Поделиться
Фото: PxHere
К XIV-му веку Русь уже около ста лет пребывала под властью монголо-татар. В XI веке некогда единое государство распалось на множество независимых княжеств, которые постоянно боролись друг с другом за право главенствовать над остальными. Однако окончательное решение, кому из удельных русских правителей выдать ярлык — разрешение на великое княжение — принималось в Золотой Орде.
В середине XIV-го столетия, казалось, победу в борьбе за великокняжеский ярлык прочно одержала Москва. Большинство русских княжеств признавали её авторитет и власть. Именно великие князья Московские начали процесс объединения русских земель. Чтобы он продолжался, Москве важно было сохранить ярлык на великое княжение. Однако случилось непредвиденное: по Руси прокатилась эпидемия чумы. «Великий мор», как тогда её называли, выкосил весь московский княжеский род. В живых остался только один его представитель — девятилетний князь Дмитрий Иванович. Впоследствии он войдёт в историю как Дмитрий Донской. В 1359 году он вступил на московский престол. Однако из-за малолетства не мог самостоятельно править. Впрочем, эту обязанность при Дмитрии Ивановиче временно взял на себя его опекун — московский митрополит Алексий. Тем не менее, правитель Золотой Орды, хан Навруз, посчитал, что не стоит оставлять великокняжеский ярлык в руках девятилетнего ребёнка. И передал его противнику Москвы — Суздальско-Нижегородскому княжеству в лице князя Дмитрия Константиновича.
Москве, казалось, оставалось лишь смириться с утратой великокняжеского ярлыка. Но внезапно междоусобная война вспыхнула в самой Золотой Орде. Она вошла в историю как «Великая замятня». Ханы сменялись один за другим. В стремлении удержать ордынский трон им было не до Руси. Митрополит Алексий счёл эти обстоятельства весьма удачными для того, чтобы попытаться вернуть великокняжеский ярлык Москве. Началось вооружённое противостояние между Московским и Суздальско-Нижегородским княжеством. Орда, занятая собственными проблемами, действительно, не стала вмешиваться в междоусобную войну, из которой Москва, тем временем выходила победителем. Однако победу на поле боя необходимо было каким-то образом закрепить — чтобы междоусобица не вспыхнула вновь. Другими словами, требовалось безоговорочное признание противником права Московского князя Дмитрий Ивановича на великокняжеский ярлык. Митрополит знал, что есть только один человек, которому под силу убедить в этом строптивого суздальского князя — игумен Троицкой обители, Сергий Радонежский.
Преподобный Сергий, которого уже тогда почитали за святого, пользовался у князей непререкаемым авторитетом. Троицкий игумен поддержал московского митрополита. Как сообщают летописные источники, игумен «словом тихим и кротким» сумел убедить суздальского князя Дмитрия Константиновича. После разговора с преподобным Сергием тот «обязался быть в совершенной зависимости от великого князя московского». В 1366 году примирение противников подкрепилось венчанием между 16-летним московским князем Дмитрием Ивановичем и 13-летней суздальской княжной Евдокией Дмитриевной, дочерью князя Дмитрия Константиновича. Браки в столь юном возрасте, особенно с политическими целями в то время не были редкостью. Однако супружество юных князей оказалось не просто политическим союзом, но впоследствии стало примером истинно христианской семьи. По свидетельству исторических источников, новобрачных благословил сам Сергий Радонежский. А за несколько лет до своей кончины игумен скрепил своим благословением завещание князя Дмитрия Ивановича, в котором тот передавал «отчину свою» — Великое княжество Московское — сыну Василию. Таким образом был установлен принципиально новый порядок престолонаследия. Прежде власть передавалась старшему члену княжеского рода. Что неминуемо вызывало противоречия и борьбу. Новый, прямой переход власти от отца к сыну не только снимал многие разногласия, но и сохранял верховную власть Москвы над остальными русскими княжествами. Это право впоследствии признала и Орда. Так, при помощи преподобного Сергия Радонежского и московского митрополита Алексия был сделан важный шаг к объединению разрозненных русских земель.
Все выпуски программы Открываем историю
3 апреля. О борьбе с религией
Поделиться
В начале апреля 1929 года вышло Постановление советской власти «О религиозных объединениях», ограничивающее права верующих. О борьбе с религией в большевистской России — епископ Тольяттинский и Жигулёвский Нестор.
Постановление о религиозных объединениях стало продолжением целенаправленной политики государства по уничтожению веры. Согласно ему, религиозным обществам запрещалось создавать кассы взаимопомощи, кооперативы, производственные объединения, оказывать материальную поддержку своим членам, открывать библиотеки и читальни, организовывать санатории и лечебную помощь. Всё имущество общин становилось собственностью Республики и давалось верующим в пользование, включая новоприобретённую утварь.
1929 год знаменит «отменой воскресного отдыха». Была введена пятидневная рабочая неделя — четыре рабочих дня и один выходной. В мае 1929 года были внесены поправки в Конституцию РСФСР. Новая редакция оставляла гражданам страны возможность только антирелигиозной пропаганды.
К концу второго десятилетия XX века борьба против религии и её последователей приобрела системный характер. Следствием этой работы стало полномасштабное гонение на верующих, ссылка их в лагеря и многочисленные расстрелы. Надеюсь, история никогда не забудет эти трагические страницы жизни нашего народа.
Все выпуски программы Актуальная тема:
Псалом 124. Богослужебные чтения
Поделиться
«Зачем быть хорошим, следовать кодексу чести, держаться правды, если зло регулярно побеждает?» Многие люди задают себе такой вопрос, когда вдруг осознают, что мир полон несправедливости. В такие периоды создаётся ощущение, что Бог спит или Ему нет до нас дела. Накрывает чувство бессмысленности происходящего. Именно в такие моменты человек рискует сломаться, махнуть на всё рукой и пуститься во все тяжкие. 124-й псалом, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах, посвящён именно этой непростой теме. Давайте послушаем.
Псалом 124.
Песнь восхождения.
1 Надеющийся на Господа, как гора Сион, не подвигнется: пребывает вовек.
2 Горы окрест Иерусалима, а Господь окрест народа Своего отныне и вовек.
3 Ибо не оставит Господь жезла нечестивых над жребием праведных, дабы праведные не простёрли рук своих к беззаконию.
4 Благотвори, Господи, добрым и правым в сердцах своих;
5 А совращающихся на кривые пути свои да оставит Господь ходить с делающими беззаконие. Мир на Израиля!
Псалом 124-й — это торжественный гимн в честь возвращения евреев из Вавилонского плена. Люди вернулись домой и увидели родной Иерусалим без стен. Город беззащитен, а кругом враждебные народы. В душе тревога и страх. Как же пережить всё это? Чтобы утешить людей псалмопевец использует два ярких образа.
Первый — это образ гор, которые окружают Иерусалим. Для древнего человека гора — это символ непоколебимости. Сколько бурь, сколько врагов, а горы стоят веками. И псалмопевец говорит: человек, надеющийся на Господа, — та же гора. Его не сдвинуть. Не потому, что он сильный, а потому что его опора — Сам Господь. Но на этом автор псалма не останавливается и продолжает расширять образ. Как горы образуют естественную преграду вокруг Иерусалима, так Господь, подобно стене, стоит вокруг Своего народа. Те, кто верен Богу, словно находятся внутри этого благодатного кольца.
Второй образ — это жезл нечестивых. О нём псалмопевец пишет, что «не оставит Господь жезла нечестивых над жребием праведных, дабы праведные не простёрли рук своих к беззаконию». О чём тут речь? Жезл — это символ власти. Даже если нечестивые по какой-то причине оказались на коне, у их власти есть срок. Господь терпит их ровно до того момента, когда праведные могут не выдержать и начать им подражать. То есть псалмопевец словно говорит: «Бог вмешается раньше, чем мы сломаемся. Зло не бесконечно. У него есть свой лимит. И этот лимит определяет не сила злодеев, а наша немощь. Бог не даст нам испытаний сверх нашей меры».
Когда нас одолевают тяжёлые мысли о той несправедливости, которая творится вокруг, приведём себе на память эти два образа. Зло временно. Это палка в руках хулигана. Да, она больно бьёт, но однажды рука устанет, а палка сломается. А горы стоят вечно. Они были здесь до злодеев и будут после. Так и Бог — Он был до всех зол и будет после. И тот, кто помнит об этом, сам становится, как гора. Его можно ударить, но нельзя сдвинуть. Поэтому всё, что от нас требуется, — в минуты скорби и печали самим не протянуть руки к беззаконию. Не соврать, не подсидеть, не предать, не продаться. Даже если нам кажется, что зло пришло навсегда. И в любых обстоятельствах всё своё внимание держать на Боге. То есть почаще задавать себе вопрос: «Как я могу сейчас в этих непростых обстоятельствах исполнить Его волю, как я могу быть полезен ради Него тем людям, которые меня окружают?» Всякий, кто понуждает себя к этой работе, оказывается под защитой Всевышнего, Господь не даст ему страдать сверх меры. Но в своё время пошлёт тот мир, о котором сегодня говорит псалмопевец.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Юрий Новицкий
Поделиться
Среди святых ликов новомучеников и исповедников Российских есть икона с образом молодого человека. Он в пиджаке, белой рубашке, при галстуке. Усы аккуратно подстрижены. В руках он держит горящую свечу. Это новомученик Юрий Новицкий — профессор права, общественный и церковный деятель. Святой юрист — называли его люди ещё при жизни.
Юрий Петрович родился в Киевской губернии, в городе Умань, в 1882 году. В профессии решил пойти по стопам отца, мирового судьи. В 1903-м поступил на юридический факультет Киевского университета Святого Владимира. Пока учился жил в семье дяди, известного историка Церкви Ореста Новицкого. Под его добрым влиянием молодой человек пришёл к Богу. Юрий воцерковился. Стал прислуживать в алтаре, пел на клиросе во время Богослужений. В 1911 году Новицкий получил диплом юриста.
Юрий Петрович начал преподавать право в киевских гимназиях, вёл частную практику. А главным делом для него стало участие в деятельности киевского Патроната, или Общества покровительства лицам в местах заключения. Новицкий посещал арестантов в Губернской тюрьме, Киевской пересыльной тюрьме. Хлопотал о лучших условиях содержания. Изучал судебные дела. И если вдруг видел, что человеку назначено чрезмерное наказание, или произошла судебная ошибка, добивался пересмотра.
Новицкого заботила проблема детской преступности, которая в начале ХХ столетия приняла огромные масштабы. Несовершеннолетних судили наравне со взрослыми. Юрий Петрович считал, что такой подход не побудит малолетних преступников к исправлению. В 1913 году по предложению Новицкого в Киеве начал работать Суд для малолетних. Юрий Петрович разработал основы практики такого суда: индивидуальный подход к каждому ребёнку, назначение таких исправительных мер, которые в реальности смогут принести благоприятный результат. Судьи, по словам Новицкого, должны не столько судить, сколько ставить диагноз и прописывать лекарство.
В 1914 году Новицкого пригласили в столицу — преподавать на юридическом факультете Петроградского университета. Одновременно он читал лекции в Духовной Академии. В 1917-м, в страшные дни октябрьского переворота, Юрий Петрович не покинул город. И в последующие безбожные годы, когда начались гонения на Церковь и закрывались храмы, объединял верующих. В 1920-м Новицкий организовал «Общество православных приходов Петрограда и губернии». Спустя два года, в 1922-м, началась кампания по изъятию церковных ценностей под предлогом помощи голодающим. Юрий Петрович попытался вмешаться в процесс. Взяв на вооружение свой юридический опыт, он вышел на переговоры с властями. В феврале 1922-го, казалось, удалось достичь компромисса. Верующим разрешили следить, чтобы собственность храмов действительно шла на помощь голодным людям, а не на нужды партии. Однако уже в марте эти договорённости были нарушены большевиками. Юрия Новицкого арестовали по делу о сопротивлении изъятию церковных ценностей. В августе 1922-го, после долгого следствия и показного суда, его расстреляли — предположительно, на Ржевском полигоне под Петроградом.
В 1992 году на Архиерейском соборе состоялась его канонизация. Он стал одним из первых святых, прославленных в Соборе новомучеников и исповедников Церкви Русской.
Все выпуски программы Жизнь как служение
