Поделиться
Многие в юности с увлечением читали и обсуждали книгу «Джейн Эйр» писательницы Шарлотты Бронте. При этом одним казалось невероятным, что героиня согласилась стать вечной сиделкой для мужа, а другие говорили, что ради любви сделали бы то же самое. Однако Джейн Эйр — выдуманный персонаж, а есть ли в обычной жизни женщины, готовые годами сидеть у постели мужа, зная, что он никогда не встанет? История свидетельствует, что есть — именно такое самоотверженное чувство испытывала Юлия к своему мужу Борису Кустодиеву, известному русскому художнику рубежа 19-20 веков.
Они познакомились тёплым осенним днём 1900 года, в имении, где осиротевшую Юлию воспитывали две старушки — обрусевшие англичанки. Борис, студент Академии художеств и ученик Репина, проезжал мимо в поисках натуры для своей картины, но нашёл гораздо большее — любовь всей жизни. Они провели вместе совсем немного времени, и Кустодиев не решился признаться юной девушке. Вместо этого он, покраснев, попросил нарисовать её портрет, чтобы она навсегда осталась в его памяти. Юлия согласилась.
С тех пор она стала его музой, хотя не догадывалась об этом ещё целых два года. Столько длилась их робкая переписка, прежде чем произошло настоящее объяснение, и Кустодиев предложил Юлии стать его женой. 1903-й, год свадьбы, стал для неё самым счастливым в жизни.
Борис быстро снискал славу художника, и его семья не знала нужды, вечной спутницы людей искусства. Он нежно любил свою жену и часто рисовал её портреты. Кустодиевы никогда не скучали вдвоём, а если Борису приходилось уезжать из поместья, в котором жили супруги, то художник писал жене письма. Иногда Юлии казалось: их счастье не может длиться всегда. «Ведь такое счастье, что ты любишь меня, у нас есть на что жить, мы здоровы... я даже боюсь за него...», — писала она мужу. Увы, её опасения оказались не напрасными. Борис нередко жаловался, что у него болят спина и правая рука. Скоро боли стали такими сильными, что он едва мог рисовать, а по ночам постоянно просыпался. Врачи долго не могли поставить диагноз, но, в конце концов, выяснилось, что это туберкулёз позвоночника. Операция была слишком сложной для того времени, её мог сделать только известный немецкий хирург Оппенгéйм. Кустодиевы немедленно отправились в Германию, однако одной операции оказалось мало. Вернувшись в Россию, художник понял, что состояние его здоровья почти не изменилось. Закончить лечение Борису так и не удалось — грянула Первая мировая война, и путь в Германию оказался для него закрыт.
Повторную операцию делали в России. Когда Кустодиев уже лежал на операционном столе, Юлию вызвали врачи и сообщили, что им придётся перерезать один из нервов. Юлии пришлось принимать страшное решение: чем муж сможет владеть — своими руками или ногами. Она почти закричала, чтобы врачи оставили ему руки, ведь если художник не сможет рисовать, то он умрёт.
У Кустодиева осталась парализованной нижняя часть тела. Он не мог ни встать, ни пошевелиться без чужой помощи. Горя семье добавило то, что у них недавно во младенчестве умер ребёнок. Всю любовь и заботу, которую Юлия берегла для сына, она перенесла на мужа, который сам теперь был почти как младенец. Юлия помогала ему, подавала краски и терпеливо двигала холсты. Благодаря её поддержке Борис долго и мужественно боролся с болезнью, стараясь не поддаваться отчаянию. Именно в эти тяжёлые годы он пишет самые жизнерадостные картины, и часто с них на зрителя тёплым взглядом смотрит Юлия.
Борис оставался парализованным одиннадцать лет. Всё это время жена была рядом с ним, не отходила от его кровати и кресла, в котором он рисовал. Кустодиев умер в 1927 году от воспаления лёгких после прогулки, на которую его вывезли подышать свежим весенним воздухом. После смерти мужа Юлия продолжала жить ради него — разбирала его письма, хранила картины, собирала статьи и рецензии, приводила в порядок архив. И вспоминала, как он, молодой и застенчивый студент, в осеннем саду с нежностью смотрит на неё и рисует её портрет.
Все выпуски программы Семейные истории с Туттой Ларсен
«К 100-летию схимонахини Макарии (Артемьевой)». Кирилл Мирейский, игум. Филарет (Тамбовский)
Поделиться
В программе «Светлый вечер» на Радио ВЕРА Сергей Платонов и Кира Лаврентьева беседуют с игуменом Филаретом (Тамбовским), клириком храма иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» на Большой Ордынке в Москве, и директором Славянского фонда России, руководителем Духовно-культурного центра имени схимонахини Макарии Тёмкинской Кириллом Мирейским.
Разговор посвящён блаженной старице схимонахине Макарии Тёмкинской, в миру Феодосии Артемьевой, столетие со дня рождения которой отметили в 2026 году. Гости рассказывают, что с детства она не могла ходить, но, по свидетельству близких, получила дар прозорливости и многие годы утешала приходивших к ней людей. Полвека матушка прожила в смоленском селе Тёмкино, и к ней, часто со своей бедой, ехали тысячи людей.
Гости делятся воспоминаниями: обоих привезли к матушке ещё детьми. Им запомнились тишина её дома, множество икон и особая доброта. Они вспоминают и о том, как по её молитве разрешались безвыходные ситуации, а её негромкие слова сбывались спустя годы.
Отдельно собеседники рассказывают о сегодняшнем Тёмкино, которое стало духовным центром: о торжествах к столетию, крестном ходе и святом источнике в честь пророка Илии. В завершение отец Филарет размышляет о том, зачем помнить подвижников, и напоминает слова апостола Павла о наставниках, чьей вере стоит подражать.
Ведущие: Кира Лаврентьева, Сергей Платонов
Все выпуски программы Светлый вечер
«Подвиг милосердия новомучеников». Игорь Гарькавый
ПоделитьсяУ нас в гостях был директор Мемориального центра «Бутово» Игорь Гарькавый.
Мы говорили о подвиге социального служения новомучеников в годы гонений на Церковь, в частности, о расстрелянных на Бутовском полигоне медсестре, организаторе помощи заключённым и ссыльным Татьяне Гримблит и тайной монахине, сестре милосердия Софии Тучковой.
Наш гость поделился, почему современному поколению важно знать о жизни и служении новомучеников и сохранять память о них.
Ведущий: пресс-секретарь Синодального отдела по благотворительности Василий Рулинский
Все выпуски программы Делатели
Бабушка Сайнара
Поделиться
Фото: Daria Kruchkova / Pexels
Пошла как-то бабушка Сайнара за водой на речку. А дело зимой было. Зачерпнула она воды из проруби, и уже собралась было в обратный путь, но вдруг вспомнила, как любила в детстве по льду кататься. Разбежалась — и проехалась на одной ноге.
Только недолго каталась бабушка возле проруби — не устояла она на ногах и упала на скользкий лёд. Встать сразу не смогла, а когда решила подняться, тоже не получилось: примёрз подол её платья ко льду.
Как назло, и людей рядом никого не оказалось, чтобы о помощи попросить.
Лежит бабушка и рассуждает про себя: «Имя моё Сайнара — означает "думающая" и "рассудительная". Не зря же меня так родители назвали. Надо придумать, кто мне сможет помочь. Не замерзать же!»
— Лёд-лёд, ты меня не отпускаешь, — значит, ты самый сильный? — просила бабушка Сайнара.
— Конечно, — отвечает лёд.
— Но хоть ты и сильный — ведь солнце может тебя растопить? Выходит, солнце сильнее тебя?
— Выходит, что так, — согласился лёд.
Обратилась бабушка Сайнара тогда к солнцу:
— Солнце-солнце, скажи, ты у нас очень сильное?
— Да, очень, — ответило ей с неба солнце.
— Хоть ты и очень сильное, а всё же туча закрывает тебя.
— Выходит, туча сильнее, — сказало солнцу.
Лежит бабушка Сайнара на льду и продолжает свои вопросы.
— Туча-туча, не ты ли сильнее всех?
— Конечно! Разве не видишь? Я собой всё небо закрываю.
— Говоришь, что сильная, а я вижу, как ветер уносит тебя.
— Верно, ветер мне всё же не осилить, — проворчала туча.
— Ветер-ветер, считаешь ли ты себя самым сильным? — спросила бабушка Сайнара.
— Да, я очень сильный, — отозвался ветер.
— Однако, если на твоём пути встаёт высокая гора, ты не можешь её сдвинуть.
— Да, пожалуй, гора всё-таки сильнее, — пришлось согласиться ветру.
— Гора-гора, сильная ли ты?
— Да уж не слабая! — гулким эхом ответила гора. — Вершиной в облака упираюсь, небо на своих плечах держу.
— Почему же тогда маленькая мышка-землеройка может продырявить тебя насквозь?
— Что ж, не буду спорить — выходит, мышка меня сильнее.
— А ты, мышка, считаешь ли себя сильной?
— Конечно, я сильная, — пискнула мышка-землеройка.
— А если попадёшься к собаке в лапы?
— Да, собака, пожалуй, меня быстро осилит, — согласилась мышка.
— Собака-собака, а ты очень сильная?
— Ещё бы! Как зарычу и залаю — любого испугаю!
— Но ведь человек тебя за провинность наказать может. Значит, он сильнее тебя?
— И то верно, человек сильнее всех, — согласилась собака.
Услышала это бабушка Сайнара и обрадовалось. Получается, что она сильнее всех, уж ей ли тогда лёд не одолеть?
Собралась она с силами, встала на ноги, да и домой с водой пошла.
(по мотивам якутской сказки)
Все выпуски программы Пересказки
