«Таинства Церкви: объяснения для тех, кто готовится к Крещению». Иеромонах Максим (Однорал) - Радио ВЕРА
Москва - 100,9 FM

«Таинства Церкви: объяснения для тех, кто готовится к Крещению». Иеромонах Максим (Однорал)

* Поделиться

У нас в гостях был режиссер и автор сценария фильма «Ступени», руководитель общественных проектов Мелекесской епархии иеромонах Максим (Однорал).

Мы говорили о том, как доступным языком объяснить желающему креститься человеку основы православного вероучения и суть церковных Таинств, почему это важно, и с какой целью наш гость создал об этом фильм, который можно увидеть на YouTube канале Радио ВЕРА.

Фильм «Ступени» можно посмотреть по следующей ссылке:

Ведущий: Алексей Пичугин


А. Пичугин

— Друзья, здравствуйте, это «Светлый вечер» на светлом радио. Меня зовут Алексей Пичугин, я рад вас приветствовать. С удовольствием представляю гостя — сегодня в нашей студии вместе с нами и с вами эту часть «Светлого вечера» проводит иеромонах Максим (Однорал), руководитель Отдела общественных проектов Мелекесской епархии. отец Максим, Добрый вечер.

Иеромонах Максим

— Добрый вечер.

А. Пичугин

— Мы по традиции, уже вот получается, что это традиция, несколько недель подряд делаем программы по пятницам, которые посвящены фильмам. Фильмы эти появляются на нашем YouTube-канале радио «Вера», в разделе «Документальные фильмы» — это ленты о православии, о христианстве, о людях Церкви. И сегодня мы рады представить фильм, который снял отец Максим, он автор сценария и режиссер, фильм называется «Ступени», он посвящен Таинствам Церкви. Об этом много говорилось, много написано книг, книжек, свято фильмов. Но вот мы об этом фильме, если, может быть, кто-то из вас помнит, если не помните, можете найти у нас на сайте: https://radiovera.ru/, неоднократно говорили в процессе съемок, а когда он уже вышел, как-то вот обошли стороной. Но сейчас исправляемся, и про этот очень важный и полезный, как мне кажется, проект поговорим подробно. Отец Максим, действительно ведь много книжек, книг написано про Таинства Церкви. Чем нов ваш фильм и в чем его особенность, и отличия от того, что уже выходило про Таинства Церкви? Таинствам Церкви столько лет, что, казалось бы, как про них можно еще рассказать по-новому.

Иеромонах Максим

— Да, собственно, ничего нового в нем нет. Это фильм-инструкция, его трудно назвать фильмом в прямом смысле этого слова, потому что нет никакой драматургии, там нет какого-то увлекательного сценария. Была задача сделать фильм-инструкцию, в частности для Мелекесской епархии, вот с тех пор, как в практику Церкви вошло обязательное оглашение, многие священники столкнулись с тем, что нужны какие-то материалы, которые помогали бы им проводить огласительные беседы. Ну то есть просто когда священник рассказывает, часто это бывает скучновато, будем говорить честно, и не каждый священник обладает даром красноречия таким, что бы увлечь всю аудиторию. А здесь хорошо снятый фильм, фильм-инструкция, который интересно смотреть, он не рассеивает внимания. И, собственно, это такое вспомогательное пособие для тех, кто проводит оглашение. Особенность его в том, что, в отличие от других фильмов, которые были сняты на эту тему, этот фильм снимался в сотрудничестве с Синодальным отделом, сценарий его утверждался, каждый этап утверждался комиссией Синодального отдела образования и катехизации. Это было сделано для того, чтобы фильм получил гриф Синодального отдела и мог использоваться уже как официальное пособие в огласительной практике.

А. Пичугин

— А у нас огласительная практика несколько лет назад вошла в жизнь Церкви, в нашу жизнь.

Иеромонах Максим

— Ну уже достаточно, уже лет десять, наверное.

А. Пичугин

— Ну наверное. Просто я помню период как бы моей церковной юности, даже еще до того, как я как-то осознанно стал ходить в церковь, когда всех крестили. Совершенно спокойно приходили, не было никаких огласительных бесед. И, наверное, священники понимали, что большинство из людей, которые приходили креститься, они вряд ли будут постоянными прихожанами, будут ревностными христианами, но тем не менее. И когда мы говорили об этом с ними, обычно ответ был простой: будем крестить всех, а потом уже вдруг кого-то зацепит, вдруг кто-то останется. Не знаю, насколько эта практика была осмысленна, осознанна. Мне кажется, что и так правильно, и так правильно, а все зависит от конкретного человека, от конкретного священника, от конкретной жизненной ситуации.

Иеромонах Максим

— Ну я все-таки сторонник огласительных бесед.

А. Пичугин

— А почему?

Иеромонах Максим

— Ну потому, что мы когда приходим куда-то, в больницу там, мы же знаем, зачем мы приходим. А здесь приходят люди, которым бабушка какая-то сказала покреститься, гадалка, еще кто-то. И люди совершенно не знают, для чего они принимают крещение. Ну логично же, что человек, который желает стать членом Церкви, будет знать хотя бы, для чего он это делает и что такое Церковь.

А. Пичугин

— А знаете, какой один из самых популярных вопросов на мамских форумах? Мне как-то в свое время показали: как крестить ребенка без огласительной беседы? Ну там немножко по-другому, потому что люди не очень понимают, что такое огласительная беседа, как это называется. Ну как крестить ребенка вот без этих всех рассказов.

Иеромонах Максим

— Не знаю, я не вижу ничего сложного. Там огласительные беседы чаще всего ограничиваются тремя, ну максимум неделей общения со священником. Для того, чтобы покрестить своего собственного ребенка, я думаю, можно пожертвовать там этой неделей и пообщаться с настоятелем, там со священником, чтобы он рассказал, куда вы вообще вступаете.

А. Пичугин

— Ну на самом-то деле, конечно, я тоже согласен. Но я знаю разные примеры. И то, с чего вы начали — разные священники, с разными возможностями красноречия, с разным уровнем образования. Здесь же еще важно очень не оттолкнуть. Я сам пытался в свое время, я очень хорошо помню этот свой позор много лет назад, двадцать уже почти что, если не больше: мы ездили как-то в такие поездки по глухим уголкам Пермской области, ходили в больницы, в какие-то школы, рассказывали. В общем, юные такие были, все неофиты, в общем, сами рассказывали людям о христианстве. Я помню свой позор, потому что у меня не было нужных слов, я не знал, как правильно говорить. Мне казалось, что вот есть учебник какой-то Закона Божьего, если я сейчас какими-то цитатами оттуда все на неподготовленных людей высыплю, ну я по крайней мере для галочки это сделаю. Есть же такая опасность, наверное, и с огласительными беседами?

Иеромонах Максим

— Ну так должны быть катехизаторы, которые не цитатами будут это рассказывать, а нормальным человеческим языком.

А. Пичугин

— Ну а как, вот есть большие храмы приходские городские, московские, где есть достаточное количество молодых людей, которые даже какие-то курсы заканчивали, которые работают, им зарплату платят при приходах. А есть небольшие провинциальные храмы. Ну, собственно, Мелекесская епархия — надо сказать, что это Ульяновская область, а как там все это организовано?

Иеромонах Максим

— Священник.

А. Пичугин

— Священник обязательно.

Иеромонах Максим

— Конечно, ну он же учился, он знает все это.

А. Пичугин

— Но ваш фильм, вы сами говорите, что ваш фильм, он как раз... А вот для кого он, кстати, в первую очередь, для священника или для человека, который желает креститься?

Иеромонах Максим

— Ну в первую очередь для человека, который желает креститься. Ну это часть фильма, мы пытаемся вот снять еще две части, чтобы это было полный курс огласительных бесед, пока не дошли до этого руки. Точнее у нас большая часть материала уже отснята и записана, вот там осталось немножко снять ведущего и смонтировать, собственно, оставшиеся две части. Фильм направлен в первую очередь, конечно, на человека, который собирается креститься, ну или собирается крестить своих детей. Для священника это вспомогательный материл. То есть священник может включить этот фильм — его посмотрят, возникнут вопросы в любом случае у человека, который посмотрел этот фильм, и он уже придет к священнику подготовленным, он будет задавать вопросы осмысленные. То есть он не придет и не скажет вот: здравствуйте, я ходила к гадалке, мне сказали покрестить ребенка, вот я пришла, здрасте, я такая красивая. Нет, человек посмотрел фильм, он узнал, что такое Церковь, что такое церковные таинства, что такое собственно Крещение — там об этом тоже речь идет немного, он в общих чертах описывает. И человек, уже подготовленный, с подготовленными адекватными вопросами приходит к священнику и их задает.

А. Пичугин

— Я помню, еще были разговоры тогда, где-то на рубеже 90-х двухтысячных, о том, что можно ли отказать в крещении ребенка. Вот до сих пор тоже у меня нет этого ответа на этот вопрос. Потому что приходят люди с разным уровнем подготовки. Понятно, что ты их видишь и что, наверное, они и ребенка-то к храм приносить не будут, ну в лучшем случае там в ближайшее воскресенье после крещения, на причастие. Но нужно ли в таком случае крестить ребенка или нет? А как же, он же ни в чем не виноват.

Иеромонах Максим

— Ну он вырастет, может сам покреститься, начнем с этого. Я не знаю, сложный для меня вопрос. Ну понимаешь, если родителям тяжело потратить хотя бы там три беседы какие-то... Да это все можно за одну беседу, в общем-то, провести. Рассказать, что такое Церковь, что такое церковные таинства, во что верит православный человек, можно достаточно быстро, за одну беседу. Если родителям тяжело это сделать, и они вот так потребительски относятся к будущей духовной жизни своего ребенка, то может быть, есть смысл тогда оставить это до тех пор, пока ребенок сам не захочет.

А. Пичугин

— Я вот как-то присутствовал, у меня хороший знакомый священник, крестит он без всяких огласительных бесед, но он их проводит непосредственно в процессе крещения. То есть он в какой-то момент останавливается, рассказывает...

Иеромонах Максим

— Да, я тоже так делаю.

А. Пичугин

— Ну да, вот видите, вы так делаете. Долго достаточно рассказывает. подробно, причем так харизматично, просто. И вот в этом, мне кажется, тоже есть здравая логика и залог успеха.

Иеромонах Максим

— Ну трудно за тот вот короткий промежуток времени, пока идет крещение, рассказать все о Церкви, поэтому ну я бы все-таки хотя бы один раз встречался с родителями и с крестными будущими для того, чтобы рассказать, что такое Церковь.

А. Пичугин

— Но ваш фильм «Ступени», он же не только о Крещении, там...

Иеромонах Максим

— Нет, он о Таинствах. О Таинствах в целом.

А. Пичугин

— А какой запрос формировался, что вы решили снимать этот фильм? Ну вот про Крещение мы поговорили, а еще оставшиеся шесть Таинств? Ведь тоже есть какой-то запрос. Я просто, когда смотрел этот фильм, понимал, что он очень важный, необходимый. Он очень хорошо снят, там очень много сил, видимо, было потрачено на монтаж, на какие-то эффекты, на поиск людей, которые могут адекватно и грамотно говорить. Вы даже, насколько я знаю, предлагаете его разным епархиям, причем с перемонтажем под нужды конкретной епархии.

Иеромонах Максим

— Ну когда только он вышел, да, предлагали. Сейчас уже нет, он уже как-то сформировался, такой вот фильм и фильм. Он висит в интернете и, в общем-то, в готовом виде его уже смотрят. Да изначально, когда мы его только смонтировали, мы предлагали разным епархиям использовать там со своими епархиальными особенностями, там вмонтировать туда правящего архиерея, допустим, чтобы он рассказывал. Ну как-то это не очень пошло. Хотя мы его достаточно хорошо презентовали в храме Христа Спасителя, в рамках «Рождественских чтений», была большая аудитория. И его очень хорошо восприняли, там аплодировали и так далее. И наши ребята, которые снимались в фильме, тоже пообщались с людьми, которые присутствовали на презентации.

А. Пичугин

— Я напомню, что в гостях у светлого радио иеромонах Максим (Однорал), руководитель, режиссер и автор сценария фильма «Ступени». Сам фильм «Ступени» — фильм о Таинствах Церкви, вы можете найти на нашем YouTube-канале радио «Вера» в разделе «Документальные фильмы». Каждую пятницу мы выкладываем туда новый фильм о Церкви, о жизни Церкви, о людях Церкви. И вот сегодня там появляется фильм отца Максима «Ступени». Насколько я понимаю, там среди и людей, которые рассказывают о своем опыте и о своем видении, есть даже наша коллега Тутта Ларсен.

Иеромонах Максим

— Да.

А. Пичугин

— А как вы вообще подбирали людей, которые с вашей точки зрения, с одной стороны, популярны, известны, а с другой стороны, имеют церковный опыт?

Иеромонах Максим

— Ну, собственно, вот исходя из этих позиций и выбирал. Из всех моих знакомых я вот как-то нашел подходящими Антона Макарского...

А. Пичугин

— Тоже хорошо знаком нашим слушателям.

Иеромонах Максим

— Да, который смог доступно все это рассказать, объяснить. И Тутта Ларсен — ну как бы я ее знаю, поэтому понимаю, что она сможет донести информацию. Это человек воцерковленный и в то же время близкий нашей целевой аудитории. Большинство людей, которые приходят крестить детей сегодня, это люди, которым там ну около сорока. Соответственно, все они выросли, они все знают Тутту Ларсен, они все выросли на ее эфирах, все следят, ну может быть, не все, но многие следят за ее становлением именно в церковной жизни, доверяют ей.

А. Пичугин

— Ну самое главное, что она в своих соцсетях достаточно много времени уделяет рассказам об этом.

Иеромонах Максим

— Да. То есть аудитория ей доверяет, и это подходящий такой человек, который смог рассказать.

А. Пичугин

— Вы сказали: целевая аудитория, и тут у наших слушателей, которые нецерковные, может возникнуть вопрос: а как это у фильма православного есть целевая аудитория, и это не бабушки в платочках, стоящие в храме, это современные молодые люди?

Иеромонах Максим

— Ну у всего есть целевая аудитория. Фильм это тоже такой же продукт, как и все остальное, у любого продукта есть целевая аудитория. Да, наша аудитория, на которую направлен фильм, это не бабушки, конечно. Бабушки и так все это знают, они годами ходят в церковь и прекрасно знают, еще и научат, что такое Церковь, что такое Таинства, для чего они. Наша аудитория — это люди, которые вот пришли в церковь, может быть, они совсем в нее не ходили, и вот по традиции принесли крестить ребенка, и им надо объяснить и рассказать, для чего они это делают.

А. Пичугин

— Мне было удивительно в свое время, как-то я тоже, наверное, пропустил момент, когда по крайней мере в Москве стало именно так: приходишь в церковь, а там полный храм достаточно молодых людей. Меня спросили, относительно недавно: ну что, сколько у вас на службе людей? А я говорю: ну как, не знаю, было триста причастников. Как триста? Ну триста, там нормальная воскресная служба, триста причастников нормальное явление для не самого большого храма. А человек думал, что на службе в любом храме ну от силы 10–15 человек приходят. И я упустил момент, не когда их стало не 10–15, а когда их стало действительно триста в не очень большом храме. А как-то я был у своего товарища, священника, в спальном районе Москвы, и там на каждой воскресной службе больше тысячи человек. И таких храмов в микрорайонах множество. Вот как вы думаете, с чем вот в наше время связано желание людей молодых, казалось бы, живущих полной жизнью, еще и находить место для церкви и приходить туда?

Иеромонах Максим

— Ну честно, я не помню времени, когда люди не тянулись бы к Церкви. Вот хотя рассказывают: там сегодня это модно, сегодня это не модно. Я помню, когда мне было 6 лет, я приходил в храм, и он был забит битком, это были советские годы.

А. Пичугин

— Это было советское время.

Иеромонах Максим

— Да, я помню 90-е годы, когда то же самое, приходили. Да, люди по-разному были...

А. Пичугин

— Мотивированы.

Иеромонах Максим

— Может быть, мотивированы. Может быть, наверное, разный уровень образования, церковного был. То есть в советское время туда приходили более, скажем, такие люди, которые уже все знали, они годами ходили в церковь, и все знали. Там в 90-е годы, конечно, пришло огромное количество неофитов, с которыми тоже приходилось как-то общаться, которые задавали странные, на мой взгляд вопросы, но все равно они приходили. Потребность человека в общении с Богом, она всегда была и всегда будет. И я не помню времен, чтобы было там пусто в церкви.

А. Пичугин

— А как вас в шестилетнем возрасте пускали? Ведь нам, уже более позднему поколению, рассказывали, что в 80-е годы, даже еще до перестройки, ваши шесть лет — это как раз предперестроечное время, я так понимаю.

Иеромонах Максим

— Ну да, 85-й где-то год, 84-й.

А. Пичугин

— Где дружинники, чтобы детей в храм не водили, молодежи не было.

Иеромонах Максим

— Ну, наверное, в 85-м уже такого не было, я не помню дружинников. У меня это все прекрасно сочеталось и со школой, и у меня была прекрасная преподаватель литературы, Мария Михайловна Давыдова, которая учила и благочинного нашего в свое время литературе. И которая, в общем-то, была лояльна к Церкви, и она всячески поддерживала то, что я ходил в храм. Я не столкнулся, я слышал, что были еще какие-то такие в те времена отголоски советского периода, но я вот с этим не столкнулся.

А. Пичугин

— А вы пионером были и комсомольцем?

Иеромонах Максим

— Нет, я комсомольцем я не успел и не планировал, а пионером был.

А. Пичугин

— И не прорабатывали вас нигде, и совершенно спокойно это сочеталось и с учительницей вашей тоже?

Иеромонах Максим

— Нет, нет. Я даже помню, были смешные случаи, когда у нас там на 14 октября, на Покров, в Пятигорске назначили слет пионерских дружин, и пионервожатая ждет меня там в городском парке, чтобы я там прибыл на это мероприятие.

А. Пичугин

— А я кадило подаю.

Иеромонах Максим

— Да, а у меня служба, и я не могу прийти вовремя. И я после службы бегом в парк, на слет пионерских дружин. Меня, конечно, отругали, что я опоздал. Я говорю: ну извините, Покров сегодня, поэтому.

А. Пичугин

— А все-таки возвращаясь в наше время, то что я наблюдаю в Москве, действительно, я не могу сказать, что это небывалое церковное возрождение, но это любопытно. У меня в связи с этим, конечно же, тоже много вопросов: что движет этими людьми, что движет человеком в 25 лет, там девушкой в 25 лет там, ее супругом в 25 лет и их там, чтобы они с коляской в воскресенье рано утром шли в храм? Мне вот просто интересна мотивация. Я понимаю, что в одном храме у каждого человека может быть там десятки разных причин. Но опять же очень интересно, почему вот сейчас это действительно такой вот такой взрыв и такое вот приобретает масштабное явление. Это здорово, но я вот честно пытаюсь понять, почему так происходит. А как вот в Димитровграде, в центре Мелекесской епархии, с этим обстоит? Вообще в епархии?

Иеромонах Максим

— Да нормально обстоит, ходят люди и все нормально. Я еще раз говорю, я не вижу большой разницы между там временами, которые были лет десять назад и сейчас. Есть определенная категория людей, которые вот находятся в постоянном поиске, им надо, они заинтересованы в диалоге с Богом и им хочется там что-то открывать для себя, что-то узнавать. И они, собственно, встают с женой, с коляской, и идут в храм. Почему нет.

А. Пичугин

— Я вот буквально недавно в одном из журналов прочитал рассказ молодой семьи о своей жизни. Ну есть там такая рубрика, которую я достаточно часто читаю. Вот они там собираются переехать за границу. Называют страну и одну из причин, по которым они хотят переехать, называют причину такую: в этой стране, согласно данным социсследований, порядка шестидесяти процентов атеистов, что их очень привлекает. Понятно, что в любое время есть люди верующие, есть люди неверующие, есть люди, которые более склонны, и все это вот идет, может быть, из воспитания, из характера человека. Но вот вообще как, почему мы сейчас с вами об этом говорим, потому что все это так или иначе связано с фильмом «Ступени». Рассказ о семи Таинствах построен так, что он должен быть понятен и интересен молодому человеку. Мне кажется, что если ваш фильм посмотрят люди более старшего поколения, они могут не согласиться с формой, с подачей, сказать, что это, может быть, не очень благочестиво. Но вот для молодежи как раз найден тот самый язык и там самая золотая середина, которая должна — это исключительно мое мнение. Я надеюсь, дорогие слушатели, что вы тоже свое сформируете, посмотрев на нашем YouTube-канале фильм «Ступени».

Иеромонах Максим

— Да не знаю, мне наоборот, кажется, он немножко получился занудным, потому что мы пытались как раз соблюсти все вот эти рамки, чтоб не было какого-то хайпа такого в фильме и там кричащих каких-то кадров, чтобы он не вызывал раздражения как у молодой аудитории, так и у более взрослой. Поэтому он немножко такой... Ну скажем, если бы я ориентировался только на молодежную аудиторию, я бы его по-другому снял.

А. Пичугин

— А как? Ну просто интересно, что бы вы сделали.

Иеромонах Максим

— Ну не знаю, есть приемы, которые рассчитаны чисто вот на молодежную аудиторию. Там клиповый монтаж какой-нибудь или там ну их много всяких разных таких фишек, начиная там с технических моментов, заканчивая, не знаю, перебивками между кадрами, как они называются, вот склейка кадра когда идет, видеоэффекты, я бы их, может быть, использовал. Но мы старались их избежать как раз для того, чтобы не раздражать взрослую аудиторию. Потому что мог получиться просто клип какой-то.

А. Пичугин

— Мы через минуту вернемся к нашему разговору. Напомню, что иеромонах Максим (Однорал), руководитель Отдела общественных проектов Мелекесской епархии, автор сценария и режиссер фильма «Ступени», который мы выложили на нашем YouTube-канале радио «Вера», здесь у нас в студии. Я Алексей Пичугин. Через минуту мы к нашему разговору вернемся.

А. Пичугин

— Возвращаемся в студию светлого радио. Я напомню, что сегодня мы говорим о фильме, который по традиции, по пятницам на нашем YouTube-канале появляется новый документальный фильм. И вот все эти фильмы, они посвящены Церкви, людям Церкви, православию. И сегодня у нас в гостях автор фильма, который мы на этой неделе выкладываем, иеромонах Максим (Однорал), автор сценария и режиссер фильма «Ступени». Фильм посвящен Таинствам Православной Церкви. Я правильно понимаю, что в той части, которая сейчас уже готова и вышла, там не все семь Таинств?

Иеромонах Максим

— Все семь Таинств.

А. Пичугин

— Все семь.

Иеромонах Максим

— Да, это фильм про семь Таинств.

А. Пичугин

— А то что у вас недомонтировано?

Иеромонах Максим

— Ну это другие темы. Есть курс огласительных бесед, который утвержден Синодальным отделом, и в него входит вот беседа про семь Таинств. Собственно, семь Таинств — это одна из частей вот этого курса. Остальные там рассказывают о Боге, о Троице, там о разных вещах, которые связаны с Церковью, плюс там исторические экскурсы какие-то. Ну это достаточно большой такой объем информации.

А. Пичугин

— Ну и объем работы, которую вы снимали в разных местах, материала.

Иеромонах Максим

— Да, мы много поездили.

А. Пичугин

— Нужна ли вам какая-то помощь с выходом оставшихся частей?

Иеромонах Максим

— Да нет, надо только вот найти время и записать еще ведущего и смонтировать. Там, в общем-то, больше работы никакой не осталось, все остальное записали.

А. Пичугин

— Среди того материла, который уже представлен в фильме «Ступени», помимо Крещения, есть красивые истории, рассказы и съемки Венчания, это и Таинство Священства, таинство Елеосвящения. Ну и оставшиеся еще Таинства далеко не все, которые там человек проходит, далеко не все, с которыми человек сталкивается в своей жизни. Но вот знание об этих Таинствах, так ли оно важно в христианской жизни для людей? Ну, например, не собирается человек становиться священником, но все равно это вот Таинство, о котором ему почему-то положено знать.

Иеромонах Максим

— Ну он же должен знать о том, кто такой священник и почему вот он стоит у престола и еще и рассказывает нам чего, ну не нам в смысле, а прихожанам вообще обо всем. Зачем он нужен вообще, этот священник? Ну у человека вот у невоцерковленного возникают же такие вопросы: почему священник, откуда у него такие полномочия, а почему он нам рассказывает чего-то, почему именно он стоит у престола и службу ведет? Должен знать, конечно.

А. Пичугин

— Часто ли вам приходится, представляя этот фильм, обращаться с молодой аудиторией и как-то им... Когда снимался ваш фильм, я так понимаю, все-таки когда только появилась сама идея, не было, вот самые способы передачи информации, они постоянно меняются. Там, скажем, сейчас уже YouTube это не так модно, YouTube, если поговорить с молодыми людьми, это достаточно такая, наверное, как бы они сказали, «олдовая» штука. Сейчас TikTok и совершенно новые форматы, как раз маленькие клипы. Может ли Церковь присутствовать в таком формате и через такой формат рассказывать о своей жизни, о Таинствах и богослужениях?

Иеромонах Максим

— Да, ну почему нет, это же всего лишь способ передачи информации, он любым может быть. Вопрос в том, что наш фильм все-таки рассчитан не на совсем молодую аудиторию. Ну то есть тиктокеры, они еще не крестят детей и это как бы не для них фильм. Ну скорее, скажем, не именно для них.

А. Пичугин

— Я знаю взрослых тиктокеров, священников.

Иеромонах Максим

— Ну большая-то часть людей, которые крестят детей, и они все-таки это адепты YouTube’а, поэтому скорее это YouTube все-таки. Так нет, мы его и на дисках выпускали, и раздавали. Там люди, которые приходят в храм креститься, мы им — раз, диск вручили, вот они дома пришли, посмотрели. Это не обязательно YouTube. В TikTok его сложно будет порезать, но тоже можно.

А. Пичугин

— Нет, не обязательно этот фильм, а вообще сама форма проповеди через TikTok,

Иеромонах Максим

— Да, почему бы и нет.

А. Пичугин

— Должна ли Церковь следовать современным технологиям, которые меняются очень быстро?

Иеромонах Максим

— Осторожно, да, должна.

А. Пичугин

— Вот недавно был Clubhouse. Я помню, я осенью был на одном мероприятии в Сретенской семинарии, и у меня брал интервью студент Сретенской семинарии, и как раз был какой-то вопрос, связанный с возможностью проповеди через современные технологии, должна ли Церковь следовать. И что-то мы про Clubhouse как раз, который тогда только-только появился, заговорили. Я говорю: ну через полгода, наверное, про Clubhouse никто и не вспомнит, а будут какие-то новые штуки. Ну я думал, что, конечно, чуть дольше продержится, но нет, действительно, вдруг про него уже никто и не вспоминает. И не получится ли так, что мы много времени тратим на то, чтобы освоить какие-то современные технологии, которые только-только появляются и рискуют не продержаться и полгода вместо того, чтобы, может быть развивать какие-то свои платформы?

Иеромонах Максим

— Мы живем в современном мире, он динамичный, он развивается, и приходится как-то. Другой вопрос, нужно ли за этим бежать, вот я не знаю. Честно говоря, я сейчас скажу, наверное, такую вещь, которая не соответствует тому, чего от нас ожидает сегодня Церковь, но вот я, слушая то, что происходит в блогах, очень сомневаюсь, стал бы я вот так вот чего-нибудь делать там, рассказывать в такой форме о Церкви, о Боге.

А. Пичугин

— Некоторые интересные.

Иеромонах Максим

— Да, там есть интересные.

А. Пичугин

— Мне кажется, здесь дело все в харизме человека, в уровне образования, знаний, возможностей.

Иеромонах Максим

— Вот в этом и проблема. Понимаешь, есть такая-то тенденция сделать из этого шоу, а Церковь не может быть в формате шоу. Вот эти все попытки выступать в TikTok’ах, в Instagram (деятельность организации запрещена в Российской Федерации) и во всех остальных платформах — я понимаю, что священники, которые это делают, они тянутся за трендами, они пытаются на современном языке донести до людей информацию о Боге, о Церкви. Но вот у меня это вызывает какой-то, не всегда, но иногда вызывает какой-то диссонанс. Это все похоже на постановочные шоу, в которых мы пытаемся кого-то куда-то заманить. А мы этого не должны делать.

А. Пичугин

— А может быть, тогда адекватна форма, когда этот священник в свое время состоялся в какой-то светской профессии или продолжает работать на светской работе. И если это как-то коррелирует с тем ж TikTok’ом, или с какими-то еще платформами, где люди как-то себя позиционируют, или рассказывают о каких-то вещах, которые в сфере их компетенции, ну вот тут он еще и священник. И не обязательно он там в подряснике, с крестом, но он просто обозначается как священник. Смотрят люди: вот, надо же, он такой классный специалист, а еще и почему-то священник и что-то его в этом привлекает. А давайте посмотрим вообще, что это такое, почему у него есть еще и такая сторона жизни. Или не обязательно священник, но как-то вот он как христианин тоже позиционируется.

Иеромонах Максим

— Ну вот позиционируется Тутта Ларсен — она модная ведущая, она там популярный человек и она одновременно с этим христианка. Вот в ее случае это смотрится лаконично, она не вызывает отторжения. А когда там священник в рясе с крестом надевает на себя там кепку модную и пытается как-то на молодежном жаргоне разговаривать с молодежью — может быть, это и имеет право на существование, у меня это вызывает диссонанс. Я воспитан, ну я когда в шесть лет ходил в церковь, у меня сложился стереотип.

А. Пичугин

— Я помню, вы рассказывали мне как-то про доброго Дедушку Мороза, священника с большой бородой, который конфеты детям раздает.

Иеромонах Максим

— Да. Вот для меня священник это вот этот дедушка, и который добрый, который никого никуда не погонит, который при этом который разговаривает нормальным языком и не пытается опуститься до уровня шестилетнего ребенка. И там не сюсюкается с ним и не пытается как-то ему... То есть мы к нему тянулись.

А. Пичугин

— Ну это вообще удивительная достаточно история. У нас же есть целый проект, где мы говорим о Церкви в советское время, говорим о людях, которые в советские годы ходили в церковь, и вот там чаще всего это какая-то история семьи, история священнической семьи. Но вот чтобы ребенок в шесть лет — я даже не припомню таких историй, чтобы ребенку в шесть лет в советские годы, при полном отсутствии какого-то сопутствующего материала, было интересно.

Иеромонах Максим

— Ну мне было интересно. Я однажды с бабушкой сходил на Пасху в церковь, и с тех пор там остался.

А. Пичугин

— А в школе вам действительно не пытались объяснить? Ну хорошо, не учительница литературы, а там какие-то педагоги, которые более остро на все это смотрели?

Иеромонах Максим

— Нет, не было никаких случаев. Ну вот как-то мне в этом плане повезло, и я не сталкивался ни с какой дискриминацией в этом отношении. Там могли одноклассники там пошутить как-то, кличку там «дьячок» или «епископ» давали.

А. Пичугин

— Епископ? Хорошо

Иеромонах Максим

— Ну это все было так. Ну мы просто проходили по истории курс католической церкви, а там, когда объяснялось, кто такие епископы, ну и, собственно, эта кличка за мной зацепилась там на какой-то период.

А. Пичугин

— Курс католической церкви в Пятигорске, в обычной школе?

Иеромонах Максим

— Ну в истории, в зарубежной истории там описывалось, рассказывалось про кардиналов, про епископов, я уже не помню, что там такое было. Ну для детей того времени разницы особо не было, поэтому как-то эта кличка за мной на год где-то зацепилась.

А. Пичугин

— Вообще интересно, опять возвращаясь в наше время, про Мелекесскую епархию известно, что там действительно очень много внимания уделяется именно проповеди Евангелия, катехизации, разговорам о Христе. Правящие архиереи, епископ Диодор тоже, насколько я знаю, много проповедует, очень как-то щепетильно относится к участию молодежи в богослужении, к тому, что они приходят в храм. Ну уже такой, мне кажется, со стороны епархии не очень часто встречающийся тренд.

Иеромонах Максим

— Ну Владыка как-то вот к этому расположен. Ну он сам молодой достаточно, ему интересно. Он может общаться с современной молодежью, как-то у него все это получается органично.

А. Пичугин

— А фильм «Ступени», вот как вы думаете, он может выйти за пределы церковной ограды и может ли он получить какое-то распространение вот как именно церковный проект вне Церкви?

Иеромонах Максим

— Ну я его использую в катехизаторской практике. Когда ко мне обращаются люди какие-то, которым что-то нужно узнать о Церкви, я говорю: давай начнем вот со ссылочки — ты фильм посмотришь, выпишешь все вопросы, которые у тебя возникают, а потом мы с тобой встретимся и побеседуем на эту тему. И чаще всего так и бывает. Ну вот люди, которые, интересуются, собственно, тем что такое Церковь, а зачем в нее ходить, фильм посмотрели — у них возникли вопросы определенные, они их выписывают на бумажечку. Мы потом где-нибудь в кафе садимся, сидим, пьем кофе и разговариваем о том, что такое церковь, зачем в нее ходить, зачем участвовать в Таинствах, и так далее.

А. Пичугин

— А есть какие-нибудь наиболее встречающиеся вопросы именно о Церкви? Не о социальных явлениях, не о том, почему там на «мерседесах», а вот именно вопросы, связанные с понимание Христа, с пониманием самой Церкви, ее необходимости, ее жизни такой, богослужебной? Есть ли какие-то вот такие самые распространенные вопросы, которые приходится еще давать ответ, помимо того, что уже изложено в фильме? Потому что понятно, что фильм, он, наверное, на все вопросы всем не ответит.

Иеромонах Максим

— Ну самый частый вопрос, который мне задают, это, собственно, зачем нужен священник, почему человек сам не может общаться с Богом и для чего нужен посредник. Собственно, приходится тогда это все объяснять, рассказывать, показывать. Это самый частый вопрос, который мне задают.

А. Пичугин

— Я напомню, дорогие слушатели, что в гостях у светлого радио сегодня иеромонах Максим (Однорал), автор сценария и режиссер фильма «Ступени», о котором мы сегодня говорим. Фильм этот вы можете найти на YouTube-канале радио «Вера» в разделе «Документальные фильмы» — там мы обычно по пятницам выкладываем фильмы о Церкви, о людях Церкви, о православии. И вот сегодня появился фильм «Ступени», который посвящен семи Таинствам Церкви. А мы отца Максима представляем еще и как руководителя общественных проектов Мелекесской епархии. Помимо съемок фильмов, отец Максим еще занимается и строительством храмов. И это такой масштабный проект Мелекесской епархии, который тоже, как и фильм «Ступени», выходит за ее пределы. И мне кажется, он очень важен для Церкви, для нашей жизни. Потому что в разных своих поездках по стране мне доводилось бывать в храмах, которые при участии отца Максима и при участии, я так понимаю, помощников отца Максима строятся. А можете про это тоже подробнее рассказать?

Иеромонах Максим

— Да, могу. Этот проект был изначально задуман как проект для Мелекесской епархии.

А. Пичугин

— «Сельский храм» он называется.

Иеромонах Максим

— Да, программа называется «Сельский храм». Владыка дал поручение заняться вот теми приходами, которые находятся в таких вот совсем небольших населенных пунктах Мелекесской епархии. Там нужны были храмы, там люди просили о них, там есть прихожане, но не было возможности построить какие-то даже молитвенные помещения, потому что там у администрации не было возможности, ну много всяких нюансов. И Владыка попросил меня вот подумать, как бы мы могли решить этот вопрос. А вопрос мы решили так: мы разработали проект типового храма, он собирался из сэндвич-панелей, такой небольшой, человек на 30–40. В сборке он достаточно прост, буквально за две недели он собирался. И для небольшого населенного пункта этого проекта было достаточно. То есть это был небольшой храм на 30–40 человек, священник туда приезжал, служил литургию, ну и служит до сих пор. Мы уже достаточно большое количество таких храмов построили в Мелекесской епархии. И так сложилось, что когда я занимался этим проектом, я общался еще со своим товарищем. Не буду про него рассказывать, потому что он не очень любит афишировать свою благотворительную деятельность. Но вот мы с ним общались, и он говорит: давай-ка мы попробуем вместе поработать в этом направлении. И мы начали вместе с ним заниматься вот этим строительством. Потому что ему надо было своему духовнику помочь там со строительством храмов другой епархии, чем мы и занялись впоследствии. А мне надо было построить такие храмы у нас в Мелекесской епархии. Первый храм вот мы построили за счет епархии, потому что не было средств. А дальше уже вот Господь так дал, что мы смогли привлекать какие-то средства меценатов и на них строить храмы. Сейчас в Мелекесской епархии уже семь или восемь храмов таких действует.

А. Пичугин

— А принцип какой? Там же есть какой-то принцип, насколько я понимаю, по которому храм должен, может появиться. То есть это же не просто небольшое село, где есть небольшая какая-то группа людей, которые хотят приходить на службы, и вот они к вам обращаются, можно ли нам храм. То есть там как-то немножко процедура сложнее или нет?

Иеромонах Максим

— Так у нас как таковой процедуры нет. У нас есть только потребность прихожан, и мы ищем какие-то возможности его построить. Какие-то требования были у меценатов, которые финансировали строительство этих храмов, там со священником они сами договаривались, но я особо не лезу в эти диалоги. Наша задача была как раз построить храмы всеми возможными способами в тех населенных пунктах, в которых они необходимы. Другой вопрос, что, когда мы начали строить у себя, к нам стали обращаться другие епархии. Им понравилась эта идея, мы начали строить и в других епархиях, тоже там, где-то это меценаты помогали, где-то архиерей сам что-то пытался как-то вот решить вопрос с закупкой материалов. Ну вот худо-бедно за три года мы порядка 150 храмов построили.

А. Пичугин

— Это очень хороший показатель.

Иеромонах Максим

— Да, сейчас мы эту функцию передали вообще заводу «Софрино». И если кто-то из епархий хочет обратиться за помощью в строительстве такого храма, они могут просто зайти на сайт «Софрино», там есть рубрика у них — строительство вот этих быстровозводимых храмов. Позвонить в «Софрино» — и там специалисты уже помогут, расскажут, как и что делать.

А. Пичугин

— А ваше участие какое?

Иеромонах Максим

— Да мое-то уже никакое, я уже все что нужно было, я уже сделал. Сейчас «Софрино» является оператором этого проекта, там есть субподрядчики, которые занимаются, строят. Ну то есть там уже это все налажено, структура такая. Со своей стороны я уже сделал все, что мог сделать.

А. Пичугин

— Я видел такой храм, то есть я видел не один такой храм, но я был на службе. И это, надо сказать, вот как я приводил уже пример с Москвой, со спальным районом, когда-то я удивился тому, что у моего знакомого в Москве, в спальном районе такое количество людей. Я даже представить не мог, что там в его еще пока недостроенный храм, вернее в деревянный храм, который стоял рядом со строящимся, люди просто не будут помещаться, не будут на улице даже помещаться, и это при том, что рядом еще несколько таких храмов строится. И там такая же картина, также я увидел необходимость храма, о котором говорит отец Максим. Это было в Орской епархии, в небольшом совсем поселочке, где людям долго достаточно у них не было постоянного священника, приезжал какой-то батюшка, который их окормлял из другого города, в маленький вагончик. В этом вагончике они и служили, и пили чай, и это бытовка, это даже строительная бытовка, строительный вагончик, в котором с трудом разворачиваешься. И вот когда рядом возникает такой, в общем, небольшой храм, о котором говорит отец Максим, полное ощущение того, что у тебя тут целый собор вырос. И внутри все так хорошо сделано.

Иеромонах Максим

— Ну у нас была задача сделать необходимый минимум. То есть строить что-то капитальное в таких населенных пунктах, наверное, сложно и, может быть, иногда нет смысла. А вот такого храма, его достаточно, и все что нужно, в нем есть. Ну вот у нас, на нашем именно епархиальном уровне задача была какая: дать старт приходской жизни. То есть поставить здание, закупить туда евхаристический набор, кадило там и облачение, и все необходимое, чтобы священник приехал, прихожане его встретили, обнялись, поцеловались и пошли на службу и стали служить. Дальше уже приход развивается сам. Хотят они внутри как-то облагородить — пожалуйста, у вас уже есть здание, у вас уже есть приход, вы уже сами можете аккумулировать какие-то средства, ими распоряжаться и дальше уже развивать приход. Хотите его вы обложить кирпичом — ради Бога. Собрали денежку сами там, между собой, вот батюшка нашел рабочих и все это сделали.

А. Пичугин

— Но вы, я насколько понимаю, все равно как-то отслеживаете, ну по крайней мере для себя, для того чтобы представлять, как дальше двигаться, жизнь этих общин, которые возникают.

Иеромонах Максим

— Ну где-то да, не то чтобы отслеживаем специально, но просто отцы пишут, звонят, рассказывают, как у них дела продвигаются, там делятся своими радостями, там переживаниями какими-то. Да, я знаю, как где что происходит. Ну не везде, конечно, многие храмы там в своих заботах уже сами по себе, занимаются своими вопросами.

А. Пичугин

— То есть если нас сейчас слышат люди, которые хотели бы у себя небольшой храм, вот такой, как вы рассказываете, и у них нет ни возможности строить, нет ни ну вот нет возможности, они могут обратиться уже не к вам, а в «Софрино».

Иеромонах Максим

— Да, конечно.

А. Пичугин

— И там вот как раз все то же самое, что у вас.

Иеромонах Максим

— Да, мы им передали все проекты, все рассказали о своем опыте работы, и передали все договоры со строительными бригадами, которые этим занимаются, они теперь могут этим заниматься самостоятельно.

А. Пичугин

— Интересно, что в епархии существует такой Отдел общественных проектов, где развиваются вот такие вот программы. Это и фильм «Ступени», это и программа «Сельский храм», которая, в общем, актуальна не только для Ульяновской области. Я уверен, что она актуальна в одинаковой степени и для Московской области. Потому что есть места, где и в Московской области до сих пор стоят руины, потому что есть соответствующий фонд, восстановим порушенные святыни, а где-то просто нет храмов, где-то они когда-то были, но это далекое Подмосковье, где живут совсем простые люди, у которых совсем нет денег, и они хотели бы храм себе. В общем, это такие вещи очень актуальные. Спасибо вам большое, что вы этим занимаетесь.

Иеромонах Максим

— Для Подмосковья, я думаю, вообще бы эта программа была бы очень интересна. Потому что в тех селах, где нужно восстанавливать разрушенные храмы, там в любом случае надо ставить сначала временный, то есть и этот храм идеально подошел бы, вот такой модульный храм, который привезли бы, поставили, и первые там лет пять, может быть, десять служили бы в маленьком таком храме, собирали средства, а дальше уже восстанавливали разрушенный.

А. Пичугин

— Это помогало бы реставрации как таковой. Потому что у нас часто в угоду того, что нужно вот срочно войти внутрь храма, начать служить, пробиваются какие-то очередные дыры в стенах, выводятся трубы буржуек. И храм без того пострадавший еще больше страдает, потому что надо поскорее как-то закончить, тепло провести. А вот тот храм, о котором говорит отец Максим, помог бы, наверное, более вдумчиво подходить к процессу реставрации. Ставить маленький модульный храм, там начинать служить — все равно не будет сразу прихожан на огромный собор. А вот этот большой храм — старинный, ценный, памятник архитектуры, его как-то научно исследовать и потихоньку восстанавливать.

Иеромонах Максим

— Ну да.

А. Пичугин

— Ну мы сегодня в основном говорили о фильме «Ступени», который вы можете найти, дорогие слушатели, на нашем YouTube-канале, YouTube-канале радио «Вера», в разделе «Документальные фильмы». «Ступени» — это фильм о семи Таинствах Церкви. А сегодня в гостях у нас был режиссер и автор сценария этого фильма иеромонах Максим (Однорал), руководитель Отдела общественных проектов Мелекесской епархии. Отец Максим, спасибо большое.

Иеромонах Максим

— И вам спасибо. До свидания.

А. Пичугин

— Я Алексей Пичугин. Всего хорошего, до встречи.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка, а также смотрите наши программы на Youtube канале Радио ВЕРА.

Мы в соцсетях
****
Другие программы
Радио ВЕРА из России на Кипре
Радио ВЕРА из России на Кипре
По благословению митрополита Лимассольского Афанасия (Кипрская Православная Церковь) в эфире радио Лимассольской митрополии начали выходить программы Радио ВЕРА. Популярные у российского слушателя программы переводятся на греческий язык и озвучиваются в студии Радио ВЕРА: «Православный календарь», «Евангелие день за днем», «Мудрость святой Руси», «ПроСтранствия», «Частное мнение» и другие.
ПроСтранствия
ПроСтранствия
Православные храмы в Гонгконге и Антарктиде. Пасха в Японии и в Лапландии. Это и множество других удивительных мест планеты представлены глазами православного путешественника в совместном проекте Радио ВЕРА и журнала «Православный паломник».
Сюжеты
Сюжеты
Каждая передача состоит из короткого рассказа «современников» о Божием присутствии в их жизни.
Дело дня
Дело дня
Каждый выпуск программы «Дело дня» — это новая история и просьба о помощи. Мы рассказываем о тех, кому можно помочь уже сегодня, и о том, как это сделать.

Также рекомендуем