Говорят, люди стали меньше читать. Можно, конечно, просто поверить сухим цифрам статистики. А если провести эксперимент: спуститься в метро, прогуляться по паркам и скверам, и посмотреть, сколько человек с книгой в руках встретится нам по пути? Планшеты и букридеры, кстати, тоже в счёт – в эпоху высоких технологий книга стала еще и электронной, и конечно, от этого Достоевский не прекратил быть Достоевским, а Пушкин Пушкиным. Едва ли не каждый второй перелистывает бумажные или электронные страницы в подземке по пути на работу, отдыхая на свежем воздухе или загорая на пляже. Кажется, чтение, несмотря на мрачные мнения, все-таки не теряет своей популярности. Хотя когда-то, действительно, было по-другому…
Сравнительно недавно – в конце девятнадцатого века – книги считались предметом роскоши, баловством, которое могли позволить себе лишь состоятельные люди. Да и грамотных можно было перечитать по пальцам.
Вот и Ваня Сытин, сын крестьянина из Костромской губернии, не окончил даже начальной школы. С юных лет мальчик был вынужден зарабатывать на жизнь самостоятельно. В одиннадцать лет он поступил «мальчиком на побегушках» в книжную лавку купца Шарапова в Москве.
Бездетный купец относился к Ивану, как к родному сыну. А мальчик, оказавшись среди яркого, пахнущего свежей бумагой и типографской краской, шелестящего страницами великолепия, навсегда влюбился в книги. Купец Шарапов в течение нескольких лет присматривался к Ивану, обучал его, занимался его интеллектуальным и духовным развитием. Он разрешал мальчику читать самую дорогую книгу в лавке – старинное рукописное Евангелие, водил его на воскресные Богослужения в Кремль. Когда Иван женился, и на содержание семьи потребовался дополнительный доход, купец Шарапов помог ему открыть собственную типографию. Так началась история знаменитого «Товарищества Ивана Дмитриевича Сытина».
Первое, что решил положить в основу своего бизнеса новоиспеченный книгоиздатель – это популяризация книги. «Нельзя ждать, когда крестьянин сам придет за книгой, книгу надо нести к нему» – говорил Иван Дмитриевич. Из элитного, недоступного широким массам предмета, Сытин мечтал превратить её в повседневный, доступный товар. Его деловое чутье и коммерческая смекалка позволили наладить производство таким образом, что цена большинства книг не превышала одной копейки! Теперь каждый мог позволить себе прочесть Гоголя, Пушкина, Чехова. Книги, изданные его «Товариществом» в одночасье стали невероятно популярными в народе, и расходились миллионными тиражами.
Однако если купить книгу теперь мог каждый, то читать умели, увы, далеко не все. Иван Дмитриевич, прекрасно это понимая, организовал у себя издание дешевой учебной литературы и открыл на своих предприятиях бесплатные образовательные курсы, которые посещали как его работники, так и все желающие обучаться. На одной из фотографий, сделанной в аудитории этих курсов, прямо в объектив смотрит юноша с длинными кудрявыми волосами – будущий великий русский поэт Сергей Есенин. В первые годы своей московской жизни он работал в типографии «Товарищества Сытина» помощником корректора.
«Товарищество Сытина» помогало Российскому комитету грамотности – совместно был запущен проект по созданию целой сети библиотек; бесплатно снабжали книгами народные читальни, сельские и городские школы. При типографии Сытина открылась художественная школа, где обучали премудростям профессии книжного иллюстратора.
Увы, Октябрьская революция фактически положила конец всем благим начинаниям Сытина. В качестве поощрения за прежние просветительские труды, советская власть предложила Ивану Дмитриевичу возглавить Госиздат. Он тактично отказался, сославшись на… малограмотность!
«Иван Федоров двадцатого века» – называли Сытина его современники. Он сделал книжную мудрость доступной, а своё усердие в просвещении народа – примером.
«В вагоне метро»

Фото: Max Mishin / Pexels
В вагоне метро тесно и душно. Утренний час-пик. И куда только люди лезут? Поезд, между прочим, не резиновый! Да уж, пока до работы доберёшься, все нервы потеряешь... Толчея невообразимая, рукИ не поднять, а девушка рядом стоит себе, читает. Случайно на ногу ей наступил, а она даже не посмотрела. Интересно, и чем так зачиталась? Загляну-ка...
Молитвенник, наверное. Никогда такую книгу в руках не держал. Слова какие, необыкновенные: «Дай мне услышать радость и веселие... Сердце чистое сотвори во мне, Боже, и дух правый обнови внутри меня».
Моя станция! Простите, извините, выхожу!
«Надо же, — подумал я, выбежав из вагона, — сам зачитался, и чуть не проскочил! Вот это книга! Сегодня же куплю себе такую».
Текст Анна Шепелёва читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
«Липовый звон»

Фото: Vlad Nazarov / Pexels
Солнечное утро без сожалений перелистнуло лист настенного календаря. Июнь позади. Погода не успела порадовать теплом, но прогноз утешает, всё ещё впереди. С этой мыслью собираюсь и выхожу на работу.
Иду через детскую площадку и чувствую, что-то изменилось. Да это липа зацвела! Мягкий сладкий запах наполнил двор. Не отказываю себе в удовольствии подойти ближе к дереву, чтобы прочувствовать аромат. Притягиваю нижнюю ветку к лицу и ныряю головой в густые пучки соцветий. И тут же вспомнилось, как в детстве гонял с мальчишками на велосипеде. А ухабистая дорога, почти прямая в деревне, с приближением к речке начинала вилять между посевами полей. И знойный воздух июля был переполнен этим сладким звоном липы.
Вспомнил, как собирал по просьбе бабушки липовый цвет в холщовый мешочек. Аккуратно срываю несколько цветков и кладу их между чистыми страничками ежедневника. На работе заварю лето в чашке.
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
«Не зря»

Фото: Terrence Henry / Pexels
Шурша щётками по асфальту, уборочная машина выехала из депо. Маршрут обычный — сначала на бульвар, потом ещё три улицы. Я за рулём этой машины уже десять лет. Друзья удивляются. Говорят: «И как ты только можешь в такую рань подниматься?». Правда — рабочий день у меня начинается в четыре утра. Но мне это даже нравится. Ещё затемно выезжаю на пустые улицы, подметаю щётками тротуары и дорогу. Люди меня не видят — они выходят позже, когда я уже дома. Город встречает их чистым и умытым — это я так говорю им: «С добрым утром!». И кто-то улыбнётся, любуясь этой чистотой. А значит, я работаю не зря!
Текст Анна Покровская читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе











