Поделиться
3 февраля 1238 года полчища Татарские, бесчисленные как саранча, обступили со всех сторон Владимир. Великого князя Юрия не было в городе. Он выехал на север собирать войска. Защита же Владимира была поручена Юрием двум его сыновьям Всеволоду и Мстиславу.
Когда Татары подъехали к Золотым воротам, то они стали спрашивать: «Великий князь Юрий в городе ли?» Владимирцы на это пустили в них град стрел. Ответив им тем же, Татары закричали: «Не стреляйте!» и затем, выведя вперед захваченного в Москве отрока Владимира, спросили: «Узнаёте ли вашего княжича?». Владимир так похудел, что узнать его было трудно. При виде его — братья, бояре и весь народ заплакали. Тут же все поголовно решили: «лучше умрем все перед Золотыми воротами за Святую Богородицу и за правую веру, чем быть в их воле».
Однако опытный воевода ОслядюкОвич отговорил молодых князей выходить за ворота, и они последовали его совету обождать за стенами, пока не подойдет великий князь Юрий на выручку.
Между тем, Батый немедленно отрядил часть сил для взятия Суздаля, где были сожжены церкви и избиты все жители, а сам стал подготовлять всё для успешной осады Владимира.
6 февраля городские жители с изумлением смотрели, как ставились незнакомые им стенобитные и метательные орудия, готовились лестницы для приступа и город обносился тыном. Все поняли, что им не устоять и решили умереть, как подобает героям и христианам.
Всеволод, юная супруга его, бояре и множество других людей собрались в храме Владимирской Божией Матери. Здесь епископ Митрофан совершил умилительный обряд пострижения их в схиму. Затем, все способные носить оружие отправились опять на защиту городских стен.
Утром 7 февраля Татары пошли на приступ, до обеда взяли Новый город и зажгли его. Тогда Всеволод и Мстислав с остальными жителями бросились в Старый город, чтобы защищаться здесь. Мать же князей, великая княгиня Агафья и множество знатных людей, неспособных к бою, затворились в соборной церкви.
Скоро Всеволод, видя, что гибель неминуема, решил выйти с малою дружиною и богатыми дарами навстречу Батыю, думая, что, может быть, это умилостивит его. Но Батый не тронулся молодостью и несчастием Всеволода и приказал зарезать его.
Татары подошли к собору, обложили его дровами и подожгли, а затем отбили двери и стали грабить и убивать, никого не щадя, в то время как с амвона преосвященный Митрофан громогласно отпускал грехи умирающим. Из бывших в храме никто не спасся: одни задохнулись от дыма или сгорели, другие же были убиты.
Покончив с Владимиром, Татары пошил дальше. Разделившись на несколько отрядов, они взяли четырнадцать городов, в том числе Ростов, Ярославль, Волоколамск и Тверь.
Великий князь Юрий стоял на реке Сити, когда узнал о сожжении Владимира и гибели семьи. Поборов свое великое горе, он послал воеводу Дорожа с трехтысячным отрядом произвести разведку противника. Дорож вернулся и объявил, что Татары уже обошли Русское войско с правого крыла. Тогда Юрий сел на коня и бесстрашно выступил против врагов.
Скоро произошла встреча с Татарами. Русские бились мужественно и долго, но были совершенно разбиты окружившими их Татарскими полчищами. Убитых было великое множество. Самому князю Юрию была отрублена голова.
От Сити Татары двинулись на Торжок. Затем они направились по Селигерскому пути на Новгород, но, не доходя 100 верст, повернули назад. Очевидно, Батый, войдя в страну речную и болотистую, опасался потерять при оттепели всех лошадей. А также боялся развития болезней от непривычной для Монголов весенней влажности воздуха.
Повернув от Новгорода, Татары двинулись к югу, направляясь в степи, но были по пути надолго задержаны у незначительного города Козельска. Жители Козельска решили: «Хотя князь наш и молод, положим живот свой за него, и здесь славу и там небесные венцы от Христа Бога получим».
Татары вынуждены были осаждать город в течение семи недель, встретив упорнейшее сопротивление. Наконец, они разбили городские стены и взошли на вал, но горожане, и тут защищались с необыкновенной отвагой. Одни резались с врагом ножами, другие, выйдя из города, напали на Татарские полки и убили 4000 неприятеля, причем дрались до тех пор, пока все не были истреблены. Озлобленные Татары не оставили в живых ни одного человека. Все старики, женщины и младенцы были перебиты. Юный же князь потонул, по преданию, в крови. Татары прозвали Козельск злым городом.
«Духовные вопросы православной молодежи». Павел Чухланцев и Константин Цырельчук
Поделиться
Гостями программы «Светлый вечер» были представители просветительского молодежного проекта «Orthodox House» Павел Чухланцев и Константин Цырельчук.
Разговор шел о духовных вопросах, с которыми сталкиваются православные молодые люди и что помогает им находить для себя ответы.
Этой программой мы продолжаем цикл из пяти бесед о различных сторонах жизни православных молодых людей в современном мире.
Первая беседа с Иваном Павлюткиным была посвящена вызовам, с которыми сталкиваются молодые люди (эфир 09.03.2026)
Вторая беседа с Еленой Павлюткиной и Яной Михайловой была посвящена выбору школьного образования (эфир 10.03.2026)
Третья беседа с Еленой Павлюткиной и Яной Михайловой была посвящена выбору профессионального пути (эфир 11.03.2026)
Ведущий: Алексей Пичугин
Все выпуски программы Светлый вечер
«Святой Василий Павлово-Посадский». Андрей Гусаров
Поделиться
Гостем рубрики «Вера и дело» был Председатель совета директоров строительной компании «Сатори», руководитель Комитета «ОПОРА-СОЗИДАНИЕ» Андрей Гусаров.
Мы говорили о ведущейся работе по сбору информации о святых, которые были предпринимателями и, в частности, наш гость рассказал о жизни святого Василия Павлово-Посадского (Грязнова).
Ведущая программы: кандидат экономических наук Мария Сушенцова
Все выпуски программы Вера и дело
«Телеграмма»
Поделиться
Кадр из фильма «Телеграмма», студия «Мосфильм», режиссёр Георгий Щербаков
— Ненаглядная моя! Зиму эту я не переживу. Приезжай хоть на день. Дай поглядеть на тебя. Подержать твои руки. Стара я стала и слаба до того, что тяжело мне не только ходить, а даже сидеть и лежать.
— Нынче осень плохая. Вся жизнь, кажется, не была такая длинная, как одна эта осень...
Ненастной осенней ночью, в деревенском доме, пожилая женщина Екатерина Петровна пишет письмо дочери. Ложатся на лист бумаги трогательные, полные любви и надежды на скорую встречу, слова. Старушка смахивает слёзы. Её дочь Настя далеко — в Ленинграде. Работает секретарём Союза художников. И уже очень давно не приезжала повидаться с матерью. Письма от неё тоже не приходят. Лишь черкнёт пару слов на бланке денежного перевода — «Совсем нет времени». Но разве Екатерине Петровне нужны деньги? Она ждёт и надеется, что сможет ещё хоть раз обнять свою родную и единственную Настеньку. Мать и дочь — герои короткометражного фильма «Телеграмма». Фрагмент из него мы услышали в начале программы.
Экранизация одноимённого рассказа Константина Паустовского вышла на экраны в 1957 году. Ленту на студии «Мосфильм» снял Георгий Щербаков. Она стала его единственной киноработой — в дальнейшем режиссёр полностью посвятил себя театру. Впрочем, и в киноработе чувствуется, если можно так сказать, рука театрального мастера. Почти каждая сцена этого 30-минутного фильма — маленький шедевр. Режиссёр сумел увидеть и раскрыть на экране глубину небольшого рассказа Паустовского. А помогли ему в этом замечательные актёры: Лидия Смирнова, Вера Попова, Нина Гуляева, Николай Сергеев. Кстати, сыграть когда-нибудь в экранизации рассказа «Телеграмма» мечтала голливудская кинозвезда Марлен Дитрих. Однажды она прочла перевод произведения в американском литературном сборнике. Рассказ её буквально потряс. В 1964 году Дитрих приехала на гастроли в Советский Союз. На одно из её выступлений пришёл Паустовский. Узнав, что писатель находится в зрительном зале, актриса почтительно опустилась перед ним на колени.
Понять такой необычный поступок голливудской звезды просто, если прочитать рассказ и, конечно, посмотреть фильм, который снял по нему режиссёр Георгий Щербаков. Перед нами на экране разворачивается история вроде бы будничная, а с другой стороны — полная невероятного драматизма. Екатерина Петровна в одиночестве доживает свой век. Впрочем, она не совсем одна — каждый день приходит помогать по хозяйству пожилой сосед Тихон. Навещает женщину и её бывшая ученица Манюшка. Они знают, как ждёт старушка весточки от дочери. Как верит в то, что Настя приедет повидать её — быть может, в последний раз. Вот только дни идут, здоровье у Екатерины Петровны всё хуже, а Настя по-прежнему и не пишет, и не едет...
Настя в Ленинграде тем временем буквально сбивается с ног. Заботится о том, чтобы таланты — живописцы и скульпторы — не прозябали в неизвестности. Хлопочет о выставках. За всеми этими делами ей даже прочитать письмо от матери некогда. Получила, сунула, не распечатав, в сумочку, да и забыла. Открыла его между делом, в мастерской у очередного скульптора, к которому пришла, чтобы убедить выставляться. И эта благородная миссия в тот момент казалась ей важнее, чем материнская мольба:
— «Приезжай хоть на день»... Куда там сейчас ехать! Раве вырвешься от этих беспомощных гениев.
— Вам нужна выставка!
— Какая там выставка! А кто ж за меня работать-то будет? Нет! Во всяком случае, добиваться её не буду. Надоело, и...
— А я добьюсь!
Достучится ли мать до сердца дочери? Осознает ли Настя, что нет у неё никого роднее и ближе? Увидятся ли они? Всё это мы обязательно узнаем. Думаю, что не ошибусь, если скажу: фильм Георгия Щербакова «Телеграмма» напомнит зрителям и библейскую притчу о блудном сыне, и заповедь о почитании родителей. И побудит задуматься о том, как не забывать в будничной суете о близких людях. Как сохранить сердце чутким, а душу — открытой.
