«Корпоративная и социальная ответственность». Светлый вечер с Натальей Поппель (10.07.2017)

Корпоративная и социальная ответственность (10.07.2017) - Часть 1
Поделиться
Корпоративная и социальная ответственность (10.07.2017) - Часть 2
Поделиться

наталья поппель

У нас в гостях была начальник управления по корпоративной социальной ответственности и бренду компании «Северсталь» Наталья Поппель.

Мы говорили о том, почему бизнес развивает социальные проекты, как в крупных компаниях видеть не просто сотрудника, а человека, и как благотворительные проекты объединяют и меняют людей.


К. Мацан

— «Светлый вечер» на радио «Вера»! Здравствуйте, дорогие друзья! В студии Константин Мацан. Эта наша сегодняшняя беседа продолжает цикл бесед внутри «Светлого вечера», который мы называем «Вера и дело», где мы говорим о том, что принято называть социально-экономическими отношениями, но не с точки зрения цифр, доходов и денег, а, собственно, с точки зрения отношений людей к своему труду, к друг другу, потому что мы убеждены, что экономика — это не только и не столько про деньги, сколько про ценности, про то, ради чего мы трудимся и эту экономику создаем. И мы все так или иначе в ней участвуем, являемся ли мы сотрудниками компаний, владельцами компаний или просто потребителями каких-то товаров и услуг — мы все в этих социально-экономических отношениях состоим. И стало быть это разговор о ценностях, о том, на чем мы эти отношения строим. Поэтому, конечно, важнейшая тема для нас в этих беседах — это тема благотворительности, тема того, что принято называть страшным словосочетанием (которое мы поясним) «корпоративно-социальная ответственность бизнеса». И сегодня у нас в гостях человек, который много-много сил, лет, творческой энергии и времени посвятил этой области, этим делам социальной ответственности бизнеса, благотворительности. У нас в гостях Наталья Поппель — начальник управления по корпоративной и социальной ответственности и бренду компании «Северсталь». Добрый вечер, Наталья Анатольевна!

Н. Поппель

— Добрый вечер!

К. Мацан

— У меня есть такая памятка про вас, про вашу творческую биографию. Я, честно говоря, читал её очень долго, потому что там много всего. И я бы хотел прямо с места в карьер к этому обратиться, потому что сейчас вы представляете крупную компанию. А по образованию вы закончили авиационный институт, учились в МГИМО (я очень рад, что у нас в этом смысле одна альма-матер), учились в Великобритании, работали в компании на Норильском горно-металлургическом комбинате, работали в банковской сфере, в фондах «Мир культуры», «Экология сознания», «Православное образование», «Культура и дети». Потом вы работали в музее Пушкина, в музыкальном колледже при Московской консерватории, в сфере образования, вы работали в институтах… У вас такая очень разнообразная творческая биография! Потому что, казалось бы, где крупная корпорация, а где консерватория, а где при этом фонд «Православная культура» и учёба в Великобритании? Вы кем себя считаете по жизни?

Н. Поппель

— Очень сложно, наверное, сразу ответить на такой вопрос. Вообще, я себя считаю человеком, который занимается любимым делом.

К. Мацан

— Самое лучшее!

Н. Поппель

— Да, точно! Наверное, это, в общем, счастье — найти и ощущать это каждый день. Поэтому, наверное, мне в какой-то мере повезло. Но всё, что вы перечислили…

К. Мацан

— Это ещё не всё, между прочим, что есть у меня в памятке!

Н. Поппель

— Я просто хочу сказать, что это три сферы, которые очень значимы. Это — государственные учреждения, благотворительная или некоммерческая сфера и бизнес. И на самом деле, наверное, сочетание опыта в этих трех таких крупных сферах, в общем, — это очень хорошие компетенции, которые мне посчастливилось накопить за эти годы, и они все служат, в общем-то, на самом деле доброму делу. С одной стороны, доброму, с другой стороны, очень прагматичному, в котором нуждается как государство, как бизнес, так и общество. Поэтому путь, конечно же, такой необычный. Потому что образование «летные испытания ракет и летательных аппаратов» и заместитель генерального директора одного из музеев-заповедников Москвы, и сфера КСО, казалось бы, действительно разные вещи, но во всём этом есть и профессиональные навыки, которые точно очень нужны. Институт дал системное мышление, опыт работы в бизнесе — умение очень эффективно работать и всё время развиваться, накапливать новые знания, применять их, уметь оценивать результаты, ставить задачи — в общем, всё, что касается бизнеса. А то, что в некоммерческой сфере — это на самом деле, наверное, то, что у каждого есть в душе, то, что накоплено поколениями предков, то, что в русской нации достаточно серьезно и сильно присутствует, только надо этому обязательно дать возможность реализовываться. Культура — это… Честно говоря, прочла позавчера где-то в нашем замечательном «Facebook» слова Клода Моне о том, что культура — это якорь человечества. И поэтому, за что бы мы не брались, в общем, во всём этом есть культура. Берем ли мы финансы — это финансовая культура, экология — это экологическая культура, культура человеческих отношений, то, что накоплено и остается в области развития цивилизации — это артефакты, история, которая передается в каком-то виде.

К. Мацан

— То есть культура, как те смыслы, которые человек вкладывает во всё, что он делает.

Н. Поппель

— Да.

К. Мацан

— Если он занимается финансами, то в этом есть какой-то смысл помимо, собственно, финансов — это какое-то размышление о том, зачем я это делаю.

Н. Поппель

— Конечно! И в любом случае — это всё созидательно. Поэтому это хороший путь развития цивилизации.

К. Мацан

— Но мы обязательно сегодня поговорим об этой области культуры, к тому же у вас громадный опыт именно благотворительных проектов в этой области. А сейчас я всё-таки верну нас к вашей не столько биографии, сколько к вашему опыту. Когда я вижу, что человек, с одной стороны, профессиональный управленец, менеджер, а с другой стороны, работает в таких учреждениях как театр, как музей, то возникает вопрос, который часто задают. А что такое вообще управленец? Может ли человек, обладающий навыками просто хорошо «рулить» процессы, прийти и «рулить» их сначала на заводе, потом на фирме, потом в театре, потом в музее, потом в школе? Это в принципе одни и те же процессы, которые просто нужно грамотно наладить? Или всё-таки есть специфика того, какие процессы ты налаживаешь, и что нужно в этом знать? И как вы с этой проблемой сталкивались?

Н. Поппель

— Вы знаете, мне кажется, что… Можно вернуться к некоторому психоанализу, если можно так сказать. Это психотип человека, это некоторые особенности характера. Я какое-то время работала с Российской академией педагогических наук, с психологическим институтом Российской академии образования, у меня были прекрасные партнеры, друзья. И в одной из теорий по типологии личности есть некоторые такие градации. Есть люди — «арт». Если очень кратко, то это люди, которые обязательно хотят творить. И это, в общем, разные жанры, но это вот такие свободные художники или несвободные, как их жизнь разложит. Есть люди, которые занимаются наукой, исследованиями. Им это очень интересно, и они на самом деле…

К. Мацан

— Такие аналитики?

Н. Поппель

— Ну, конечно же, есть и аналитические, но там есть и творческая составляющая, потому что надо как бы уметь смотреть вперед и рождать новые идеи. И, к сожалению, здесь есть разные люди: кому-то дано изобретать новые инновационные технологии для того, чтобы продлить жизнь, а кому-то новое оружие для того, чтобы наоборот некоторым образом властвовать. Но это такой особый тип. Есть люди — исполнители. И это, в общем, на самом деле прекрасные люди, которые очень нужны цивилизации, независимо от того, каким делом они занимаются. А есть четвертый психотип — это проектный тип мышления. Это люди, которые могут видеть вперед, ставить задачу, подбирать команду, разрабатывать стратегию и тактику осуществления, корректировать её в процессе исполнения, это блестящие организаторы, это люди, у которых… Они даже определяются в очень маленьком возрасте. Мы даже делали такую школу в Строгино, это было в 90-е годы. Я, к сожалению, не знаю судьбу этой школы, но если это определить у детей на ранних этапах их развития и в этом направлении направлять, то человека точно можно сделать счастливым, он найдёт свою область. Наверное, мне кажется, что если у человека есть эти организационные задатки проектного мышления, то, в общем-то, ему можно поручать любые задачи. И такое в истории наблюдалось очень часто, когда люди меняли жанры. Вот как бы и мне так посчастливилось. Просто судьба так сложилась, что было то одно, то другое, то третье. Был опыт, который позволял любой задачей заниматься. И если ты понимаешь, что она тебе близка по духу, тебе это интересно, то ты находишь все пути для того, чтобы получить необходимые знания, подобрать людей, которые, может быть, более компетентны в каких-то вопросах, нежели ты, и они в состоянии решать задачи, которые вплетаются в канву вот этой стратегии, и, в общем, являются очень хорошими участниками. Но еще, конечно, и умение формировать команду, поддерживать отношения с людьми — это тоже очень интересная, большая задача.

К. Мацан

— А вам приходилось встречать такую проблему, что… Сейчас абстрактный пример. Вот человек работал на заводе. Так получилось, что он — хороший управленец, и его перевели в сферу культуры (раз уж мы об этом заговорили). Человек привык продавать станки, а тут ему нужно, скажем грубо, продавать спектакли или организовывать работу конвейера уже не механического, а людского, где люди бы приходили и уходили, нанимались, репетировали, выпускали спектакли. И человек думает: «Вот сейчас я тут кнопку нажму, и у меня процесс заколосится!» И такой человек может процесс убить, потому что процесс творческий — очень тонкий, тут очень тонкие людские настройки. Как с этой проблемой сталкиваться?

Н. Поппель

— Понимаете, жизнь, конечно, — сложная штука. Приходилось сталкиваться с такими людьми. И я не буду называть имя. Но есть, например, один капитан-подводник, который руководит одним из музыкальных театров и достаточно успешно. Поэтому нет предела совершенству, всегда есть возможность развиваться. Так, чтобы были провалы… Я такого как-то не видела, потому что, как правило, это всегда живой организм, им руководят компетентные люди, которые умеют принимать решения для того, чтобы кого-то привлекать, кого-то корректировать, с кем-то расставаться. Поэтому наверняка такие истории были. Было в начале 90-х, знаете, достаточно мощное движение, когда мы переходили из одной экономической формации в другую, закрывались какие-то сферы, становились совершенно непригодными для работы, и люди переходили в другие. И это было на моих глазах очень часто, и на самом деле это как правило путь развития. И, в общем, если его не преодолевали, то значит расставались. Но вот в моем пути прямо таких вокруг меня провалов не было, а казалось, наоборот, мир меняется к лучшему, развивается, совершенствуется. То, что было в запустении или в трудные периоды, оно как-то, в общем, как бы то ни было, но на сегодняшний день изменилось, по крайней мере на моих глазах. Даже ваше прекрасное здание монастыря, которое, в общем, скажем так, в 90-е годы было в драматичном состоянии, а вот сейчас я прошлась по двору и увидела, какая красота, и как всё изменилось — так приятно!

К. Мацан

— Дай-то Бог! Ну давайте теперь обратимся к этому страшному, казалось бы, термину — корпоративно-социальная ответственность бизнеса. Как-то обычно через запятую идёт слово «благотворительность». Сейчас обсудим, насколько это корректно. И очень часто нам, людям сторонним, которые не вовлечены в эти процессы напрямую, может показаться, что речь о том, что есть у компании деньги, и нужно построить детский садик или приют для кого-то, или просто куда-то излишек прибыли отдать, чтобы кому-то стало лучше, а не всё же тебе одному — надо делиться! Насколько это представление отражает это понятие об ответственности бизнеса?

Н. Поппель

— Понимаете, благотворительность через запятую — это немножко такое понятие типовое и не совсем верное. Потому что благотворительность — это одна из небольших составляющих. Я думаю, что, может быть, это было бы интересно для такой широкой аудитории, чтобы понять, вообще, что это такое. Если в двух словах, то это — вести свой бизнес в соответствии с учетом интересов всего круга заинтересованных сторон. Есть такое слово, которое определяет это на английском языке — «стейкхолдеры» — это, скажем так, все, кто существует вокруг этого бизнеса, но первое — это собственники и сотрудники, инвесторы, государство, поставщики и потребители, сообщества как локальные, так и региональные, и федеральные, СМИ. И это еще целый круг, его можно расширять. Но это на самом деле бизнес, который играет в долгосрочную игру, который будет существовать очень долго, он думает о своем собственном развитии и развитии территории присутствия и отношений со всеми этими «стейкхолдерами». И с ними тогда имеют дело, и это очень взаимосвязанные вещи. Тогда тебе доверяют, понимают, что ты — надежный партнер, и с тобой хотят выстраивать долгосрочные отношения, которые являются залогом успеха. Здесь еще может быть интересно, что социальная ответственность — это вовсе не благотворительность. Социальная ответственность — это такая пирамида… Есть такой термин — пирамида Маслоу.

К. Мацан

— Пирамида потребностей.

Н. Поппель

— Ну её по-разному воспринимают, но в социальной ответственности — это свои категории. И в основе этой пирамиды лежит производство продукции и услуг, которые нужны цивилизации, народу, населению, человечеству (можно так даже высоко оценить), качественной продукции. Это развитие собственного персонала и предоставление ему безопасных условий работы — это и социальные гарантии, и защита его. Дальше следующий уровень — это ответственность перед государством и регулятором. Это предоставление рабочих мест и выплата налогов. Следующий этап в этой пирамиде, которая идёт к верхушке — это экологическая ответственность. Это ведение бизнеса с наименьшей нагрузкой на окружающую среду и постоянное уменьшение этой нагрузки, и природоохранные мероприятия, это забота об экологии. Следующий уровень — это ответственность перед обществом, перед сообществами, содействие социально-экономическому развитию. И вот только на самой верхушке этой пирамиды — это благотворительность. Это то, что бизнес выбирает абсолютно добровольно, во что он хочет и готов вкладываться. Как правило, — это то, что он видит в будущем. Он находит, с одной стороны, проблемы, которые надо обязательно решать в социальном партнерстве с государством и с обществом. А второе — это некоторые такие задачи социально-экономического развития. И бизнес уже выбирает, что для него здесь приоритет: культура, дети, ветераны, животные, образование, спорт и т.д.

К. Мацан

— Наталья Поппель — начальник управления по корпоративной и социальной ответственности и бренду компании «Северсталь» — сегодня проводит с нами этот «Светлый вечер». Давайте обратимся к примерам. Вот один из крупнейших ваших проектов: фонд и программа «Дорога к дому». К какому из уровней этой пирамиды её можно отнести?

Н. Поппель

— Ну на самом деле ко всем! Почему? Потому что дети — это, собственно, наше будущее.

К. Мацан

— Чем занимается программа? Что это? Давайте расскажем!

Н. Поппель

— На самом деле это программа профилактики социального сиротства. Она направлена на поддержку детей и семей в трудной жизненной ситуации и преодоление трудностей в подростковом возрасте. К сожалению, я думаю, что многие из наших слушателей тоже с этим столкнулись и знали о том, что драматические такие события перехода от одной к другой формации создали очень большие проблемы в экономической сфере, которые за собой повлекли очень большие семейные проблемы. Это семейное неблагополучие, иногда отсутствие работы. И это были огромные проблемы в 90-е и 2000-е, и за этим последовало просто какое-то катастрофическое явление как передача детей под опеку государства в детские дома. Это была просто какая-то невероятная совершенно история в конце 90-х — начале 2000-х. А «Северсталь», как социально-ответственная компания, очень серьезно относится к тому, что происходит на территориях присутствия. Мы постоянно делаем мониторинг, и глава компании Алексей Александрович Мордашов обратил внимание, что в начале 2000-х стали очень много детей оставлять в детских домах и возросла подростковая преступность.

К. Мацан

— Это Республика Коми, Мурманск?

Н. Поппель

— В первую очередь это Вологодская область. Там работает наше ключевое предприятие: Череповецкий металлургический комбинат. Это Коми — Воркута, это Костомукша — Карелия, это Мурманская область — Оленегорск. Есть ещё в Саратовской области — Балаково, и есть ещё ряд других городов, но, конечно, большая часть — это Вологодская область, которая приблизительно с территорию Великобритании, или пять европейских государств. Поэтому…

К. Мацан

— Широка страна моя родная, да!

Н. Поппель

— Это точно! И, конечно же, наследие, которое осталось от советского времени — это моногорода. И ситуация менялась так, что для того, чтобы на рынке, на который выходили предприятия, оставаться конкурентоспособными, надо было менять, модернизировать оборудование, а за этим всегда следует высвобождение людей на рынок труда. И мы очень много делали программу по развитию малого и среднего бизнеса. И сегодня мы — одни из лидеров. У нас намного больше работает в этой области людей. Но тогда были драматичные времена. И дело в том, что в России такова ситуация, что детей в детских домах было больше, чем после Гражданской и Великой Отечественной войны. При этом 2/3 из них имели живых родителей, 80% из выпускников детских домов попадали в криминальную среду. Это очень драматичные условия! Это люди, которые придут как бы через какое-то время на наши производства, которые будут членами их семей, те, кто будут их окружать. И поэтому, конечно, эта тема пронизывает все эти уровни и развития общества, и как бы светлое будущее, к которому мы идем, и хотим, чтобы на самом деле качество жизни улучшилось в стране. И тогда мы изучили вообще опыт международный и российский, и поняли, что надо создавать специальную программу, надо делать это в партнерстве с государством. И Мордашов был как раз инициатором создания благотворительного фонда «Северстали» — «Дорога к дому», который объединил усилия очень крупных специалистов в области социальной, психологической, в области преодоления сиротства, были разработаны программы. И, конечно, эти программы меняются, развиваются, но самое главное, что они изменили, во-первых, ситуацию в самом городе, потому что в очень скором времени из девяти детских домов пять были закрыты, потому что все дети обрели семью, а четыре до сих пор не закрыты, потому что там есть дети, которые либо с очень сложными заболеваниями, с которыми очень трудно детей передать, либо родители пока не дали право на их передачу, и мы стараемся сделать всё для того, чтобы либо воссоединились семьи, либо всё-таки как бы найти этим детям условия семейного такого, эмоционального развития. Мы сделали из этой программы… Мы вышли на всю Вологодскую область и сделали сначала региональную целевую программу. И технологии, которые использовали в Череповце, начали использовать на всей территории Вологодской области в партнерстве с фондом. Есть такой замечательный фонд поддержки детей в трудной жизненной ситуации, который помогает, собственно, не только нашему региону, но и всем 85, у них есть свои прекрасные программы. Мы популяризировали эту программу для того, чтобы распространять ее опыт, в нас поверили. И Министерство экономического развития выделило фонду «Дорога к дому» три очень крупных гранта на передачу этих технологий в другие регионы. И осуществляя программу только в пяти городах присутствия «Северстали», наши специалисты обучали специалистов из 37 муниципальных образований, 120 НКО обучались этим технологиям. И поэтому, в общем, это очень хороший результат работы этого фонда. И самое главное, что на территории Вологодской области больше нет детских домов! Есть такие учреждения, которые своей задачей ставят подготовку детей для семейного устройства, для сопровождения. И ещё у нас очень хорошая история, что за эти годы в несколько раз уменьшилось количество отказов от детей, потому что психологи и социологи умеют на очень ранних стадиях выявлять такие трудности, которые могут к такому драматическому развитию событий привести, потому что это такой известный страшный статистический феномен, что женщина, отказавшаяся от собственного ребенка, бывает очень неуспешна в жизни. Даже это слово «успешно» как-то немножко здесь не к месту. То есть жизнь катится под откос.

К. Мацан

— Несчастна в жизни бывает.

Н. Поппель

— Да, спасибо за подсказку. И поэтому мы применяем все условия и усилия для того, чтобы помочь ей точно сохранить ребенка в семье, восстановить ее отношения с родственниками, даже если она одна воспитывает этого ребенка, чтобы она от него не отказалась. Ну вот как пример я могу привести такую историю, что мы, к сожалению, знаем о том, что в стране очень мало учреждений для маленьких детей, и, если женщина остается одна со своим ребенком, и даже если у нее есть жилье, ей надо обязательно работать, ей не хватает пособия, которое выделяет государство, даже за квартирную плату. И поэтому мы обратили внимание, что многие, оказавшиеся в такой сложной ситуации, оставляют детей в доме малютки, не позволяют его передавать в надежде, что они как-то решат свои проблемы. И 80% из них не возвращаются за детьми. А ребенок находится без эмоционального контакта, и, естественно, он вырастает с огромными проблемами. Мы сделали ясли! И мы помогаем этим мамам, мы им помогаем найти жилье, работать, этот ребенок целый день находится под присмотром специалистов, но она его обязательно забирает на ночь и на выходные, и уже никогда не отдаст!

К. Мацан

— Это «Светлый вечер» на радио «Вера»! У нас сегодня в гостях Наталья Поппель — начальник управления по корпоративной и социальной ответственности и бренду компании «Северсталь». Это беседа в цикле бесед под названием «Вера и дело». В студии Константин Мацан. Мы прервемся и вернемся к вам буквально через минуту!

К. Мацан

— «Светлый вечер» на радио «Вера» продолжается! Ещё раз здравствуйте, дорогие друзья! В студии Константин Мацан. Мы сегодня говорим в рамках беседы «Вера и дело» (так мы этот цикл называем) о том, что принято называть социально-экономическими отношениями, но не с точки зрения каких-то экономических вопросов, а с точки зрения отношения людей, ценностей, того, на чем мы строим жизнь. У нас сегодня в гостях Наталья Поппель — начальник управления по корпоративной и социальной ответственности и бренду компании «Северсталь». Мы говорим о социальных проектах, о корпоративно-социальной ответственности бизнеса. Две очень разных статистики мы услышали. Одна — чудовищная, про то, что 90% матерей, которые в силу каких-то вынужденных причин оставляют ребенка в доме малютки, а потом, к сожалению, в жизни так и не устраиваются и счастья не находят. А другая статистика очень обнадеживающая, вдохновляющая, что на территории субъекта Федерации, где программа проводится, не осталось детских домов! Казалось бы, вопрос, а зачем это бизнесу? Вы знаете, я помню было такое интервью в свое время одного очень крупного и успешного российского предпринимателя, которое было озаглавлено «Зачем бизнесу рождаемость», и мысль этого предпринимателя была в том, что бизнесмен не только в силу каких-то высоких мотивов заинтересован в том, чтобы было больше многодетных семей, больше рождалось детей, а в силу причин, в том числе и бизнесовых, чтобы было в перспективе через 20-30 лет больше покупателей, элементарно потребителей тех услуг, которые разные бизнесы готовы предоставить. И в этом, с одной стороны, можно увидеть цинизм, а с другой стороны, понимание, что так бизнес, решая, казалось бы, свои внутренние задачи, на самом деле решает задачи всего общества, и это решение — благое, позитивное. Вот пример детских домов. Казалось бы, есть сталелитейный завод…

Н. Поппель

— Комбинат.

К. Мацан

— Ну, любое предприятие. Казалось бы, какое дело предприятию, есть ли в области детские дома или нет, и как там вообще с сиротством. Это получается вопрос какого-то личного выбора тех или иных людей, которые эти программы запускают? Или это всё-таки вопрос и бизнеса тоже? Вот как вы эту проблему видите?

Н. Поппель

— Знаете, в первую очередь — это точно вопрос ценностей, того, с чего вы начали, и позвольте вам высказать слова уважения за такой подход. Глава нашей компании Алексей Александрович Мордашов очень часто говорит о том, что главная ценность «Северстали» — это люди. Поэтому качество жизни этих людей, тех, кто вокруг них, членов их семей — это для нас очень важная тема и приложение наших усилий, и, на самом деле, каждодневного нашего бытия. Потому что именно люди создают бизнес, делают его успешным, продвигают его, разрабатывают программы, осуществляют и стратегические, и каждодневные тактические задачи. И поэтому, конечно, очень важно, чтобы в руководстве крупных компаний, градообразующих и вообще играющих очень большую роль в отрасли, были люди вот с этими ценностями, о которых мы говорим. И это на самом деле, как правило, решение людей, которые мыслят так масштабно — это одна из ключевых составляющих сторон. Почему «Северсталь» не только варит сталь и добывает полезные ископаемые, но еще и занимается профилактикой сиротства? Потому что мы действительно социально-ответственная компания, которая смотрит на очень долгую перспективу в будущем. И для нас очень важно, чтобы люди в городах, в которых мы ведем бизнес, чтобы они были образованы, счастливы, чтобы жизнь была наполнена позитивными историями. Потому что для каждого человека ведь очень важна не только карьера, дом, дерево, дети, но и какие-то общечеловеческие аспекты самореализации.

К. Мацан

— Ну и «что останется после меня» — вот, кроме ближнего круга, может быть, какой-то еще и более широкий…

Н. Поппель

— Вы абсолютно правы, потому что это уже такие общечеловеческие глобальные вопросы, которые развитый человек перед собой ставит и решает в течение жизни.

К. Мацан

— А вот это очень важные вопросы на самом деле. Я бы хотел, чтобы о них мы тоже поговорили. Среди тех, кто занимается волонтерством и любой такой работой, направленной на помощь другим, будь это топ-менеджер какого-то проекта, компании, директор фонда или просто волонтер, который приходит к конкретной бабушке в квартиру пол подметать, — абсолютно у всех одно и тоже мнение, состояние, ощущение, что тот, кто помогает, иногда получает больше, чем тот, кому помогают. Это соприкосновение с чужой судьбой, это участие в другом необыкновенно много дает для души своей. Вот для вас с вашим гигантским опытом работы в благотворительности, в сфере социальной ответственности и социальных проектов, что стало самым ярким, запоминающимся? Может быть, какая-то история, встреча, какой-то опыт, который лично вам стал очень важен по-человечески, а не только профессионально?

Н. Поппель

— Знаете, просто, конечно, мы за свою жизнь набираем такое количество историй, что на каком-то одном примере трудно остановиться. Но могу рассказать об одной истории, которая на самом деле оказалась такой, может быть, из ближних таких, очень сильно запоминающихся о том, что в прошлом году девочка-сирота, которая, конечно, уже пережила очень много к своим семнадцати годам, потеряв родителей в подростковом возрасте, в апреле, завершая обучение в школе, попадает в ДТП, ее сбивает мотоцикл, и она лишается ноги. Впереди ЕГЭ, планы на поступление, на будущее. В общем, всё было очень драматично, но первый её внутренний настрой на то, чтобы продолжать учиться, сдавать экзамены… И она выбирает стоматологический вуз, в который достаточно сложно поступить. И, в общем, на самом деле, мы все: и мои ближайшие сотрудники, и все члены компании — откликнулись на нашу акцию по сбору средств на высококачественный протез. Мы нашли понимание, скажем так, на разных уровнях. И она между операциями, превозмогая, чувствуя за собой вот эту поддержку, прекрасно сдает экзамены, поступает и ведет сейчас нормальный образ жизни, блестяще сдает экзамены, закончила первый курс. И ты понимаешь, что это всё не зря! И таких историй очень много. Есть мамы, которые, оказавшись в трудной ситуации (жить негде, не на что, от нее отказались родственники, да и, собственно, нет этих родственников, и нет возможности как бы воссоединиться с отцом, и толку никакого), и она говорит, что стояла на мосту с ребенком и хотела сброситься с моста. А мы помогли! Вот с этими яслями, о которых я говорила. Помогли ей остаться на работе, а работала она педагогом в детском доме, и у нее прекрасные выпускники, дети поступают в вузы, и она счастлива. И ты понимаешь, что даже такие маленькие трогательные человеческие истории стоят того, чтобы понимать, что свою жизнь ты живешь точно не зря. Есть ещё одна история такая очень хорошая, человеческая. В Череповце есть череповецкое музейное объединение, в котором 10 музеев, мало сотрудников. И они, как работники культуры, не очень высокооплачиваемые, поэтому у них нет возможности серьезно расширять штат. А по весне любая территория (а территорий много) требует своих каких-то участливых, заботливых рук, которые эту территорию могли бы сделать более привлекательной для посетителей. И молодые специалисты «Северстали» вместе с приемными семьями и с детьми объединили несколько направлений (культура, экология и профилактика сиротства) и устроили ряд субботников и привели эту территорию в прекрасное состояние, открытое к новым проектам, идеям. В общем, ты понимаешь, что как бы на самом деле можно увязать несколько направлений вот в этой благотворительной деятельности во благо для всех.

К. Мацан

— На радио только звук, у нас картинки нет, но если бы сейчас было телевидение, то, наверное, надо было бы снимать нас крупным планом, чтобы были видна глаза, которые становятся чуть более влажными, когда такие истории слышишь и вспоминаешь! Вы постоянно сталкиваетесь с какими-то человеческими проблемами. Это, к счастью или к сожалению, существенная часть вашей работы. Как не терять присутствие духа? Как избежать того, что принято называть выгоранием или усталостью от постоянного соприкосновения с человеческой болью? Где черпать силы?

Н. Поппель

— Ну, наверное, всегда у всех есть какие-то эмоциональные переживания. Есть близкий круг, и мы вправе его выбирать, мы вправе выбирать людей «нетоксичных», людей для общения, которые нас мотивируют, поддерживают. И это бывают родственники, друзья, просто интересные люди. И когда ты вкладываешь свои душевные силы в эти отношения, то они возвращаются сторицей, и ты понимаешь, что всё компенсируется. Потом есть в этом мире, наверное, очень много особенных каких-то направлений, которые можно отнести к культуре, к искусству, которые помогают реновации. И когда ты работаешь очень напряженно, иногда по шесть командировок в месяц (такое тоже бывает), потому что компания большая, забот и задач очень много, и, конечно, надо восстанавливать силы. Первое — это, конечно же, ближний круг, интересы, увлечения. И Москва, и вообще все регионы настолько богаты культурной жизнью и культурным, духовным, историческим наследием, которое на самом деле, в общем, позволяет черпать силы — это точно! И человеческое общение! И я хочу вам сказать, что это не всегда развлекательные программы, это часто эмоциональные. Вот я два дня подряд посмотрела два очень сложных таких кинопоказа. Один — это завершение еврейского кинофестиваля в Еврейском центре толерантности, новый фильм Павла Чухрая «Холодное танго». Я давно не видела такого сильного фильма, и, конечно, мы вышли с разорванными сердцами, потому что это столкновение нелюбви с любовью. Если в двух словах, то это трагедия, которая касалась нацисткой Германии, нашествия ее, еврейского вопроса, русских, литовцев на территории Литвы, и человеческие отношения. Но когда такое сильное переживание, и когда это сделано так мастерски и профессионально… В общем, несмотря на то, что это драма, человеческая трагедия, но это какая-то реновация. А вчера я посмотрела в «Иллюзионе» показ четырех короткометражных фильмов выпускников курса Хотиненко, где тоже в основном проблемы были. Но когда ты понимаешь, что ты не один и ты видишь лица этих ребят, которые создают такие проекты, которые неравнодушны к тем историям, с которыми мы сталкиваемся, и они заставляют думать и находить пути решения, то это, в общем, дорогого стоит.

К. Мацан

— Ключевое слово — неравнодушие!

К. Мацан

— Наталья Поппель — начальник управления по корпоративной и социальной ответственности и бренду компании «Северсталь» — сегодня проводит с нами этот «Светлый вечер». Вот мы вплотную подошли уже к теме культуры, и мне очень бы хотелось сейчас в последней части нашей программы её подробнее обсудить, потому что допускаю, что для, опять же, тех, кто как я, например, смотрят на сферу социальной ответственности бизнеса со стороны, может показаться такой требующий пояснения вопрос. Совершенно не вызывает никаких вопросов, когда бизнес строит больницу, помогает детскому дому или помогает сделать так, чтобы детского дома не стало в регионе, потому что помощь детям, больным, старикам — это исключительно важная, колоссальная задача, абсолютно необходимая, и мы снимаем шляпы перед тем, кто этим занимается всегда, и дай Бог, чтобы эта помощь никогда не прекращалась, а проблема, к сожалению, наверное, будет оставаться всегда. И с другой стороны, есть проект, и возникает всё больше проектов со стороны бизнеса в области культуры: поддержка театров, поддержка музеев. И на фоне помощи больному, голодному ребенку, помощь театру может показаться такой интеллигентской игрой. Наверное, когда у меня в руке последняя (подчеркну, последняя) тысяча рублей, и если справа у меня больной ребенок, а слева у меня ребенок, который не знает, кто такой Васнецов, и его нужно сводить в галерею, то, наверное, я всё-таки отдам тому, кто болеет и голодный. Казалось бы, с одной стороны. А, может быть, и не надо так ставить вопрос? Может быть, нужно и то, и то, и оба направления нужны вместе с другими вообще направлениями? Как вы видите эту проблему? Важность и смысл, и актуальность проектов социальных, благотворительных в области культуры?

Н. Поппель

— Первое, я хочу сказать, что вы привели очень правильное такое, образное сравнение. И мы уже говорили сегодня о том, что первая (одна из них) — это социальная проблема, а вторая — это социальное развитие. Поэтому, конечно, бизнес — это такая очень хорошо организованная структура, которая не может не быть эффективной. Поэтому мы рассматриваем свои социальные инвестиции и благотворительность как эффективную благотворительность. И поэтому мы стараемся находить оптимальные пути. И мы не должны подменять государство в решении всех проблем. И как говорит глава нашей компании Алексей Мордашов, что социальная ответственность — это больше инвестировать в производство, больше создавать рабочих мест и больше платить налогов, на которые, собственно, и должна содержаться вся социальная сфера. Но он добавляет, что там, где государство и общество пока не справляется, мы будем помогать. Культура — это на самом деле очень интересная сфера, потому что, с одной стороны — это наше духовное наследие и скрепы, а с другой стороны — это очень перспективная отрасль, которая во всем цивилизованном, развитом мире, сегодня называется культурная индустрия или творческая индустрия. Это среда, которая может работать точно так же, как и бизнес. Конечно, она не может обойтись без очень серьезного процесса поддержки государством, но то, что она может быть эффективной — это точно. И мы это делаем! Мы поддерживаем многие годы крупнейшие культурные институции, такие как: Большой театр, Мариинский театр, Третьяковская галерея, Русский музей, Музей изобразительных искусств, Исторический музей, Радищевский музей. Но в то же время у нас есть своя собственная грантовая программа «Музеи русского севера», и мы ее осуществляем не только на территории четырех наших северных регионов, а двенадцати регионов севера, которые близки друг другу и по профессиональным качествам, и по задачам, которые перед ними стоят. И кроме обычной грантовой поддержки, мы помогаем им становиться эффективными. Мы делаем программы обучения менеджменту в сфере культуры. И такое слово «западный менеджмент», или как мы говорим «управление» по-русски, включает в себя более широкое видение культуры. Это не только сохранение наследия, но и…

К. Мацан

— Не только развлечение!

Н. Поппель

— Да, конечно, это и большая просветительская часть, и духовная работа, и образовательная, и расширение кругозора и всего остального. И в то же время это серьезная такая среда, которая должна уметь работать с разными категориями посетителей, которая должна быть очень гибкой и быстро перестраиваться, которая должна уметь продвигать эту продукцию, правильно ее предлагать, делать ее наиболее эффективной с точки зрения издержек, чтобы это не было дорого, а было бы доступно для всех. Они должны обязательно заниматься фандрайзингом, а это возможно! Фандрайзинг — это поиск дополнительных средств, они должны научиться зарабатывать и сувенирной продукцией. Мы можем сказать… Многие из слушателей, наверное, бывали в каких-то зарубежных крупных музеях и видели, насколько разнообразен круг сувенирной продукции, которую они предлагают. И я иногда выхожу из какого-нибудь музея и говорю: «Господи, зачем ты потратила столько денег?» — потому что можно купить какие-то милые и удобные вещицы для своих коллег и близких. И точно так же, если нужен какой-то очень изысканный подарок для какой-то особой ситуации, то там есть эти копийные артефакты. В наших музеях ещё не во всех это есть. Даже слово «еще не во всех» — это мягко сказано.

К. Мацан

— Слово «сувениры» воспринимается как нечто ненужное, лишнее, формальное.

Н. Поппель

— Да. Какие-то скучные магниты, матрешки, которые, к сожалению, делаются не у нас, а 80% их делают в Китае. И здесь вопрос, кстати, тоже вот этого эффективного взаимодействия, потому что надо только включить творческий, дизайнерский потенциал студентов, учащихся вузов, которые как бы могли бы создать (на самом деле очень хорошую поддержку и помощь в создании сувенирных линеек). Но мы должны смотреть вперед, в будущее. «Северсталь» привлекает очень много для своей работы IT-технологий. И надо смотреть вперед и понимать, что буквально через 10 лет мы будем жить уже в совершенно другом мире, и не быть к этому готовыми мы не можем. И будут высвобождаться люди на рынок труда, и они пойдут как раз в эти творческие, креативные сферы, которые надо создавать, помогать, давать как раз будущее вот этим поколениям, которые не все вольются в IT-технологии и в сервисы. А это очень хорошее направление. И что я еще хочу сказать по поводу культуры и как бы нашего эффективного видения. В силу особых международных условий, которые на сегодняшний день существуют, у нас в стране не бывает худа без добра, и начинает очень сильно развиваться внутренний туризм. И в хороших, развитых экономиках он приносит до 20% бюджета. Но мы все знаем, что наша, к сожалению, пока ещё сырьевая экономика далека от этого, но тем не менее не идти к этому, имея то культурное, духовное наследие, и возможности развития этого туристического кластера, было бы, наверное, неправильно. Поэтому мы уже три года в рамках грантовой программы «Музеи русского севера» содействуем тому, чтобы музеи видели свое будущее в развитии культурного туризма.

К. Мацан

— Иногда говорят: «Какая, казалось бы, связь между помощью, скажем, ближним, между тем, чтобы было больше волонтеров в разных благотворительных организациях и хорошим театром или хорошим музеем?» И предлагается такая версия, что вот человек пойдет в театр, увидит там какой-то высоконравственный спектакль, который будет призывать его к добру, выйдет из театра и пойдет в волонтеры. Схема, конечно, очень прекрасная, но, по-моему, немножко идиллическая. А мне кажется, что, возможно, здесь есть другая связь, и об этом тоже нередко говорят, что хороший театр, где идут хорошие, классические, высокого уровня, качества и стиля спектакли, где есть хороший и качественный, удобный, модный, современный музей со средой, со всей красотой вокруг — вот эти образцы культуры создают тот контекст, ту среду, в которой человек проникается какой-то идеей красоты мира вообще, красоты Божьего замысла. И когда он этой идеей проникается, у него внутри быстрее созревает какое-то представление о внутренней красоте, просто быстрее созревает идея, что, может быть, он что-то хорошее может сделать и пойти помогать кому-то.

Н. Поппель

— По созидательному пути.

К. Мацан

— Вот такая логика, контекст влияет на внутреннее состояние. Вы так же это видите?

Н. Поппель

— Я с вами абсолютно согласна, но давайте будем реалистами. Вы знаете, сколько процентов населения страны смотрит канал «Культура»?

К. Мацан

— Ну 1-2%, по-моему.

Н. Поппель

— Блестящий ответ! Обычно люди как-то немножко увеличивают его. Это так и есть! И вы знаете, мы делали программу с Британским советом, потому что на самом деле Британия — одна из самых продвинутых стран в области менеджмента сферы культуры. Они в 80-е годы столкнулись с такой же ситуацией, как и у нас, когда ломался Советский Союз, они нашли нефть в шельфе и закрывали угольные шахты, и Туманный Альбион от тепло-, электростанций переставал существовать. И люди, которые поколениями работали в добывающей угольной промышленности, лишились работы, будущего. Сегодня это крупнейшие культурные центры.

К. Мацан

— Те самые кластеры, которые мы называем, — заводы, перестроенные в музеи.

Н. Поппель

— Да, это точно. И они сделали исследование, у них точно так же: 2%, кто ходил в театр, в музей. И поэтому для того, чтобы человек пошел в оперу, он должен иметь определенный, уже пройденный путь в образовании.

К. Мацан

— Запрос какой-то на то, чтобы пойти в оперу.

Н. Поппель

— Надо накопить что-то в своем бэкграунде для того, чтобы тебе открылось это, хотя это прекрасное сочетание всех жанров музыки, прекрасного голоса, обязательно литературного содержания самого произведения, сценографии, декораций. И вот эта квинтэссенция всего вместе дает просто удивительнейший эффект. Но к нему надо человека подвести ещё, надо чтобы он прошел. А для того, чтобы он шел (вот то, что вы говорите), надо обязательно формировать, надо делать доступной эту культурную среду, но с чего-то надо начинать. И то, что сделали в Великобритании, на самом деле очень хорошая история. Например, Стратфорд-апон-Эйвен — чудесный маленький городок, откуда по легенде или по правде родом Шекспир. Когда я там недалеко училась, то в 1995-1996 году там проходил всего один театральный фестиваль, а сейчас — 12, построено 50 отелей. Мы можем себе представить, сколько создано новых рабочих мест в разных сервисных службах, которые вокруг этого. И когда там нет этих театральных фестивалей и наплыва любителей театра, то там проходят деловые конференции. Но театр разговаривает со своими гостями на доступном, понятном языке, разные жанры для разного зрителя. И начиная воспринимать что-то как бы даже, может быть, немножко для искушенного оперного слушателя с упрощенной какой-то, но талантливой историей, человек начинает подниматься и ценить уже более сложные виды искусства. И, конечно, от этой красоты и от этой любви, которая там обязательно присутствует, рождается и позитивное отношение к жизни и созидательное отношение, и любовь, и духовность начинает цениться.

К. Мацан

— Ну это та самая мысль — «Что останется после меня?». И есть желание быть не только в себе, но и с другими ближними, в них принимать участие.

Н. Поппель

— Вы абсолютно правы.

К. Мацан

— Есть в одном из ваших интервью такая фраза, к которой бы я сейчас хотел обратиться. Фраза такая: «В нашей стране, конечно, еще очень высок уровень социального ожидания, когда люди ждут либо от государства, либо от крупного бизнеса, что они решат все существующие проблемы. И надо переломить эту ситуацию для того, чтобы люди сами почувствовали ответственность за свое будущее, за своих близких, за свою страну». Это ваши слова из одного из ваших интервью. Это как раз-таки про нас, про простых людей, которые являются сотрудниками фондов или членами какой-то корпорации, которая занимается социальными проектами. Вот что можем мы? Как мы можем выстраивать шаги в сторону этой ответственности во взаимодействии с сектором благотворительности КСО? Что конкретно мы можем делать? Как вы эту ситуацию видите из вашего опыта работы с людьми?

Н. Поппель

— Ну, первое, что, наверное, как бы в этой фразе закладывался тот смысл, что человеку очень много дано Богом, родителями, средой, прошлым накопленным опытом территории и земли, на которой ему удалось родиться. И многие из нас могут стать полиглотами, но только для этого надо трудиться, многие могут освоить новые специальности, любые специальности, многие могут делать намного больше, чем обычно человек делает, не утруждая себя, обыватель. И ожидать, что за тебя кто-то придет и решит твои проблемы… Это твоя жизнь! Я вчера прочла тоже одну очень хорошую такую статью, в которой была такая фраза Билла Гейтса, который сказал: «Нам надо перестать думать, что у нас впереди еще 500 лет жизни». И как-то надо, в общем-то, собраться и понять, что это твоя жизнь, и за тебя, кроме, конечно, людей, которые действительно в тяжелейшей жизненной ситуации, в общем, никто твою жизнь проживать не будет, и всё в твоих руках, перед тобой открыты все дороги на самом деле. И говорить о том, что почему-то не посчастливилось поступить в престижный вуз, найти работу — для этого надо трудиться! Надо на самом деле, в общем, давать себе и своей душе ставить задачи, которые по плечу очень многим. И у самых успешных людей на самом деле за плечами тяжелейшая такая, очень интенсивная работа и интеллектуальная, и физическая в том числе, и эмоциональная. Поэтому надо на самом деле пытаться вот этот свой ресурс реализовывать. Иждивенчество — да, конечно же… Я хочу сказать, что есть такой момент, что мы очень часто сталкиваемся с претензиями, что «вы — успешные, состоятельные», поэтому «вы должны»… «Вы должны» без остановки! И вот компания «Северсталь» на самом деле одна из, в общем-то, действительно успешных компаний. Но для того, чтобы она была успешной, люди работают очень интенсивно, очень напряженно, постоянно развиваются, развивают свои компетенции, знания, ищут пути для того, чтобы решить свои собственные бизнес-задачи, для того, чтобы были возможности реализовывать продукции и платить эти миллиарды налогов, на которые существует социальная сфера. Поэтому «зашитый» какой-то элемент, как бы это сказать, неуважения к бизнесу, он, может быть, исторически сложился, но его надо преодолевать, потому что это точно созидательная среда. Надо воспитывать всю бизнес-среду для того, чтобы у нас не только крупный бизнес был социально-ответственным, но и малый, и средний. И у нас очень хороший опыт, нам это удается. Потому что я помню, когда на заре программы «Дорога к дому» у жителей Череповца превалировало такое видение, что «вы​ — успешные, богатые, и поэтому решайте проблемы сиротства и детей сами», а на сегодняшний день, благодаря профессиональной работе и тому, что не переставили прикладывать усилия по популяризации, по вовлечению людей, это уже не проблема «Северстали», а это тема, на которой объединились усилия всех представителей общества: здесь и школьники, и студенты, и малый, и средний бизнесы, и государственные служащие. И более 40 акций проходит у фонда «Дорога к дому», в которых участвуют волонтеры всех сословий и всех возрастов. И это людям дает, наверное, ощущение того, что жизнь действительно не зря, и жизнь становится качественнее, и кого-то делаешь счастливее, и помогаешь решать проблемы тем, кто не в состоянии их сам преодолеть.

К. Мацан

— Ну вот слово «созидание», мне кажется, ключевое в сегодняшней программе: созидание себя внутри, своего внутреннего человека, которое дает возможность созидать что-то вокруг себя; и в обратную сторону — созидание какой-то жизни для ближних, которое становится таким ресурсом для созидания себя внутреннего. Спасибо огромное за эту очень проникновенную беседу с очень интересными примерами, и очень светлую! Наталья Поппель — начальник управления по корпоративной и социальной ответственности и бренду компании «Северсталь» — сегодня была с нами в программе «Светлый вечер»! Это была беседа из цикла «Вера и дело». С вами был Константин Мацан. До свидания! Спасибо! До новых встреч на волнах радио «Вера»!

Н. Поппель

— Благодарю! До свидания!

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (2 оценок, в среднем: 5,00 из 5)
Загрузка...