Поделиться
Погожим летним утром Максим Плушков со своим сыном Прокопием отправился работать в поле. А вернулся – неся на руках его бездыханное тело:
МАКСИМ:
- Мать, да не голоси ты так, жив наш Прокопушка, жив! Простѝ меня, Христа̀ ра̀ди, не доглядел!
ЖЕНА МАКСИМА:
- Господи, помѝлуй!!! Максим, неси скорее лед! Как это получилось!?
МАКСИМ:
- Сам не пойму… Мы уже собирались обедать, как вдруг небо потемнело, прогремел гром, и молния ударила совсем рядом. От испуга Проко̀пий упал с лошади…
КРИК С УЛИЦЫ:
- Максим, что с Прокопием?
МАКСИМ:
- Ударился о землю! Живой, но без сознания.
Вскоре, вся деревня собралась возле дома Максима, чтобы помолиться о мальчике. После общей молитвы Прокопий очнулся, но вел себя как безумный – рвал на себе одежду и бился о землю. Тогда родители отвезли несчастного отрока в Вятский Успенский монастырь, где по молитве настоятеля он исцелился.
С семнадцати лет Прокопий служил псаломщиком в церкви, но прослышав, что родители хотят его женить, оставил всё и ушел в Вятку.
Тут он стал проводить жизнь весьма странную с житейской точки зрения: целыми днями ходил по городу, казалось бы, без особой цели. Одежду он носил рваную и грязную, спал на церковной паперти или на куче навоза. Кроме того, Прокопий перестал разговаривать, и со всеми людьми общался теперь лишь при помощи знаков.
Только его духовник, священник Иоанн Колачников, знал, что обходя город, Прокопий молится у каждой церкви и за каждого встреченного человека, что неопрятный вид его свидетельствует лишь о том, что святой больше заботится о небесном, чем о земном, и знаками Прокопий разговаривает не по безумию, а потому что взял на себя подвиг молчания. Таких людей Церковь издавна называла юродивыми Христа ради.
Горожане стали примечать, что в Вятке появился необыкновенный нищий, который все поданное ему раздает другим, и, кажется, даже сам оказывает милостыню городу.
ГОРОЖАНИН:
- Кум, а кум, смотри, Прокопий идёт. Третьего дня он был у меня, я в горячке лежал. Так он меня обнял, приподнял с кровати, и ласково так засмеялся – с тех пор и оставила меня лихорадка. Я как заново родѝлся!
КУМ:
- Это повезло тебе! А вот у меня в начале поста̀ тесть занемо̀г. Да ты знал его, Пота̀пыча-то! Позвали Проко̀пия, стол накрыли, ча̀рку поднесли, все честь по чѐсти. А он угощаться не стал, а прямо в сеня̀х-то причита̀ть и начал. Так и схоронили тестя на Крестопокло̀нной.
ГОРОЖАНИН:
- Неу̀жто Прокопий виноват в том, что у тебя сро̀дственник умер?!
КУМ:
- А зачем же он его живого будто мёртвого опла̀кивать стал?
ГОРОЖАНИН:
- Божья воля ему открыта, бара̀нья твоя голова! Знал он зара̀нее, что умрет твой тесть, вот и давал вам понять, что пора тѐстю душу к Суду̀ готовить, от грехов очищать.
КУМ:
- Ну, мы свящѐнника позвали, все честь по чѐсти. Цѐльный час он больного исповѐдовал. Зашли мы потом в комнату – а Пота̀пыч весь такой светлый лежит, как на Пасху сияет. Прощения у меня попросил, вот ведь какое дело. Многое промѐж нами было, но я всё ему простил…
ГОРОЖАНИН:
- Видишь? А говоришь, зря Проко̀пий приходил…
Предсказывал святой и большие пожары, и приезд в город налоговых сборщиков, и освобождение узников из тюрем. Сам Вятский градоначальник привечал Прокопия в своем доме, дарил красивую тёплую одежду, которую, впрочем, юродивый сразу же рвал и пачкал. Вскоре все горожане стали почитать этого грязного бродягу как покровителя своего города.
Узнал Прокопий заранее и о своей собственной смерти. Утром, побывав в храме, он отёр все тело снегом, готовя его в последний путь. Потом встал на колени под городской башней и стал молиться. Так и нашли его люди – стоящим на коленях, с руками, сложенными на груди крестообразно.
31 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Kacper G/Unsplash
Дорогие друзья, завершая наши мартовские этюды о младенчестве, обратимся с молитвой к Спасителю мiра:
«О Богомладенче Иисусе, в пречистых и непорочных теле и душе Которого обитает полнота Божества! Ты обнимаешь Своим всевидящим и премилостивым взором всех младенцев под небесами, уже рождённых и только чающих увидеть свет Божий! Сохрани их всемощной Десницей Своей, соблюди от бесовской неприязни и от злобы человеческой; сподоби их дара Духа Твоего Святого в Таинстве крещения в лоне Апостольской Церкви Твоей, да прославляется в них и чрез них Твоя неистощимая благость во веки веков! Аминь».
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Потоп. Ольга Кутанина
Поделиться
Однажды, когда я укладывала годовалого младенца на дневной сон, четырёхлетний сын Коля ворвался в спальню и сообщил: «Мама, на кухне с потолка вода капает!»
Я не сразу поняла, что происходит. Но Коля был так взволнован, что пришлось поспешить на кухню. Там я увидела младшую дочь Нину с тряпкой в руке.
Вода с потолка лилась уже струёй через отверстие для люстры, хотя прошло не более пяти минут. Я только успевала менять ёмкости. И вспоминала, куда же надо звонить в таком случае? Позвонила самому надёжному для меня человеку — мужу. Спросила, как обесточить квартиру, ведь провода проходят как раз по потолку.
Супруг вызвал аварийную службу и сам тоже срочно поехал с работы домой.
Прошло минут десять. Струи ржавой тёплой воды потекли в коридоре, в одной детской, в другой, со всех люстр, по стенам. Дети бегали из комнаты в комнату и сообщали о новых подтёках, а я спешила найти тряпки, полотенца, тазы, выливала воду из наполнившихся ёмкостей. Мысленно благодарила Бога, что вода не горячая, а теплая, ведь струйки пробивали потолок и он уже походил на душ, который брызгал нам на головы, куда бы мы ни прятались. После Коля сказал, что у нас в квартире открылся потолок и пошёл дождь.
На кухне она текла уже с такой силой, что чудом не обвалился подвесной потолок.
Прошло полчаса. Приехала аварийная служба. Оказалось, что на чердаке прорвало трубу отопления. А наш этаж как раз верхний. Трубу перекрыли, но вода не останавливалась. Приехали муж, старший сын, старшая и средняя дочери. Теперь мы трудились все вместе.
Моя душа тогда была похожа на стороннего наблюдателя. Ещё одна комната, кровать, шкаф... Что же останется? Господи, только бы не красный угол! Накрыла полки с иконами, но вода чудесным образом даже не тронула эту часть комнаты. Только бы не пианино! Мы отодвинули инструмент от стены, по которой текли струйки. И не шкаф с книгами! Ведь мы так долго собирали по крупицам нашу библиотеку! Но в комнату с библиотекой и пианино вода не пошла.
А что же в спальне? Младшие дети теперь сидели там в углу большой кровати и печально смотрели как на её середину, на простыню и одеяло, с люстры течёт вода. Я поставила тазик и сюда.
Уже поздно вечером, когда с потолка лишь капало то там, то тут, мы сели ужинать при свечах. Электричество-то отключили. И, как ни странно, после таких событий, нам было особенно тепло и радостно благодарить Бога за трапезу, за то, что все целы и невредимы, что есть сухой стол в одной из комнат, а на нём — еда, что в сохранности остались иконы, пианино и книги...
Мне вспомнилось наставление преподобного Алексия Зосимовского: «Я вам не желаю ни богатства, ни славы, ни успеха, ни даже здоровья, а лишь мира душевного. Это самое главное. Если у вас будет мир, вы будете счастливы...».
Иногда я так сильно привыкаю к тому, что имею, к самой жизни, к её радостям и даже удобствам, что не думаю о том, как легко можно всего этого лишиться. Кажется, что материальный мир вокруг меня надолго, на века. Но в день потопа я увидела, как за пятнадцать минут можно потерять имущество.
И все же, несмотря на пережитое в этот день, а может, и благодаря этому, в моей душе был мир. Будто сам Бог через потоп помог увидеть главное и оттого почувствовать радость.
Автор: Ольга Кутанина
Все выпуски программы Частное мнение
Милостыня
Поделиться
Фото: Maxim Titov / Pedels
Выхожу за пределы церковной ограды после утренней службы, под ногами легонько поскрипывает снег. День будний, на площади, что перед храмом, почти никого. Все людские пути пролегают поодаль. Там и метро, и автобусы. А здесь — тишь и мороз.
На тротуаре недалеко от калитки сидит человек в затёртой, старой одежде. Перед ним, на асфальте, бумажный стаканчик для милостыни. Нащупываю в кармане мелочь и пару некрупных купюр. «Пропьёт?» — как сквозняк проскальзывает в голове мысль.
И тут же чувствую укол совести. Я, не задумываясь, отдаю эти деньги за кофе или бутерброд в кафе. А тут... Как же превозносится моя самость над несчастной жизнью этого человека. Как так вышло, что я уже и вердикт ему вынес. Ведь я ничего о нём не знаю...
«Прости меня, Господи!», — мысленно прошу я и протягиваю деньги бедняге.
— Во Славу Божию! — говорю.
— Спаси тебя, Господь! — отвечает мужчина и крестится.
Всё ещё с понурой от стыда головой иду к машине, припаркованной неподалёку. Краем глаза вижу, что мужчина взял свои скромные пожитки и направляется в сторону трапезной, что на площади перед храмом.
«Прости, Господи!» — снова мысленно повторяю я и чувствую, как что-то горячее разливается в области сердца.
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
