Поделиться
Здравствуйте. У микрофона Павел Крючков. С вами программа «Рифмы жизни», программа о поэзии и поэтах. Мы читаем и слушаем русские стихи, созданные на протяжении последних двух столетий, – включая и начало нынешнего века.
К литератору 19-го века – Михаилу Дмитриеву (он родился за три года до Пушкина и прожил ровно семьдесят лет) в молодости пристало едкое прозвище «Лже-Дмитриев», – отсылающее как к известному персонажу российской истории, так и к своему знаменитому дяде – поэту, баснописцу и государственному деятелю Ивану Ивановичу.
Прозвище было вызвано расходящимися в списках эпиграммами, которыми Михаил Александрович забрасывал своих литературных противников, среди которых были, например, Вяземский, Белинский и Грибоедов. В этом Дмитриеве причудливо соединялся ретроград-консерватор – охранитель «старых» дворянских устоев и – сразу – свободолюбец, не принявший николаевского абсолютизма, и горячий сочувственник бунтовщикам-декабристам…
Впрочем, мы же здесь – о стихах, а мне тут встретилась чудесная дмитриевская «Исповедь», написанная плавным, свободным стихом, и не забытая, к счастью, антологиями русской молитвенной поэзии.
Я исповедался Тебе, Владыко
Душ и телес, Царь неба и земли,
Тебе, о Боже и духов и плоти!
Ты мне послал источник слез обильный,
И Твой служитель разрешил меня,
И стало так легко мне и свободно!
И я подумал: вот, как царь земной
Положит гнев за некую вину,
Кто разрешит? кто покаянье примет?
К кому прибегнуть и кого просить?
Кто согласится быть перед царем
Ходатаем, свидетелем? – Кто станет
Посредником меж милости и правды!
А у Него, Царя небес, не так!
Доступен в каждом храме Он; а храм
Его – есть в каждом граде и селенье;
И в каждом храме – милости алтарь;
И в каждом храме есть Его служитель,
Его министр, и он уполномочен,
Кто ни покается – прощать и разрешать
И отпускать раскаянью вины,
И допускать еще к трапезе царской!
Меня спросил священник: не имею ль
Вражды противу тех моих врагов,
Которые мне причинили зло?
О нет! – я отвечал; – Бог видит: нет!
В то самое мгновение, как я
Узнал, что был неправедно отвергнут
За то, что правду громко защищал,
Что нанесен мне злом удар последний,
Я пал, как Иов, на лице мое,
И трижды Богу в землю поклонился,
Сказав: благодарю за все, о Боже!
И помолился за моих врагов!
Так отвечав священнику, я тут же
У жертвенника помолился снова,
Чтоб их Господь не наказал за грех,
Помиловал, и зла им не припомнил!
И горько плакал я: и стало мне
От слез моих легко так и свободно!
Легко ли им, свободно ль им, не знаю;
Но в этом я конечно невиновен!
Михаил Дмитриев, «Исповедь», 21 марта 1847 года
...За пять лет до этого пылкого стихотворения – а в те 1840-е годы у Дмитриева сложилось немало религиозных стихов – он сочинил язвительный триптих «Два века». Стихи были посвящены порочно нарастающей зависимости людей от прогресса и одновременному удалению их от веры, несмотря на попускаемые Богом напоминания о Себе: мор, голод, пожары.
На прощание прочитаю последние строки этого увещевания, адресованного тогдашним современникам позабытого русского поэта Михаила Дмитриева:
…Они, встревожены утратой,
Один убыток видят в ней!
На язвы мира – сыплют злато;
А Бог ждёт вздоха от людей!
С вами была программа «Рифмы жизни» и её ведущий Павел Крючков
18 сентября. О значении преодоления себя для христианина
Поделиться
О значении преодоления себя для христианина — клирик московского храма всех святых в земле Российской просиявших в Новокосино протоиерей Григорий Крыжановский.
Сегодня стало популярным такой девиз или, что ли, призыв, особенно на тренингах личностного роста, при посещении психолога, фраза: «Вам необходимо выйти из зоны комфорта».
Но эта фраза — так ли она вам? Мне кажется, что вполне себе это евангельский призыв.
И если мы обратим внимание на текст, когда Христос обращается к Своим ученикам, Он говорит, например: «Пойдите, проповедуйте, не берите с собой ни второй одежды, ни хлеба, ни серебра, ни сандалий, даже посоха». Чтобы человек не имел даже возможности на что-либо, не то что бы на кого-либо, но на что-либо опереться.
И мне хочется сказать, что то, что нам может показаться сегодня модным и новым, при внимательном рассмотрении оказывается давним, забытым и фундаментальным: чему учит нас Святая Церковь.
Все выпуски программы Актуальная тема:
18 сентября. О духовном облике святой семьи
Поделиться
Сегодня 18 сентября — День памяти пророка Захарии и праведной Елисаветы — родителей пророка Иоанна Предтечи.
О духовном облике святой семьи — руководитель просветительских проектов издательского Совета Русской Православной Церкви священник Захарий Савельев.
Пророк Захария и праведная Елизавета, как мы с вами знаем, были оба из благочестивого рода. Пророк Захария был первосвященником, а праведная Елизавета была верной ему супругой. И они много лет находились в состоянии духовного испытания.
Дело в том, что во времена древних иудеев пара, которая без детей, не почиталась в обществе. И это явление семейной жизни воспринималось как проклятие или же недостаток нравственной жизни этих супругов. Но по слову апостола Павла: «Сила Божия в немощи совершается». И, будучи уже стариками, эти люди уподобились Аврааму и Саре. Они родили святого ребёнка, они родили святого человека, последнего из пророков и первого из апостолов — Иоанна Предтечу.
И как мы с вами знаем, и у пророка Захарии, и у праведной Елизаветы были испытания, и даже испытания молчанием. Пророк Захария, будучи первосвященником, усомнился, и поэтому замолчал на какой-то период до рождения собственного сына. Но это испытание тоже было полезным для его духовной жизни, для его облика как святого человека. Пророк Захария разверзает уста, когда пишет на дощечке имя Иоанн.
То есть вот само рождение сына в этой супружеской чете является ярким примером промысла Божия и примером того, как Господь способен слышать молитву человека и в тот нужный момент, когда это более необходимо для самого просящего, являть Свою милость.
Все выпуски программы Актуальная тема:
Псалом 120. Богослужебные чтения
Поделиться
Насколько близко Бог может приблизиться к человеку? Прямой ответ на этот вопрос находим в псалме 120-м, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.
Псалом 120.
1 Возвожу очи мои к горам, откуда придёт помощь моя.
2 Помощь моя от Господа, сотворившего небо и землю.
3 Не даст Он поколебаться ноге твоей, не воздремлет хранящий тебя;
4 не дремлет и не спит хранящий Израиля.
5 Господь — хранитель твой; Господь — сень твоя с правой руки твоей.
6 Днём солнце не поразит тебя, ни луна ночью.
7 Господь сохранит тебя от всякого зла; сохранит душу твою Господь.
8 Господь будет охранять выхождение твоё и вхождение твоё отныне и вовек.
Только что прозвучавший псалом — это гимн, который пели паломники, направляясь в Иерусалим на праздники. Дорога была долгой и опасной. Гористая местность Иудеи кишела разбойниками. А потому каждый день пути мог стать последним. Путники прекрасно это осознавали. А потому всё их внимание было приковано к горам. «Возвожу очи мои к горам, откуда придёт помощь моя», — передаёт псалмопевец мысли странников. Конечно же, не горы сами по себе привлекали внимание путешественников. Просто паломники знали, что за этими каменными стенами находится Иерусалим, место присутствия Божия.
Сам по себе 120-й псалом небольшой. Всего 8 стихов. Но в них целых пять раз в различных формах повторяется слово «хранить». Так автор псалма выражает идею о Божественной защите и поддержке тех, кто ищет этой защиты. Такого человека Бог будет поддерживать всегда. Даже на скользкой тропе «не даст Он поколебаться ноге твоей», — пишет псалмопевец. Образ твёрдого шага, уверенности и устойчивости во время путешествия переносится на всю жизнь. Бог, как говорится в псалме, хранит «выхождение твоё и вхождение твоё». Вхождение и выхождение может понимать как вдох и выдох. Другими словами, Бог хранит то, от чего напрямую зависит наша жизнь и о чём мы зачастую даже не задумываемся.
Особенно ярким является сравнение с «луной ночью». В древности верили, что лунный свет может вызывать безумие, эпилепсию, душевные расстройства. Но даже эта таинственная, пугающая сила не властна над тем, кого хранит Господь. Ведь Бог, по словам псалмопевца, даже ночью, когда на небе луна, не дремлет и не спит. Здесь возникает очень интересная перекличка с другой библейской книгой, книгой Царств. В ней есть эпизод, когда языческие жрецы, соревнуясь с пророком Божиим Илией, пытаются докричаться до своего божества, но не получают никакого ответа. «Может быть, он спит?» — смеётся над ними Илия. Но не таков Бог Израиля. Он всегда бодрствует. И ведёт тех, кто смотрит на Него с надеждой.
Мы, конечно же, не паломники, которые идут в Иерусалим по каменистым тропам. Однако каждый день мы тоже отправляемся в путь: на работу, к близким, порой, к незнакомым людям. На этом пути нас подстерегают свои «разбойники»: тревога, усталость, обиды, страхи, соблазны. Чтобы с ними справиться, мы тоже поднимаем глаза к своим «горам». Кто-то ищет опору в деньгах, кто-то в карьере, кто-то в отношениях, кто-то в окружающих или собственных силах. Однако все эти опоры очень ненадёжны. Все они однажды рассыпаются. А потому вникнем в смысл 120-го псалма. Его автор напоминает нам, что надеяться можно лишь на Того, Кто создал эти горы. И Он охраняет не просто нашу явную активность и наиболее значимые стороны нашей жизни. Он охраняет само наше «вхождение и выхождение». То есть следит внимательно за самим нашим дыханием. И, чтобы это ощутить, нам требуется посвятить Ему каждый наш вдох и выдох.
Псалом 120. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 120. (Церковно-славянский перевод)
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
