Всё лето мы прожили с мужем у стен древнего Горицкого монастыря в Переславле-Залесском. Снимали маленькую студию, работали и отдыхали, а на богослужения ходили в крохотную надвратную церковь — единственный храм на большой территории монастыря, что давно уже официально стал музеем. Управляла церковным хозяйством монахиня, мать Ефросинья. Я удивлялась её быстрому уму, лёгким для весьма преклонных лет движениям, строгости — при том, что веяло от неё ласковым теплом. Мы постепенно сблизились. Никогда, наверное, не забыть мне её рассказов о детстве, что пришлось на время Великой Отечественной войны. С шестью старшими Галинка на целые дни оставалась дома, в 9-метровой барачной комнате у Павелецкого вокзала. Мать работала на обувной фабрике, отец воевал. Уходя на работу, мама давала каждому из ребят задание, и к её возвращению дома был идеальный порядок, уроки выучены, полы вымыты, ужин приготовлен. А если чего-то не успели или подрались, то в ход и ремень отцовский мог пойти — как символ мужского начала, он всегда висел на стене. История же, которая меня поразила, произошла в новогоднюю ночь. Встречали 1944-й. Впервые за всю войну в комнату внесли ёлку. Наряжали её все вместе, вырезали фигурки из газет... Но главное украшение было съедобным: мама достала где-то мандарины, семь штук — по количеству детей, и каждый завернул свой оранжевый шарик в блестящую бумагу, прикрепил к еловой ветке... Но на следующий день мать ушла на работу, а мальчишки не выдержали. Кто первым развернул бумажку и засунул вместо фрукта вату, моя собеседница вспомнить не смогла. Но как сама она со слезами признавалась маме, что съела свой новогодний подарок, — рассказывала мне в подробностях. И вот в праздничную ночь мама со счастливой улыбкой произносит: «А теперь — мандарины! Берите, ребята! С новым годом!..» Дети подходят к ёлке, снимают блестящие шарики неуверенно, даже с опаской: сейчас всё обнаружится, сейчас мама увидит их слабость, хитрость, враньё и нетерпение, а главное — непослушание! Ох, что будет!!! Они снимают шарики, разворачивают фольгу, а там... мандарины! У каждого! А мама — улыбается...
То есть — догадалась она, что не только дочка свой подарок заранее съела. И срочно провернула непростую для военной Москвы операцию: снова обеспечила своих детей мандаринами на новый год. Всех, даже — как подчеркнула матушка Ефросинья — нераскаянных грешников. А ведь мама очень строгой была! Побаивались ребята её гнева... Эти новогодние мандарины оказались не просто внезапным чудом, но и знаком любви истинной. Той самой — по апостолу Павлу — всё покрывающей.
Я слушала мать Ефросинью и вспоминала собственные педагогические промахи. Эпизоды, когда сердце разрывалось, но я всё же наказывала ребёнка за проступок, он явно осознал уже, пожалел о содеянном — а я наказывала... Потому что надо. Но всегда ли надо? И кому?
Господу не нужны правила ради правил. «Сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит». Не по справедливости он с нами поступает, а по любви. Любви же и от нас ждёт, любовью же и воспитывает.
Как мама монахини Ефросиньи, Надежда Георгиевна. Вернее, не Господь, как она, а наоборот: она с детьми — по Божьи...
Автор: Наталья Разувакина
Все выпуски программы Частное мнение
Брянск. Благоверный князь Роман Брянский
В тринадцатом веке Брянском управлял благоверный князь Роман, именуемый Старым. Один из древнейших рукописных документов, Ипатьевская летопись, приводит яркий эпизод из жизни святого. Благоверный князь выдавал замуж дочь Ольгу. Свадебный пир омрачили тревожные вести — литовские войска вторглись в Брянское княжество. Правитель оставил праздничный стол и отправился защищать свою вотчину. Летописец подчеркивает, что Роман «показал мужество своё» и вернулся в Брянск «с победою и честью великою». Ещё один фрагмент жития благоверного князя связан с летописью Свенской иконы Божией Матери. Она хранилась в Киево-Печерской лавре. Роман попросил монахов доставить чудотворный образ из Киева в Брянск, когда ослеп. Правитель пешком отправился навстречу святыне. В десяти верстах от города он принял икону на руки и прозрел. На том месте, где произошло чудо, князь основал Свенский монастырь, действующий в Брянске поныне.
Радио ВЕРА в Брянске можно слушать на частоте 98,2 FM
Степан Писахов. «На Мурмане»
— Спасибо тебе, Андрей, что открыл для меня Архангельск! Какая здесь чудесная рыбалка! А люди какие! А музеи! Взять хотя бы тот, где мы сейчас находимся — «Художественная культура Русского Севера».
— Не название, а песня!
— Да что название, картины удивительные! Как правдиво и бережно они передают здешнюю жизнь. Вчера мы с тобой ловили рыбу и любовались природой под Архангельском, а сегодня видим её отражение в работах художников.
— И какое полотно тебе особенно понравилось?
— Трудно выбрать! Да вот, хотя бы это, посмотри. Холодная гладь воды отражает белёсое небо, корявые кустарники сильными корнями держатся за скалистый берег. В простом пейзаже автор воспел любовь к жизни!
— Он и вправду был жизнелюбом, Степан Григорьевич Писахов. И Север понимал и ценил. Вот только на картине, тебе полюбившейся, не окрестности Архангельска изображены, а берег Баренцева моря — Мурман. Работа так и называется — «На Мурмане». Хотя сам Писахов произнёс бы «На МурмАне».
— Почему?
— Так говорили жители Русского Севера, поморы, в ту пору, когда жил художник. Степан Григорьевич родился в 1879-ом, а умер в 1960-ом году.
— Он здешний?
— Да, коренной архангелогородец. Если найти старую карту города и перечеркнуть её крест-накрест по диагонали, то в самом центре окажется деревянный двухэтажный дом на улице Поморской. Там художник появился на свет и состарился. Это здание, к сожалению, не сохранилось до наших дней. Зато на улице Чумбарова-Лучинского стоит трогательный памятник Писахову.
— Трогательный?
— Да. Я тебе покажу потом, сам убедишься. Приземистая фигура в долгополом плаще. Грива густых волос из-под широкополой шляпы. Лицо, заросшее бородой, кустистые брови. Таким и запомнили жители Архангельска своего замечательного земляка. А ещё все, кто видел Степана Григорьевича, отмечали его умные, весёлые, добрые глаза. Очень его любили в городе.
— За картины?
— Не только. Он был живой легендой, носителем уникальной местной культуры, сказителем.
— А что значит «сказителем»?
— Хорошим рассказчиком, или, на местном наречии — баятелем, бахарем. Умение сказывать издавна ценилось у поморов. Во время рыбного промысла хорошему говоруну полагалась два пайка — один за улов, другой за сказывание. А Писахов ещё и записывал поморские были и небылицы от лица персонажа Сени Малины. По этим сказам потом мультфильмы сняли. Может, помнишь, «Смех и горе у Бела моря»?
— Как не помнить! Там Евгений Леонов главного героя озвучивает! Где же Писахов научился так сочинять — колоритно, живо?
— Жизнь научила. Он окончил художественное училище в Санкт-Петербурге, стажировался в Италии, во Франции. Там, вдали от родины, понял, что жить не может без Севера. Вернулся и исколесил Арктику, исходил реки Печору, Пинегу, Онегу, Мезень. Тогда и освоил старинные обычаи, перенял особый говор. Именно в этот период было создано полотно «На Мурмане».
— Чувствуется, что его написал человек бывалый и горячо любящий Русский Север.
— Это правда! Степан Писахов вложил в эту работу всю свою нежность к родному краю. Река, небо и камни на картине светятся серебром, колючие ветви кустарника
Картину Степана Писахова «На Мурмане» можно увидеть в Архангельском Государственном музее «Художественная культура Русского Севера»
Все выпуски программы: Краски России
Ольга Богаевская. «Сын»
— Андрей Борисович, какая занятная репродукция висит у вас над обеденным столом!
— А, это работа художницы Ольги Богаевской, «Сын» называется. 1965 год. Подлинник картины хранится в художественном музее в Якутске. Давайте-ка, Маргарита Константиновна, я свет включу, чтоб удобнее было рассматривать.
— Спасибо большое! Посмотреть тут есть на что. Сколько динамики в сюжете! Толпа движется по мосту. За плотным человеческим потоком едва видны перила, река и панорама города. А на переднем плане навстречу людям идёт хрупкая женщина с ребёнком на руках. Блузка в полоску, волосы перехвачены белой косынкой.
— Смотришь и безошибочно определяешь, что именно молодая мама — главная героиня картины.
— Конечно, ведь она держит малыша, а полотно называется «Сын».
— Даже если не знать названия! Посмотрите, в толпе есть настоящие красавицы — большеглазая брюнетка, блондинка с ярким платочком на шее. Но мы, зрители, невольно удерживаем внимание на неприметной женщине в полосатой блузке.
— Наверное, благодаря малышу, которого она держит?
— Да, годовалым карапузом в синем беретике невозможно не залюбоваться. К тому же он единственный на картине повёрнут лицом к зрителю.
— Заглядывает в самую душу широко распахнутыми чистыми глазками.
— Но все-таки смысловой центр изображения — мама малыша. Ребёнок — сокровище, которое она обрела. И художница рассказывает нам в деталях, как это обретение изменило её жизнь.
— Про какие именно детали вы говорите?
— А вот обратите внимание на предметы в руках у женщин. Брюнетка держит огромный букет тюльпанов. Блондинка — яркие журналы и модную сумочку. А у юной мамы через локоть перекинута плетёная сумка-авоська, в которой детская книжка, бутылка молока и апельсины.
— Всё это предназначено для ребенка!
— Так тонко Ольга Богаевская раскрыла тему материнской любви. Можно сказать, служения!
— Богаевская, Богаевская... Не она ли иллюстрировала в своё время книжку Рувима Фраермана «Дикая собака Динго, или Повесть о первой любви»?
— Она! Ольга Борисовна блестяще передала сюжет этого проникновенного произведения в зрительных образах. Художница умела показать сложный внутренний мир героев, взаимодействие душ, и потому была востребована как иллюстратор. Её рисунки украсили многие книги в пятидесятых, шестидесятых годах двадцатого века.
— Такая занятость в книгоиздательстве могла пойти в ущерб живописи, как это нередко бывает у художников. Но картина «Сын» доказывает, что с Ольгой Богаевской этого не произошло.
— О, нет! Она в 1940 году окончила Ленинградский институт живописи, скульптуры и архитектуры, и с тех пор ежегодно участвовала в выставках со своими картинами. Из-под кисти Богаевской выходили выразительные портреты, воздушные натюрморты. Но её любимая тема это, конечно, жанровые полотна со сценками из жизни, правдиво и трогательно рассказывающие о любви.
— Такие, как замечательное произведение «Сын», с которым я познакомилась благодаря вам, Андрей Борисович.
Картину Ольги Богаевской «Сын» можно увидеть в Национальном художественном музее республики Саха Якутия, в городе Якутске.
Все выпуски программы: Краски России