Поделиться
Фото: Joe Byrnes/Unsplash
В десятом веке до Рождества Христова главным соперником Израильского царства были филистимляне. Одно из сражений евреев с этим воинственным народом подробно описано в нескольких главах Первой библейской книги Царств. Филистимляне одержали тогда сокрушительную победу. Их ликование усиливалось тем, что в качестве трофея они вынесли из боя главную святыню израильтян — Ковчег Завета. Этот золочёный ларец не только служил хранилищем скрижалей с заповедями и других иудейских реликвий, но по откровению Бога считался местом Его присутствия. Филистимляне поместили Ковчег в языческом храме Дагона. У современного читателя Ветхого Завета здесь может возникнуть вопрос — а с какой целью филистимляне завладели реликвией? Их прельщала материальная ценность трофея, или его духовное достоинство? Почему они, не веря в Единого Бога, поместили свидетельство о Нём в пространство, которое сами считали сакральным? Группа американских ученых из Чикаго, Миссури и Висконсина дала ответы эти вопросы, проанализировав отрывок из Первой книги Царств в свете археологических находок. Свои выводы профессор древнееврейского языка Джон Уолтон, религиовед Виктор Мэтьюз и профессор истории Марк Чавалес опубликовали в 2005 году в совместной работе под названием «Библейский культурно-исторический комментарий».
Комментарий эксперта:
В древности на Ближнем Востоке всякая война носила характер священной — то есть, считалось, что противостояние происходит не только между народами, но и между их покровителями из потустороннего мира. В языческих племенах роль воителя отводилась одному из идолов пантеона — так, ассирийцы «царём битвы» считали бога Нергала, хананеи—Ваала, вавилоняне — Мардука. Присутствие богов в войске олицетворяли особые штандарты или статуи — эти реликвии упоминаются в анналах ассирийского царя Салманасара Третьего и текстах государства Мари. Переносные идолы не только сопровождали войско, но и могли быть захвачены в плен — о такой практике сообщает в своих хрониках другой ассирийский правитель, царь Асархаддон. Филистимляне не выделяли Ковчег Завета из бесконечного ряда идольских изображений. Помещение иудейской реликвии в храм Дагона означало для них, что Яхве, Бог Израиля, оказался в плену у более могущественного духа.
Однако, на этом история с пленением Ковчега не закончилась. На следующий день после сражения филистимляне нашли статую Дагона низвергнутой с пьедестала — она лежала лицом вниз перед иудейской святыней. Идола водрузили на место, но на следующий день он вновь оказался на земле — на этот раз еще и разбитый. В городе, где находился храм Дагона, расплодились мыши, а жителей селения поразила кожная болезнь — их тела покрылись наростами. Филистимляне призвали жрецов и гадателей, чтобы те сказали — что делать с Ковчегом Завета? Служители культа распорядились выполнить целый ряд ритуалов. Они велели изготовить из золота мышей, поместить эти фигурки вместе с Ковчегом на повозку, запряженную коровами, которые недавно в первый раз отелились и никогда прежде не ходили в упряжи, и отпустить в свободное странствие. Что могли означать столь странные манипуляции? Ответ дали американские ученые в своей книге «Библейский культурно-исторический комментарий».
Комментарий эксперта:
Изготовление золотых мышей было магическим действом, в основе которого лежала идея, что изображения способны замещать реальные предметы и явления. Отсылая вместе с Ковчегом символы постигших их бедствий, филистимляне надеялись от них избавиться. Мыши во все времена были переносчиками различных заболеваний, а упоминание о наростах подсказывает, что филистимский город постигла передаваемая грызунами бубонная чума. По всей вероятности, нашествие грызунов было распространенной напастью на Ближнем Востоке — ритуальные изображения мышей в этом регионе повсеместно находят при раскопках.
Фигурки из драгоценного металла также являлись жертвой, которой филистимляне решили умилостивить неведомого им Бога израильтян. Язычники не имели опыта молитвы, как богообщения, отношения с духовным миром у них целиком и полностью состояли из магических ритуалов, в которых важны не нравственные обязательства и чистота намерений, а точность выполняемых манипуляций. По представлениям идолопоклонников неправильно совершенные обряды могли оказаться бесполезными или разгневать божество еще больше. Чтобы убедиться в том, верно ли они поступают, язычники использовали недавно отелившихся коров в роли оракула. Голод, полное вымя и мычание телят в обычных обстоятельствах должны были направить животных домой. Однако, в этот раз коровы, вопреки естественным потребностям, выбрали дорогу, тянущуюся в гору и ведущую к израильскому городу Вефсамису. Творец Вселенной объяснил язычникам на понятном им языке символов, что ни в какой священной войне идолы не могут быть соперниками Единому Богу.
Книги Ветхого Завета, рассказывая Священную историю, раскрывают обычаи ближневосточных племён. Многие подробности взаимоотношений иудеев, верующих в Единого Бога и их соседей-язычников часто оказываются непонятными современному читателю Библии. Постигнуть суть событий, происходящих в древности в Палестине, помогает кропотливая исследовательская работа археологов, историков и религиоведов.
Послание к Римлянам святого апостола Павла
Поделиться
Рим., 101 зач., IX, 6-19
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Священное Писание неоднократно напоминает: Бог не мыслит так, как мыслит человек; следовательно, человеческое понятие справедливости неприменимо к действиям Божиим в мире. Напоминает нам об этом Писание и сегодня: размышления о путях Божиих мы можем услышать в звучащем сегодня во время литургии в православных храмах отрывке из 9-й главы Послания святого апостола Павла к Римлянам. Давайте послушаем эти новозаветные слова.
Глава 9.
6 Но не то, чтобы слово Божие не сбылось: ибо не все те Израильтяне, которые от Израиля;
7 и не все дети Авраама, которые от семени его, но сказано: в Исааке наречется тебе семя.
8 То есть не плотские дети суть дети Божии, но дети обетования признаются за семя.
9 А слово обетования таково: в это же время приду, и у Сарры будет сын.
10 И не одно это; но так было и с Ревеккою, когда она зачала в одно время двух сыновей от Исаака, отца нашего.
11 Ибо, когда они еще не родились и не сделали ничего доброго или худого (дабы изволение Божие в избрании происходило
12 не от дел, но от Призывающего), сказано было ей: больший будет в порабощении у меньшего,
13 как и написано: Иакова Я возлюбил, а Исава возненавидел.
14 Что же скажем? Неужели неправда у Бога? Никак.
15 Ибо Он говорит Моисею: кого миловать, помилую; кого жалеть, пожалею.
16 Итак помилование зависит не от желающего и не от подвизающегося, но от Бога милующего.
17 Ибо Писание говорит фараону: для того самого Я и поставил тебя, чтобы показать над тобою силу Мою и чтобы проповедано было имя Мое по всей земле.
18 Итак, кого хочет, милует; а кого хочет, ожесточает.
19 Ты скажешь мне: «за что же еще обвиняет? Ибо кто противостанет воле Его?»
Когда апостол Павел писал только что прозвучавшие слова, он преследовал ту цель, которую в полной мере ему не удалось достичь: он, будучи евреем, пытался убедить других евреев в том, что не стоит понимать обетования Божии буквально и думать, будто бы Бог избрал лишь биологических потомков праотца Авраама.
Мы, как правило, вовсе не думаем о своей соотнесённости с Авраамом, тогда как для соплеменников и современников апостола Павла это был очень серьёзный вопрос, особенно же в связи с начавшимся распространением христианства.
Дело здесь вот в чём. Все евреи помнили слова Бога из книги Бытия; эти слова были адресованы Аврааму: «Я благословляя благословлю тебя и умножая умножу семя твоё, как звёзды небесные и как песок на берегу моря; и овладеет семя твоё городами врагов своих; и благословятся в семени твоём все народы земли за то, что ты послушался гласа Моего» (Быт. 22:17–18). Кажется вполне очевидным, что Библия говорит про прямых потомков Авраама, и тогда возникает закономерный вопрос: а какое отношение к древним обетованиям имеют люди, не принадлежащие к еврейскому народу? Могут ли они быть полноценными христианами?
Апостол Павел отвечает на этот вопрос очень изящно: он напоминает, что у Авраама было несколько сыновей, но только один из них — Исаак — унаследовал обетование; у Исаака было два сына, и опять же лишь один из них — Иаков — унаследовал обетование. Получается, что вовсе не все дети Авраама были избраны Богом, а потому дело не в том, чтобы быть потомком Авраама, ведь благословение Божие не передаётся «автоматически», его наследует тот, кого избирает Бог.
Конечно, здесь не мог не возникнуть следующий вопрос: а как же быть с древними обетованиями? Неужели потомки Авраама по плоти не имеют никакого преимущества перед всеми другими народами?
В прозвучавшем сегодня отрывке Послания к Римлянам апостол Павел не даёт полного ответа на этот вопрос, но он напоминает о словах Бога, сказанных Моисею: «Ибо Он говорит Моисею: кого миловать, помилую; кого жалеть, пожалею» (Рим. 9:15). Сам Бог решает, кого миловать и кого жалеть. Кого ожесточать, подобно библейскому фараону, — Бог тоже решает Сам. Понять логику Бога невозможно, но мы знаем о Его конечной цели: спасении всех людей. И если в действиях Бога нам что-то, как и адресатам апостола Павла, кажется странным, неразумным и нелогичным, то стоит помнить о том, что пути Божии, ведущие ко спасению, невозможно постичь человеческим разумом, они для нас тайна, но мы можем войти в эту тайну, открыв свои сердца Богу.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 131. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
У израильтян не было никаких вещественных святынь до той поры, пока Бог через Моисея не открыл им Свою волю и не дал им закон во время странствования по пустыне. Так у евреев появился Ковчег Завета — переносной деревянный ящик с хранящимися в нём каменными плитами, на которых были зафиксированы заповеди Божии. С Ковчегом Завета ассоциировалось присутствие Самого Бога среди израильского народа. Ковчег стал и центром Иерусалимского храма, но храм появился очень поздно — приблизительно через 500 лет после Исхода евреев из Египта и дарования закона. Конечно, отсутствие постоянного и достойного места для Ковчега Завета не могло не волновать лучших представителей еврейского народа. Переживания по этому поводу отразились и в псалмах, в частности, в звучащем сегодня во время богослужения в православных храмах 131-м псалме. Давайте его послушаем.
Псалом 131.
Песнь восхождения.
1 Вспомни, Господи, Давида и всё сокрушение его:
2 как он клялся Господу, давал обет Сильному Иакова:
3 «не войду в шатёр дома моего, не взойду на ложе моё;
4 не дам сна очам моим и веждам моим — дремания,
5 доколе не найду места Господу, жилища — Сильному Иакова».
6 Вот, мы слышали о нём в Ефрафе, нашли его на полях Иарима.
7 Пойдём к жилищу Его, поклонимся подножию ног Его.
8 Стань, Господи, на место покоя Твоего, — Ты и ковчег могущества Твоего.
9 Священники Твои облекутся правдою, и святые Твои возрадуются.
10 Ради Давида, раба Твоего, не отврати лица помазанника Твоего.
11 Клялся Господь Давиду в истине, и не отречётся её: «от плода чрева твоего посажу на престоле твоём.
12 Если сыновья твои будут сохранять завет Мой и откровения Мои, которым Я научу их, то и их сыновья во веки будут сидеть на престоле твоём».
13 Ибо избрал Господь Сион, возжелал его в жилище Себе.
14 «Это покой Мой на веки: здесь вселюсь, ибо Я возжелал его.
15 Пищу его благословляя благословлю, нищих его насыщу хлебом;
16 священников его облеку во спасение, и святые его радостью возрадуются.
17 Там возращу рог Давиду, поставлю светильник помазаннику Моему.
18 Врагов его облеку стыдом, а на нём будет сиять венец его».
Автор только что прозвучавшего псалма написал удивительные и прекрасные слова о Давиде: Давид здесь представлен как человек, который не способен обрести покой до той поры, пока не исполнит свой священный долг — не «найдёт место Господу», то есть пока не построит храм. Из Библии мы знаем, что у Давида не получилось это сделать, храм построил его сын Соломон, но здесь имеет значение не фактическое свершение задуманного, а само настроение царя, его мысли и чувства.
Давид был очень успешным человеком, ему удавалось всё, и нет той сферы, в которой он потерпел бы неудачу. Да, конечно, были в его жизни падения и мрачные периоды, но в конечном итоге Давид всегда оказывался успешным. Наверное, любой другой человек, прожив столь насыщенную жизнь, имея власть, богатство и влияние, не стал бы страдать и переживать о «месте Господа». Но Давид не был обычным человеком, а потому он сумел сохранить характерное для подвижников веры внутреннее беспокойство о Боге и неугасающую жажду общения с Богом.
Христианское прочтение прозвучавшего сегодня псалма уходит от Давида и делает акцент на этих словах, относя их к душе каждого человека: «Не дам сна очам моим и веждам моим — дремания, доколе не найду места Господу, жилища — Сильному Иакова» (Пс. 131:4–5). В этих словах выражен правильный и спасительный духовный порядок, который в современном мире сформулирован известной фразой: «Сначала Бог, затем всё остальное».
Нет, Библия не призывает нам всех строить видимые глазом вещественные храмы, но Библия говорит, что сами наши души должны стать тем местом, где обитает благодать Божия, и если получится устроить себя таким образом, то мы обретём тот покой, который мы зачастую именуем счастьем.
Псалом 131. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 131. (Церковно-славянский перевод)
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Образ Настасьи Барашковой». Татьяна Касаткина
Поделиться
У нас в студии была доктор филологических наук, заведующая Научно-исследовательским центром «Достоевский и мировая культура» Института мировой литературы Татьяна Касаткина.
Разговор шел об образе Настасьи Филипповны Барашковой в романе Ф.М. Достоевского «Идиот», в частности, о том, почему ее называют «новой женщиной», образом Христа Апокалипсиса, а также образом воскресшего Агнца. Мы размышляли, какие евангельские образы и символы использует в своем произведении автор, и почему князь Мышкин — образ Христа помогающего, а Настасья — образ Христа судящего.
Этой программой мы продолжаем цикл из пяти бесед, посвященных образам женщин в русской литературе.
Первая беседа с Ириной Мелентьевой была посвящена образу Наташи Ростовой (эфир 15.06.2026)
Вторая беседа с Татьяной Касаткиной была посвящена образу Сонечки Мармеладовой (эфир 16.06.2026)
Третья беседа с Ириной Мелентьевой была посвящена образу Ольги Ильинской (эфир 17.06.2026)
Ведущая: Алла Митрофанова
Все выпуски программы Светлый вечер
