У меня нет ни капли сомнения в том, что Евангелие надо читать постоянно. Хотя бы по главе в день. К сожалению, не могу похвалиться, что выполняю это неукоснительно. Сама себя обкрадываю...
Вспоминаю, как читала Евангелие в первый раз. Признаюсь — многое не понимала. Но все равно оно отзывалось в сердце необъяснимой радостью. А вот некоторые места — их было всего три или четыре — вызвали откровенный протест в моей далекой от духовного разумения душе.
Самой странной и даже, Господи, прости, неуместной в этой книге мне показалась притча о работниках виноградника. Тех, которых хозяин нанимал постепенно в течение всего дня. А потом пришедших работать в последний момент, в одиннадцатый час наградил так же, как и тех, кого нанял в третий час — в середине дня, и тех, то начал работать ранним утром, первыми. Где же справедливость? — возмущалась я вместе с этими «первыми».
Да, им было обещано по динарию. Да, по динарию они и получили. Но почему их сравняли с другими, работавшими гораздо меньше? Тут я, честно говоря, споткнулась. Воспитанная на советском понятии справедливости, — мол, каждому по труду — не могла согласиться с тем, что кого-то обделили. С одной стороны, возмутилась, а с другой — смутилась. Душа слышала ответ Бога — евангельские слова: «Возьми свое и пойди... или глаз твой завистлив оттого, что я добр?» В общем, противоречия раздирали мою душу...
В какой момент мое восприятие этой притчи кардинально изменилось? Наверное, когда я вдруг поняла, что она — про меня. Когда я сама начала задумываться о работе в винограднике Божием? Не ранним утром и даже не в третьем часу. Господь не звал меня до шестого часа просто потому, что рабы Божией Елены не было на торжище. Я был в другом месте... Лучшие, полные сил и талантов, годы были посвящены делам отнюдь не духовным.
Эта притча звучит на богослужении, в частности, в день памяти 40-ка Севастийских мучеников. Помните? В холодном Севастийском озере истязаниям за веру христианскую подверглись 40 воинов. Один из них не выдержал, вбежал в топившуюся на берегу баню и пал замертво. Утром стражник увидел над озером 39 светлых венцов. Скинув с себя одежду, со словами «И я христианин!» он вошел в озеро и присоединился к мученикам. Венцов стало 40.
Теперь евангельская притча о работниках, призванных в виноградник в разные часы дня, — моя любимая. Читаю ее и каждый раз радуюсь, что Господь зовет к Себе и одаривает благодатью не по заслугам нашим, а исключительно по Своей милости. Более того, даже страшно представить Бога справедливым. За всех, конечно, не говорю, но лично мне страшно. По справедливости-то ох какую суровую «награду» я заслужила!
Но Господь не справедлив, а долготерпелив и многомилостив. Ко всем своим чадам, разумным и не очень. К тому, кто работает в Его винограднике с самого «утра», по-детски искренне и чисто. К тому, кто, наломав дров в горячей юности, узнал сладость покаянных слёз. К тому, кто, как я, пришёл в себя только после серьезных потрясений. И к тому, кто в последний, «одиннадцатый», час успел воздохнуть: «Господи, помилуй!»
Автор: Елена Тулисова
Все выпуски программы Частное мнение
18 ноября. «Архангел Селафиил»

Фото: Ron Lach/Pexels
Молитвенник Божий — так переводится имя Архангела Селафиила, который обыкновенно изображается со скрещёнными на груди руками — в знак молитвенного устремления к Всевышнему. Этот Архангел учит христианскую душу всегда внимать Божией благодати, дарованной нам во святом крещении, и не обращать внимания на рассудочные помыслы и мечтания, которые препятствуют молитвенному сосредоточению. Обретение внимательной, неспешной, сокровенной молитвы духа — дело всей жизни; вот почему Архангел Селафиил должен быть нами особенно любим и почитаем.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Сражение при Кинбурне (1787) и вера Суворова
По итогам мирного договора 1774 года, после победоносной для России войны с Турцией, Российской империи отошла крепость Кинбу́рн в Северном Причерноморье, на Кинбурнской косе́ в устье Днепра. Это небольшое укрепление имело огромное стратегическое значение — оно прикрывало подступы к Очакову и Херсону, важным городам на юге России. В 1787 году турецкая армия предприняла попытку захвата крепости. Оборону Кинбурна возглавил Александр Васильевич Суворов.
1 октября 1787 года на Кинбурнской косе турки высадили с кораблей десант — около пяти-шести тысяч человек. В тот день по старому стилю был праздник Покрова Пресвятой Богородицы. Суворов стоял за Литургией, когда ему доложили о подходе кораблей и высадке с моря турецких войск. Полководец приказал огонь пока не открывать, и продолжил молиться. Спокойствие Суворова перед лицом опасности укрепляло уверенность его солдат. Однако численность наших войск значительно уступала турецким. В самой крепости находилось около полутора тысяч человек, и примерно две с половиной тысячи стояли в резерве в 30 верстах от места будущего сражения. Лишь когда противник полностью высадился на берег, Суворов отдал приказ идти в атаку, и сам повёл солдат вперёд. Во время сражения он был дважды ранен. После нескольких часов ожесточённого боя десант противника был сброшен с Кинбурнской косы. Турки спешно эвакуировались на свои корабли. Они потеряли большую часть личного состава. Победа при Кинбурне стала одним из первых крупных успехов русской армии в новой войне с Турцией. Екатерина II пожаловала Суворову высшую награду Российской империи — орден святого Андрея Первозванного. Александр Васильевич в ознаменование победы построил на Кинбурнской косе церковь Покрова Пресвятой Богородицы.
В сражении при Кинбурне, как и в других баталиях, возглавляемых Суворовым, проявилось его глубокое понимание, что вера и надежда на Бога, подкреплённые личным примером, вдохновляют солдат куда лучше жёсткой муштры. Суворов неоднократно подчеркивал это и в своём знаменитом труде «Наука побеждать». «Ни руки, ни ноги, ни бренное человеческое тело одерживает победу, а бессмертная душа, которая правит и руками, и ногами, и оружием. А потому и нужно воспитывать и закаливать сердце воина, чтобы оно не боялось никакой опасности, и всегда было неустрашимо и бестрепетно», — писал он. И поступал именно так. Его мужество, отвага и упование на Бога становились мощным стимулом для солдат. Суворов не отсиживался в штабе, а шёл в атаку вместе с рядовыми, разделял с ними все тяготы походной жизни. Умел общаться с солдатами простым, доверительным языком, поддерживая дух единства и братства.
В Кинбурнской победе Суворов видел не только заслугу военного искусства и храбрости солдат. Его собственные слова объясняют эту мысль лучше всего. Он говорил: «Молитесь Богу: от Него победа».
Все выпуски программы Сим победиши!
18 ноября. «Аще бо от дел спасеши мя»
В утреннем молитвенном правиле есть слова: «Аще бо от дел спасе́ши мя, несть се благода́ть, и дар, но долг па́че».
Об их значении — настоятель Богоявленского храма в Ярославле священник Александр Сатомский:
В молитвенных текстах мы встречаем не только, собственно, ну, скажем так, некоторые опредмечивания наших просьб, нашего духовного опыта, внутреннего устроения. Но мы встречаем и очень важные сложные богословские тезисы. То есть молитва не только даёт нам, скажем, лексикон для обращения к Богу, но действует и в обратную сторону: много чего о Боге нам сообщает. И из утреннего правила строка о том, что если Ты спасёшь меня от дел, то нет в этом ни благодати, ни дара, но всего лишь долг, ставит нас перед большой темой благодати. Перед темой того, как и зачем Бог взаимодействует с сотворённым миром вообще и с человеком в частности.
А если быть точным, эта тема даже сужена до размеров веры и дел. Что спасает человека? Некоторого рода дискуссию такую мы видим внутри Нового Завета. Как кажется, апостол Павел последовательно утверждает, что очевидно спасительна вера. Апостол Иаков утверждает: без дел вера мертва — и какой же выход? А выход очевидный: нет никакого конфликта между двумя этими темами. Вера опредмечивается делами. Значимое, внутреннее ищет обозначение — это то, о чём апостол Павел скажет, собственно, как о плодах веры. Вера не может не плодоносить. Или если этого плода нет, то большой вопрос к самому нашему этому внутреннему древу веры.
При всём при этом нам и важно иметь в виду — и молитвенный текст нам на это указывает, — что мы не тщимся, не пытаемся впечатлить и обязать Бога своими собственными делами. Потому что нам не сделать Бога своим должником, нам не удивить Его ни нашей аскезой, ни нашей праведностью. И то и другое значимо, но при этом является лишь нашим ответом на действия божественной благодати. Как тот же апостол Павел говорит, что Христос умер за нас, когда мы были ещё грешниками.
Действие Божие первично. Мы не пытаемся Бога впечатлить, и утреннее правило напоминает нам об этом, что вслед за проявленной к нам любовью Божией мы несём по силе нашу веру, к ней присовокупляем, конечно, наши дела. Это не обязывает Бога ничем, но, как минимум, ставит нас перед реальностью Его божественной любви.
Все выпуски программы Актуальная тема:











