрости; их поставим на эту службу,
4 а мы постоянно пребудем в молитве и служении слова.
5 И угодно было это предложение всему собранию; и избрали Стефана, мужа, исполненного веры и Духа Святаго, и Филиппа, и Прохора, и Никанора, и Тимона, и Пармена, и Николая Антиохийца, обращенного из язычников;
6 их поставили перед Апостолами, и сии, помолившись, возложили на них руки.
7 И слово Божие росло, и число учеников весьма умножалось в Иерусалиме; и из священников очень многие покорились вере.
Эллинисты — это грекоязычные иудеи, которые жили вне Палестины. Некоторые из них также стали участниками Церкви Христовой и обосновались в Иерусалиме. И вот они начали проявлять недовольство. Им казалось, что их вдовы получали меньше материальной помощи от церковной общины, чем вдовы христиан из местных евреев. Поэтому они и начали роптать. Примечательно, что в тексте оригинала стоит то же самое слово, которое используется для описания негодования древних евреев, когда они скитались по пустыне. Тогда израильский народ возмущался на Моисея, дескать, зачем ты вывел нас из Египта, если мы здесь так страдаем. Так автор книги Деяний хочет показать, что обида эллинистов — это проявление недоверия. Они сомневаются, что через апостолов действует Бог. «Уж очень странно они управляют церковной общиной. Сильно это похоже на кумовство. Только о своих думают», — говорят они.
Во время Моисея евреи жестоко поплатились за свой ропот и недоверие. Большинство из них осталось лежать в пустыне. Иначе развиваются события в новозаветной Церкви. Апостолы не оправдываются, не угрожают, не доказывают, что им лучше известно, как управлять Церковью. Они смиренно признают: да, действительно, ситуация вышла из-под нашего контроля. Ведь «ежедневное раздаяние», то есть социальное служение, требовало огромных энергозатрат и административного ресурса. Поэтому они меняют структуру церковной организации. Причём очень важно, как они это делают. Все семь избранных диаконов носят греческие имена. Это представители тех самых эллинистов, которыми пренебрегали. Иными словами, апостолы передают служение именно тем, кто больше всех роптал. И это великий акт доверия: они не просто делегируют обязанности, они рискуют и вверяют заботу о слабых тем, кто сам чувствует себя обделённым.
Так апостолы убивают сразу нескольких зайцев. Они успокаивают смуту. Они преподают окружающим великий урок кротости, смирения и доверия Богу. Они позволяют Духу Божию Самому управлять Церковью. И это приводит к замечательным результатам. Вера во Христа и дело проповеди Евангелия становится общим делом. Как говорит книга Деяний, «слово Божие росло, и число учеников весьма умножалось в Иерусалиме». Так Писание предлагает нам поразмышлять над важной истиной. Подлинная духовная зрелость заключается не в том, чтобы всё держать под контролем и тащить на себе все заботы. Она в том, чтобы иметь мудрость и мужество довериться Богу и передать часть служения другим. Именно так можно не только сохранить своё начинание, но и единство с людьми и живую связь с Творцом.
Очень показательна в этом отношении история одного педагогического эксперимента. Среди воспитанников известного педагога Антона Семёновича Макаренко был некто Семён Калабалин. В свои 17 лет он имел богатый криминальный опыт. Вор-налётчик, главарь банды. Однажды Макаренко отправил его одного в город. Юноша должен был получить в финотделе и привезти обратно в колонию крупную по тем временам сумму в 2000 рублей. При этом Макаренко не дал юноше охраны, а просто вручил револьвер. Фактически он предоставил ему полную свободу действий. Каких-либо гарантий, что тот не сбежит, не было. Позже в своей книге Калабалин вспоминал, как дорогой отчаянно хотел, чтобы кто-нибудь напал на него, чтобы он мог сражаться и умереть, но не подвести учителя. Вернувшись, он просил Макаренко пересчитать деньги. Но тот даже не притронулся к ним и спокойно ответил: «Я знаю, что ты такой же честный человек, как и я». Такое доверие потрясло Калабалина и изменило его жизнью. Впоследствии он пошёл по стопам своего учителя, также стал педагогом.
Умение отходить в сторону и, несмотря на свою тревогу, страх и беспокойство, не вмешиваться в ситуацию, отказываться от части своего служения в пользу других — всё это порой чрезвычайно необходимо, чтобы мы не надломились. И чтобы в нашей жизни, и в жизни близких нам людей умножалась и действовала с избытком Божественная благодать.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 14. Богослужебные чтения
Поделиться
Всякий, кто читал «Записки из подполья» Ф.М. Достоевского, помнит, насколько тонко он описал глубинную трагедию внутренней раздвоенности человека. Сегодня в храмах читается 14-й псалом — который точно можно назвать полным антиподом «Записок» — давайте его послушаем.
Псалом 14.
Псалом Давида.
1 Господи! кто может пребывать в жилище Твоём? кто может обитать на святой горе Твоей?
2 Тот, кто ходит непорочно и делает правду, и говорит истину в сердце своём;
3 кто не клевещет языком своим, не делает искреннему своему зла и не принимает поношения на ближнего своего;
4 тот, в глазах которого презрен отверженный, но который боящихся Господа славит; кто клянётся, хотя бы злому, и не изменяет;
5 кто серебра своего не отдает в рост и не принимает даров против невинного. Поступающий так не поколеблется вовек.
Подполье у Достоевского — это не просто метафора социального или психологического падения, а именно духовное пространство, где человек сам, добровольно уходит в тень, где и строит свою жизнь на тайной грязи: скрытой лжи, самооправдании, злобе, корысти и презрении к другим. Это мир, где внешняя маска праведности или обыденности скрывает внутренний хаос — самую настоящую «паутину» пороков, которые питают душу ядом.
Псалом 14-й, напротив, предлагает буквально «разбор души по косточкам», как «глубинный медосмотр»: псалом перечисляет ключевые «органы» личности и показывает, как их исцелить, чтобы душа не деградировала в подполье, а выстроилась как цельный храм перед Богом.
Давайте разберём это глубже — следуя структуре псалма — и увидим, как каждый стих становится профилактикой подполья. Достоевский часто подчёркивал: зло не в громких преступлениях, а в медленном, тихом разложении — в «мышиных норках» совести, где копится грязь.
Псалом отвечает: праведник не даёт этой грязи скопиться. Истина в сердце — это первый пласт. Не внешняя честность, а внутренняя прозрачность. Человек не строит жизнь на иллюзиях: он видит себя без прикрас, признаёт грех и стоит пред Богом «голым». Это отказ от «тайной грязи» самооправдания.
Второе — язык как оружие: «не клевещет языком своим» и «не принимает поношения на ближнего своего». Ведь грязь языка — топливо подполья. Достоевский показывает, как злословие — радость унижения другого — является тайной местью миру. Подпольный человек не бьёт кулаком, а точит язык: сплетни, насмешки, яд за спиной. Слушать клевету — значит впускать грязь в свою душу, становясь соучастником «подполья».
Третий пласт — ближний как зеркало души. Праведник строит жизнь на незлобии, где нет места тайным ударам. Вот почему он и «не делает искреннему своему зла».
14-й псалом — это не «ещё один» список заповедей, а самая настоящая анатомическая карта: он показывает, как душа праведника собрана воедино. Подполье, напротив, это всегда двойственность и распад: сердце лжёт, язык отравляет, руки хватают, взгляд с подозрением. Вся эта тайная грязь копится незаметно, как плесень в подвале, но в итоге всё разрушает. Праведник же — как он показан в псалме — это организм в гармонии, где каждый «орган» — сердце, язык, воля — служит Богу и в тени не прячется!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
