Поделиться
Я полюбила закаты. Конечно, мне всегда нравилось вечернее небо, окрашенное заходящим солнцем в различные оттенки красного. Но сейчас отношение к этому промежутку времени стало особенно трепетным. Можно сказать, личным, интимным. Возраст такой пришёл. Предзакатный. И краски солнца, уходящего в неведомые чудесные дали, вселяют в сердце тишину и покой.
Знаете, а ведь был уже в моей жизни закат. Правда, не такой красивый. И наступил он неожиданно, в одно мгновение. До 30 лет всё мчалась куда-то в погоне за женским счастьем. Я не понимая, что мой внутренний навигатор испорчен и ведёт в преисподнюю. Крещенная в детстве, легкомысленно называла себя православной. Доказательством этого факта считала наличие на шее небольшого латунного крестика. Мол, даже когда в советское время училась на журфаке, носила его тайком, прикрепив булавой под одеждой. Я бы так бессмысленно и проскакала по жизни, если бы не молитвы мамы. И милость Господа.
В 30 лет я попала под машину. Под истошный скрежет тормозов резко оборвался мой день. Двое суток ночи, проведённой в реанимации, не помню совсем. Уже в палате на короткое время словно вынырнула из темноты. Странно, но в памяти отпечатались обломки ногтей с запекшейся под ними то ли грязью, то ли кровью. Жалкие остатки маникюра. «Обидно, я так долго их отращивала», — подумала я. И снова провалилась в ночь.
А потом начался рассвет. Медленный, иногда даже слишком, мучительно неторопливый. Сначала я стала различать лица. Такое родное и страдающее — лицо мамы, шепчущей молитву. Озабоченное — доктора. На рентгеновском снимке он увидел мой рассыпавшийся на кусочки позвонок и категорически запретил даже шевелиться. Испуганные лица друзей. Они спешили навестить меня. Им не удавалось скрыть страха, что наша встреча может оказаться последней. Наверное, их любовь ко мне тоже была молитвой.
Руками хирургов Господь сотворил чудо. Ожидавшая меня обездвиженность растворилась в набиравшем силу рассвете. Постепенно проявились очертания того, что существовало вокруг. А главное, — внутри меня самой. Ох, далеко не всё там выглядело благообразно... Особенно при свете Истинного Солнца.
Его лучи светили со страниц Евангелия. Я прочитала в жизни столько книг, но среди них, не было главной. Евангелие я тогда открыла впервые.
И я начала двигаться. Пошла. И физически, и в духовном смысле. Спотыкаясь, даже падая, я пошла к Храму, к Церкви, к Таинствам, ко Христу.
Теперь знаю, что настоящий закат неизбежен, но его не надо бояться. Из нашего окна каждый вечер открывается величественная картина заходящего солнца. Дай Бог быть причастной этой красоте.
Автор: Елена Тулисова
Все выпуски программы Частное мнение
О поиске своей половинки. Алексей Шириков
Поделиться
В школьные годы я искренне верил, что где-то там, в будущем, меня ждёт одна-единственная «половинка» — человек, предназначенный мне заранее, которого нужно лишь найти и безошибочно узнать при встрече. Этот образ, скорее всего, был впитан из окружавшей меня культуры: из сказок, где герой узнаёт свою невесту с первого взгляда, из фильмов про родственные души, из разговоров старших о «второй половинке», из слишком буквальных представлений о судьбе как предначертанном Богом пути. Я верил в данную теорию довольно долго, даже не особенно задумываясь, откуда вообще взялась моя уверенность.
Я возмущался, когда я читал о браках позапрошлого века, о том, как устраивали свадьбы в дореволюционной России. Ну как можно жениться и выходить замуж, порой, едва зная будущего супруга, повинуясь воле родителей, семейным расчётам или житейской необходимости прокормить многочисленную родню? Где здесь место любви, свободному выбору, тому самому «твоему человеку», без которого, как мне казалось, невозможно счастье?
Но чем больше я погружался в православное богословие, тем яснее видел: идея «единственного суженого, предначертанного судьбой», ближе не к Евангелию, а к языческому мифу Платона о родственных половинках одной души, разделённых богами и обречённых искать друг друга по всему свету. В христианстве же нет предопределённого заранее пути человеческой жизни, от которого некуда деться и с которым бессмысленно спорить. Есть свобода — и есть призвание прожить эту свободу с любовью, кем бы ни оказался человек рядом.
Книга Бытия говорит: «Не хорошо быть человеку одному; сотворим ему помощника, соответственного ему». Эти слова не про то, что где-то заранее приготовлена единственная нужная фигура, идеально подходящая по всем параметрам, а про саму способность к соответствию, к тому, чтобы стать друг для друга помощниками, научиться этому в совместной жизни.
И апостол Павел, говоря о браке, не пишет о поиске идеальной половины, не даёт критериев для отбора кандидатуры, а описывает, как строится единство: «Мужья, любите своих жён, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за неё». То есть, предлагает не формулу узнавания «того самого», а путь постоянной жертвенной любви уже в самом браке. Понятно, что все это во многом связано с патриархальным строем общества, где выбора особо и не было, но все же важно это и для нас.
Браки прошлого, при всех их очевидных минусах, могли быть счастливыми, потому что секрет этого счастья не в том, чтобы найти «того самого», а в том, чтобы учиться любить того, кто оказался рядом. Первое же представление часто приводит к бесконечному поиску, бесконечной проверке своих чувств на подлинность, сомнениям, сравнениям и ожиданию какого-то безошибочного знака свыше. Это вместо того, чтобы строить семью трудом, терпением и верностью день за днём.
Тут, конечно, стоит уточнить, что я вовсе не сторонник возвращения к древним традициям создавать брак по решению родителей. Личный выбор, личная ответственность — то, что делает человека взрослее. Да и переживание, что рядом с тобой желанный избранник — тоже важно. Вот только при выборе супруга, наверное, лучше опираться не на одни лишь чувства, но и на совпадении ценностей, на общую устремленность в одну сторону. И для христиан, конечно, идеально, когда с любимым человеком можно смотреть не только друг на друга, но и вместе — на Христа.
Автор: Алексей Шириков
Все выпуски программы Частное мнение
5 октября. «Введение во храм»
Поделиться
Фото: Tim Schnelzer/Unsplash
По завершении грудного вскармливания, во исполнение обета, святые Иоаким и Анна отдали Своё Дитя в иерусалимский Храм на воспитание. К удивлению провожающих, Богоотроковица Мария взошла по высоким ступеням храма без посторонней помощи, устремляясь к простёртым Ей объятиям праведного священника Захарии. Так и всякая христианская душа, пусть и руководимая наставлениями пастыря, призвана самостоятельно свершать своё неспешное восхождение по ступеням духовной жизни: смирения, кротости, молитвы и любви.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
5 октября. О врачебном служении
Поделиться
Сегодня 5 октября — Международный день врача.
О врачебном служении — руководитель отдела по вопросам семьи, защиты материнства и детства Воронежской епархии священник Александр Шишкин.
Мне очень нравится сама постановка вопроса служения. Мы не говорим о профессии, как в принципе логично подумать, а именно о служении. И я думаю, все врачи и медики прекрасно понимают, что невозможно быть доктором с восьми часов до пяти вечера.
Слово «служение» относится к ряду профессий, очень серьёзно раскрывая их значения. Священнослужение, воинская служба, педагогика. Военный не может сказать, что «мой рабочий день окончился, поэтому я ухожу из окопа отдыхать, потому что у меня есть свои заботы». И священник — он никогда не откажет христианину, сказав, что день к концу приблизился, я устал, и поэтому не буду выполнять свои обязанности.
То же самое касается и врачей. Служение — смирить своё сердце перед людьми. Более того — как в храм большей частью: так как доктору в большинстве случаев люди идут уже с конкретной проблемой, с конкретным переживанием. Редко христиане приходят в храм поблагодарить Бога. И редко приходят пациенты для того, чтобы в здоровом состоянии провести какое-то штатное обследование.
Как раз-таки доктор — он не просто выполняет свою профессию, проводя обследование, анализируя диагнозы, назначая лекарственные препараты. Именно его задача — ещё и поддержать пациента, который пришёл в скорби, в переживании, может быть, в гневе и раздражении. Это трудно, но это именно те моменты, из-за которых мы называем медицину именно служением. Тем призванием, через которое доктор, заботясь о пациенте, воздаёт хвалу Господу и тоже получает свою какую-то награду в вечности.
Все выпуски программы Актуальная тема:
