Поделиться
Ирина Собыленская
Недавно с подругой обсуждали проблему перепотребления в современном мире. Продуктов, вещей у нас настолько много, что постепенно уменьшается их ценность. Скорее всего, вы замечали подобное: пища надкусывается и выбрасывается, техника используется не до конца срока службы, отправляясь на свалку, как только появляется более новая модель. Утилизируется гораздо больше, чем потребляется. Такая доступность и многообразие выбора обесценивают сами вещи.
Хотелось бы сказать, что это проблема только светского общества и следствие неразумного потребления, но внутри церкви, среди верующих я вижу похожую ситуацию. Если раньше нательный крестик, одетый священником при крещении, хранился как зеница ока в течение жизни, то сейчас можно иметь по крестику хоть на каждое время года. Иконы перестали быть редкостью и реликвией, которая передается из поколения в поколение — можно зайти в любую церковную лавку и купить напечатанную икону по очень доступной цене. С одной стороны, это большое благо — каждый человек независимо от дохода имеет возможность прикоснуться к святыне. С другой стороны — из-за перепотребления происходит обесценивание христианских символов. Иногда доходит до неловких ситуаций: например, одно время мои верующие знакомые считали своим долгом дарить на праздники иконы или православные сувениры. В итоге я обнаружила себя за тем, что убираю целую коробку таких подарков в шкаф. А что делать? Мне просто физически негде расставить все иконы.
Из поучений святых отцов мы знаем, что верующий человек при виде изображения креста, святого и Самого Иисуса Христа, должен испытывать трепет и благоговение, перекреститься, помолиться. Преподобный Симеон Новый Богослов говорил так: «Для христиан крест — величание, слава и сила; ибо вся наша сила в силе распятого Христа...»
Но если христианские символы превращаются в сувениры, тиражируются на футболках, сумках и в украшениях, то и благоговение постепенно сходит на нет. И вот уже мысль сдать на переработку пакет с изображением христианского креста не кажется абсурдной.
Конечно, мы не можем сократить количество церковной или сувенирной продукции, но можем попробовать исправить ситуацию, начав с себя и своего отношения к христианским символам и кресту. Красивые вещи — футболки, браслеты, кулоны с хризмами, ихтисами, крестами — сами по себе не сделают нас более чистыми, честными. Но если мы решили их приобрести, стоит взять за правило благодарить Бога каждый раз, когда взгляд падает на них. Чтобы они стали не просто украшением для тела, но и принесли пользу для души. Можно начать читать короткую молитву всем святым, представленным в домашнем иконостасе, изучить их жития и уделить внимание изучению богословия иконы — так изображение на картоне или доске станет более близким, дорогим и отношение к нему — более трепетным. И пусть фраза «Слава Богу за все» станет лейтмотивом наших будней.
Автор: Ирина Собыленская
Все выпуски программы Частное мнение
«Сила слова»
ПоделитьсяВ этом выпуске своими светлыми историями о том, как сказанное слово может спасти, исцелить, помочь изменить жизнь или привести к Богу, и почему важно со вниманием относиться к словам, поделились ведущие радио ВЕРА Константин Мацан, Анна Леонтьева, Кира Лаврентьева и наш гость — клирик храма Спаса Нерукотворного Образа на Конюшенной площади в Санкт-Петербурге, руководитель Координационного центра по противодействию алкоголизму и наркомании при Отделе по благотворительности Санкт-Петербургской епархии протоиерей Максим Плетнёв.
Все выпуски программы Светлые истории
Гавриил Троепольский «Белый Бим Чёрное Ухо» — «Чудо весеннего возрождения»
Поделиться
Фото: PxHere
Одна из самых грустных книг о животных — повесть Гавриила Троепольского «Белый Бим Чёрное Ухо». Белый шотландский сеттер Бим и ветеран войны, Иван Иванович, сильно привязаны друг к другу. Иван Иванович попадает в больницу, ему предстоит операция, а Бим сбегает из дома, разыскивая хозяина. Собака начинает скитаться и сталкивается с равнодушием окружающих, бездушием, злобой. Бим погибает, так и не воссоединившись с хозяином. Скорбь Ивана Ивановича была бы безысходна, если бы не последняя сцена, наполненная ожиданием весны.
Выздоровевший Иван Иванович уходит в лес, просыпающийся после зимы. Образ весны в повести можно воспринимать, как надежду на оттепель в человеческих сердцах, образ покаяния.
Преподобный Иустин (Попович) сожалел: «Человек совершенно сознательно, рационально и добровольно немилосерден, жесток, зол. И в этом его печальное преимущество перед животными. Более того, человек влюблён во зло, и эта влюблённость перерастает в сладострастие».
Печаль святого Иустина может побудить задуматься: «Какой месяц зимы на дворе человеческого сердца? И как близко весна?»
Все выпуски программы: ПроЧтение
Мальской Спасо-Рождественский монастырь, Псковская область
Поделиться
В Псковской области, в двадцати километрах южнее города Печоры, есть небольшая деревенька Малы. Здесь, на берегу Мальского озера, в пятнадцатом веке поселился отшельником преподобный Онуфрий Псковский. Примеру подвижника последовали и другие иноки, также искавшие молитвенного сосредоточения. Образовалась монашеская община, которую стали называть Онуфриевой пустынью.
Во второй половине шестнадцатого века насельники построили на берегу Мальского озера каменный храм в честь Рождества Христова с отдельно стоящей звонницей. В 1581 году эту церковь разграбили войска польского короля Стефана Батория. Захватчики не смогли войти в расположенный неподалёку богатый Псково-Печерский монастырь, окружённый каменной стеной, и выместили злобу на маленькой беззащитной обители. Польские солдаты не только разорили церковь, но и убили всех монахов.
Почти столетие Мальской Спасо-Рождественский монастырь пребывал в запустении, а в 1675 году здесь вновь зазвучала молитва. Об этом свидетельствует надпись на колоколе, уцелевшем до наших дней. Его отлили специально для восстановленной звонницы.
В начале восемнадцатого века, во время Северной войны, Онуфриеву пустынь разорили шведы. В 1730 году по воле императрицы Анны Иоанновны обитель попытались возродить. На царские пожертвования отреставрировали Рождественский храм и колокольню. Но былой славы монастырь уже не стяжал, и при Екатерине Второй его упразднили. Рождественская церковь стала приходской. Здесь молились жители деревни Малы и ещё двух соседних селений.
В конце девятнадцатого века храм прославился благодаря местному крестьянину Матвею Кондратьеву. Из-за болезни он оказался прикован к постели, но со смирением переносил испытание. Непрестанно молился и получил от Бога дар прозорливости. К праведнику за духовными советами обращались верующие, многие из которых приезжали издалека. Все пожертвования паломников Матвей тратил на содержание церкви Рождества Христова. На эти средства в 1902 году к древнему зданию пристроили придел во имя преподобного Онуфрия.
После революции 1917 года Рождественская церковь осталась действующей и даже чудом уцелела во время фашистской оккупации в 1944 году. Немцы заминировали храм, но взорвать не успели. После Великой Отечественной войны приход в деревне Малы возглавил священник Михаил Беллавин. Он был внучатым племянником патриарха Тихона, возглавлявшего Русскую церковь в первые годы советской власти. Отец Михаил преставился ко Господу в 1988 году и был похоронен на кладбище при храме.
Сейчас за его могилой ухаживают жители села Малы и монахи Псково-Печерского монастыря. В 2000 году Рождественский храм приписали к этой обители. Монашеское поселение, основанное преподобным Онуфрием на берегу Мальского озера в пятнадцатом веке, возродилось в двадцать первом столетии!
Все выпуски программы ПроСтранствия
