
Рембранд. «Апостол Павел в темнице». 1629
Евр., 309 зач., III, 12-16.
Глава 3.
12 Смотрите, братия, чтобы не было в ком из вас сердца лукавого и неверного, дабы вам не отступить от Бога живаго.
13 Но наставляйте друг друга каждый день, доколе можно говорить: «ныне», чтобы кто из вас не ожесточился, обольстившись грехом.
14 Ибо мы сделались причастниками Христу, если только начатую жизнь твердо сохраним до конца,
15 доколе говорится: «ныне, когда услышите глас Его, не ожесточите сердец ваших, как во время ропота».
16 Ибо некоторые из слышавших возроптали; но не все вышедшие из Египта с Моисеем.

Комментирует священник Стефан Домусчи.
Комментирует священник Стефан Домусчи.
В сегодняшнем чтении мы слышим отрывок из послания к евреям. Вся логика третьей главы в том, что христиане призваны быть верными, как когда-то к этому были призваны иудеи, которые не сохранили своего призвания и начали возмущаться Моисеем еще в пустыне. Собственно, в продолжение этой мысли сегодняшнее чтение начинается с призыва к христианам не отступать от Бога живого. Причём этот призыв к верности построен очень интересно. Апостол не просто говорит будьте верны, он говорит смотрите чтобы не было у вас лукавого и неверного сердца. Казалось бы, какая разница, как именно сказать? Может быть, это просто фигура речи? Но на самом деле разница есть. Она в том, кого посчитать ответственным. Если мне говорят, не будь лукавым и неверным, я могу видеть причину лукавства и неверности в другом, в чём-то внешнем, меня не так воспитали, соблазнили... виноваты другие. Но сердце принадлежит мне и, если оно лукавое или неверное, мне нечем оправдаться, так как оно такое, каким я позволил ему быть. Меня не просто привели в это состояние, я сам в него пришел, потому что последовал за своим сердцем, вместо того, чтобы очистить его и повести за собой. Люди, которые свыклись с законами мира сего говорят: сердцу не при кажешь, но апостол прекрасно понимает, что человек хозяин своего сердца и именно поэтому он считает себя в праве призывать учеников к верности.
Нередко, мы изменяем Богу, когда остаемся одни, оказываемся внутренне одинокими, лишаемся поддержки. Зная об этом, апостол призывает учеников поддерживать друг друга. Он говорит: «ежедневно наставляйте друг друга пока ещё есть возможность говорить «ныне», то есть говорить друг другу слово «сегодня».
Это выражение очень странное и, конечно, нуждается в истолковании. Говорить слова вроде «ныне, сейчас, сегодня» можно в любое время, потому что мы все живем в настоящем. Но что же в таком случае имел в виду апостол? Неужели когда-то то мы не сможем сказать слова «сегодня»? По всей видимости, действительно так. Когда я произношу слово «сегодня», я выделяю нечто, что происходит именно в данный момент, оно не происходит вчера и не происходит завтра, но именно сегодня. Однако наступит время, когда этой дискретности, раздельности дней не будет. Мы уже не сможем сказать сегодня, потому что будет вечность. Предупреждая об этом, апостол говорит ученикам: пока еще есть время, наставляйте друг друга, потому что такая возможность будет у вас не всегда. Кроме того, апостол подчеркивает еще одну важную мысль: наставление необходимо еще и потому, что причастность Христу — не есть нечто статичное. Мы пребываем со Христом только если твердо храним начатую жизнь до конца. Апостол напоминает ученикам об иудеях, которые поверили Моисею и вышли из Египта, однако потом многократно меняли свою точку зрения. В итоге те, кто не был тверд в землю обетованную не вошли.
Очень легко быть христианином, если думаешь, что твои отношения с Богом определяются какими-то внешними знаками, четкими и ясными... Например, крестили тебя в детстве и все, как ни живи, все равно Христов. Однако на самом деле, это, конечно, не так. Христианами становятся и остаются через постоянное усилие воли, через непрестанный подвиг и труд. Господь, конечно, готов быть с нами всегда, но он никогда не делает этого без нашей воли.
Послание к Ефесянам святого апостола Павла

Рембрандт. Апостол Павел в темнице. 1627
Еф., 224 зач., IV, 1-6

Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Конечно, вы слышали фразу, которая для многих людей, облечённых властью, является максимой: «Незаменимых людей нет!» А вот если посмотреть на Церковь — как на определённую систему — насколько эта фраза будет «рабочей» — или же, напротив, «нерабочей»?
Ответ мы услышим в отрывке из 4-й главы послания апостола Павла к Ефесянам, который читается сегодня в храмах за богослужением.
Глава 4.
1 Итак я, узник в Господе, умоляю вас поступать достойно звания, в которое вы призваны,
2 со всяким смиренномудрием и кротостью и долготерпением, снисходя друг ко другу любовью,
3 стараясь сохранять единство духа в союзе мира.
4 Одно тело и один дух, как вы и призваны к одной надежде вашего звания;
5 один Господь, одна вера, одно крещение,
6 один Бог и Отец всех, Который над всеми, и через всех, и во всех нас.
В прозвучавшем отрывке апостол Павел говорит о важности сохранения единства и целостности Церкви — по образу единства тела. Чтобы понять эту мысль, нам нужно немного погрузиться в основные модели работы систем.
Есть система «органическая» — как, например, человеческое тело — и система «административная» — например, система исполнения наказаний. В органической системе любая её часть связана «общей жизнью»: везде, в любом органе, одна и та же кровь является источником жизни — и без неё орган становится недееспособен, умирает.
В системе, где доминирует воля начальника, связь устроена иначе: центр ставит задачи, все же остальные исполняют решения, спущенные сверху. Человек в таком порядке легко становится «единицей функции»: он ценен, пока занимает определённое место и выполняет поручение.
Отсюда идёт несколько важных различий. Первое — это обратная связь. Живому телу необходимо постоянно узнавать о состоянии каждого члена — а тем более его боли — даже если это неприятно, неуместно и несвоевременно. Мозг не может сказать сломанной ноге: «Молчать! Сейчас не до тебя! Сначала запишись на приём!» В жёсткой формальной системе плохую новость, напротив, могут долго скрывать только из страха перед начальником: отношения с ним могут быть важнее жизнеспособности самой системы — для конкретного исполнителя.
Второе — это разнообразие. Чем система разнообразнее, тем она устойчивее. Например, монокультурные посадки быстрее заболевают и вырождаются, чем в дикой природе, где разнообразие есть всегда.
Апостол Павел не просто так приводит образ именно тела — а не системы римского войска, например, — которая была крайне эффективной и непобедимой и её единство строилось вокруг военной задачи, дисциплины и подчинения. Образом тела апостол стремится научить христиан Ефеса очень важному навыку: послушанию и ответственности в Церкви, где у всех — одна жизнь, пусть и отличающаяся разными задачами служения; где в жилах каждого течёт одна Кровь Христова. Да, бывают, конечно же, ситуации, когда тот или иной орган настолько сильно заболевает, что становится угрозой для жизни всего тела — и тогда — если лечение уже невозможно — может произойти его удаление. Но это всегда для самого тела — трагедия, беда, существенный ущерб — в отличие от механизма, где сбойную деталь заменили на другую и процесс пошёл дальше.
Не в этом ли и главная разница между Церковью как Телом Христовым и любой механистической системой? Только живое Тело способно болеть — когда с его членом что-то происходит не то — а не заменять его на более свежую деталь только по причине износа!..
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Псалом 16. Богослужебные чтения
В религиозной лексике очень часто можно встретить выражение «видеть Бога». Но сразу возникает вопрос: как можно видеть Того, Кто — по определению! — невидим?
Сегодня в храмах читается 16-й псалом Давида, который помогает нам услышать ответ на этот вопрос совершенно неожиданный.
Псалом 16.
Молитва Давида.
1 Услышь, Господи, правду мою, внемли воплю моему, прими мольбу из уст нелживых.
2 От Твоего лица суд мне да изыдет; да воззрят очи Твои на правоту.
3 Ты испытал сердце моё, посетил меня ночью, искусил меня и ничего не нашёл; от мыслей моих не отступают уста мои.
4 В делах человеческих, по слову уст Твоих, я охранял себя от путей притеснителя.
5 Утверди шаги мои на путях Твоих, да не колеблются стопы мои.
6 К Тебе взываю я, ибо Ты услышишь меня, Боже; приклони ухо Твоё ко мне, услышь слова мои.
7 Яви дивную милость Твою, Спаситель уповающих на Тебя от противящихся деснице Твоей.
8 Храни меня, как зеницу Ока; в тени крыл Твоих укрой меня
9 от лица нечестивых, нападающих на меня, — от врагов души моей, окружающих меня:
10 они заключились в туке своём, надменно говорят устами своими.
11 На всяком шагу нашем ныне окружают нас; они устремили глаза свои, чтобы низложить меня на землю;
12 они подобны льву, жаждущему добычи, подобны скимну, сидящему в местах скрытных.
13 Восстань, Господи, предупреди их, низложи их. Избавь душу мою от нечестивого мечом Твоим,
14 от людей — рукою Твоею, Господи, от людей мира, которых удел в этой жизни, которых чрево Ты наполняешь из сокровищниц Твоих; сыновья их сыты и оставят остаток детям своим.
15 А я в правде буду взирать на лицо Твоё; пробудившись, буду насыщаться образом Твоим.
Весь прозвучавший псалом посвящён двум очень важным для Давида темам: Божественной справедливости — ведь сам Давид находится в преследовании со стороны царя Саула — и реальной, а не воображаемой близости к Богу — такой близости, которая позволяет говорить о «видении Бога» и буквально — взаимодействии взглядов. Но если вернуться к вопросу самой возможности «видеть Бога» — ответ может оказаться неожиданным.
В своей книге «О жизни Моисея» святитель Григорий Нисский пишет: «И сие-то значит в подлинном смысле видеть Бога, никогда не находить сытости своему вожделению». Неожиданно, не правда ли? Это сопоставление «видения» и «сытости» помогает различить насыщение и пресыщение: полнота общения с Богом способна углублять любовь и желание дальнейшего общения — потому что никто и никогда не может исчерпать Божественный Источник!
Из этого следует очень важный — и, возможно, не для всех приятный вывод: от настоящего Бога невозможно... устать! То есть — пресытиться. Всё то, что мы проецируем из самих себя, — наше представление о Боге, некий Его образ, наделение определёнными чертами, даже, возможно, «влюблённость» в эти черты — всё это однажды может и правда надоесть, «набить оскомину». И в этом нет ничего удивительного: потому что в этом гораздо больше нашего, человеческого, слишком человеческого. И как прекрасно сказал Клайв Льюис, «моя идея Бога — не идея божественности. Она должна время от времени подвергаться сомнению. Бог сам расшатывает её».
Вот такой необычный критерий различения подлинного видения Бога и «проекционного» предлагает нам сегодня пророк и псалмопевец Давид: если от «духовного» появилась усталость — значит, наш взгляд всего лишь «замылился», «притупился» и просто перестал различать подлинную Божественность!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

«25-е воскресенье по Пятидесятнице 2026 года». Священник Николай Конюхов
В нашей студии был клирик храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста в Москве священник Николай Конюхов.
Еженедельно в программе «Седмица» мы говорим о праздниках и днях памяти святых на предстоящей неделе.
В этот раз разговор шел о смыслах и особенностях богослужения и Апостольского (Еф.4:1-6) и Евангельского (Лк.8:41-56) чтений в 25-е воскресенье по Пятидесятнице, о Рождественском посте, о днях памяти святителя Нектария Эгинского, преподобного Феодора Студита, святителя Иоанна Златоуста, преподобного Паисия Величковского, мучеников и исповедников Гурия, Самона и Авива, апостола Филиппа.
Ведущая: Марина Борисова
Все выпуски программы Седмица











