Поделиться
Однажды к епископу Коломенскому Герасиму пришёл иеромонах Стефан, когда-то принявший от владыки священный сан.
Эта их встреча была далеко не первой, но самой необычной.
- Отче! – Сказал, войдя, Стефан. - Благослови меня пойти в языческую землю, называемую Пермь, к народам заблудшим, к людям неверным, некрещёным. Хочу научить и крестить их, если Бог поспособствует мне, и поможет, и посодействует, и твои молитвы помогут мне.
Епископ Герасим многое видел и слышал за свою жизнь, но в этот раз он очень удивился: с подобной просьбой к нему обращались впервые. Побеседовав со Стефаном, владыка увидел, что он искренен в своём желании и хорошо всё обдумал, и напутствовал его:
- Чадо моё, Стефан! Иди с миром. И сохранит тебя Божия благодать. И да будет благодать Господа нашего Иисуса Христа, Сына Божия, которого благовестить собираешься, и любовь Бога Отца, и общение Святого Духа пребудет с тобою ныне, и всегда и во веки веков. Аминь!
Получив архиерейское благословение, Стефан очень обрадовался и стал собираться в путь: ему предстояло проповедовать Христа в далёкой северной стране, которая только-только начинала подпадать под влияние Русского государства. Там жили языческие народы зырян и пермяков, или, по-нынешнему, коми. Для них-то Стефан и стал апостолом: он говорил им о Христе, показывал православие своей жизнью, учил народ грамоте, а часто также защищал от несправедливости со стороны государственных чиновников.
Проповедь среди язычников была делом большой отваги. Некоторые зыряне встретили Стефана с интересом, другие захотели его убить. Так, однажды Стефана обступили язычники с дубинами, обложили его соломой и хотели сжечь. Стефан же проявил самообладание и удивительную кротость, говоря слова псалма: «Обступили меня, окружили меня; но именем Господним я низложил их». Вид Стефана был таким кротким, а глаза настолько добрыми, что в сердцах рассвирепевших язычников будто что-то дрогнуло: они так и не посмели зажечь солому, и Стефан остался жив.
Схожая история произошла после того, как святой Стефан разрушил капище. Язычники обступили его с криками и угрозами, готовясь убить, но, как и в прошлый раз, в последний момент остановились, видя мужество и спокойствие святого. Более того, Стефан обратился к собравшимся с проникновенным словом: «О люди, что вы делаете! И я такой же человек, но благовествую вам слово Божие и велю вам, говоря — отступитесь от этого пустого Идольского служения, и тогда избегнете суда и огня вечного! Ваши кумиры — дерево бездушное, дело рук человеческих. А Тот, в Кого веруют христиане, и чтут, и славят, Того и я вам проповедую, Тот — истинный Бог, и нет иного бога, кроме Него. Люди пермские, братья, отцы и дети мои, послушайте меня, добра вам желающего, веруйте в Господа нашего Иисуса Христа».
Видя искренность и мужество Стефана, всё новые и новые пермяки принимали крещение и сами становились ревностными проповедниками Христа. Они удивлялись Стефану и говорили: «Это — Божий угодник, он поистине для нашего спасения Богом послан, и все это делает ради него и нашего ради спасения, а не ради своей прибыли или приобретения сокровищ».
Однако многие не принимали истину, а особенно были ожесточены против Стефана языческие жрецы. Один из них, по имени Пам, постоянно спорил со Стефаном. Стефан и Пам договорились пройти испытание огнём и узнать, чья вера истинная.
Стефан, полный решимости, был готов войти в огонь ради Христа, но Пам испугался и не хотел.
- Не сам ли ты выбрал это и так захотел испытать Бога живого? – сказал Паму Стефан. - Как же сейчас сделать этого не хочешь?
Зыряне были поражены, видя торжество православного проповедника и уничижение Пама, и потребовали казнить волхва. Но святой Стефан остановил их:
- Да не будет так, не поднимется рука наша на врага. Ни руки не подниму на него, ни казню, ни смерти не предам. Потому что послал меня Христос не бить, а благовестить, и повелел мне не мучить, а учить с кротостью и увещевать с тихостью, повелел не казнить, а учить с милостью.
Так говоря и живя, святитель Стефан Пермский, живший в далёком четырнадцатом веке, стал духовным отцом для тысяч пермяков и зырян. Он перевёл книги и молитвы на их язык, основал множество церквей. Его слова, сказанные незадолго до смерти, являются своеобразным заветом нам:
«Взгляни на людей этих новокрещёных, которые мною, недостойным, приведены к вере. И очисти им души и тела Своею благодатью! Дай же им всячески творить Твою правду, и укрепи их в православной вере христианской, обнаруживая в них Свой завет!»
Псалом 47. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
О любом большом и значимом городе сложены стихи и спеты песни. Есть прекрасные стихи о Москве и Петербурге, есть не менее прекрасные стихи и об Иерусалиме. Воспевать Иерусалим начали с древности, с того момента, как он стал столицей государства избранного Богом народа. Восхваляющие Иерусалим гимны мы находим и в Библии, в частности в Псалтыри. Сегодня во время богослужения в православных храмах звучит один из них — это 47-й псалом. Давайте его послушаем.
Псалом 47.
1 Песнь. Псалом. Сынов Кореевых.
2 Велик Господь и всехва́лен во граде Бога нашего, на святой горе Его.
3 Прекрасная возвышенность, радость всей земли гора Сио́н; на северной стороне её город великого Царя.
4 Бог в жилищах его ведо́м, как заступник:
5 ибо вот, сошлись цари и прошли все мимо;
6 увидели и изумились, смутились и обратились в бегство;
7 страх объя́л их там и му́ка, как у женщин в родах;
8 восточным ветром Ты сокрушил Фарси́йские корабли.
9 Как слышали мы, так и увидели во граде Господа сил, во граде Бога нашего: Бог утвердит его на веки.
10 Мы размышляли, Боже, о благости Твоей посреди храма Твоего.
11 Как имя Твоё, Боже, так и хвала Твоя до концов земли; десница Твоя полна правды.
12 Да веселится гора Сион, и да радуются дще́ри Иудейские ради судо́в Твоих, Господи.
13 Пойдите вокруг Сио́на и обойдите его, пересчитайте башни его;
14 обратите сердце ваше к укреплениям его, рассмотрите домы́ его, чтобы пересказать грядущему роду,
15 ибо сей Бог есть Бог наш на веки и веки: Он будет вождём нашим до самой смерти.
Только что прозвучавший псалом в прямом смысле восторгается Иерусалимом: он призывает обратить внимание на городские стены, пересчитать башни, остановить внимание на городских домах. Но всё это ценно для псалмопевца не само по себе, а соотнесённостью с Богом, ведь Иерусалим — это не просто столица народа Божия, это город, в котором находится центр богопочитания — Иерусалимский храм, единственный храм древнего мира, посвящённый Единому Истинному Богу.
Памятью о Боге пронизан весь псалом. Очевидно, что память о Боге не оставляет псалмопевца и тогда, когда он смотрит на мир и анализирует происходящее в нём. Псалмопевец видит мир, наполненным благостью Творца: «Мы размышляли, Боже, о благости Твоей посреди храма Твоего» (Пс. 47:10).
Псалтырь не была бы Псалтырью, если бы её слова имели лишь одно буквальное значение. В Псалтыри, как и во всём Священном Писании, каждая мысль содержит в себе несколько граней. Так и в случае с только что процитированной строкой, которая может быть переведена на русский язык и совсем иначе. К примеру, так: «Восприняли мы, Боже, милость Твою среди народа Твоего».
Древние христианские толкователи обращали особое внимание на эту строку, ведь она оказывается пророческой: выходя за пределы любви к Иерусалиму, она указывает нам на грядущего Спасителя мира Христа. Именно так эти слова 47-го псалма понимал, к примеру, святитель Амвросий Медиоланский, который совершенно справедливо указывал на Христа, Который был выходцем из среды избранного Богом народа.
«Восприняли мы, Боже, милость Твою среди народа Твоего» — милость, которая была явлена из среды народа, эта милость и есть Христос. Он, как известно, пришёл не откуда-то извне, а из среды тех, кто веками ждал обещанного избавления человечества. Милость Божия оказалась не свойством или концепцией, а Пришедшим в наш мир Богом, Которого можно было увидеть и услышать. Если ветхозаветный псалмопевец восторгается храмом как местом присутствия Божия, то христианское прочтение идёт дальше: подлинный храм — это Сам Христос, сказавший о храме Своего тела, и потому всякая красота Иерусалима оказывается лишь тенью и предвестием полноты, открывшейся в Боговоплощении.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Послание к Ефесянам святого апостола Павла
Поделиться
Апостол Павел
Еф., 222 зач., II, 19 - III, 7.
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Церковь перестаёт быть Церковью в том случае, если она утрачивает свою миссионерскую направленность. Если какое-то церковное сообщество закроется в самом себе, то оно попросту утратит свою суть, оно превратится в группу людей, избравших определённый образ жизни, и не более того. Церковь не может не быть миссионерской, и апостол Павел объясняет, почему это так, в звучащем сегодня во время литургии в православных храмах отрывке из 2-й и 3-й глав своего Послания к Эфесянам. Давайте послушаем эти апостольские слова.
Глава 2.
19 Итак вы уже не чужие и не пришельцы, но сограждане святым и свои Богу,
20 быв утверждены на основании Апостолов и пророков, имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем,
21 на котором все здание, слагаясь стройно, возрастает в святый храм в Господе,
22 на котором и вы устрояетесь в жилище Божие Духом.
Глава 3.
1 Для сего-то я, Павел, сделался узником Иисуса Христа за вас язычников.
2 Как вы слышали о домостроительстве благодати Божией, данной мне для вас,
3 потому что мне через откровение возвещена тайна (о чем я и выше писал кратко),
4 то вы, читая, можете усмотреть мое разумение тайны Христовой,
5 которая не была возвещена прежним поколениям сынов человеческих, как ныне открыта святым Апостолам Его и пророкам Духом Святым,
6 чтобы и язычникам быть сонаследниками, составляющими одно тело, и сопричастниками обетования Его во Христе Иисусе посредством благовествования,
7 которого служителем сделался я по дару благодати Божией, данной мне действием силы Его.
Только что мы услышали апостольское учение о домостроительстве Божием.
Этот термин требует пояснения, ведь в современном русском языке слово «домостроительство» мы используем очень редко, а если и используем, то как тяжеловесное указание на процесс строительства домов. В богословии же этот термин указывает на «предвечный Божественный план, в соответствии с которым Бог творит мир, промышляет о нём и ведёт его к конечной благой цели». Апостол Павел в кратких словах своего послания дал полное описание этого плана Божия, который состоит в том, «чтобы и язычникам быть сонаследниками, составляющими одно тело, и сопричастниками обетования Его во Христе Иисусе» (Еф. 3:6).
Иными словами, Бог с момента грехопадения наших прародителей возвращает человечество к тому состоянию, из которого ниспали Адам и Ева. Именно эту мысль стоит держать в голове, когда мы исследуем Ветхий Завет, когда изучаем Евангелие и когда рассматриваем историю Церкви.
Апостол Павел в своих словах сделал особый акцент на том факте, что человеческие разделения должны быть преодолены во Христе. Здесь крайне важно должным образом понять мысль святого апостола: он не предлагает преодолевать разделения политическим, экономическим, философским, военным, технологическим или каким бы то ни было иным земным путём, апостол говорит о преодолении во Христе, то есть в Церкви Христовой.
Да, мы разделены. Отрицать это невозможно. И никогда, скажем, русский человек не станет своим в Танзании или Уганде. Мужчина не станет своим в женском коллективе, а миряне всегда будут отличаться от монахов. Но все мы — вообще все! — призваны в Церковь Христову, и в ней нет чужаков. Эту мысль апостол Павел выразил такими словами: «Итак вы уже не чужие и не пришельцы, но сограждане святым и свои Богу» (Еф.2:19). В этих апостольских словах невозможно не заметить не только призвание ко Христу, но постепенное восхождение, которое преодолевает человек: сначала мы «чужие», то есть находящиеся вне Церкви; потом — «пришельцы», уже не чужие, но ещё не вполне свои, просто гости; потом — «сограждане святым», то есть собственно чада Церкви, участвующие в таинствах; в конечном же итоге мы призваны к тому, чтобы стать «своими Богу», то есть «чадами Божими, которые ни от крови, ни от хотения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога родились» (см. Ин. 1:13).
Апостол Павел относил эти слова ко всем без исключения людям. Это наше — человеческое — призвание. И дай Бог, чтобы оно осуществилось во всей полноте!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Сергей Аверинцев «Византия и Русь. Два типа духовности»
Поделиться
Мы размышляли над смыслами статьи богослова и философа Сергея Аверинцева «Византия и Русь: два типа духовности», где автор ищет ответы на вопросы: что такое святая Русь и почему это далеко не географическое понятие, как она связана с Византией, и в чем особенность древнерусской религиозной мысли в сравнении с византийской.
Ведущие: Константин Мацан, Максим Печенкин
Все выпуски программы Истоки
- «Сергей Аверинцев «Византия и Русь. Два типа духовности»
- «Священник Павел Флоренский "Эмпирея и Эмпирия"»
- «Евгений Трубецкой. "Умозрение в красках"»
При грантовой поддержке международного грантового конкурса «Православная инициатива – 2026»
