Поделиться
Что делать, если чадо совсем отбилось от рук и запустило учёбу в школе? И как поведение одного ребёнка отражается на остальных домочадцах? Ведь семья — это единое целое. Об этом расскажет знаменитая картина Фёдора Решетникова «Опять двойка».
— Маргарита Константиновна, здравствуйте! Как хорошо, что я вас застал в Третьяковской галерее! Мне ваша помощь нужна!
— Добрый вечер, Ванечка! Я всегда рада тебе помочь. Что у тебя случилось?
— Нам по мировой художественной культуре задали написать сочинение о нравственных проблемах, которые раскрывали русские художники в своих произведениях. Учитель дал список картин. Мы с ребятами провели жеребьёвку, мне досталась «Опять двойка». Помните, там мальчик в очередной раз получил плохую оценку в школе, и родные на него смотрят с укоризной?
— Конечно, Ваня, я помню это замечательное полотно, которое написал в 1952 году художник Фёдор Решетников. Картина, кстати, экспонируется в соседнем зале. Давай отправимся туда, чтобы предмет разговора был у нас перед глазами. А по дороге объясни, пожалуйста, какой помощи ты от меня ждёшь?
— Понимаете, Маргарита Константиновна, полотно «Опять двойка» — о безответственном отношении к учебе. Подумаешь, проблема! Не слишком ли она мелкая? Не знаю, что писать!
— Когда человек страдает от какой-то проблемы, ему она не кажется мелкой. Тем более, когда речь идёт о нравственности, то есть способности делать выбор между плохим и хорошим. Здесь одна ошибка порождает другую, и проблемы образуют воронку, в которую оказываются втянутыми многие люди. Как раз такая ситуация на картине «Опять двойка», к которой мы с тобой подошли.
— Объясните, пожалуйста, Маргарита Константиновна, о какой воронке проблем вы говорите?
— Давай разбираться вместе. Главный герой полотна — мальчик лет десяти, как ты правильно заметил, запустил учёбу. Фёдор Решетников выразительно показывает, по какой причине это произошло. Школьник стоит взъерошенный, пальто на нём мятое. Портфель перевязан бечёвкой, поскольку замочек сломался.
— Ещё бы — в портфеле чего только нет, вон, даже коньки наружу торчат вверх лезвиями.
— Да. Перед нами портрет ребёнка, который каждый день увлечённо гоняет в хоккей, играет с ребятами во дворе и не успевает делать уроки. Казалось бы, невелика беда. Но двоек всё больше, навёрстывать упущенное всё трудней, атмосфера дома становится напряжённой. И нравственные проблемы, испытания совести, появляются у всех членов семьи.
— Так уж и у всех? Даже у младшего брата, который весело гоняет на велосипеде прямо по дому?
— Даже у этого малыша. Он получил плохой пример, и должен сделать выводы. Насколько они будут правильными — пока не известно. Меня, например, огорчает, что он подсмеивается над промахами старшего брата.
— А у старшей сестры двоечника какие проблемы? Она совсем на него не похожа. Аккуратная, организованная. Разложила тетрадки и книжки на столе, готовится заниматься. Наверное, отличница!
— Девочка и впрямь старается всё делать на совесть. Но по взгляду видно, что в её душе зародилось осуждение. Это червоточина, от которой трудно избавиться, она может отравить жизнь.
— А мама смотрит на мальчика с состраданием.
— Эта женщина, безусловно, страдает. Она посвятила себя детям, делает всё, чтобы им хорошо жилось. В доме чистота, порядок, у мальчиков есть велосипед и коньки — в пятидесятых годах двадцатого века это были настоящие сокровища. Героиня картины надеется, что сыновья и дочь станут хорошими людьми, но средний ребенок колеблет её надежду. «Что с ним будет дальше?», — эта мысль лишает женщину радости и покоя.
— Да, проблемы и впрямь нешуточные! Как же они решаются?
— Только любовью. Она помогает не забывать об ответственности перед ближними, даёт силы не осуждать оступившегося, укрепляет надежду. И я надеюсь, всё сложилось хорошо у героев шедевра Третьяковской галереи, картины Федора Решетникова «Опять двойка». Ведь семья, несмотря ни на что, всегда остаётся пристанищем любви.
Программа подготовлена при поддержке национального проекта «Культура»
Искусство создания шпалер
Поделиться
Фото: Baraa Obied / Pexels
В крупных российских и европейских музеях на стенах в экспозиции посетители могут увидеть большие гладкие ковры, похожие на картины, с изображением евангельских, исторических, пейзажных и других сюжетов. Такие изделия называют шпалерами (или гобеленами). Их создавали из шерстяных и шелковых нитей для украшения и утепления стен в специальной безворсовой технике путём переплетения продольных и поперечных нитей.
Искусство изготовления таких ковров появилось ещё до Рождества Христова и было известно древним грекам, римлянам и египтянам. После распространения христианства в Европе шпалеры стали использовать в храмовых пространствах для украшения стен: на них изображали сюжеты из жизни Христа, Пречистой Девы и святых. Вскоре подобные ковры с религиозными и светскими сюжетами стали проникать во дворцы и зажиточные дома для декорирования интерьеров. Настоящей популярности и расцвета шпалерное искусство достигло в Средневековье. Тогда одним из основных центров создания безворсовых ковров стала Фландрия — регион, находящийся сейчас на территории современных Нидерландов, Франции и Бельгии.
В мастерских над созданием ковров трудилась целая команда специалистов. Художники рисовали эскиз будущей шпалеры, который назывался картоном. Красильщики окрашивали нити в необходимые цвета, а ткачи по картону воссоздавали необходимый рисунок. Каждый мастер ткал ту часть шпалеры, на которой специализировался: одни ткачи трудились над созданием лиц, другие — фигур, третьи занимались пейзажами или бордюрами — так называли узоры, которые по краям обрамляли шпалеру наподобие рамы. Часто ковры ткались по эскизам с картин известных художников.
В начале XVI века во Фландрии по заказу папы Льва X были изготовлены знаменитые шпалеры для украшения Сикстинской капеллы в Ватикане. Картоны с изображением сюжетов из Деяний Апостолов для них создал художник Рафаэль и его ученики.
В XVII веке одним из центров шпалерного искусства стала парижская Королевская мануфактура, расположенная в поместье семьи Гобелен — известных красильщиков и ткачей. Ковры, которые там создавали, быстро прославились своим качеством, и название «гобелен» закрепилось за всеми подобными изделиями.
В 1717 году русский император Пётр I заказал французской мануфактуре серию гобеленов, посвящённых событиям Северной войны, по итогам которой Россия получила выход к Балтийскому морю. В том же году Пётр основал шпалерную мануфактуру в Санкт-Петербурге, где французские ткачи обучили своему искусству русских мастеров. С тех пор в России стали создавать безворсовые ковры с изображением евангельских сюжетов и событий отечественной истории, портретов царственных особ и аристократов. В течение ста сорока лет изделия Петербургской мануфактуры украшали дворцы и отправлялись за границу в качестве дипломатических подарков. Однако в 1850-м году русская мастерская была закрыта из-за упадка спроса на шпалерное искусство.
Сейчас о существовании мануфактуры напоминает Шпалерная улица в Петербурге, где раньше располагались мастерские с ткацкими станками. Увидеть отечественные и иностранные шпалеры из собрания русских императоров можно в петербургском Русском музее, Эрмитаже и Пушкинском музее в Москве.
Все выпуски программы Открываем историю
22 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Когда в жилище вносят новорождённого младенца, все домочадцы, от мала до велика, затихают, начинают двигаться бесшумно и общаться между собой полушёпотом — только бы не потревожить дитя, не разбудить его, если оно уже почивает сладким сном. Подобным образом должен бы вести себя всегда и со всеми каждый из нас, чад Церкви. В каком смысле и почему? В сердцах крещёных людей почивает Богомладенец Христос, предназначивший нас быть сосудами Его благодати. Благоговейное и деликатное обращение с людьми свойственно тем, у кого «Христос за пазухой», по русскому выражению.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
22 марта. О пребывании в молитве как приобретении
Поделиться
О чистосердечной молитве как приобретении — исполняющий обязанности настоятеля московского храма во имя равноапостольных князя Владимира и княгини Ольги в Черёмушках протоиерей Владимир Быстрый.
Само пребывание в молитве уже есть приобретение. Почему не стоит ждать результатов от разговора с Богом? В жизни каждого верующего однажды наступает момент усталости. Мы приходим к Богу с просьбами, читаем правила, выстаиваем службы, но внутри возникает горький вопрос: а есть ли результат? Грехи те же, чудес нет, настроение не поднимается. Зачем тогда всё это?
Мы с вами привыкли жить логикой мира. Если я вложил труд, должен получить зарплату. И ту же логику мы переносим на молитву, ожидая от Бога оплаты эмоциями или сверхспособностями. И здесь нас поджидает главное заблуждение. Святые отцы предупреждали: человек, не очистивший сердце от гордости, не выдержит дара чудотворения. Он тут же присвоит его себе и падёт.
Именно поэтому преподобный Иоанн Лествичник оставил нам удивительное наставление. Он говорит: «Долго пребывая в молитве и не видя плода, не говори "я ничего не приобрёл”, ибо само пребывание в молитве уже есть приобретение». Состояние, когда нам сухо и скучно, а мы всё равно стоим перед Богом, это и есть высшая школа веры.
Святые стремились не к способностям, а к одному — жить с Господом. Когда мы приходим к любящему отцу, нам не нужен подарок каждую минуту. Нам нужно побыть с ним рядом.
Существует и смертельная опасность — ждать от молитвы только сладости. В православии это называется прелестью, самообманом. Бог приходит к нам не как анестезиолог, чтобы дать приятные эмоции, а как хирург. Ему важно исцелить нашу душу, часто через боль и скуку молитвы. Потому что именно в этой тишине рождается настоящая любовь, которая говорит: «Я здесь, потому что люблю Тебя, а не потому что жду награды».
Все выпуски программы Актуальная тема:
