Мария Барятинская. «Моя русская жизнь. Воспоминания великосветской дамы»

Поделиться

Когда произносишь: великосветская дама, перед глазами так и возникает образ надменной красавицы. Но с обложки книги воспоминаний княгини Марии Барятинской на нас смотрит женщина с простым и открытым лицом, одетая в скромное платье с белым воротничком. И всё же свои мемуары Барятинская назвала именно так: «Моя русская жизнь. Воспоминания великосветской дамы».

Праправнучка Суворова, супруга князя Анатолия Барятинского, флигель-адъютанта при императоре Николае II, Мария с самого детства вращалась в придворных кругах. И, так уж вышло, — стала свидетельницей последних лет и дней российской монархии. И это, пожалуй, одна из причин того, почему её мемуары вызывают сегодня большой интерес у читателей.

Но есть, конечно, и другие веские причины. Например, удивительный, плавный и естественный тон, которому автор не изменяет, ни рассказывая о блестящих балах у князя Монако на Лазурном берегу, ни повествуя об охваченном красным мятежом Петрограде 1917-го и своём бегстве из большевистской России. И это совсем не отстранённость — чувствуется, что княгиня, вспоминая прошлые события, вновь глубоко переживает каждое из них. Но повествует обо всём спокойно, словно примирившись с тем, как распорядился её жизнью Господь.

«Моя русская жизнь» — так назовёт тот период, уже находясь в эмиграции, Мария Барятинская — была действительно необыкновенной и яркой. Например, княгиня как приближённая к императорской фамилии, участвовала в коронации царя Николая II. Об этом она увлекательно и подробно рассказывает в одной из глав своих воспоминаний, в деталях не только воспроизводя торжественность церемонии, но и, например, описывая Успенский кремлёвский собор.

Целую главу Барятинская посвятила рассказу о госпитале, который во время Первой Мировой войны она открыла в Киеве, куда из Петрограда переехала к своей племяннице. Читаешь о том, как княгиня собственноручно готовила дома еду для раненых, как проводила бессонные ночи в операционной и с кротким молчанием сносила ругань крикливого доктора, и понимаешь: вот что значит настоящая великосветская дама!

В книге много любопытных подробностей — от деталей дамского бального платья до расположения русских войск на фронтах Первой Мировой. Контраст отнюдь не случаен — такой была сама жизнь. «Моя русская жизнь» — как с нежностью скажет о ней уже за рубежом, разлучённая с родиной Мария Барятинская.