Поделиться
— Доброе утро, Владимир Николаевич! Вы, я смотрю, с рюкзаком. В путешествие собрались?
— Здравствуйте, Маргарита Константиновна! На дачу еду. Собираюсь немножко свой домик облагородить. Нашёл вчера дочкину коллекцию репродукций мировых шедевров — она вырезала из журналов. Дай, думаю, в рамки вставлю и стены украшу.
— Как интересно!
— Очень! Я уже и таблички сделал красивые — автор, название, год создания картины. Только на одной репродукции никаких данных нет. А она мне так понравилась! Там доктора в белых халатах, три женщины и мужчина-бородач, осматривают больное ухо девочки-подростка. Бедняжка зябнет, в шаль кутается, видно, температура у неё. А доктора глядят заботливо, лица у них мудрые. Вот как узнать, кто написал картину?
— Если бы я могла взглянуть на неё, возможно, назвала бы автора.
— Так я вам её сейчас покажу! Она у меня вот здесь, в рюкзаке, в папке... Вот, пожалуйста, Маргарита Константиновна!
— Да, я узнаю полотно! Это одна из самых выразительных работ художницы Эмилии Шанкс — «Медицинский осмотр в русской богадельне».
— Где же здесь богадельня? На картине нет старичков.
— Богадельня — это не только дом для престарелых, но и любое благотворительное заведение. Название произошло от словосочетания «дело, которое совершается ради Бога». Эмилия Шанкс запечатлела сюжет из жизни детского приюта. Таких в России немало открыли в восьмидесятых годах девятнадцатого века, когда была написана эта картина.
— Необычная какая фамилия у художницы — Шанкс.
— Отец Эмилии был англичанином.
— А почему вдруг англичанка заинтересовалась темой благотворительности в России?
— Эмилия Шанкс родилась и выросла в Москве — её папа состоял в русском купечестве, владел магазином на Кузнецком мосту. Эмилия ничем не отличалась от своих московских ровесниц. В отрочестве она близко дружила со старшей дочерью Льва Толстого, Татьяной, и очень любила книги писателя. Художнице были близки идеи сострадания, помощи бедным.
— А рисовать Эмилия где так научилась?
— Она окончила Московское училище живописи, ваяния и зодчества. По итогам учёбы получила серебряную медаль.
— Мастер, что говорить! Смотрите, как правдиво картина написана. Люди на ней словно живые.
— Верно, Владимир Николаевич! К тому же работа правдива и с исторической точки зрения. Как вы обратили внимание, среди докторов на картине всего один мужчина и три женщины. Сегодня нам такой расклад кажется привычным, а в девятнадцатом веке он выглядел революционно. Эмилия Шанкс подчеркнула в своей работе, что в России появились женщины-врачи.
— Так вот когда милые дамы начали работать докторами.
— В конце девятнадцатого века медицина была для женщин скорее служением, чем работой. Но всё изменилось после земской реформы 1864 года. Суть реформы была в создании местных органов власти в российских губерниях и уездах. Таким образом, заботу о больных и бедных в провинциях взяло на себя местное самоуправление — земство. В сёлах и небольших городах одна за другой стали открываться больницы и богадельни. Возникла острая нехватка врачей.
— И женщины восполнили собой этот дефицит?
— Именно так. Многие дамы почувствовали тогда призвание послужить народу. И правительство создало условия, чтобы этот порыв реализовался — в Санкт-Петербурге открылись высшие медицинские курсы для девушек, а земствам позволили принимать выпускниц на работу. Вот такими они и были, первые русские женщины-врачи — как на картине Эмилии Шанкс.
— А где сейчас находится полотно «Медицинский осмотр в русской богадельне», не знаете, Маргарита Константиновна?
— Знаю. На родине отца Эмилии Шанкс, в Великобритании, в краеведческом музее города Челмсфорд. Картина русской художницы с английскими корнями свидетельствует жителям туманного Альбиона о традициях милосердия в России.
Дефис и тире. Как их не перепутать и почему это важно
Поделиться
Всего две чёрточки, а какая между ними разница! Это не загадка. Просто сегодня мы поговорим о двух графических знаках в русской письменности — дефисе и тире.
Они, оказывается, похожи не только внешне, но и по происхождению. Оба слова заимствованы из других языков, в отличие от русских названий остальных знаков — точки, запятой, кавычек и прочих.
Наименование дефиса, короткой чёрточки, пришло из немецкого, а происходит оно от латинского divisio — что значит «разделение». Слово тире восходит к французскому глаголу «тянуть» и обозначается длинной чертой.
Оба знака стали применяться во второй половине XIX века — из-за усложнения графической системы языка и развития типографского искусства.
А впервые знак тире под названием «молчанка» описан в 1797 году в «Российской грамматике» профессора Антона Алексеевича Барсова. Одним из популяризаторов тире был писатель Николай Карамзин, живший в конце XVIII — начале XIX века.
Чем же отличается употребление этих графических знаков? Дефис ставится только внутри слов и, можно сказать, является их частью. Например, он присоединяет особую приставку кое-: «кое-кто». Или суффиксы -то, -либо, -нибудь: «где-нибудь», «кто-либо». Дефис нужен, чтобы создавать сложные слова, такие как «тёмно-красный», «юго-запад», «плащ-палатка». Недаром в XVIII − XIX веках дефис назывался «знаком единительства» — он объединяет части слов, при этом разделяя их на составные части.
А тире нужно, чтобы разграничивать части предложения, это настоящий знак препинания. С помощью него, например, мы отделяем подлежащее от сказуемого, если оба являются одной частью речи: «Солнце — (тире) это звезда». Или тире может обозначить, что перед нами сложное предложение, например: «Придут гости — (тире) сядем за стол». Также этот знак препинания используют при оформлении прямой речи.
Тире играет свою роль внутри предложения, а дефис — внутри слова. Но это ещё не всë. Среди специалистов издательской сферы — типографов, дизайнеров, редакторов — известны два типа тире: короткое и длинное. Более длинный знак используют как пунктуационный знак тире, а более короткий — как «технический знак», например, при обозначении интервала, выраженного цифрами: взять три − пять яблок.
И в деловой переписке, и в обычном интернет-общении стоит обратить внимание на правильное использование дефиса и тире. Ведь графическое оформление письменной речи — это важная часть родного языка.
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
Почему мы оправдываемся и стоит ли это делать
Поделиться
Оправдания — дело привычное. Почти каждый сталкивался с необходимостью объяснить свои действия: «не успел», «не заметил», «всё пошло не так». Почему же мы пытаемся сгладить наши недочёты оправданием?
Дело скорее всего в том, что мы защищаем своё самолюбие, маскируем ошибки или хотим избежать конфликтов. Сказать «это не моя вина» проще, чем признать: «Да, я поступил неправильно». Оправдания — это защитный рефлекс.
С другой стороны, если что-то пошло не так, то нам хочется объяснить, почему. Бывают ситуации, которые не позволили выполнить обещанное. Иногда оправдания необходимы: если обстоятельства действительно помешали, объяснение поможет избежать несправедливости, обиды, недоверия.
Но если приходится часто оправдываться или просто объясняться, это повод задуматься. Возможно, причина в отсутствии дисциплины или в излишней беспечности.
Зачастую мы оправдываемся, когда чувствуем вину. Или подозреваем, что нам не верят. Да, в самом слове «оправдание» кроется корень «прав». То есть мы хотим остаться правыми, несмотря на совершённую ошибку. Верен ли такой подход? Это каждый решает сам.
Как писал в дневниках Михаил Пришвин: «Если судить самого себя, то всегда будешь судить с пристрастием или больше в сторону вины, или в сторону оправдания. И вот это неизбежное колебание в ту или иную сторону называется совестью».
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
6 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Isaac Quesada/Unsplash
Для младенца, находящегося под сердцем матери, для формирования его личности важно всё, чем родительница живёт и что делает: её образ мысли и жизни; устроение духа и настроение души, питание, среда обитания и прочее. Вот почему нам, словесным младенцам, совершенно необходимо теснейшее общение с Матерью Церковью: посещение богослужений, взирание на святые иконы, слушание церковных песнопений, и особенно — участие в таинствах. Останься христианин вне Церкви — и его духовное развитие затормаживается, либо пресекается вовсе.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
