Поделиться
— Дядя Андрей, посмотри на картину Олега Бороздина «Вологда пятидесятых годов». Мне кажется, мы сегодня видели храм, который здесь нарисован?
— Конечно, видели, Паша. Величественный Софийский собор находится на территории Вологодского кремля, буквально в двух шагах отсюда. Сейчас выйдем из картинной галереи, и храм предстанет перед нами. Только Олег Бороздин изобразил его с другой стороны. Для нас колокольня будет слева от собора, а на картине она справа.
— Чудесная колокольня! Стройная, высокая, белоснежная.
— Обрати внимание: она показана на заднем плане, но при этом главенствует в пейзаже. Как ослепительно сияет на фоне лазурного неба её округлый золотой купол! Пожалуй, именно он — самая яркая точка на картине. Хотя Олег Бороздин не пожалел чистых красок, чтобы изобразить погожий весенний денёк. Фасады и крыши домов состязаются между собой в насыщенности оттенков. Желтый автобус красуется алой полосой на боку.
— И пальтишки у ребятишек, которых воспитательница куда-то ведёт по улице — всех цветов радуги. Смотри — оранжевое, голубое, жёлтое, зелёное, фиолетовое!
— Да что там, даже тени на картине ярко-синие!
— Это разноцветье дарит ощущение радости и уюта.
— Не только оно. Душевным теплом веет от старинных деревянных домов. Трогательно выглядят низенькие дощатые изгороди. А уж глядя на лошадку, запряжённую в сани, расчувствуется кто угодно.
— Точно! Так захотелось попасть в заповедный уголок старого города...
— Это почти невозможно. В пятидесятых годах прошлого века в городе шло активное строительство — недаром в работе Бороздина на заднем плане, за деревьями, виднеется подъёмный кран. Уже в 1960-ом, когда Олег Бороздин работал над своим полотном, улочки вокруг Вологодского кремля выглядели иначе. Художник писал по памяти, по фотографиям. Он поставил перед собой задачу увековечить ту старинную Вологду, которую видел своими глазами.
— Бороздин родился в Вологде?
— Нет, он родом из маленького северного городка Няндома — это в Архангельской области. Учился в художественном училище в Ярославле. А в Вологду переехал, когда женился, в 1955 году. И сразу полюбил здешнюю неповторимую архитектуру — вот этот хоровод деревянных домишек вокруг собора Святой Софии, древнейшего здания в городе.
— А в каком веке этот храм был построен?
— В шестнадцатом, при Иване Грозном. И с тех пор оставался кафедральным, то есть главным храмом Вологодской епархии. Вплоть до 1923 года.
— А в 1923-ем его закрыли большевики?
— Да, на долгие десятилетия собор стал музеем. Но своим обликом он продолжал напоминать людям о Боге. Смотри, как сияет крест над куполом колокольни на картине Олега Бороздина «Вологда пятидесятых годов». Художник преувеличил его размер, подчеркнув значение. Мне кажется, Олег Александрович верил, что наступит время, когда под сводами храма Святой Софии вновь зазвучит молитва. И оказался прав!
— Сейчас собор действующий?
— Действующий, кафедральный! Завтра воскресенье, и мы с тобой обязательно сходим туда на службу. А сегодня, пойдём, побродим по городу. Попытаемся отыскать приметы старины, которыми щедро поделился с нами Олег Бороздин на картине «Вологда пятидесятых годов».
Картину Олега Бороздина «Вологда 50-х годов» можно увидеть в Вологодской областной картинной галерее.
Все выпуски программы Краски России:
Н. Готорн «Дом о семи фронтонах» — «Золото будничных дел»
Поделиться
Фото: Johnny McClung / Unsplash
Можно ли наполнить повседневные бытовые дела высшим смыслом? Фиби, героиня романа «Дом о семи фронтонах», написанного в девятнадцатом веке американским писателем Натаниэлем Готорном, незаметно для самой себя поступает именно так. Девушка приезжает из провинции к тётушке, поселяется в её мрачном доме... и принимается за бытовые дела. Фиби готовит завтраки, моет посуду, печёт лепёшки на продажу в лавке тётушки, убирается, ухаживает за садом. Привычная к труду, Фиби легко справляется с этими делами, но главное другое. Вот что бросается в глаза её тётушке: Фиби любую работу выполняет так, словно её простые бытовые действия имеют духовный смысл. Она умеет, говорит о ней автор, в ткань будней вшивать золотую нить одухотворённости.
Протоиерей Всеволод Шпиллер, известный проповедник двадцатого века, в одной из своих проповедей затронул тему золота и будней. Каждая душа в глубине своей имеет золото. Это золото есть творческая — то есть созидающая сила. И она может осуществляться даже самым простым образом, в бытовых делах и обязанностях, освящая целую жизнь. И именно эта любовь, служение человеку есть в то же время служение Богу.
Слова отца Всеволода перекликаются с тем, как Фиби сумела превратить свои дни в золото.
Все выпуски программы ПроЧтение:
А. Яшин «Спешите делать добрые дела» — «Не откладывать добрые дела»
Поделиться
Фото: Towfiqu barbhuiya / Unsplash
«Дорожите временем!» — призывает нас святой апостол Павел. Но как правильно дорожить временем? Может быть, потратить его с максимальной пользой, предельно интенсивно? Время, потраченное на пустоту, уходит в небытие. Время, потраченное с пользой для души, уходить в вечность. Это-то и есть разумное его употребление.
И один из способов такого разумного употребления времени — добрые дела. Поэт Александр Яшин, говоря о добрых делах в стихотворении «Спешите делать добрые дела», призывает не откладывать их. Почему? Да потому что дни, как опять же говорил святой апостол Павел, лукавы. Что это значит? Время быстротечно. И опоздать с добрыми делами очень легко. Вот герой стихотворения собирается порадовать отчима, построить дом бабушке, накормить старика. Но не успевает. Отчима уже нет и бабушка умерла, а с едой для старика в блокадном Ленинграде герой опаздывает всего на один день и «дня того не возвратят века».
И тут на память приходят слова митрополита Антония Сурожского, проповедника двадцатого столетия, слова, может быть, на первый взгляд ошеломляющие, но если вдуматься, окрыляющие:
— Если бы мы думали постоянно, трепетно, — говорил владыка, — о том, что стоящий рядом с нами человек, которому мы сейчас можем сделать доброе или злое, может умереть, как бы мы спешили о нём позаботиться!
Если помнить эти слова митрополита Антония, то, наверное, не придётся, как делает это герой стихотворения «Спешите делать добрые дела», жалеть о безвозвратно утраченных возможностях.
Все выпуски программы ПроЧтение:
Д.Н. Мамин-Сибиряк «Сказка о царе Горохе» — «Разглядеть Христа в том, кто нуждается»
Поделиться
Фото: Dmytro Bukhantsov / Unsplash
Встречая близких людей, мы радуемся. И огорчаемся, если по каким-то причинам эта встреча не происходит. Но что если, встретив человека, мы проходим мимо, не узнав его? Такой вопрос ставит в «Сказке о царе Горохе» писатель Мамин-Сибиряк. У царя Гороха две дочери-красавицы: Кутафья и крохотная, размером с горошинку, царевна Горошинка. Когда дочери вырастают, начинается война с соседним королём, сам царь попадает в плен и почти одновременно Горошинка исчезает. А вместо неё в царском дворце появляется кривая, хромая и уродливая девушка, которую все зовут Босоножкой. Девушка говорит, что она и есть Горошинка, но никто ей не верит. Босоножка останавливает войну, помогает сестре счастливо выйти замуж, но... её даже на свадьбу не зовут. Стесняются — уж слишком Босоножка безобразна. Да и не верят до конца, что это Горошинка так изменилась. Или не хотят верить. Отправляют бедняжку пасти гусей, не слушая её восклицаний:
— Мама, отец, но ведь это я, ваша дочь!
Но ни отец, ни мать никак не могут узнать свою дочь. Эта ситуация напоминает евангельскую притчу о Страшном суде и о грешниках, осуждённых за то, что не сумели разглядеть Христа в окружающих их людях. Смотрели — и не видели Его в алчущих, жаждущих, больных, странниках, заключённых.
А что же Босоножка? В конце сказки она вновь становится красавицей Горошинкой (правда, уже не малюткой). У сказки счастливый конец, но насколько он был бы счастливее, если бы родители не отталкивали дочери, а сразу узнали её в Босоножке, которая так нуждалась в их любви и тепле?
Все выпуски программы ПроЧтение:
