«Чистое слово». Виталий Якунин - Радио ВЕРА
Москва - 100,9 FM

«Чистое слово». Виталий Якунин

(22.06.2026)

Чистое слово (22.06.2026)
Поделиться Поделиться

Гостем программы «Светлый вечер» на Радио ВЕРА был руководитель духовно-просветительского центра «Чистое слово», член правления Всероссийского общества «Отцы России» Калужской области, отец пятерых детей Виталий Якунин.

Сегодня в повседневной речи людей — и взрослых, и в особенности подростков — все чаще звучит нецензурная брань. Наш герой рассказал о том, какой вклад вносит просветительская деятельность в решение этой проблемы, как можно объяснять опасность употребления матерных слов и показывать красоту чистой речи. Также разговор шел о важности неравнодушного отношения общества к проблеме сквернословию и о том, как важно объединять усилия семьи, школы и Церкви в деле духовно-нравственного воспитания молодежи.

Ведущие: Анна Леонтьева, Сергей Платонов


А. Леонтьева

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА. У микрофона Анна Леонтьева.

С. Платонов

— И Сергей Платонов.

А. Леонтьева

— У нас в гостях Виталий Якунин, руководитель Духовно-просветительского центра «Чистое слово», член правления Всероссийского общественного движения «Отцы России» Калужской области и, что очень важно, отец пятерых детей. Виталий, добрый вечер.

В. Якунин

— Добрый вечер.

А. Леонтьева

— Буквально 2 слова про Духовно-просветительский центр «Чистое слово». Центр занимается сохранением традиций языковой культуры речи и поддержанием духовно-нравственных ценностей в обществе, профилактикой и искоренением ненормативной лексики среди детей, молодежи и взрослых. И также я прочитала, что центр содействует духовному, историческому и культурному развитию, соответственно, и взрослых, и детей. С 13 мая по 5 июня в городе Тарусы прошел фестиваль «Русь святая, храни слово русское». Вот сегодня об этом обо всем поговорим. Фестиваль, как такой информационный повод. На самом деле тема у нас такая очень серьезная, и для меня она болевая. Я для начала рисую такую картинку. Представьте себе, есть две вещи, к которым я не могу привыкнуть в городе Осташкове, где я живу, наполовину в Москве, наполовину на озере Селигер. Это закаты. И дальше. Представляете картинку: каждый закат неповторим. Это такая, над озером разливается солнце. Каждый раз это такая красота и тишина. И еще, знаете, купаются, например детки. И тут я слышу, что они говорят. А говорят они исключительно матом. И это такой диссонанс. И это вторая вещь, к которой я не могу привыкнуть, потому что мне кажется, в маленьких городах это, может и в Москве больше, ну не знаю, у меня нет такой статистики, ну к этому привыкнуть невозможно. Мат из уст таких вот прекрасных детей на прекрасном закате.

С. Платонов

— Я думаю, с 6-ти лет начинают. Ну вот я живу рядом со школой, там постоянно дети. И вот примерно уже с первого класса ребята могут употреблять крепкие слова в своем лексиконе.

А. Леонтьева

— Виталий, ну первый вопрос: почему и как вам пришло в голову вот начать такую борьбу за чистоту и здоровье языка?

В. Якунин

— Ну общественной деятельностью сначала я начал заниматься не со сквернословия, ни с профилактики сквернословия, а именно в рамках движения «Отцы России». Там много разных проектов, в том числе помощь ребятам, которые находятся в зоне специальной военной операции и их родителям. И вот как-то с одним батюшкой, с отцом Александром мы тоже общались о деятельности в целом, потому что он такой тоже предприимчивый, с раннего возраста, еще даже когда учился в семинарии, он в интернете проповедовал Евангелие, создавал разные курсы лекций. Такой очень интересный опыт. И мы, с ним разговаривая, вот как раз наткнулись, что это сегодня есть большая проблема. Но, перед тем, как начать заниматься ей, я решил действительно понять: а нужно это или нет. И я, у нас в городе пошел к двум директорам школ, взял, распечатал какие-то плакаты, которые нашел в интернете, ну что-то там мы написали, я уже не помню, что точно было, и показал: вообще нужно этим заниматься. Можно я там прям прочитаю лекцию, поговорю, и так далее? Мне же нужно было еще подготовиться, что-то сказать. Конечно, нужно было чтобы меня допустили. Ну кто я такой. Ну они меня знали по общественному движению «Отцы России», ну вот дальше нужно было этим вопросом заняться. И вот один из директоров школ мне сказал: «Конечно, приходите. Мужчина, у нас так мало мужчин, так много детей без отцов растут. Ну что мы, женщины, мы -женщины, да, они к нам привыкают. А они вас будут по-другому слушать. Мы вам будем очень рады.». Конечно, я, как многодетный отец, меня это подстегнуло, у меня большинство ребят, пацанов. И, конечно же, услышав эти слова, это еще больше подстегнуло внутренне. Я набросал что-то себе, лекцию, сделал какую-то презентацию и вот пошел потихонечку разговаривать. Сначала слушали, даже сам директор подходили, внимательно слушали: что же он там такое говорит, я прям видел их. А потом стали одного оставлять в кабинете. Было такое. Потом стали педагоги приходить, слушать все вместе как-то. Ну а потом уже спокойно и без всяких проблем. И вот начиная с того самого времени мы все развиваемся и развиваемся, и проект уже растет. И он, приглашают уже не только в Калужской области, и уже в Москву и в Московскую область. Тут самое главное, знаете, надо, чтобы был отклик в сердцах педагогов. Зачастую приглашают и родители. Иногда подходят и говорят: «А можно вас пригласить?». -: «Можно. Только договоритесь, пожалуйста, со школой.». Потом перезванивают и говорят: «У нас не получается договориться со школой.». Не видят проблемы в этом. А бывает наоборот , что учитель видит эту проблему. А потом, значит, разговаривает с директором, и директор, оказывается, видит эту проблему. То есть по-разному. Тут вопрос заключается в том, самый главный, который мы все должны с вами поднять — что идет очень агрессивная подмена понятий. Зло подменяет добро. И, знаете, в том году у нас была конференция в рамках «Дни Достоевского», и там был батюшка один из Оптиной пустыни, который рассказал такую историю: что его тоже пригласили. А для него тоже тема сквернословия, она такая очень болезненная. Его пригласили в город Козельск, там же рядом. И собрался большой зал, человек 100, наверно. И он начинает: «А сейчас мы будем говорить о проблеме сквернословия.». Из середины зала встает такая невысокая женщина, демонстративно выходит. Он потом спрашивает: «А кто это?». -: «А это учитель русского языка и литературы.».

А. Леонтьева

— Ничего себе.

В. Якунин

— Да. Поэтому, поверьте, я тоже в своей практике уже сталкивался со многими вещами. Такая проблема существует. Но, слава Богу, еще есть к чему стремиться и надежда есть. Это самое главное — чтобы был проблеск в конце тоннеля. И если вы меня спросите: а почему же так все-таки происходит? Вижу по вашим глазам, вы хотите спросить. Я вам скажу, что все те слова, которые мы употребляем — это итог нашего внутреннего состояния. Да, к сожалению, это действительно так. Если мы вспомним то, что происходило лет 15 — 20 назад, такого не было. Всегда мы, молодые люди, вспомните, даже если мы что-то не то делали, что-то не то говорили, мы оглядывались назад: есть ли взрослые, боялись, когда родители придут с какого-нибудь с классного часа, что они нам скажут. А сегодня они не бояться. Сегодня все так, как происходит. Пропадает уровень уважения.

А. Леонтьева

— Авторитетность.

В. Якунин

— Авторитетность.

А. Леонтьева

— И учителя.

В. Якунин

— И у учителя, и у родителей. Сегодня очень мало родителей, сегодня вообще, если говорить о классных часах, ну в некоторых школах, точнее, наверно, скажем так, по школам нехорошо делить, областях уже даже, наверно, перестали проводить такие классные часы. А в некоторых, например проводят онлайн. А в некоторых других областях проводят только раз в год, в начале. Это считается достаточным. А зачастую теперь родители говорят, когда ребенок себя ведет плохо, сейчас же нету оценки за поведение.

А. Леонтьева

— А, нету, да?

С. Платонов

— Скоро уже будет .

В. Якунин

— Еще нету, пока еще нету. Хотя, хотят, назовем это так.

С. Платонов

— Надо, конечно, уточнить информацию. Кажется скоро она появится.

В. Якунин

— Да, с 1 сентября нового учебного года хотят ввести ее. Но, давайте не бежать впереди паровоза, значит хотят. Обращаются к родителям, для того, чтобы родители повлияли на поведение ребенка. И, к сожалению, большому, родители говорят, зачастую уже: «Мы вам отдали ребенка, вы им занимайтесь. Что вы от нас хотите. Мне некогда им заниматься.». Это не то, что у них много детей там: трое, четверо, пятеро.

С. Платонов

— Где еще можно понять.

В. Якунин

— Где да, еще что-то можно понять. Ребенок плачет, второй бегает, друг на друге висят. Можно, да, это понять. Но, когда один ребенок, «Некогда заниматься» — так говорят мама и папа. А зачастую и нет этого самого папы. А к кому обращаться?

А. Леонтьева

— Зачастую нет папы, и, как вы сказали, нет авторитета.

В. Якунин

— Нет, да, авторитета, в том числе родительского.

А. Леонтьева

— То есть они просто не могут иногда, будем честны.

В. Якунин

— Но, в этом не виноваты дети, виноваты мы, взрослые, мне кажется.

А. Леонтьева

— Ну вообще-то да.

В. Якунин

— Тут ну да, как бы, здесь мы по-своему воспитали вот эти проблемы, которые есть, своим равнодушием на самом деле. Ну я тоже замечаю это неуважение. Например, там одноклассник моего сына, проезжая мимо на машине меня со своей мамой, увидел меня, показал мне жест определенный. Тут я впервые ощутил, что это такое. Ну и ведь это же родители разрешили это, получается. Они этому полностью, ну не то, что покровительство, равнодушие.

С. Платонов

— Смотрят сквозь пальцы.

В. Якунин

— Да. И это вина не этого мальчика, мне кажется. Он, наверное, мне кажется, не понимает, что он делает. Но, это факт.

А. Леонтьева

— Виталий, а вот когда вы стали выступать перед детской аудиторией, я просто в свое время работала в лагере международном, там были такие очень мотивированные детки, и мы учились там журналистики. И я подумала, что это классно, потому что такая отдача. И я пошла к младшему в школу, попросила собрать мне класс, говорю: «Я буду вести бесплатно.». Я когда увидела эту детскую аудиторию, которая большая, они вообще, их перекричать было невозможно, я прошу прощение. Как вот вы делаете, чтобы вас слушали?

С. Платонов

— Какая аудитория, кстати, вот у вас?

В. Якунин

— Разная аудитория. Сначала, конечно же, это были средние классы. А теперь уже.

А. Леонтьева

— Самые страшные.

В. Якунин

— Нет.

А. Леонтьева

— Нет?

В. Якунин

— Очень, я очень люблю наших детей. Сейчас, знаете, говорят, что наши дети какие-то другие стали, а вот раньше были другие. Нет.

С. Платонов

— Времена не те.

В. Якунин

— Времена да, не те. Нет, понимаете в чем дело, дети чувствуют твой посыл, чувствуют искренен ты или нет. Если человек не искренен, и он видит: ему это не нужно, это тоже самое касается педагогов. Почему многие ребята не уважают педагога, ну зачастую? Потому, что они не видят эту искренность. И с ними трудно не согласиться, потому что у нас у всех бывает такое, что мы охладеваем, остываем, выгораем. А потом уже часто, к сожалению, приглашают к деткам, которые находятся в младших классах, начиная с первого и до четвертого. Потому, что по статистике где-то 2- 3 ребенка обязательно после детского сада используют ненормативную лексику. Почему?

С. Платонов

— Подтверждаю.

В. Якунин

— Потому, что эти самые молодые родители, которым некогда, они друг с другом разговаривают этим языком.

А. Леонтьева

— Ну вот я хотела сказать, это же родительские взаимоотношения.

В. Якунин

— Да, это родительские. Я вам могу сразу одну вещь открыть. Оказывается, ну дело в том, что сейчас, уже мы начали с этого, люди оправдывают сквернословие. В том числе и психологи.

С. Платонов

— А, кстати, много очень вирусных видео, где маленькие дети неосознанно могут говорить нецензурные слова. Ну плохо выговаривают что-то, а может быть где-то услышали и понимают, в каком случае нужно применять конкретный оборот.

А. Леонтьева

— Ничего себе.

С. Платонов

— И ребенку, он еле-еле может научился только разговаривать, и он, высказывая какую-то досаду, говорит это слово. И взрослые за кадром смеются: это же так мило. И таких видео очень много, кстати. И это тоже своего рода в копилочку.

В. Якунин

— Да, они подставляют ребенка, потому что человек считает: ему нужно сказать одно слово. Вот представьте себе: когда человеку, наша психика сегодня вот на что настроена, ну большинства из нас: когда тебе плохо, ты ругаешься, когда тебе хорошо — ты тоже ругаешься. Ты используешь те же самые слова.

А. Леонтьева

— Когда у тебя сильные эмоции какие-то.

В. Якунин

— Да, когда у тебя какие-то сильные эмоции. И тебе становится хорошо, и даже весело. И все вокруг даже могут посмеяться. А у нас еще, мы можем, русский человек еще может так развернуть это слово, так его придумать: и какой же у нас богатый классный русский язык. Давайте вместе посмеемся и порадуемся, как же это было. Представляете, до чего мы дошли вообще. И вот это самое ужасное.

С. Платонов

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА. У микрофонов Сергей Платонов и Анна Леонтьева. Беседуем с Виталием Якуниным, руководителем Духовно-просветительского центра «Чистое слово», а также членом правления Всероссийского общественного движения «Отцы России Калужской области.

А. Леонтьева

— И что важно, отцом пятерых детей.

С. Платонов

— Да, очень важно.

А. Леонтьева

— Я хотела спросить, Виталий, а в вашей семье когда-нибудь была такая проблема вообще, зарождалась хотя бы? Вы говорили с детьми вообще об этом?

В. Якунин

— Конечно. Я, не только я, но еще и моя супруга, мы для себя решили. Что мы будем показывать детям, во-первых, на своем примере нашей жизни. Знаете, есть определенная проблема для верующего человека, тоже часто встречающаяся: родители считают, что они могут, например отдать ребенка в воскресную школу, и там позанимаются, там его научат вере, и так далее. Да, ну есть такое.

С. Платонов

— Если бы это было бы так.

В. Якунин

— А мы считаем, что, наоборот, мы должны показывать ту самую малую Церковь в семье. Да, воскресная школа — это хорошо, как дополнение, чтобы ребята видели, что они не одни, что есть такие же, как они, такие же: бегают, прыгают, веселятся, хулиганят. Это все здорово и замечательно. Но, в первую очередь, малая Церковь, они должны видеть наш пример. И мои дети видят мой пример, видят папу, видят мою супругу, какие мы. И я очень надеюсь, что это даст положительные плоды. Конечно же, бывают случаи, когда приходится с ними разговаривать, в том числе и строго, не без этого, как в любой семье. Но, все обходится пока, слава Богу.

А. Леонтьева

— Ну у вас старшему 17 лет, это уже вот тот самый подростковый возраст, о котором мы так любим говорить, что он самый сложный, такого нету?

С. Платонов

— Самый прекрасный, самый прекрасный возраст — 17 лет. Когда же это было?

В. Якунин

— Самое главное, когда, это не только касается моих детей, когда я обращаюсь к ребятам, когда я читаю им лекцию, я всегда говорю: «Думайте сами. Вы пришли в школу, которую пока вы так не любите не только для того, чтобы чему-то научиться и что-то выучить, но еще для того, чтобы вы научились размышлять, думать, анализировать, работать с огромным количеством материала.». Знаете, я всегда радуюсь, когда моему старшему сыну задают материалы, где нужно из нескольких источников собрать один и подготовить. Потому, что он тем самым учится работать. Вот в моей молодости в школе такого не было, я не помню такого. Этим я только начал заниматься в институте, начиная там с первого или второго курса. А вот они уже этим занимаются, это здорово. Конечно, сначала я ему там что-то помогал, делал такое, а потом говорит: «Нет, я сам, все. Ты что , я все сам могу.». И делает это замечательно. Поначалу просил проверять, а теперь даже не просит ничего проверять. Как-то так вот.

А. Леонтьева

— Ну то есть у вас вообще в семье не стояла проблемы ненормативной лексики, никто ниоткуда ничего не приносил?

В. Якунин

— А я всегда объяснял, что это. Конечно, может быть она была и присутствовала, но всегда, понимаете, дело в том, что даже верующему человеку не хватает слов для того, чтобы объяснить: почему это грех, или почему это плохо. Люди сами не понимают. Они знают, что это грех, а что дальше и почему это так.

А. Леонтьева

— Как объяснить.

В. Якунин

— Да, как объяснить, что оттуда вытекает. И как вот этот самый человек, даже представляете, он себе идет по улице, ребята, например ругаются, у него есть запал. Вот я недавно был свидетелем, когда был выпускной у ребят из школы. Мы там пришли с женой в кафе, и они там матерились очень сильно при входе вечером. В том числе и алкоголь. И было очень много взрослых, и один из взрослых, уже старше меня уже лет, наверно, на 15, на 20, стал ему объяснять: «Как ты разговариваешь, что ты вообще говоришь.». Это было мне лично, ну как я этой проблемой занимаюсь, было интересно, что он скажет. Ну этих слов может быть достаточно, но недостаточно.

А. Леонтьева

— А что он сказал?

В. Якунин

— Просто он делал упор на то, что нужно уважать свой родной язык. Язык. Но, не говорил, а просто тот мальчик, кому он это говорил, тот матом кого-то успокаивал. Ну как бы он понимал, что он делает благо для кого-то. А с другой стороны, использовал такую в агрессии ненормативную лексику. Ну ему нужно было говорить: начни уважать себя, начни уважать окружающих, потому что это больше, чем просто язык. А есть такая русская пословица: «От гнилого сердца гнилые слова», которая, собственно говоря, передает христианские принципы, внутреннее наше состояние. Вот об этом с ними нужно говорить. Когда ребятам об этом говоришь, что: невозможно построить общество, семью, отношения с друзьями, если мы не уважаем друг друга. И если недавно мама говорила своей дочери: «Нельзя выходить замуж за того молодого человека, который при тебе ругается матом.», вы понимаете, почему нельзя выходить замуж за такого молодого человека? Потому, что, когда у ребят спрашиваешь об этом, девчонки сразу, школьницы говорят: «Он будет бить.». Первое, вот сразу по статистике, сразу будет бить. Ну хорошо, будет бить, можно простить, например, если тебя ударили. Хотя это очень тяжело сделать. Ну бывают такие слова, когда тебе скажешь, пройдут десятилетия, и ты все равно можешь вспомнить. Это очень тяжело, потому что слово, недаром в Евангелии от Иоанна, любимым учеником Христа, сказано: «Вначале было Слово.». И это слово написано с большой буквы, словом все сотворено. Слово имеет очень огромное значение вообще в духовной жизни, в нашей психике, психиатрии, если хотите и очень так влияет на нашу внутреннюю жизнь, в том числе и отношения с людьми. А после этого уже идет мимика и все остальное. Вот что важно.

А. Леонтьева

— Ну вот Виталий, знаете, есть такое мнение, что матерные слова, они несут в себе такой очень большой заряд энергии. Поэтому иногда человек непроизвольно, в каких-то диких ситуациях у него что-то такое вылетает. Вот например, вы пришли, подростки там или молодые люди разговаривают вот соответствующим образом. Что вы им говорите? Вот вы подошли, вы уже занимаетесь этой проблемой. Дайте такую шпаргалку что ли.

В. Якунин

— ну во-первых, нужно смотреть на, вообще бывает, понимаете, ситуация, когда к ним нельзя подойти. То есть нужно смотреть на них, как они себя ведут. Если вы чувствуете в себе неуверенность, или чувствуете, что в вас могут полететь камни, наверно, лучше не нужно подходить . Потому, что есть состояния у людей, когда лучше не нужно разговаривать. И всегда, и святые отцы тоже советовали: нужно всегда, перед тем, как принимать здравое решение, нужно сбросить пыл, чтобы у тебя была чистая голова, и потом уже на холодную принимать какие-то решения. Но, с ними нужно, они вообще все видят. Но, я не знаю, как женщинам, я не могу судить, ну вот как мужчина могу сказать, что пока что еще достаточно подойти и строго заговорить. И вот тот самый пример вот этого молодого человека и мужчины, который я до этого рассказывал, на него это повлияло. Он даже говорил эти слова: «Уважай родной язык», но так, как говорил взрослый, слава Богу, на них это еще действует. Важно сегодня вообще не проходить мимо и обращать на это внимание. Потому, что сегодня, как мы говорили, мы смотрим сквозь пальцы, в том числе и взрослые: а, ладно, как-нибудь и где-то. Если мы все вместе с вами, вот кто нас сейчас слушает, наши радиослушатели, каждый начнет с себя и начнет делать замечания, поймет, что это не норма, так не должно быть, задумается об этом, начнет с своей семьи, с соседа, что-то кому-то скажет, это, вы понимаете, это сила. И вот эта подмена, она будет уходить все дальше и дальше. А слова, они придут, те, которые нужно сказать.

А. Леонтьева

— То есть вы не подскажите. Я просто хотела прям буквально к этим ребятам на закате, которые ругаются. То есть они очень благодушно там друг с другом разговаривают исключительно матерными словами. Вот я подошла.

С. Платонов

— Надо смоделировать ситуацию.

В. Якунин

— Многие, понимаете, а многие, вот смотрите, почему в основном ругается молодежь? Во-первых, потому, что, есть несколько моментов, почему молодежь ругается. Во-первых, они так самоутверждаются.

А. Леонтьева

— Да, да, да, ну они хотя бы на отцов могут быть похожи, на взрослых.

В. Якунин

— Да, хотят быть своими, и так далее. Во-вторых, они, значит, могут проявлять просто агрессию. Кто бы что не говорил, но всегда рядом со сквернословием стоит агрессия. Поэтому, когда человек один использует ненормативную лексику к другому человеку, мы всегда знаем, что потом все переходят на маму, всегда сопровождается это. Потому, что слово «мат» переходит от слова, берет свой корень от слова «мать», оттуда идет происхождение.

А. Леонтьева

— Мат от слова «мать».

В. Якунин

— Да. Тем самым, а мы дальше знаем, что идут дальше в ход кулаки, другие разные приспособления, и так далее. И сотрудники правоохранительных органов, когда приходят на лекции, они, слава Богу, пока об этом говорят. Потому, что зачастую, и я тоже стараюсь об этом говорить, когда они друг друга всерьез матерят, лучше найти силы и уйти от этого, уйти от этого конфликта, уйти. И тогда не будет конфликта.

А. Леонтьева

— Ну это вы говорите, Виталий, про ситуацию агрессии. А я вас уверяю, что я слышу со всех сторон такие милые разговоры, где все это густо пересыпано матерными словами, но они не воспринимаются, как агрессия, а просто вот такой способ разговаривать. И я вот думаю: я подошла и сказала там: «Ребят, ну вот не уважаете сами себя», или, вот что я сказала, например? Я — женщина, и я может быть не так могу авторитетно выглядеть, как вот вы, Виталий.

В. Якунин

— Есть другая причина.

А. Леонтьева

— Потому, что мне хочется уже подойти.

С. Платонов

— Нужен лайфхак. Вот расскажите, как беспроигрышно успокоить молодую компанию и научить их разговаривать?

А. Леонтьева

— Не успокоить, а просто обратить внимание, что что-то не так идет.

С. Платонов

— Ну хотя бы да.

В. Якунин

— ну вы подойдите к ним, скажите: «Вы слышите, что вы говорите? Вы когда начнете уважать себя? Когда вы начнете уважать свою страну? Вы кем хотите быть?». А тем более, если там девушки находятся рядом. Потому, что зачастую, когда находится девушка, ну они, конечно, используют ненормативную лексику.

А. Леонтьева

— Девушки вовсю используют.

В. Якунин

— Да. Но, есть те, которые не используют. Они находятся в этой среде, но не используют. Нужно смотреть конкретно по ситуации.

А. Леонтьева

— То есть, если девочки присутствуют в компании, то даже, если ты думаешь, что они наверняка тоже могут материться.

В. Якунин

— Конечно, нужно к ним обратиться.

А. Леонтьева

— Нужно как-то вот так сделать, чтобы они почувствовали, что их не уважают, если да.

В. Якунин

— Да, да.

А. Леонтьева

— Что их не уважают, если при них.

В. Якунин

— Ну если вы женщина, вот если вы, например, женщина идете, вы можете обратиться к этим девочкам и сказать: «Как вы позволяете так разговаривать с собой.»

А. Леонтьева

— Вот это лайфхак.

С. Платонов

— Она ответит: «Не лезьте в мою жизнь. Не надо ко мне приставать. Идите своей дорогой.».

В. Якунин

— Нет, а вы скажите: «Он же тебя не уважает.». И она сразу раз: а почему не уважает?

С. Платонов

— Ну это если щелкнет, конечно.

В. Якунин

— Щелкнет, я вас уверяю, щелкнет.

А. Леонтьева

— Тут есть человек, который.

С. Платонов

— Ну главное- посеять семена, даже если встретились. Надо, чтобы у нее в голове чуть-чуть у нее отложилось. Я тоже с этим сталкивался часто. Я даже, помню, оттаскивал своего товарища еще в школьные годы, который матерился так изящно, скажем. Вот зачем это делал? Ну ладно, в общем ему казалось, что он так взрослее кажется. Он действительно, скажем так, интересно выбирал выражения. Папа военный, видимо нахватался оттуда. И, когда нам сделали замечание, именно на вокзале это было, еще что-то, он почему-то пошел объяснять: что вы лезете. Я прям его оттащил. Я извинился и ушел. Ну ведь я скажу так, что я извинился. И я здесь с вами соглашусь. Почему? Потому, что воспитание, оно прежде всего в семье. Вот если в семье все в порядке, то ты и окружение себе подбираешь соответствующее. Вот в моей семье, ну понятно, семья священнослужителя, я вообще ни разу в жизни от отца не слышал ничего вообще такого. Ну может быть какие-то, я не знаю, ситуации какие-то были, но это была абсолютно не матерная брань вообще. То есть как-то крепко мог сказать по поводу поведения, еще что-то. Ну это абсолютно в рамках всего приличного. И когда попадаешь в компанию, я вспоминаю себя подростком, переношу себя, я рос в таком интересном районе, и там, где матерились много, было просто неприятно. Это было на каком-то ментальном уровне просто. И я думаю, что здесь просто чинить нужно семьи, родителей. И тогда, возможно, ситуация выпрямиться. А кто уже попал в эти дебри, вот в эту ловушку, скажем так, конечно, да, работы много.

В. Якунин

— Ну я вам хочу тоже открыть секрет, что среди них, и вот если мы говорим про средний возраст и старше, достаточно еще пока большой процент ребят, которые может быть используют эту лексику, но они говорят, что стараются не материться: и стараются, и не материться. М вот у меня был такой случай. Значит была большая аудитория. И я задал вопрос: «А кто из вас, есть, кто из вас старается не материться?». И видно, что сидел посередине такой, знаете, авторитет среди них всех, вокруг него собрались все. И он подымает руку. И на него все так смотрят: ты что, стараешься не материться.

А. Леонтьева

— Что же было бы, если б ты не старался .

В. Якунин

— А он так гордо говорит: «Да, я стараюсь не использовать эту лексику.». -: Да ты что! А почему? Вот так вот, он так голову приподнял, говорит: «Да». Вот вам, вот вам самый настоящий лайфхак, как.

А. Леонтьева

— Вожака найти, да.

В. Якунин

— Да, вожака найти, да, как это может быть. И эти ребята есть везде, и в том числе и в начальной школе тоже самое: есть детки, которые говорят: «А что нужно сказать родителям, чтобы они не использовали, пожалуйста, эту лексику, мне так она не нравится, я не хочу?».

А. Леонтьева

— Дети родителям, да?

В. Якунин

— Да, дети родителям. Маленькие детки, сколько им там, ну лет 8 — 9, там второй- третий класс: «Что нужно сказать, да, для них?». Просто для них во многих вещах невозможно с ними разговаривать, так, как они еще маленькие, не понимают, и просто им даешь определенные определения: как это называется, как это называется. Потому, что у всего есть свое название. Видите, есть название «сквернословие»: скверно. Владимир Иванович Даль дал определение, к каким частям тела это относится. Есть обсценная лексика — названия запрещенные. Есть ненормативная, ненормальная: ненормативные документы часто используются. Есть инфернальная лексика, от слова «инферно» — ад, лексика ада. Вот если так подумать, сколько много названий у нее. Также, как и у, так сказать, падшего ангела, у него тоже очень много названий. И также вот пытается все пролезть для того, чтобы показаться добреньким и хорошим.

С. Платонов

— Да.

А. Леонтьева

— Напомню, что у нас в гостях Виталий Якунин, руководитель Духовно-просветительского центра «Чистое слово», член правления Всероссийского общественного движения «Отцы России» Калужской области, отец пятерых детей. У микрофона Анна Леонтьева и Сергей Платонов. Мы вернемся к вам через минуту. Не переключайтесь.

С. Платонов

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА продолжается. Сегодня у нас в гостях Виталий Якунин, руководитель Духовно-просветительского центра «Чистое слово», а также член правления Всероссийского общественного движения «Отцы России», ну и самое важное, что мы сегодня хотим отметить, отец пятерых детей.

В. Якунин

— Ну знаете, хочу еще добавить, что зачастую люди, которые используют, когда им хорошо и когда плохо, как сейчас говорят: «Рожает — матерится, умирает — матерится», до такой степени ненормативную лексику. Есть такое психиатрическое заболевание, открою секрет, если вы не знаете, называется копролалия.

А. Леонтьева

— Не знаем.

В. Якунин

— Это вот как раз, когда тебе хорошо — ты материшься, когда тебе плохо — ты материшься.

А. Леонтьева

— Это прям заболевание?

В. Якунин

— Да, это прям заболевание. Если вы откроете ту самую Википедию, иностранную, американскую, то там будет написано, что копролалия сопровождается синдромом Туретта. Но, уверяю вас, это не так. Те психиатры, с которыми я разговаривал, то есть Туретта, оно сопровождается обязательно.

А. Леонтьева

— Туретта — это когда неудержимое что-то в речь идет.

В. Якунин

— Да. Но, она также может и действовать отдельно. Лечится медикаментозно, или в местах не столь отдаленных. Ну понимаете, просто в советское время могли вызвать психиатра к человеку, а сегодня никто не может вызвать, если только родные, близкие, конечно, если они такие же.

А. Леонтьева

— Только если он сам захочет.

В. Якунин

— Да, если он сам захочет. Сегодня убрали, так сказать, эту функцию. А вот раньше такое было. Может быть тогда и может стоит вернуть это все уже обратно.

С. Платонов

— То есть вот этот вот поток нецензурной брани — это объяснение тому, что не совсем здоровые люди выражаются?

А. Леонтьева

— Ну это мы говорим сейчас о конкретном диагнозе.

В. Якунин

— Да, да, да, о конкретном диагнозе.

С. Платонов

— Да, я понимаю.

В. Якунин

— Видите, мы с вами поговорили уже о психологических моментах о некоторых, сейчас уже психиатрическом моменте с вами поговорили. Поговорили о том, как это влияет на отношения мужа и жены. Первое — это, понятно, неуважение. А вот вы вдумайтесь, есть что еще, о чем мы с вами не задумываемся — о том, что эти слова относятся к органам, назовем их так, органы деторождения. И вот представляете себе, у нас по законодательству ребенок должен взрослеть с 18 лет. В западных странах, там 21 год. А арабских странах, там с 16 лет. А у нас вот с 18 лет. Что имеется в виду? Это имеется в виду, что мальчик или девочка должны созреть, в том числе должно произойти и половое возрастание, для того, чтобы выйти замуж, жениться, родить ребеночка, узнать друг друга. А вы представляете, что происходит с психикой маленького человечка, когда он с раннего возраста слышит слова, которые относятся к половым органам? Многие из них, дорогие мои слушатели, они думают, что аист приносит ребенка, понимаете. Аист, ну и кто там еще по разным сказкам, или как родители, они по-разному все рассказывают откуда дети берутся. А вот они с раннего возраста это слышат. А мы с вами знаем, что сегодня же интернет открыт, и у всех есть телефон.

А. Леонтьева

— И уточняют, что имеется в виду.

В. Якунин

— Им ничего не нужно. Они не только даже уточняют, они могут зайти, что-то посмотреть. А все равно ребенка, ну у всех по-разному, с раннего возраста могут посмотреть, открыть, и они могут сопоставить потом одно с другим.

С. Платонов

— Еще и могут предложить.

А. Леонтьева

— Да, конечно, а дальше уже предложения пойдут.

В. Якунин

— И могут предложить, да. И у нас получается так, что они приходят к этому 18-летию и уже все знают, им не нужно изучать мужа или жену. А на самом деле с точки зрения психологии муж и жена должны друг друга изучать. Ну это же семья, любовь, они должны друг друга узнать. Также, как и маленький ребенок, когда он совсем маленький, он себя узнает. Также и муж с женой должны. А какое сегодня количество, огромное, разводов, страшно просто представить. Ну не говоря уже о других ужасах, которые происходят и что считается абсолютно нормальным. И люди говорят: «А мы хотим пожить для себя. Нам еще рано и не нужно, пожалуйста, плотить тут бедность».

А. Леонтьева

— Ну вот вы говорите, а я подумала, что непросто муж и жена друг друга не узнают, а они уже приходят , поскольку им уже интернет все предложил, все как бы варианты интимной близости, будем называть вещи своими именами, у них уже существуют какие-то ложные схемы, совершенно неправдоподобные, ничего не имеющие ни с любовью, ни с доверием, ни с близостью.

В. Якунин

— Что невозможно исполнить, да.

С. Платонов

— И говорим о целомудрии. Это не только свершившейся физический контакт людей, это еще и то, что.

В. Якунин

— Да, это еще и внутреннее состояние.

С. Платонов

— Внутреннее состояние.

А. Леонтьева

— И может быть очень много разводов именно потому, что как бы каждый пытается соответствовать вот этой идиотской схеме.

С. Платонов

— Увиденной картинке.

В. Якунин

— Поврежденная природа получается.

А. Леонтьева

— Это очень страшная картина.

С. Платонов

— И спасет все чистая любовь на самом деле.

А. Леонтьева

— Хорошо. что вы об этом

В. Якунин

— И спасет все чистое слово.

С. Платонов

— И слово тоже.

А. Леонтьева

— Я хотела, знаете, спросить. Вы рассказывали в одном из интервью, но наши радиослушатели его не слышали, скорее всего, история вообще матерных слов, Я думала, что это вообще что-то такое татаро-монгольское. Вот у меня какое-то такое знание, где-то на периферии.

В. Якунин

— И мы их поработили.

С. Платонов

— Есть такое.

А. Леонтьева

— А на самом деле что такое, откуда это взялось?

В. Якунин

— Есть да, одно из предположений, которое не является действительностью, что действительно монголо-татары нам это все привезли. Нет, это не так. Также есть еще одно ложное утверждение, что якобы военные, когда стояли, вот они использовали слова для того, чтобы себя возбудить и еще что-то, и побежать уже воевать. Ну я вот вам просто рассказываю, что люди говорят. На самом деле все это происходит с момента, когда, до крещения Руси, когда там Русь была языческой. Эти слова, они являются сакральными, и язычники их могли только использовать несколько раз в год, потому что они понимали, какие последствия они за собой несут. Что женщина прекращает свой род. Вспоминаем, какое количество у нас сегодня деторождений, с чем мы боремся. Проблема. Многие даже уже по врачам ходили-переходили, много денег потратили на клиники. Существуют частные клиники, обращаются к разным, так сказать, клеткам, и так далее. Ну ничего не получается. И вот как раз эти слова берут оттуда свое начало. Ну а когда уже Русь была крещена, эти слова уходят на нет, потому что на Руси всегда считалось, когда человек использует матерную ругань, во-первых, он оскорбляет Матерь Божию, оскорбляет мать-землю и оскорбляет саму мать и ее род. Потому, что женщина является источником жизни. Женщина является источником жизни. И если мы говорим вообще от слова «оскорбить», когда человек использует по отношению к другому эту лексику, корень слова «скорбь».

А. Леонтьева

— Причинить скорби.

В. Якунин

— Скорбь у нас относится к чему в русском языке? К смерти. У нас есть такое выражение «Мы скорбим». Больше мы ни к чему не используем. Только вот да, «мы скорбим», есть такое. И то есть один человек желает что другому? Смерти. Вот поэтому, к сожалению, сегодня.

А. Леонтьева

— Оскорбление — это значит желание смерти, по сути своей смысловой.

В. Якунин

— да. Потому, что у всего есть, у каждого слова есть свое значение. Мы сегодня зачастую используем слова, у которых есть своя энергетика. Это тоже нужно понимать. У них есть свой корень , свое начало. Также как у нас, у людей есть свое начало. Есть у нас мама и папа, у нас есть душа отдельно. Есть у нас, также, как и у каждого предмета, у каждой вещи, у него есть своя энергетика. Вот у этого слова такая энергетика. У слова «спаси-бо» другая энергетика, изначально заложенная — спаси, Бог. Благодарю, то есть благо дарю, понимаете, разные. А мы просто сегодня используем слова на автомате, не понимаем их, абсолютно, значения. М нужно сказать, что особое такое приобретение в этих, этой ненормативной лексики в России пошло как раз после 1917-го года, когда люди стали делиться: свой и чужой, к сожалению, когда брат пошел против брата. Но, был такой момент, когда Советский Союз подхватился, и даже был закон о недопустимости использования ненормативной лексики в общественном месте в 66-м году. У нас сейчас тоже этот существует закон, 20.1 КУАП Российской Федерации: штраф до 1000 рублей или арест до 15 суток. Вот в 66-м году такой закон тоже был, и тоже был штраф определенный, и тоже арест до 15 суток.

А. Леонтьева

— ну он еще действует, этот закон?

В. Якунин

— Вот 20.1 сегодня.

А. Леонтьева

— То есть он еще сегодня на самом деле есть. Можно товарищей.

В. Якунин

— Периодически в интернете всплывает информация что кого-то арестовали или привлекли к административной ответственности.

С. Платонов

— Всех пересажайте.

А. Леонтьева

— Виталий Якунин у нас в гостях, руководитель Духовно-просветительского центра «Чистое слово», член правления Всероссийского общественного движения "Отцы России в Калужской области, отец пятерых детей. Вы знаете, Виталий, то, что вы сказали про историю матерных слов, то, что это некие магические на самом деле слова, которые использовались язычниками для проклятия рода, проклятия рождения, это для меня вот настолько даже сильнее прозвучало, чем, то есть, если мне захочется действительно объяснить кому-то что-то, я бы, наверно, вот эту формулировку использовала. Потому, что она просто сшибает с ног.

В. Якунин

— ну она вам ближе.

А. Леонтьева

— Она просто сшибает с ног. То есть девочке сказать: «Ты понимаешь, что ты используешь эти вот магические слова...

В. Якунин

— Проклинаешь там себя и своих, так и есть.

А. Леонтьева

— Проклинаешь и своих детей. Вот это вот вау.

С. Платонов

— Вот в сглаз, порчу, простите, все верят.

В. Якунин

— Многие верят, готовы.

С. Платонов

— Почему-то верят в это. А поверь в это, дорогая моя, что какие могут быть последствия. Кстати, я помню, вспоминаю свою армейскую службу. Там действительно было много матерной брани, очень много. И я как-то вот, когда, помню, стоял в строю, нас очень сильно ругали за что-то, и я как-то пытался разложить его, ну от нечего делать уже, мозги, скажем так, по-другому работали. И я понял, что несколько раз он просто сам себя оскорбил просто. А лейтенант был совсем молодой, даже младше меня на тот период, только выпустился, и еще не было такого, знаете, дистанции такой большой между командиров и солдатом. А так, как мы были там более-менее там люди с высшим образованием, там кто прервал обучение, как я, например и ушел в армию. И я помню: «Товарищ лейтенант, вот вы сказали вот это, вот это, вот это. Вы, по-моему, сами себя оскорбили.». Он, кстати, перестал это употреблять. Ну потому, что он просто говорил набор слов каких-то, словосочетаний, а я просто вдумался в них и понял, что это просто полная ерунда. И вот он, кстати, получилось его убедить хотя бы эти слова не говорить. Ну это ужасно на самом деле слушать это было. Но, правда.

В. Якунин

— Да, потому что сегодня многие люди даже не задумываются, что они говорят. Они просто говорят, и: так хорошо, я объяснил и все.

С. Платонов

— А если русский язык включить, просто причинно-следственные связи этих, скажем, как он там просклонял это слово, то ты сам себя, по-моему, сейчас обидеть должен был.

В. Якунин

— Поэтому видите как, у каждого человека, он сам выбирает, как ему лучше, что ему ближе по сердцу, так он и объясняет другим людям: вам вот это подошло, вам вот это подойдет. Потому, что, кстати говоря, если говорить об армии, всегда говорят, что армия — это одна из таких профессий, где без мата невозможно. Это правда.

С. Платонов

— Без мата невозможно. Говорят, говорят так, да. А мне один офицер в звании подполковника, кажется, ну может сейчас уже повыше, говорил то, что: «Если ты выражаешься нецензурными словами, то у тебя просто не хватает слов, образования, и ты не способен выразить свою мысль.».

В. Якунин

— Он абсолютно прав.

С. Платонов

— Вообще да. Хотя я слышал от него крепкие слова. Но, стремление тоже верное у него было. Он, кстати, разговаривал тоже вполне, очень красивым русским языком, настоящий офицер.

В. Якунин

— Ну вот смотрите, если вот продолжать вашу мысль, то, о чем он говорил, вот этот офицер. Он говорил об отуплении.

С. Платонов

— У тебя просто нет словарного запаса.

В. Якунин

— Почему? Вот смотрите, у нас, кстати говоря, есть документ президента Российской Федерации Владимира Владимировича Путина о национальной безопасности. Там указ о национальной безопасности. Там написано о недопустимости ненормативной лексики. Почему это вопрос вообще национальной безопасности? Потому, что, во-первых, это ведет к отуплению нации. Потому, что опять же, когда вам хорошо, вы используете там эти 3 — 4 слова, когда вам плохо, вы используете. То есть вы используете там 6 — 7 слов. Это отупление. Это наш мозг нужно постоянно тренировать. Это первое. Второе: значит эта матерная ругань всегда стоит рядом с агрессией. Это было доказано еще Питиримом Сорокиным еще в середине прошлого века. Это основоположник социологии мировой, наш с вами соотечественник, психолог. У него есть работы, где он об этом говорит. А что такое агрессия? Это конфликт. Вот вам опять вопрос национальной безопасности. И третье — это влияние на русский язык. И тут встает вопрос о культурном коде.

С. Платонов

— Кто мы.

В. Якунин

— Да, кто мы, и как это на нас влияет. Поэтому это очень важно. И вы знаете, я вам хочу сказать: в конце того года в городе Огнинск — наукограде была такая небольшая конференция, где собрались общественные организации, которые занимаются разными проблемами. Ну например, занимаются наркоманией, алкоголизмом, профилактикой, борьбой этими недугами; те, кто занимается влиянием на ребят в социальных сетях; психологические аспекты общения: как родители и дети общаются. Ну и я там тоже был. Все мы пришли к выводам, такое ощущение у нас сложилось почему-то: что как будто бы существуют какие-то институты, которые влияют, понимаете.

А. Леонтьева

— Занимаются прицельно этим.

В. Якунин

— Занимаются прицельно. Потому, что представьте себе, вот довести маленького ребенка до того, чтобы он пошел что-то сделал, это же нужно разработать такую схему, план, понимаете. То есть это действительно уничтожение. Вот к такому выводу мы пришли, вот общественные организации, волей-неволей, то, что, как мы это чувствуем, и вот на нашем собственном опыте. Поэтому это вопрос очень серьезный. И он касается не только духовно-нравственного воспитания, но еще действительно вопроса национальной безопасности. От этого зависит то, какими мы будем, какими будут наши дети, что дальше будет с нашей Родиной, с нашей страной.

А. Леонтьева

— Виталий, ну видимо поэтому вот с 13 по 5 июня в городе Таруса прошел фестиваль, о котором мы упомянули в начале программы «Русь святая, храни слово русское». И хотелось вас спросить: что там было , и что важного прозвучало?

С. Платонов

— Какие перспективы?

В. Якунин

— Ну дело в том, что мы попытались в этом фестивале объединить две площадки. Первая площадка — это для ребят. То есть это те мероприятия, которые мы проходим, именно работаем когда с молодым поколением, и взрослых. То есть, если раньше, мы так и так это делаем, но вот решили сделать это так вот все вместе, и подвести к определенной черте. И первый период, тогда, когда еще детки учились, и мы проводили вместе с «Движением первых». И есть такой проект «Навигатор детства» — это советники директоров по воспитательной работе в образовательных организациях, вместе с ними проводили разные мероприятия, лекции, конкурсы. А потом следующая часть уже, начиная с июня, начала июня она была именно мероприятия для взрослых. И вот 2-го июня состоялся большой Круглый стол под названием «Чистое слово, как фундамент личности психологических и культурных угроз современности». Участвовали в них отец Владислав Береговой, Анна Борисовна Шафран, Ирина Яковлевна Медведева, ну кто, психологи, психиатры. Обсуждали как раз эту самую проблему на таком высоком уровне. И закончился фестиваль подведением итогов и концертной программой, и награждением ребят уже в канун дня рождения великого нашего поэта Александра Сергеевича Пушкина. Недаром эта дата была выбрана, не зря. У него день рождения 6 июня, а мы провели накануне, 5 июня тоже для того, чтобы обратить на это внимание. Потому, что сегодня о этом замечательном поэте ходит очень много небылиц. И мы, конечно, всячески стараемся работать и по этому вопросу тоже. Потому, что это великий человек, и он был действительно по-настоящему верующим. И его вера, его уход из этой жизни, он действительно связан с покаянием. Недаром он был другом Владимира Ивановича Даля. Кстати говоря, Александр Сергеевич посоветовал написать этот самый словарь, который Владимир Иванович Даль писал 53 года. Он ему посоветовал написать его. И он потом, Даль писал. И До сих пор лучше этого словаря ничего нет. Много что написано, но лучше, все всё равно возвращаются к нему. Вот такие люди жили там, в XIX веке.

А. Леонтьева- Ну вот скажем так, относительно Пушкина, люди почему-то выхватывают какие-то такие факты жаренные, когда существует огромное, такое вот золотое какое-то наследие. И действительно вот это самое покаяние, которое Пушкин принес уже на смертном одре по сути, вот это все как бы. Ну это такое свойство человеческой натуры: увидел что-нибудь гаденькое и давай.

В. Якунин

— Кстати говоря, вот с этого учебного, даже с того учебного года у нас начал действовать проект, называется «Вестники чистого слова». Сделали мы его на базе института РАНХиГС, Калужского филиала. Что это за проект? Значит это молодые люди, значит 17, 18, 19 лет, которые пропагандируют чистоту русского языка.

С. Платонов

— Каким образом?

В. Якунин

— Это называется, как я называю молодежь для молодежи.

А. Леонтьева

— Вот это очень важно.

В. Якунин

— Да. То есть не мы пришли тут и начинаем что-то рассказывать, а именно молодежь пришла, такая же, как они. Представляете, красивые девочки приходят, такие все белокурые, значит, с русыми волосами и рассказывают, что действительно так нельзя, ай-яй-яй для них. Или молодые люди такие солидные. Это очень серьезно. А что они делают? Они проводят лекции, проводят интерактивные игры. Ну по-русски интерактивная игра, а слово такое иностранное есть «квест». Правда сейчас засилье иностранных слов, поэтому мы не используем такие слова. Интерактивные игры. Они сами придумывают вопросы, в зависимости от того, какая перед ними аудитория и работают с ними.

А. Леонтьева

— В игровой форме.

В. Якунин

— В игровой форме вот такой вот. Ну например: им даются какой-то сленговый текст, что-то такое, они должны это перевести на русский, сказать литературным языком. Есть определенные команды, накоплен определенный опыт. Кроме того они берут интервью у разных людей. То есть это тоже определенный опыт, понимаете, когда тебе 17 лет, 18, ты подходишь уже к такому статному человеку, берешь у него интервью.

А. Леонтьева

— А это так интересно всегда для них.

В. Якунин

— Интересно, да. С одной стороны, страшно. А с другой стороны, очень интересно. Поэтому, понимаете это важно. А им же скоро создавать семьи точно также и общаться друг с другом. И слава Богу, что, я хочу выразить огромную благодарность руководству РАНХиГС и, конечно же, их куратору Надежде Александровне, и вообще сказать огромные слова спасибо тем, кто нас поддерживает, потому что проекты работают только благодаря вам, вашей поддержки. Если бы не она, то одному человеку тут очень сложно что-то сделать. Кто-то, речь не идет даже о деньгах, хотя сегодня они тоже важны, речь идет: кто-то может что-то смонтировать, что-то написать, что-то сделать, кого-то с кем-то познакомить. Все, что угодно. И таким образом «Там, где двое и трое соберутся во имя Мое, там посреди них Я».

А. Леонтьева

— Виталий, а есть у вас какой-то вот такой оптимистичный прогноз: что вот ваша деятельность, она уже приносит плоды какой-то, динамика есть?

В. Якунин

— Конечно, мы смотрим на статистику: что происходит. Ну тут, знаете, самое главное — чтобы школы тоже и родители, они поддерживали именно сами уже, когда работаем с этой проблемой. Вот мы пришли, поговорили, объяснили, рассказали, дальше уже люди попадают в среду общественную. А если есть такая поддержка, и родители еще это понимают, то есть определенные, конечно, свои плоды. И, конечно, всегда мы проводим опрос, статистику берем, что происходит, как они, согласны — не согласны. Многие ребята: можно, можно я скажу, напишу свой отзыв. И также у педагогов тоже интересуемся: что же дальше происходит. Но, важна очень, вот этот вот консенсус очень важен именно в школе. Потому, что уверяю вас и хочу сказать нашим слушателям: если в школе есть это понимание, они могут закрыть этот вопрос. У них есть такие рычаги на сегодняшний день. Тут ничего сверхъестественного нет. Ну нужно только одно.

С. Платонов

— Воля, да.

В. Якунин

— Воля. Не опускать лапки, а работать с этой проблемой, понять, что действительно существуют, существуют. И действительно потом, я знаю такие школы, когда просто потом вздыхают с облегчением. Представляете, когда директор за, когда завучи за, когда значит классные руководители за, им некуда больше деваться,

А. Леонтьева

— Должны быть еще родители за.

В. Якунин

— И родители должны быть за. А представляете, если у них есть договоренность с комиссией по делам несовершеннолетних.

С. Платонов

— То что будет?

В. Якунин

— Что будет, вызывают на ковер на большой, вот как наш с вами сейчас стол. Вызывают родителей. Представляете, сидят вот эти все важные люди.

С. Платонов

— И говорят, какой твой сын негодяй.

В. Якунин

— Можно привлечь к ответственности. А когда много ответственности, можно и дальше, может быть очень серьезное влияние быть на этих родителей.

А. Леонтьева

— Я вот напоследок, уже заканчивается наша беседа, к сожалению, потому что очень важная тема, и напоследок задам вопрос, прямо на быстрый ответ, так сказать. Хотя я понимаю, что задаю тему для еще небольшого разговора. Вот сегодняшнее поддерживание в семьях авторитета учителей, которые действительно зачастую 043Eень беспомощные, бесправные, потому что я читаю об этом, во всяком случае в новостях.

С. Платонов

— Учителя боятся иногда.

А. Леонтьева

— Насколько это важно сейчас?

В. Якунин

— Без уважения к старшим вообще невозможно воспитать будущее поколение. И невозможно будущее нашей страны. А оно обязательно должно быть. Это было всегда: и в Ветхом Завете, и в Новом Завете, ну назовем это так: в те времена стародавние и в эти. И мне кажется, что вся Библия в принципе пропитана этим. То есть там не только есть Новый Завет, так, как мы должны жить, там еще есть тот старый опыт, который к нам сюда пришел. И если даже брать то самое Советского Союза, как мы называем сейчас. Безбожное, там тоже это уважение было. И многие до сих пор вспоминают эту страну, как великую, и все вспоминают отношение молодого поколения к учителю, к взрослому. И недаром, только с помощью этого возможно построить великую державу, великую страну, с уважением друг к другу, в частности к каждому из нас на улице. Если мы будем друг друга уважать, не только родителей между собой, а вообще в принципе на улице, помогать друг другу, то нас ждет великое будущее. Кстати говоря, та самая страна, напоследок хочу сказать, Великобритания, которая до сих пор еще пытается остаться этой вот державой, в судорогах бьется, хотя у нее нету уже этих колоний, и так далее, они, мне довелось просто несколько раз там быть, очень уважают себя, и себя любят. Они горды тем, что они англичане. Есть такое. И видите, в самом названии написано «Great Britain» — великая Британия. Поэтому это очень важно. Другое дело, как они к нам относятся на самом деле.

А. Леонтьева

— Ну просто нам важно воспринять эту часть — уважение к себе.

В. Якунин

— Нам важно, да. от этого зависит наше будущее. Если мы не поймем уже и не проснемся, не выйдем из этой спячки, то этого будущего, ну я не понимаю, как мы дальше будем жить. И вот это постоянное оправдание, когда, а мы видим, что происходит уже в Западной Европе, когда оправдывают себя, самые гнусные вещи, мне становится страшно за будущее наших детей.

А. Леонтьева

— Спасибо большое. К сожалению, наш разговор подошел к концу. Поговорили о здоровье слова и в общем-то здоровье души. Сегодня с нами Виталий Якунин, руководитель Духовно-просветительского центра «Чистое слово», член правления Всероссийского общественного движения «Отцы России» Калужской области, отец пятерых детей. У микрофона была Анна Леонтьева.

С. Платонов

— И Сергей Платонов.

А. Леонтьева

— Спасибо большое.

С. Платонов

— Спасибо.

В. Якунин

— Спасибо вам. Всего доброго.


Все выпуски программы Светлый вечер


Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Мы в соцсетях

Также рекомендуем