Поделиться
— Посмотрите, Маргарита Константиновна. Картина «Каргополь. Склады сельпо» — как будто окно между югом и севером!
— Что вы имеете в виду, Андрей Борисович?
— Благодаря художнику Владимиру Стожарову мы, находясь на юге России, в Волгоградском музее изобразительных искусств, видим, почти воочию, заповедный уголок Архангельской области. На картине явственно чувствуется дыхание севера!
— Вы полагаете? Длинный дощатый барак. Перед ним мужички в ватниках что-то обсуждают, грузят товары на телеги и в кузова машин. Полотно датировано 1964 годом. В то время такую сценку можно было наблюдать в любом конце Советского союза. Это всё приметы эпохи, но не географии.
— А храм, Маргарита Константиновна? Белокаменные своды, что возвышаются на заднем плане над складами, подсказывают — это Русский север! Строгие формы, лаконичный декор — легко узнаётся Новгородская школа зодчества!
— Интересно, что это за церковь?
— Собор Рождества Христова — самое первое каменное здание в Каргополе. Его построили в середине шестнадцатого века, при Иване Грозном.
— Там совершались богослужения в шестидесятых годах двадцатого века?
— Нет. Церковь и сейчас не действует. В 1936 году здание стало частью историко-архитектурного музея-заповедника и до сих пор остаётся в этом статусе. Службы под древними сводами иногда совершаются, но очень редко. Большую часть года собор держат закрытым, чтобы сохранить от перепадов температур, а значит, и от разрушения.
— Но на картине храм не выглядит заброшенным, пустым. Он живой. Может быть, весеннее небо с бегущими облаками придаёт зданию жизни?
— О, это очень тонкое замечание! Взгляните — полотно разделено на две равные части по горизонтали. Внизу — склады сельпо, то есть сельского потребительского общества, торг с его суетой и заботами. Это земное. А верхняя половина картины — белокаменная церковь на фоне бескрайней синевы.
— И это небесное?
— Да. Чистое, светлое — духовное. Важная, главенствующая часть человеческой жизни.
— Картина — проповедь. Пожалуй, в 1964 году, в разгар атеизма, невозможно было ярче выразить призыв задуматься о вечном, подняться над суетой. Интересно, у Владимира Стожарова это нечаянно получилось?
— Не думаю, что художник ставил перед собой цель кого-то призвать. Он просто всегда был предельно правдив в своём творчестве.
— И при этом имел высокий уровень мастерства.
— Безусловно! Талант Владимира Стожарова всегда стоял на двух столпах — это любовь к родине и невероятное трудолюбие. Уроженец Москвы, он открыл для себя Русский север и каждый год отправлялся на этюды — в Костромскую, Псковскую, Новгородскую области. Писал в любую погоду, жадно, неустанно, самозабвенно — словно песни пел. Светлые, радостные.
— Псалмы.
— Хорошее сравнение. Вот и картина «Каргополь. Склады сельпо», несмотря на своё будничное название, сродни библейскому псалму. Купола старинной церкви купаются в небесной сини, осеняя немудрёный человеческий быт. — что это, как не хвала Господу?..
Картину Владимира Стожарова «Каргополь. Склады сельпо» можно увидеть в Волгоградском музее изобразительных искусств имени Ильи Машкова.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Все выпуски программы Краски России:
11 ноября. «Ангельская иерархия»
Поделиться
Фото: Andika Christian/Unsplash
Священное Писание дает нам богооткровенные сведения об иерархическом устройстве ангельского «сообщества», что отражается и на порядках земного бытия. Ангелы свободно соподчинены друг другу и, пребывая в едином устремлении к Всевышнему, от высших до низших, доносят и до нас Божественный свет, который изливается в Церкви через священную иерархию. Вот почему самый принцип власти — от Бога, а послушание — основа нашего бытия.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
11 ноября. Смысл страданий
Поделиться
Сегодня 11 ноября — День памяти преподобномученицы Анастасии Римляныни.
О христианском понимании страдания — клирик московского храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста священник Николай Конюхов:
Нас, христиан, часто обвиняют в том, что мы создали некую религию страданий. Это совсем не так, и не мы создавали, а Господь учредил Церковь: «…и врата ада её не одолеют». И действительно, если посмотреть на главный символ христиан — это крест, где изображён Господь Иисус Христос, страдающий на кресте. Но дело в том, что христианство не культивирует страдания, оно их переосмысливает.
Невозможно в этой жизни избежать страданий: все люди стареют, болеют и умирают. Все люди когда-то будут хоронить своих родителей. И невозможно просто в этой жизни пройти мимо струек дождя и вообще не попасть в какие-то тяжёлые ситуации и не испытывать боли. Но христианин прекрасно понимает, что этот мир, созданный Богом, был создан прекрасным. Но с тех пор, как в него вошёл грех по свободной воле людей, произошёл некий слом. И поэтому страдание является неотъемлемой частью жизни каждого человека.
Но мы понимаем также, что Господь после смерти даёт человеку вечное блаженство. И часть этого вечного блаженства можем ощутить ещё здесь. И христианство культивирует как раз Царствие Божие. Христос говорил: «Ищите в первую очередь Царствие Божие, и всё вам приложится». Поэтому у нас совершенно другие акценты.
Страдание — это просто неотъемлемая часть жизни, которую мы осмысляем в общих категориях того, что это может быть в определённый момент даже полезным для человека. Где-то может его от чего-то уберечь, где-то к чему-то подготовить. Но в общем счёте мы стремимся туда, где не будет ни болезни, ни печали, ни воздыхания.
Все выпуски программы Актуальная тема:
11 ноября. О духовных поисках Федора Достоевского
Поделиться
Сегодня 11 ноября — 205 лет со дня рождения писателя Фёдора Достоевского.
О его духовных поисках — настоятель Спасо-Преображенского Пронского монастыря в Рязанской области игумен Лука (Степанов):
Творчество Фёдора Михайловича тесно связано с его жизнью. И только тогда, когда в его сердце утвердился Христос, его главное упование и смысл жизни, о котором он говорил: «Даже если выяснится, что истина вне Христа, я со Христом останусь», — тогда и явились его величайшие произведения.
Когда его чуть не казнили и пришло помилование за пять минут до повешения, он был отправлен на каторгу, на которой четыре года не имел права читать никакой литературы, кроме книги Нового Завета, ему подаренной жёнами декабристов. Не имел права он что-либо писать. Так что сохранилась книга, именуемая «Евангелие Достоевского», в которой имеется полторы тысячи пометок ногтем Фёдора Михайловича. Так он зачитывался, так он углубился в это священное чтение, в богопознание, что через четыре года, оказавшись на свободе, он уже был совсем не тем, кем уходил в это удаление от мира с Евангелием в руках, — он вернулся уже с Евангелием в сердце.
И потому его произведения, конечно, — Господь ещё особенно промышлял о нём, заботился. Во многом больше пользы оказала его супруга, заботливо терпящая ещё и актуальные его страсти и немощи, но всё делающая для того, чтобы он дописывал свои великие романы, и в результате те — действительно главнейшие произведения мировой литературы, к которым можно отнести и его «Братьев Карамазовых», и «Преступление и наказание», и «Идиота», — это появившееся не в одиночку, как творчество Фёдора Михайловича, как автора, но в сотрудничестве с благодатью Божией, которая жила, была присуща ему, его сердцу, и помогала созидать эти замечательные произведения.
Все выпуски программы Актуальная тема:
