Поделиться
Нина Юркова
Мой папа был священником и врачом. Удивительно, правда? — одно его дело помогало врачевать тела, а другое — души.
Так сложилось, что он был чуть ли не единственным на всю округу доктором, который оказывал паллиативную помощь. То есть, принимал пациентов в стадии заболевания, когда уже невозможно было излечить, только лишь облегчать страдания и поддерживать морально. Многие из таких больных, проводя с папой долгие часы в беседах о Боге, уверовали, начали жить духовной жизнью. Многих из них папа исповедовал, причащал, провожал в последний путь.
Я тогда была ещё ребёнком, но почему-то папиных паллиативных пациентов запомнила очень хорошо. Однажды, незадолго до начала Великого поста, к папе поступила новая пациентка — Нина Ефимовна. Она была уже немолода, очень любила детей, и мы прониклись друг ко другу взаимной симпатией. Мне нравилось, что она такая добрая, неунывающая и, будто, светлая, что ли.
Последние месяцы своей жизни Нина Ефимовна проводила у нас дома — так папе было проще оказывать ей помощь. Она была верующей, воцерковилась во время болезни. Несколько раз за время поста даже собиралась с силами, и с нашей помощью посещала богослужения.
Мне очень ярко запомнился один эпизод, связанный с ней. Было раннее воскресное утро, весна. Перед тем, как пойти на Литургию, я выбежала в наш сад. Под цветущей яблоней, обняв ствол дерева, стояла Нина Ефимовна. Я хотела подойти, но увидела, как у неё трясутся плечи. Она плакала. Помню, я тогда подумала, что, обнимая яблоньку, она будто прощается со всей красотой этого мира. Стараясь остаться незамеченной, я вернулась в дом.
Незадолго до Пасхи дети Нины Ефимовны забрали её домой. Мы понимали, что подходит её срок перейти в Вечность.
А в самый день Светлого Христова Воскресения, сразу после ночной службы, нам пришло известие, что Нины Ефимовны больше нет. И что отошла она тихо и мирно. Папа поделился, что она очень хотела перейти в Вечность именно на Пасху, и молилась об этом.
Помню, что мы с папой вышли из церкви, чтобы освятить куличи и яйца. Он, шёл сквозь людское море, щедро окроплял святой водой и снедь, и людей. Громогласно возглашал: «Христос Воскресе!» Ему в ответ раздавалось ликующее: «Воистину Воскресе!»
А я шла следом, и в сердце билась мысль: «Христос Воскрес! Он победил Смерть! Значит и Нина Ефимовна не умерла! Значит и я не умру! И мы все!»
Автор: Нина Юркова
Все выпуски программы Частное мнение
22 февраля. «Смирение»
Поделиться
Фото: Malachi Cowie/Unsplash
«Тот, кто обижается, просто глуп», — говаривал великий учитель христианской нравственности святитель Иоанн Златоуст. Обидчивость — недуг гордого, себялюбивого сердца. Великое приобретение — сохранение мирности в душе при различных проявлениях недоброжелательства по отношению к нам. Это Божий дар и вместе плод молитвенных усилий самого человека. Никогда ни на кого не обижаться — это смирение.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Храм Тихвинской иконы Божьей Матери. (г. Данков, Липецкая область)
Поделиться
Городок Данков на севере Липецкой области — типичная русская глубинка. Тихие улицы, малоэтажная застройка. Каменные и деревянные усадебные домики 19-го века. Данков — город старинный, основан он в 1568 году. За свою историю успел побывать в составе Воронежской и Рязанской губерний. В 60-ти с небольшим километрах отсюда — Куликово поле, где в 1380-м году Димитрий Донской разбил ордынское войско. Дорога на него проходит как раз через Данков. Она огибает главную святыню города — Собор Тихвинской иконы Божьей Матери.
Небесно-голубой, с золотым центральным куполом, он стоит в самом центре города. Многие сразу улавливают в очертаниях Тихвинского собора сходство с московским Храмом Христа Спасителя. И не случайно. Над их проектами работал один и тот же архитектор — Константин Андреевич Тон. У них одинаковый архитектурный стиль — русско-византийский. Интересно, что поначалу проект, по которому построен храм в Данкове, Тон создал для одного из храмов Задонского Богородице-Рождественского монастыря. Но затем по каким-то причинам, после небольшой переработки, был утверждён для строительства данковского Тихвинского собора.
Возводился храм в период с 1861 года по 1872-й, а предшествовало его появлению удивительное событие. В 1817-м году в Данкове участились пожары. Сотни семейств лишились крова. Власти подозревали поджоги, искали виновных. Однако безрезультатно. Данковчане молили Господа и Пресвятую Богородицу защитить их от беды. И в праздник Тихвинской иконы Божьей Матери преступника, наконец, нашли! Поймали его на месте преступления — при попытке поджечь данковский Покровский монастырь... В тот же день данковчане обнаружили на каменном столбе в центре городской площади Тихвинскую икону Богородицы. Откуда она там взялась, никто не знал. Понимая, что это Матерь Божия помогла отыскать злодея и защитила Данков, горожане решили построить на месте чудесного обретения иконы храм. Жертвовали, кто сколько мог. Двухэтажный, пятиглавый, цветом напоминающий лазурное небо Тихвинский собор стал главным храмом Данкова. Внутреннее убранство — иконостасы, образа, кованную лестницу, ведущую на второй этаж храма — заказали в Москве местные купцы-благотворители Пешковы. Они же пожертвовали средства на постройку пятиярусной колокольни. Её возвели чуть позже самого храма, в 1885-м году.
Увы, 42-метровая звонница не пережила годы безбожной советской власти. В 1938-м её снесли. Увидеть колокольню сегодня можно лишь на сохранившихся старых фотографиях города. Ещё раньше, в 1924-м, закрыли собор. И только спустя семьдесят лет двери его вновь открылись для верующих. Тихвинский храм — символ благодарности жителей Данкова Божьей Матери за чудо произошедшее здесь когда-то, был возвращён Русской православной Церкви в 1994-м году.
Все выпуски программы ПроСтранствия
Маленькие осенние радости
Поделиться
Фото: Pixabay / Pexels
На днях я отводил ребёнка в сад. Мы с Ваней вышли из дома пораньше, чтобы не опоздать. Дорога пролегала через сквер, усыпанный осенними листьями. Погода в то утро стояла погожая, отлично подходящая для размеренных прогулок, только мне было не до этого. Я спешил на работу и всё время подгонял Ваню. Он старался не отставать, но то и дело отвлекался на разноцветные опавшие листья, озорно раскидывая их ногой в разные стороны. В ответ на его промедление во мне всё больше восставало раздражение... И тут, сам не понял, как это случилось, я вдруг оступился и упал. Моё приземление смягчила пышная листва, которую к моей радости дворники ещё не успели собрать. Ко мне подбежал растерянный сын. Я поднялся, отряхнулся и к собственному удивлению, вместо того чтобы ещё больше разозлиться, почему-то начал улыбаться. А Ваня в ответ засмеялся. Он начал сгребать руками сухие листья и радостно подбрасывать их вверх. Его искренний смех окончательно смягчил моё сердце. Мне захотелось замедлить время и вместе с ребёнком радоваться осени, этому тёплому солнечному утру и никуда не торопиться. Я взглянул на часы — мы везде успевали. И пошли, уже неспеша, любуясь по сторонам и весело раскидывая ногами опавшие сухие листья.
Текст Дарья Никольская читает Илья Крутояров
Все выпуски программы Утро в прозе
