Поделиться
Гал., 203 зач., II, 16-20.
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Уже третью тысячу лет Церковь Христова устами апостолов и святых пытается донести до всего мира, что у человека нет ни малейшей возможности обрести блаженную вечность своими собственными силами. Нет и не может быть той последовательности действий, которая открыла бы нам двери Царства Небесного. Эти двери может открыть лишь Христос. Сегодня во время литургии в православных храмах мы вновь услышали эту мысль, она была взята из 2-й главы Послания апостола Павла к Галатам.
Глава 2.
16 однако же, узнав, что человек оправдывается не делами закона, а только верою в Иисуса Христа, и мы уверовали во Христа Иисуса, чтобы оправдаться верою во Христа, а не делами закона; ибо делами закона не оправдается никакая плоть.
17 Если же, ища оправдания во Христе, мы и сами оказались грешниками, то неужели Христос есть служитель греха? Никак.
18 Ибо если я снова созидаю, что разрушил, то сам себя делаю преступником.
19 Законом я умер для закона, чтобы жить для Бога. Я сораспялся Христу,
20 и уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня.
Некоторые мысли апостола Павла довольно сложны для понимания, однако только что услышанные нами слова понять просто, они не нуждаются в каком-то особо глубоком комментировании: «Делами закона не оправдается никакая плоть» (Гал. 2:16). Эти слова — не какое-то абстрактное умозаключение, это не финальный вывод теоретических выкладок, это выражение многовекового опыта человечества, а также частного опыта любого непредвзятого к самому себе человека.
Именно таким человеком был и апостол Павел. Мы знаем, что он со времени своей юности был ревностным исполнителем закона Моисея, ради того, чтобы ни в чём не погрешить против закона, будущий апостол учился в лучшей религиозной школе своего времени — у одного из основателей талмудического иудаизма раввина Гамалиила. Учёба у этого человека лишь усилила пламень стремления к угождению Богу в душе Павла, он, наряду с другими фарисеями, всеми силами старался уничтожить то, что, как ему казалось, способно увести людей от древнего закона. Так Павел стал гонителем христиан. Здесь важно заметить, что он гнал учеников Христовых не по злобе, не ради какой-то выгоды, не по глупости и не за компанию, он боролся с христианами исключительно по причине особой религиозной ревности. Любой человек может ошибаться, и Бог в силах обратить наши ошибки во благо, в том, конечно, случае, если мы заблуждались искренне и от чистого сердца стремились к добру. Подобное произошло и с апостолом Павлом: Бог в буквальном смысле перевернул жизнь апостола. Павлу явился Господь Иисус Христос, и это явление означало то, что апостол выразил в только что прозвучавшем отрывке своего Послания к галатам: дела закона способны привести к ожесточению, к гордыне, к духовной слепоте, к надменности, много к чему ещё, но они не могут привести к спасению.
Однако не стоит понимать слова апостола как указание на отказ от закона. Нет, Павел оставался ревностным исполнителем закона, но своё спасение он видел не в своих делах, а в Господе Иисусе Христе.
Если это так, то для чего же вообще нужен закон? Для чего нужны религиозные ограничения, если они не приводят к спасению? Ответ мы находим ещё в одном месте павловых посланий, в котором говорится о невозможности оправдаться перед Богом делами закона, — в Послании к римлянам, там мысль апостола выражена чуть полнее: «Делами закона не оправдается пред Ним никакая плоть; ибо законом познаётся грех» (Рим. 3:20). Внешний закон нужен в качестве некоего камертона, без него человечество утратило бы представление о недопустимом, а ещё он нужен, чтобы человек мог осознать собственную слабость и понять, что ему нужен Спаситель — Господь наш Иисус Христос.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Большое Тёсово
24 августа. О духовнике и духовном отце
Поделиться
О духовнике и духовном отце — наместник Свято-Введенского Макарьевского Жабынского монастыря в Тульской области игумен Назарий (Рыпин).
Духовник и духовный отец, конечно же, отличаются. Духовником может быть любой священник, которому ты регулярно исповедуешься и который тебя более-менее знает, может давать какие-то советы.
А духовный отец — это, собственно, нечто большее. Это когда чаще всего человек тебя рождает во Христе или же ты, уже будучи христианином, прилепился к нему, — но как отец в жизни бывает один, так и духовный отец бывает один. И вне зависимости от того, где ты окажешься, в каком месте, когда, ты всегда будешь всё равно обращаться к нему за помощью. Всегда будешь находить способ связаться с ним, письменно ли или при помощи средств современной телекоммуникации. Но ни один важный вопрос в своей жизни без него не будешь решать, а духовник — по мере того, что переехал, сегодня на этом приходе он один, там завтра ты в другом городе нашёл другого.
Иногда связь с духовником может перерасти в отношения с духовным отцом, так бывает. Вы начинаете с каких-то простых отношений, но постепенно они перерождаются и перерастают в нечто большее. Но опять-таки не нужно спешить, на самом деле обязанность не только по отношению к духовному чаду, но и к самому духовнику. Чтобы стать для кого-то отцом, надо действительно вырасти до отца до этого.
Сознание отцовства и ответственности отцовства — ты принимаешь его на всю оставшуюся жизнь. Это не на пять минут, не на полгода, не «нравится — не нравится», а навсегда.
Поэтому важно и для чада при любом каком-то непонравившемся ответе духовника, или духовного отца, не убегать сразу, показывая прежде всего свою незрелость духовную, но и для наставника, если уже ты принял, то это должно уже стать совместным шествием за Христом и ко Христу на протяжении многих лет и на протяжении даже всей своей жизни.
Все выпуски программы Актуальная тема:
24 августа. О добродетели терпения
Поделиться
О добродетели терпения — председатель Совета по культуре Санкт-Петербургской епархии священник Илья Макаров.
У Экзюпери в «Маленьком принце» говорится о том, что терпение — это ключ, который открывает все двери. Потрясающая фраза, действительно. А Экзюпери — всё-таки духовно мыслящий писатель. То есть вот эта фраза, казалось бы, светского писателя, настолько вторит опыту Церкви, когда мы действительно в аскетической литературе читаем о добродетелях и в том числе о терпении, и разрушается миф о том, что терпение — это, как сейчас говорят, «терпила». То есть ты просто пасуешь перед трудностями. Это неправда.
Терпение — почему это добродетель? Потому что терпение — это желание и способность пережить происходящее, но с целью осмыслить его, потому что первая реакция — она обычно бывает ошибочной. Ну, как правило, если у тебя нет опыта, ты должен это пережить, и в этом переживании ты находишь осмысление. Поэтому обиды не нужно копить. Почему? Потому что это бесполезно, это тебе ничего не даст. Это разрушит тебя самого.
А терпение — это сосредоточение, это некое такое философское, что ли, осмысление происходящего. И если ты потерпишь даже чуть-чуть, тебе придёт правильное решение. Ты правильно поступишь, ты изменишь реальность своим правильным поведением.
Все выпуски программы Актуальная тема:
