Поделиться
— Андрей, как тебе картина Григория Шегаля «На эскалаторе. Московское метро»?
— Очень нравится, Юра! Сама идея произведения хороша. Эскалатор — бесконечная череда людей. Художник выхватил один миг из этого потока, словно фотограф щёлкнул аппаратом на ходу. Герои полотна — пассажиры, случайно попавшие в кадр, москвичи и гости столицы. У каждого из них своя жизнь, свои заботы. А вместе они составили живой коллективный портрет.
— И я чувствую себя его участником! Всякий раз, приходя сюда, в Барнаульский художественный музей, стою перед картиной Шегаля, вспоминаю годы нашего студенчества. Каждый день с поездки в метро начинался, ей и заканчивался — из общежития в институт и обратно. Сколько ж лет я не был в Москве, Андрей! Как она там шумит, без меня. В подземке, наверное, всё такая же толчея?
— Пожалуй, пассажиров в метро стало больше с тех пор, когда мы с тобой грызли гранит науки. И уж тем более поток вырос со времён создания картины «На эскалаторе...».
— А в каком году она была написана?
— Шегаль начал работать над полотном в 1941 году, а закончил в сорок третьем.
— Так это военного времени картина! А ведь можно было догадаться — у некоторых персонажей очень встревоженные лица. Посмотри, как нахмурилась пожилая женщина в платке, повязанном по-крестьянски, домиком. А бородатый мужчина — видимо, муж, её успокаивает.
— Изначально беспокойство этой героини картины художник не связывал с войной. Григорий Шегаль приступил к созданию картины за полгода до начала Великой Отечественной. Он ставил перед собой цель изобразить метро, которое на тот момент всего шесть лет, как открылось. Художник хотел показать реакцию людей на новшество, в том числе и такую, как у этой деревенской женщины.
— Думаешь, она просто впервые оказалась на эскалаторе?
— Конечно. Крестьянку испугала и самодвижущаяся лестница, и необходимость спускаться глубоко под землю.
— Но её тревога придала особое настроение полотну.
— Да! Испуганная пассажирка изображена в правом верхнем углу. Зритель скользит взглядом вниз по диагонали, и находит приметы тревоги в других лицах. Кажется, что и молодая мать в розовой шапочке с особым волнением прижимает к себе младенца, и элегантная молодая пара пребывает в смятении, и мальчик в шапке-ушанке смотрит хмуро. И седой господин в левом нижнем углу картины напряжённо вчитывается в газету.
— Как ни крути, тяжёлое дыхание войны коснулось картины.
— Вольно или невольно, Григорий Шегаль изменил первоначальную концепцию произведения. Он успел сделать несколько набросков картины «На эскалаторе...» перед тем, как был эвакуирован в Башкирию. Когда же вернулся в столицу в 1943-ем, метро служило не только средством передвижения, но и бомбоубежищем. Художник не стал привносить в изображение никаких примет войны. Но её дыхание, как ты выразился, передал.
— 1943 год — это самый разгар Великой Отечественной. Наверное, неспроста на картине основная часть пассажиров едет по эскалатору вниз. Это явно образ — люди погружаются в скорбные события. Кто-то боится, кто-то крепится, кто-то с улыбкой оглядывается назад, как молодой человек в фуражке лётчика на заднем плане.
— Но навстречу этому потоку бежит лестница наверх. На ней всего две девушки, одну из которых почти не видно, она отвернулась. Зато вторая, в белом беретике, смело смотрит вперёд, и взгляд её светел. Смотришь на неё, и веришь — всё будет хорошо! Мне кажется, именно она — главная героиня картины «На эскалаторе. Московское метро». Григорий Шегаль в своём произведении призывает нас не отчаиваться. Ни при каких обстоятельствах!
Картину Григория Шегаля «На эскалаторе. Московское метро» можно увидеть в Барнауле, в Государственном художественном музее Алтайского края.
Все выпуски программы Краски России:
Что такое Философский пароход?
Поделиться
29 сентября 1922 года от набережной лейтенанта Шмидта в Петрограде отходил пароход «Обербургомистр Хакен». На этом судне в далёкую эмиграцию высылали врачей, писателей, учёных и философов, которых советская власть посчитала идеологическими противниками нового строя.
В этот период в стране начинали задумываться о формировании новой целостной идеологии и главный рупор коммунистической мысли в России, Владимир Ленин, решил избавиться от так называемого «контрреволюционного» элемента — русской интеллигенции. За полгода до события у петроградской набережной в одном из журналов вышла статья Ленина «О значении воинствующего материализма», где задавался курс на борьбу с Церковью и любым инакомыслием. А уже в мае была поставлена задача организовать высылку интеллигенции из страны. Конечно, к 1922 году в советской России идеологических противников продолжали отправлять в заключение и расстреливать, но теперь, после победы в Гражданской войне, новая власть хотела получить признание своей законности в других странах. Поэтому высылкой ярких представителей интеллигенции за рубеж она пыталась добиться сразу двух целей — показать свою гуманность и избавиться от инакомыслящих. К июню специальная комиссия подготовила списки так называемой «Активной антисоветской интеллигенции», а спустя два месяца начались аресты. Журналист Николай Волковыский, попавший тогда под арест, вспоминал: «Почтеннейший и скромнейший учитель математики Сергей Полнер, с которым я неделю сидел в одной камере ГПУ (...) не мог понять, за что его арестовали и за что высылают». В конце августа в газете «Правда» вышло объявление о высылке за рубеж интеллигенции и членов их семей. С собой им позволяли взять лишь верхнюю одежду, один костюм, пару рубашек и две смены белья, а любые другие вещи подлежали изъятию.
Так в сентябре 1922 года из России в немецкий город Штэттин уходил пароход с богословами, писателями, историками, деятелями науки и культуры... Под страхом смерти им запретили возвращаться обратно. Следующим через 16 дней в Германию отправили пароход «Пруссия». Так к зиме 1923 года из страны выслали более двухсот человек. Среди покинувших Россию были известные философы: священник Сергей Булгаков, Николай Бердяев, Иван Ильин, Семён Франк и другие. Все эти люди смогли найти своё место в новой зарубежной жизни, продолжали развивать русскую философию и... тосковать по утраченной родине. В 1942 году Иван Ильин записал: «Где бы мы, русские люди, ни жили, в каком бы положении мы ни находились, нас никогда и нигде не покидает скорбь о нашей Родине, о России».
Уже в 1990-х годах, после распада Советского Союза, отечественные историки стали осмыслять пути русской эмиграции и назвали события высылки отечественной интеллигенции «Философским пароходом».
Сейчас, гуляя в Петербурге по набережной лейтенанта Шмидта, мы можем увидеть стеллу в память о тех, кто вынужденно покинул своё Отечество в 1920-х годах, но смог сохранить память о Родине и передать её потомкам.
Храм Спаса Нерукотворного образа, село Венецианово, Тверская область
Поделиться
Село Венецианово стоит на реке Ворожба на севере Тверской области, в тридцати километрах от города Удомля. До 1980 года оно называлось Дубровское, а еще раньше — Дубровский погост. Здесь при кладбище находилась Спасская церковь, объединявшая в приход несколько окрестных деревень.
В одной из них, Сафонково, в конце восемнадцатого — начале девятнадцатого столетия жил живописец Алексей Венецианов. Он вошёл в историю искусства как автор серии крестьянских портретов и как основатель художественной школы для мальчиков из бедных семей, которую он устроил в своём имении. Алексей Гаврилович большую часть жизни провёл в Сафонково и был похоронен на Дубровском погосте. Могила сохранилась до наших дней. В честь художника селу и дали новое название — Венецианово.
Имя Алексея Гавриловича тесно вплетено и в историю здешней церкви Нерукотворного образа Спасителя. Художник жил в то время, когда церковный сруб, построенный в конце семнадцатого века, сильно обветшал, и прихожане решили его заменить. В 1789 году новое здание, тоже деревянное, было готово. В его украшении приняли участие все прихожане, в том числе и семья помещиков Венециановых.
Алексей Гаврилович написал для Спасской церкви несколько икон. Он пожертвовал храму большой ковер зелёного сукна длиной в десять аршин, то есть более семи метров. Супруга художника, Марфа Афанасьевна, заказала для священника облачение, украшенное серебряным шитьём. Свой вклад в общее дело внесла и дочь Венециановых Фелицата. Об этом свидетельствуют записи в приходских книгах.
Храм не сохранился. Через несколько лет после смерти художника здание раскатали по брёвнам и продали в село Змеево, расположенное в семидесяти верстах. А на Дубровском погосте построили новую церковь — белокаменную красавицу с трёхъярусной колокольней. Её по традиции освятили в честь Спаса Нерукотворного.
Спасский храм и сегодня украшает село. Прихожане ухаживают за могилой Алексея Гавриловича и молятся о нём. Он для них не только известный художник, а брат во Христе!
Все выпуски программы ПроСтранствия
31 мая. «Весенняя ночь»
Поделиться
Фото: Da-shika/Unsplash
Отчего не спится майской весенней ночью, когда бодрствуют соловьи, оглашая пространство неподражаемыми трелями, а воздух напоён ароматами цветущих плодовых деревьев и садовых кустарников? Не спится потому, что душа чувствует пробудившиеся после долгого зимнего сна силы природы и сама тянется всеми фибрами своими к Источнику бытия — Богу крепкому и живому. И бывает тогда ночь светлее самого дня, потому что осеняющая душу благодать выводит её за границы времени и пространства в область незримого человеческим глазом света любви Божией.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
