Москва - 100,9 FM

«Святыни России». Светлый вечер с Антоном и Викторией Макарскими

* Поделиться
Антон и Виктория Макарские. Фото: Владимир Ештокин

У нас в гостях были известные актеры и музыканты Антон и Виктория Макарские.

Наши гости рассказали о своих путешествиях по большинству самых известных святых мест России и о своих впечатлениях, ощущениях от этих поездок и прикосновения к великим святыням.

Ведущие: Константин Мацан, Кира Лаврентьева.


К. Мацан 

– «Светлый вечер» на радио «Вера», Здравствуйте, дорогие друзья. В студии моя коллега Алла Митрофанова... 

А. Митрофанова 

– Константин Мацан. 

К. Мацан 

– «Светлый вечер». И с трепетной радостью я представляю наших сегодняшних гостей, уже не в первый раз, что особенно радостно, в студии светлого радио, Антон и Виктория Макарские. Добрый вечер. 

А. Макарский 

– Здравствуйте. Добрый вечер. 

В. Макарская 

– Добрый вечер. 

А. Макарский 

– Ух, как вы нас представили, посмотрим, что будет. В прошлый раз, я помню, мы здесь небольшую семейную потасовочку-то устроили. 

А. Митрофанова 

– Что-то я такого не припомню. 

К. Мацан 

– Нет, я помню, было что-то типа борьбы такой вот, чайной ложкой. 

А. Макарский 

– Да, да. 

В. Макарская 

– Антон опять включил грузина. 

А. Макарский 

– Моя грузинская честь заговорила. 

В. Макарская 

– Между прочим, в Википедии написали: сторонник патриархального уклада семьи. 

А. Макарский 

– Ну это написали те, кто не знают мою жену просто. 

В. Макарская 

– Ну я, конечно, не осталась в долгу: а ты мне сколько крови-то попил? 

А. Макарский 

– Ну будем стараться держаться... 

А. Митрофанова 

– У вас патриархат или матриархат? 

А. Макарский 

– Да нет, у нас абсолютно партнерские отношения. 

В. Макарская 

– У нас такая любовь. 

А. Макарский 

– Невозможно вести патриархальный образ жизни. 

В. Макарская 

– Но я смиряюсь, в силу всех своих сил. 

А. Макарский 

– Как сильно сказано, смотрите. 

В. Макарская 

– Из всех возможностей я стараюсь смириться. 

А. Макарский 

– Вот это правильно. 

К. Мацан 

– Ну собственно мы с Аллой пойдем тогда...  

А. Митрофанова 

– А мы не просто так вас пригласили, потому что замечательный ваш проект «Святыни России», который сейчас на телеканале «Спас» транслируется, и все смотрят, и это так замечательно и воодушевляющее, я бы даже сказала. Потому что то что путешествия по родной стране это очень насыщенно, интересно, и с какими-то колоссальными пластами смыслов – это понятно. Но то что это может быть еще настолько весело и настолько душевно – вот это, ну учитывая, что, как сказать, там где-то холодно, где-то слишком далеко лететь, где-то что-то еще, такое ощущение, что вас все эти сложности не смущают вообще. Расскажите, как все началось. 

А. Макарский 

– Ну у нас, во-первых, у нас склад такой – Вика из военной семьи, я из актерской – для нас путешествия это радость всегда. То есть дорога это ощущение вот движения, это для нас, ну не могу сказать отдых, да, но вот это действительно те слова, которые мы произносим, что мы в этом путешествии ощущали что-то очень близкое к счастью, это действительно так. Во-вторых, даже не во-вторых, а в нулевых, наверное, так сказать, предисловием ко всему тому, что мы дальше скажем, это заслуга съемочной команды – и режиссера, и продюсера, и человека, который часто хватал камеру и был оператором – это Рома Ганган. Это вот тот человек, который сделал этот проект. Ну со своей командой, естественно, и со своей супругой, которая является сценаристом этого проекта. Это люди, благодаря которым у нас появилась надежда на то, что вот все то, что мы делали раньше, это обретает смысл. Это были те наработки, которые с этими людьми мы можем осуществить, которые можем развить и которые можем направить в нужное русло. Это я сразу Рому, в первые же дни прозвал «товарищ генерал», потому что ну действительно, он знает об этом или нет, но он настоящий педагог, хотя он моложе меня на два года. Вот он говорит вещи, которые ты начинаешь понимать и осмыслять уже там через какое-то время, наверное. Ну в общем, команда такая, что...  

В. Макарская 

– У меня мысль пришла в голову хорошая. 

А. Макарский 

– Давай, давай, говори ее, пока не ушла! Давай, давай, Вика, лови ее, лови. 

В. Макарская 

– Выветрится из блондинистой головы. Я вот сейчас так хочу сказать от всего сердца, что нас потрясло с Антоном больше всего, ну помимо, конечно, совершенно чудесных невероятных историй, которые происходили рядом со святынями. Меня потрясло, насколько же просто путешествовать по нашей стране. Насколько все для этого у нас готово, оборудовано, насколько невероятно красивая наша страна. Насколько это просто: вот просто сесть в машину и поехать. И меня потрясло, насколько же мы ее не знаем. Вот у нас раскручены какие-то там маршруты в южные страны там – Турция, Египет –народ летает. У меня полностью пропало желание ездить хоть куда-либо, я сказала, пока я не объеду, вот пока мы не объедем всю свою уникальную удивительную страну. То есть оно и раньше было такое ощущение, но раньше было как: мы, допустим, приезжаем во Владивосток. Быстро – то есть самолет, концертный зал, такси, самолет, да. То есть мы не видели, мы не могли увидеть Дальний Восток как таковой. То же самое, прилетаем на Камчатку – ну там хотя бы два дня, нас куда-то там возили, показывали вот эту красоту невероятную. Вот стоили бы билеты подешевле, да, чтобы люди могли это увидеть. А тут мы поехали ведь рядышком с Москвой, ведь два часа езды от Москвы – ты попадаешь в фантастический, удивительный, красивый мир с такими людьми и святынями, что я поняла, во-первых, это нужно заново вот эти 14 регионов нам объехать уже с детьми, объездить. И я никуда не поеду больше, пока я еще раз детям не покажу, какие прекрасные у нас есть места в нашей стране, и как это все просто. Почему это не доносят до массового, так сказать, ну вот потребления, чтобы человек знал, что, ребята, это просто. Вот ты садишься в машину, и ты поехал – два часа там, три ты отъехал от Москвы, и вот это, вот это... И остановиться можно, и поесть можно вкусно. 

А. Макарский 

– Да даже не обязательно в машину, можно сесть в электричку, можно сесть в поезд, можно сесть в самолет – сейчас это все доступно.  

В. Макарская 

– И поспать можно, и поесть, и все это копейки стоит. 

К. Мацан 

– И не обязательно от Москвы, нас слушают во многих городах России 

А. Макарский 

– Конечно.  

К. Мацан 

– Можно просто сейчас открыть сайт программы, вот я прочитаю: Москва, Калужская область, Нижегородская область, Владимирская область, Вологодская, Костромская, Ярославская, Новгородская, республика Карелия, Санкт-Петербург и так далее. То есть вы всю страну... 

В. Макарская 

– Вот смотрите, наши друзья сказали: ребята, мы решили, Владимир вообще рядышком – мы решили поехать. Поехали: ничего себе! Так хорошо: Владимир, Суздаль, Муром хорошо. Слушай, а давай – куда там они еще ехали, – давай доедем до Дивеева, уже поехали: Дивеево. А давай еще в Нижний Новгород. И поехали, поехали, так люди доехали до Казани.  

К. Мацан 

– Потом там же Казань, там уже Раифский монастырь. 

В. Макарская 

– Да. Это оказалось так все просто... 

К. Мацан 

– А там уже и Екатеринбург.  

В. Макарская 

– Почему мы раньше не знали. Говорят, давай, тут рядышком и поехали, поехали. В результате вернулись только через десять дней с детьми, так все просто и дешевле. 

А. Макарский 

– Ну и конечно, я даже не знаю, как сказать, мы же много были где, мы же в тех городах, в которых снимали вот эту программу «Святыни России». Мы многократно в некоторых из их были – были с концертами, приезжали просто так, и я был со съемками фильмов там или сериалов, в которых снимался. И мы заново открывали для себя эти города и свою страну. Я не понимал, я в принципе-то из небольшого города, из Пензы, и там ну Пенза 600 тысяч. И там когда мне говорили, я слышал название: Ростов Великий. Ну Ростов Великий, а сколько населения в Ростове – ну 30 тысяч, чего там великого такого? Вот Ростов-на-Дону – вот это я понимаю там, вот это силища, вот это мощь. И когда мы приехали и смотрели на это город, на историю этих мест через призму его возникновения... 

В. Макарская 

– А ведь Великий. 

А. Макарский 

– Он Великий. Новгород – Великий. Нижний Новгород – да, он огромный, он прекрасный, он тоже создавался, ну понятно, да, там у него своя история есть, конечно. 

В. Макарская 

– Своя необыкновенная история. Там люди до сих пор несут в себе вот этот весь запал со времен Минина и Пожарского еще. 

А. Макарский 

– Но это столичные города, это те города, на которых было основано наше государство. Тот исток, те истоки, из которого потом вот как раз и получилась наша Россия, в которой мы сегодня живем. 

К. Мацан 

– Вика, вот ты это сказала: мы не знаем свою страну. А какую страну ты узнала? Ну можно просто новые достопримечательности открыть – это не то же самое, что другими глазами на нее посмотреть. 

В. Макарская 

– Расскажу. Очень хороший вопрос. Кстати, получилось так, что, путешествуя сейчас вот со «Святынями России» по стране, мы получили с Антоном второе высшее образование. Если не сказать, первое. Почему? В школе мы все изучали историю. И путешествуя по вот эти святыням, изучая глубоко историю, узнавая факты, узнавая все, у меня был только один вопрос, только один: каким образом можно был вообще преподавать историю в советское время, если ни один поступок ни царя, ни народа, ни один поступок исторического события, начиная там, не знаю, с XIII века вообще невозможно рассматривать, если ты не православный человек, если ты не христианин. 

К. Мацан 

– Ну вне религиозного контекста. 

В. Макарская 

– Вообще невозможно рассматривать. 

К. Мацан 

– Вне религиозной мотивации человека. 

В. Макарская 

– Вне религиозной мотивации общества невозможно даже сказать, почему например, во Владимире, вот мы едем, говорим: скажите, а вот почему у вас такие все храмы древние, каменные и построены так на века? Ой, вы знаете, люди такие верующие были в области, они жили прекрасно в полуземлянках, жили очень бедно. Все прекрасно понимали, что здесь они живут, вот как в гостинице. 

А. Макарский 

– Временно. 

В. Макарская 

– И вообще не относились серьезно к обустройству своего жилища. Но к храму, дому Божиему, который они оставляли своим детям – они несли туда все, каждый кирпич. Им неважно было, как живут они, им важно было, чтобы дети их продолжали жить со Христом. Настоящим уровнем образования, как я всегда говорю, что, ребята, вы знаете, что вообще до революции любой мужик, который знает закон Божий, считался образованным, а любой человек, который просто учился в университете и был нехристем, говорили: а, ну он грамотный. Просто грамотный. Образование от слова «образ Божий», образованный человек может быть, который знает и исполняет законы Божии. Образоваться – то есть смысл образования: приблизить себя к образу Божию. И когда мы стали рассматривать все события, каждую победу России в любом, вот ты берешь конкретно город, как он основался, как он был отбит у монголо-татар, каким образом – все через чудо. То есть и Бог являл Себя в буквальном смысле слова, не в переносном, не в каком-то еще. А либо Богородица являлась, либо икона чудотворная, с которой обходили, либо люди начинали каяться, молиться и вообще без объяснений. Ни один историк не может объяснить, почему вдруг татары взяли и убежали. Ну нету, литовцы с этой стороны убежали, татары с этой, а эти просто стояли на Угре. Стояние на Угре. Они стояли, молились, там монастырь основали, каялись, молились и все разлетелись. Вот понимаете, ни одно событие нельзя. И поэтому я считаю, что историю России вообще невозможно рассматривать без знания основ православной веры. Мы ни одного поступка, еще раз повторюсь, ни царя, ни народа, ни восстания не поймем, почему это было, ничего мы не поймем, если мы не будем знать историю православия. Мы ничего не будем знать об истории России. 

А. Макарский 

– И очень важно личностное какое-то отношение, вот которое было. Это же зеркало. Мы смотрим на тех святых, которые основали ту или иную обитель – это же как Евангелие, да, это духовное зеркало. Мы смотрим в то зеркало, которое напротив нас. Можем что угодно о себе подумать, какие мы прекрасные, какие мы красивые, восхитительные, но в зеркало глянул – ох ты, да, надо бы отдохнуть там, поспать побольше, или надо как-то там с едой что-то решать другое. Вот мы видим физическое свое отражение, а духовное – кто мы такие – только в сравнении. В сравнении с теми людьми, которые по этой духовной лестнице достигли определенных результатов.  

А. Митрофанова 

– Ну кстати говоря, вы сейчас упомянули Угру. Поскольку я росла на этой реке, как раз недалеко от этого места, где было великое стояние, я-то помню, что ну несмотря на то, что в школе у нас, в общем, понятно, не было ни основ православной культуры, ни тем более закона Божиего, ничего такого, но то что Угру называют Поясом Богородицы знали все – и в школе, и не в школе, и вообще в нашем поселке. Угра, да, вот у нее такое прозвище – Пояс Богородицы. И с чем связано это прозвище, как оно родилось, тоже все знали. Что вот Иван III, вот тут Ахмат, вот Ахмат развернулся по какой-то совершенно непонятной причине, ушел. Историки до сих пор, к нам сюда приходят разные люди, да... 

А. Макарский 

– Конечно. 

А. Митрофанова 

– Профессора, мы с ними беседуем и на эту тему тоже. Помню, был очень серьезный разговор про Ивана III, чем объяснить...  

В. Макарская 

– Ничем. 

А. Митрофанова 

– Этот абсолютно иррациональный поступок хана Ахмата – ничем. 

В. Макарская 

– То же самое. Как можно объяснить, когда историки, когда военные историки и ученые пытаются понять, почему вдруг величайшие там полководцы, умнейшие, да, я говорю сейчас о том моменте, когда от Москвы вдруг отошли немцы, вдруг наши стали побеждать, да. Когда ну все, уже Сталин сел в поезд и сказал: ну ладно, там облетите линию фронта с иконой чудотворной. И вдруг вот в этот момент все начинают делать какие-то детские недопустимые ошибки, вот эти вот полководцы, вдруг они начинают, как дети, ошибаться в том, в чем они не могли вроде бы ошибиться – вот с точки зрения истории это необъяснимо. И они отошли. И это ведь факты, это не то что вот мы... Знаете, вообще всем своим существованием начиная, вот я говорю, с XIII века Россия всему миру показывает, свидетельствует о Боге. Всему миру свидетельствует о Боге, понимаете. Всеми своими падениями, всеми своими... И еще я хочу сказать очень важную вещь, пока не забыла. Вот это путешествие «Святыни России», всего лишь по 14 регионам, у нас-то насколько больше, да. Только задуматься: мы всего лишь были в 14 регионах, а у нас их 89 в стране, да. И никакого уныния у меня после этого нет. Знаете, то есть мы давно выбросили телевизор, конечно, мы не смотрим вот эти страшные новости, в которых там либерально настроенные люди говорят, что Россия все, погибла, нету у нас генофонда, нет у нас ничего. Я уверяю, я думаю, что, конечно, нас слушают сейчас верующие люди, но вдруг какой-то там человек либерально настроенный сейчас слушает. Я уверяю вас: не дождетесь, никогда Россия, когда у нас есть такие люди, когда у нас сейчас есть вот такие вот, то что мы увидели своими глазами, и вот уныние ушло полностью. Возродятся люди, возродятся целые роды, возродится весь русский народ. И если многие считают сейчас, что все нет, все там погибло, все пропало, все плохо... 

А. Макарский 

– Так, я сейчас с облаков-то Вику стяну за ногу: ну-ка назад, сюда, на землю.  

К. Мацан 

– Антон и Виктория Макарские сегодня проводят с нами этот «Светлый вечер». И мы говорим в том числе о проекте «Святыни России», который идет на телеканал «Спас», вы его делаете, вы путешествуете по России и знакомитесь, рассказываете про эти святыни. Ну я вот уже зачитал список из этих 14 регионов, хочется узнать более, может быть, конкретно, подробно про встречи с этими местами, с этими святынями. Что такое самое яркое приходит на память вот в первую очередь, может быть, из того, что вас обогатило в этих поездках лично? 

А. Макарский 

– Ну очень странные вещи, иногда там мы ехали куда-то, да, и западало в сердце то или иное место, о котором не предполагалось, что здесь будет так. 

К. Мацан 

– Например? 

А. Макарский 

– Ну мне, наверное, Нило-Столобенская пустынь. Я не знаю, что со мной там произошло, но Псково-Печерский монастырь – понятно, но... 

А. Митрофанова 

– Ожидаемо, скажем так. 

А. Макарский 

– Да, ожидаемо. Потому что мы ехали, мы были там впервые, до этого мы, конечно, читали книгу архимандрита Тихона Шевкунова «Несвятые святые», и мы ехали, уже знали куда. Понятно, что там и эмоции зашкаливали, и многое, что мы ожидали... 

В. Макарская 

– Но тем не менее не были готовы к тому, что с нами там произойдет, потому что... Можно скажу? 

А. Макарский 

– Но было ожидаемо, скажем так. 

В. Макарская 

– Ладно, ты сейчас расскажешь, а я потом. 

А. Макарский 

– Нило-Столобенская пустынь это то место, вот куда бы я приехал, откуда бы не уезжал. Вот вообще. Не знаю, может быть, тому причиной гостеприимство, невероятное, которое еще преподобный Нил завещал. Отличалась эта обитель всегда – кто бы ни пришел, они принимали и кормили, они устраивали ночлег. Их обворовывали, их убивали за это, они все равно продолжали вот славиться этим гостеприимством и нести вот этот дар. 

В. Макарская 

– Как батюшка сетует: сколько же у нас кошек в монастыре, не можем, все приносят, котят откидывают. Сколько у вас сейчас людей живет? Ну вот мы приняли 60 человек, когда приходят без документов там и больные, и хромые, и бездомные. Говорит: 60 человек. А кошек? 100, говорит, и никого мы не можем... 

А. Митрофанова 

– На кошек гостеприимство тоже распространяется. 

В. Макарская 

– Мы просим: не приносите кошек уже, куда? 

А. Макарский 

– Талабские острова. Вообще на Талабах Вика загорелась идеей домик там построить. 

В. Макарская 

– Да этот остров Верхний, где стоит в храм, притом что там всего лишь сколько, там 17 дворов, и стоит старый храм, внизу находится еще катакомбный храм с алтарем в центре, представляете, в котором мы тоже были, в котором тоже помолись. И приезжает батюшка каждое воскресенье, служит литургию там. И вот это потрясло, захотелось просто остаться там. Остров чудесный, необыкновенный. Остров ну вообще просто потрясает даже своим существованием. Там были ученые, говорят, на том острове, который всего-то 800 метров на 1800 метров, ну совсем мы его обошли вот так вот пешочком, там существуют практически все виды растений, которые только есть, все виды деревьев и разный ландшафт. То есть ты идешь – вот тебе Латвия, вот тебе какие-то друг валуны лежат, вот тебе ледниковый период, какой-то там ландшафт ледниковый, вот тебе сосны до неба, вот тебе вдруг поля с какими-то невероятными душистыми травами. И это все вот на таком маленьком острове. Я поняла вдруг, что я хочу там жить. Я хочу туда уехать. Я только посмотрела, говорю: батюшка, а какой у вас интернет тут хороший, это вообще отсюда можно не уезжать. 

К. Мацан 

– Это важно. 

А. Митрофанова 

– Значит, Антон у нас остается в Нило-Столобенской пустыни, Вика на Верхнем Талабском острове...  

А. Макарский 

– Ну это так, мечты. 

К. Мацан 

– А дети в Сергиевом Посаде. 

В. Макарская 

– А можно, кстати, я скажу. Вообще нашу же программу смотрят много людей, которые вообще невоцерковленые, которые стали смотреть эту программу как просто очень красивый такой как бы клуб кинопутешественников, аналог программы, потому что снято действительно невероятно красиво. Это, конечно, заслуга нашей команды. Я вообще считаю, что там каждый человек абсолютно гениальный вот в чем-то своем. Но я просто что хочу сказать. Нам Борис Вячеславович Корчевников практически запретил вставлять туда какие-то чудеса, которые вот реально с нами происходили...  

К. Мацан 

– Так, рассказывайте. 

А. Макарский 

– Чтобы не отпугнуть, да, невоцерковленных людей. 

В. Макарская 

– Чтобы не было так, что вот мы это показываем с первой же программы, нам говорят: а, ну понятно, вы хотите себе сейчас рейтинг повысить и сказать: чудо, чудо, вот, смотрите люди! И мы звонили просто каждый день: Боря (ну мы Бориса знаем уже 20 лет, поэтому ну мы уже люди взрослые с Антоном, и мы вот так иногда в личных разговорах), Боря, тут такое произошло! Он: молчите, не показывайте! Скажут, что мы специально повышаем рейтинг. Люди сами потом, вы, главное, маршрут, вы, главное, покажите людям, куда ехать. Они сами туда приедут, и с ними это произойдет. 

А. Макарский 

– Причем очень много мест, которых мы даже не знали. Все знают Матрону Московскую, но очень мало людей знают про Матрону Босоножку, Санкт-Петербург. Мне физически там стало, я не могу сказать, хорошо или плохо, по-другому – я просто начал падать в обморок. Это был не обморок такой, что вот мне плохо, поплохело, а я просто где-то оказался в параллельной реальности. 

В. Макарская 

– В общем, я вам сейчас немножечко расскажу за кадром, такой эксклюзив абсолютный... 

А. Макарский 

– Только немного, Вика, немного, а то оттолкнешь слушателей радио «Вера». 

В. Макарская 

– Например, в Пскове, в Свято-Троицком храме у мощей псковских князей исцеляется оператор проекта. У меня тоже очень плохое зрение. Но как бы Господь решил, что мне его исцелять не нужно. А оператору проекта, Андрюше, Он исцеляет, у которого зрение было очень плохое, Господь исцеляет. Причем Андрюша не знал об этом, он полтора часа снимал, стоял, слайдером работал, снимал как можно более красиво вот эту вот раку с мощами святых князей... 

А. Макарский 

– И он сам по себе, скажем так, ну совсем не воцерковленный человек. 

В. Макарская 

– Он очень был скептически настроенный, скажем так. Когда начиналась программа. Ну в общем, так, ребят, ну как бы...  

А. Макарский 

– И вдруг он начинает жмуриться, снимает очки, говорит: мешают. А он в процессе, он просто их...  

В. Макарская 

– А мы в этот момент находились с батюшкой в другом конце храма у чудотворной иконы.  

А. Макарский 

– И режиссер говорит: я Андрея знаю со школы, он не может без очков снимать. 

В. Макарская 

– И вдруг Андрей к нам подходит, снимает очки, говорит: ой, а без очков... А с очками не могу. А батюшка стоит, говорит: ребятки, да у нас вот же 20 официальных медицинских зарегистрированных случая исцеления от слепоты. У нас люди сюда приезжают, к псковским князьям, лечиться от слепоты. Оператор этого не знал наш. И вот у нас это произошло. Вы знаете, человека как подменили после этого. Вот раньше если Андрюша вообще не улыбался, он был такой серьезный, вот до сих пор ходит полгода... 

А. Митрофанова 

– И улыбается. 

В. Макарская 

– И улыбается. Он такой счастливый. Он просто соприкоснулся с этим чудом, и у него что-то очень внутри изменилось. То есть ну вот в августе он уже постился. По монастырскому уставу, как положено. 

А. Митрофанова 

– По-неофистки, да. 

В. Макарская 

– Он уже да, вот как положено. Все, сегодня не ем, сегодня вообще ничего не ем. Мне, значит, это даже не предлагайте. То есть такое с человеком произошло. Вот то же самое, например, я не буду сейчас рассказывать сейчас: чудо, чудо, чудо... 

А. Макарский 

– У Савватия. 

В. Макарская 

– Вот, например, у Савватия, когда мы были в Савватьевой пустыни. 

А. Макарский 

– Это Тверская область. 

В. Макарская 

– Это вообще близко, сколько там случаев исцеления. Сколько там, там же вот этот источник с 1390 года, вот эта желтая вода. Это же просто... Ну я вот что хочу сказать, вот у меня стоит желтая вода, если мне плохо или я заболеваю – то есть просто берешь, выпиваешь стакан этой воды: «Святитель Савватий, моли Бога о нас!» – и у тебя идет как будто полное обновление организма. А там зафиксированы случаи исцеления и от псориаза, и в основном болезни головы, и от онкологии. Все вот это, я говорю: люди, вам не стыдно? Тут полтора часа на хорошей машине. Что вы жалуетесь? Вот поезжайте в Савватиеву пустынь. Там один вот этот храмик стоит, батюшка там, вот это все. А какие там происходят тоже чудеса в этом храме. Когда вы приедете, вам взахлеб люди начнут рассказывать, свидетели этого, да, что уже криминалистов вызывали. Они говорят: да, кто-то ходит вот следы босых ног, вот как будто от источника человек шел к пещерам, где Саватий, а он всегда босиком ходил, и вот постоянно на ступенечках, которые ведут к мощам, обретены были, Савватия. Причем так, они не полностью идут следы, а вот три следа на середине ступенечки, куда не дотянешься, не сделаешь их, ничего. Понимаете, вот такое чудо постоянно является. 

А. Макарский 

– Ну про Матрону Московскую мы вообще не говорим, потому что, ну ребята, ну это просто, это вот оно здесь, рядом с нами. 

В. Макарская 

– Как она сказала: приходите ко мне. 

А. Макарский 

– И просто я советую всем тем, у кого пошли какие-то сомнения или пошатнулся кто-то в вере, да просто туда приехать...  

В. Макарская 

– Приехать и помолиться. 

А. Макарский 

– Просто приехать и посмотреть на тех людей, которые тоже туда приехали. 

В. Макарская 

– Взахлеб тебе рассказывают. 

А. Макарский 

– Нет, они даже... просто посмотреть, кто идет с благодарностью и с цветами. И мы разговаривали с матушкой, там очень много детей. И она так говорит: ну вот мы детскую площадку построили, ну это ведь все детки по молитвам блаженной Матроны. Вы поспрашивайте, поспрашивайте. Вот так вот. 

В. Макарская 

– А еще мне очень понравилось, матушка говорит: вот как увижу баранов, значит, опять мусульманам помогла. Ходит очень много. 

А. Макарский 

– Благодарные мусульмане.  

В. Макарская 

– Они, говорит, баранов у монастыря оставляют. 

К. Мацан 

– Мы этот разговор продолжим через небольшую паузу. Я напомню, сегодня в «Светлом вечере» Антон и Виктория Макарские рассказывают о своих путешествиях по России в рамках проекта «Святыни России». В студии моя коллега Алла Митрофанова, я Константин Мацан. Мы прервемся и вернемся к вам буквально через минуту. 

К. Мацан 

– Еще раз добрый светлый вечер, дорогие слушатели. Константин Мацан, я Алла Митрофанова. И с удовольствием напоминаю, что в гостях у нас сегодня Виктория и Антон Макарские, замечательные артисты, певцы, музыканты и соавторы проекта «Святыни России», вот ведущие, собственно, этого проекта... 

А. Макарский 

– Нет, не ведущие, участники. 

А. Митрофанова 

– Участники, да. 

В. Макарская 

– Ну уж точно не ведущие.  

А. Макарский 

– Знаете, нам ведь очень много предлагают вести, но ведущий – это отдельная, совершенно другая профессия, в которой я абсолютно чувствую себя беспомощным. А здесь... 

А. Митрофанова 

– Вы в этом живете. 

А. Макарский 

– Да. 

А. Митрофанова 

– Вы участники проекта в том смысле, что вы в нем живете. 

А. Макарский 

– Да, нам дают направление. 

В. Макарская 

– И везде стоят камеры – в машинах стоят камеры, в номерах стоят камеры, и просто снимают, как мы путешествуем. 

А. Митрофанова 

– Вы знаете, вы рассказывали сейчас, приводили примеры нескольких чудес, которые с вами произошли, вот таких самых настоящих, в плане понимания слова «чудо» как чего-то экстраординарного, случившегося...  

В. Макарская 

– А я еще не все рассказала... 

А. Макарский 

– Подожди, Вика, подожди. 

А. Митрофанова 

– Я отчасти понимаю Борю, Бориса Корчевникова, который попросил вас не на этом делать акценты. С одной стороны, есть вот эта история про рейтинги, что не нужно их, ну как-то не нужно давать повод... 

А. Макарский 

– Ищущим повода. 

А. Митрофанова 

– Обвинять, что вы искусственно их накручиваете. А с другой стороны, вы знаете, все-таки вот к чуду отношение, как мне кажется, в нашей христианской традиции, оно такое ну сдержанно осторожное, не экзальтированное...  

К. Мацан 

– Очень ответственное. 

А. Митрофанова 

– Потому что это, знаете как, это произошло с вами, это произошло для вас. Это не конвейер чудес. 

А. Макарский 

– Конечно.  

В. Макарская 

– Конечно. 

А. Митрофанова 

– То есть в то же самое место может приехать другой человек, который загорится: ах да, там показывают что-то такое! Там, значит, такой Дэвид Копперфильд нашего времени. Я поеду туда, вот Христос это Дэвид Копперфильд. А это не про это совсем.  

А. Макарский 

– Абсолютно верно. 

А. Митрофанова 

– Потому что чудо это как вот, знаете, мы с Костей из одной песочницы, мы оба выросли в журнале «Фома», и чудо изменения человеческого сердца...  

А. Макарский 

– Это самое большое чудо, да. 

А. Митрофанова 

– Это как раз те свидетельства, о которых мы тоже многое знаем. И вот, по-моему, это как раз больше. 

В. Макарская 

– Конечно. А как говорят, как узнаете чудо – по плодам. Вот у нас абсолютно изменился оператор. Он не просто исцелился, у него не просто зрение. Сейчас другой человек. Вот коснулось его сердца, мы видим перед собой совершенно другого человека, не такого, как раньше, понимаете.  

А. Макарский 

– Очень разные пути. Очень разные. Вот Вика тоже, она любит, вот она погружается, и с ней действительно случаются самые настоящие чудеса. Я тоже участник и...  

А. Митрофанова 

– Свидетель. 

А. Макарский 

– Свидетель, да, многих вещей неординарных вообще, которые случались в нашей жизни. Да и появление наших детей это тоже можно назвать чудом. Но тоже ведь зависит от людей. Мы изначально такие, мы не можем держать вот это вот... Знаете, один человек, влюбляясь, он уходит... 

А. Митрофанова 

– В себя. 

А. Макарский 

– Да, и пишет стихи, которые складывает в стол. А другой – мелом на асфальте пишет: «Я тебя люблю!», берет гитару, поет романсы, кричит на весь мир. Это же разные темпераменты. 

В. Макарская 

– А меня знаете, больше всего потрясло, вот мы сейчас, когда приезжали, я рассказывала, я беседовала как раз с продюсером вот радио «Вера». И я рассказывала, говорю: вы знаете, все монастыри, которые мы посетили, их очень много было, да, то есть только 14 регионов, в каждом там по два-три монастыря – все такие же разные, как люди, и дух в каждом монастыре совершенно разный. Ты приезжаешь и знакомишься. Вот люди разные, да, как рассказывали нам в Оптиной пустыни, говорят, вы знаете, какие были разные все старцы. Ну вот все же вот, да, ведь старцы какие люди были – все разные. Все разные. Кто-то с юмором невероятным, да, доносил правду Божию до народа... 

А. Макарский 

– Как Амвросий Оптинский. 

К. Мацан 

– У кого-то была такая фраза, что это вот грех однообразен, а святость, она разнообразна.  

В. Макарская 

– Очень хорошо. 

А. Макарский 

– Кто-то очень строгий. 

В. Макарская 

– Кто-то, наоборот, строгий, к кому-то там люди даже боялись идти, потому что знали, что обязательно правду о себе услышат такую вот, как сказать... 

А. Макарский 

– Неприкрытую. 

В. Макарская 

– Без прикрас. А кому-то наоборот, да, вот Господь так посылал, допустим, к Амвросию Оптинскому, который с юмором, с шуткой, с прибауткой, но к такой глубокой вере людей приводил. Все разные, все монастыри разные.  

А. Макарский 

– А вообще если возвращаться к теме чуда, то ну чудо повсюду. Солнце взошло – чудо. 

А. Митрофанова 

– Я согласна. 

А. Макарский 

– То что, я не знаю, вот взять, на руку посмотреть, слушайте, строение: вот то, что я могу вот так сжать руку и разжать – это же чудо. Человек, который не видит чуда ежедневно, ежечасно, ежесекундно, он слеп. Он просто слеп. Поэтому какие-то вещи, которые там не укладываются у нас в голове: ну да, Христос воплотился – это тоже не укладывается в голове.  

А. Митрофанова 

– Да. 

А. Макарский 

– Поэтому это все повсюду. 

В. Макарская 

– А еще потрясло, когда ты приезжаешь куда-то, начинаешь беседовать с игуменом или с монахом, который, да, ну вот как игумен благословляет монаха вот провести, нам вот рассказать о монастыре, всегда по-разному было. Потрясает, сколько мы встретили высокообразованнейших людей. Начиная от батюшки физика-ядерщика ученого в Сарове, который просто вот всю жизнь работал физиком-ядерщиком, понимаете. И заканчивая человеком, который чуть ли не приехал доказать, что это вообще все ерунда, там по поводу Александра Свирского, историк, и остался там навсегда и постригся в монахи. И когда говорит, меня увидели мои однокурсники, говорят: это наш, хулиган Сашка Шубин что ли? И говорит, всем курсом они приехали меня «спасать», что значит, охмурили меня там монахи. Приехали, говорю, и что? Говорит: ну что, видите, домики там стоят...  

А. Макарский 

– Многие, да, здесь живут. 

В. Макарская 

– Так и остались. Крестились, остались, когда увидели это чудо. Вот нетленные мощи Александра Свирского, которые стоят вообще без всяких – не в пещерах, без всяких условиях, не в каком там тебе в саркофаге, не в каком музейном стекле, чтобы с особой температурой, вообще безо всего. Вот открыли гроб – и мощи перед тобой человека теплые, которым 500 лет. А когда мы все сняли и увеличили на камеру, уже в студии, и вдруг увидели на огромном экране, увеличив руку, что течет миро, мироточит. То есть не кто-то ходит их там смазывает, как могут подумать там скептики, да, хотя это смешно об этом говорить, потому что время от времени, то есть как вообще были, как узнали что это мощи находятся, это же известная история, задокументированная. Когда начальник военно-медицинской академии, то есть сами люди вроде бы богоборцы, когда он зашел в морг, извините, анатомичка называют, он ощутил запах такого благоухания, он понимал, как медик, как человек, что не может в принципе быть в морге такого запаха, неоткуда ему взяться. А благоухание это неземное, которое три раза на протяжении всего интервью поднималось...  

А. Макарский 

– Нашего разговора, да. 

В. Макарская 

– И накрывало нас. И в конце концов этот монах, который вел эту беседу с нами... 

А. Макарский 

– Рассказывал. 

В. Макарская 

– Он заплакал в конце концов, он просто не выдержал и заплакал. Ну наверное, посмотрите, мы очень деликатно, ребята потом это как-то так вырезали, но было видно, что в какой-то момент начинает плакать. Потому что каждый раз когда начинался рассказ про мощи, поднималось благоухание и накрывало нас. И вот по этому благоуханию он увидел эти мощи, которые, действительно, они были накрыты простынкой, а простынка, вся она была вся пропитана миром. Вся эта простынь, которой был накрыто это тело. Он спрятал, как некоторые источники говорят, за шкафом. Но нам рассказали вот недавно, что, на самом деле, на шкафу он их хранил. На шкафу. Он их спрятал, на шкаф поставил и вот таким образом он их сохранил и потом при первой возможности он вернул их в монастырь. За этого человека до сих пор молятся постоянно в монастыре. Это большой ученый человек, академик. Так вот, понимаете, когда ты сталкиваешься вот с этим, вот каждый человек может приехать просто туда и помолиться. И как она говорит, ты знаешь, вот до мелочей, вот настолько близок он к Господу, настолько он близок, что он слышит настолько людей, вот печали, скорби людей, помогает вот мгновенно. Только денег не просите. Когда денег просишь, говорит, не помогает. Он не по этому. Вот именно вот духовного более, исправить вот эту проблему, показать пути. 

К. Мацан 

– То о чем мы сейчас говорим, это такие две темы, они так друг к другу вплотную подходят. Тема чуда как такого естественнонаучного нарушения порядка вещей – такое физическое чудо. А другое – это то, о чем вот этот пример тоже с домиками, с людьми, которые остались в монастыре, – это процесс, когда в момент знакомства или во время знакомства со святыней ты что-то понимаешь для себя об отношениях с Богом. Вот не нужно никаких чудес в этом смысле, ты понимаешь, что просто есть Бог и есть я. Меня, помню, так поразило, когда я впервые попал на одну из пустынек в Сарове или это в Дивеево уже, где батюшка Серафим тысячу дней стоял на камне. 

А. Макарский 

– В Сарове. 

К. Мацан 

– И вот понимаешь: вот человек стоял на это камне тысячу дней, а что сделал ты, что называется, для Бога? Вот и понимаешь, что вот где готовность святого что-то для Бога совершать и где твоя. Вот вам приходилось об этом – о своей вере, о том, кто для меня Бог в моей жизни – задумываться вот вне этих чудес, нарушающих естественный ход вещей? 

А. Макарский 

– Конечно. 

К. Мацан 

– И что за вопросы к себе вы задавали?  

А. Макарский 

– Многие обители были основаны там, куда монахи просто уходили и искали этого богобощения. И потом, помимо их воли их находили люди, и там строилась обитель, они, как преподобный Сергий, становились игуменами, не желая этого. И Пафнутий преподобный, и очень многие другие святые, тот же Нил Столобенский, да. И это вот когда начинаешь, ну у меня, наверное, в большей степени, потому что я актер, да, и я начинаю примеривать на себя эти обстоятельства, эти желания... 

К. Мацан 

– Предлагаемые. 

А. Макарский 

– Предлагаемые обстоятельства, да.  

В. Макарская 

– Как, например, в дупле дуба прожить зимой и летом 17 лет? Как? Без печки, без свечки. 

А. Макарский 

– Ну тоже невозмо... Да нет, наверное, возможно. А может быть, и нет, а может быть я сразу бы через час сломался бы. А может быть, я попытался бы как-то, да. Вот эти сомнения и эти поступки, они переносятся в нашу жизнь. И понимаешь, что ну вот сейчас у тебя есть выбор: раздражиться на шестилетнюю девочку, которая делает не так что-то, что тебе хочется там, или наоборот не хочется, или подойти, ее поцеловать, обнять и какие-то вещи объяснить. Потому что мне кажется, что сейчас вот сказать: не делай этого, – это правильно. А она не понимает этого. Вот это вот это общее, что объединяет все обители и всех абсолютно очень разных святых – любовь. Любовь не вот в нашем таком, затертом смысле этого слова: любовь, любовь – я люблю кофе, а я люблю поспать, а я люблю кино хорошее. А вот любовь – это не эмоции, любовь это действие, любовь это стремление. Это когда отрезаешь от себя и даешь другому. Любовь это абсолютно жертвенная. Не бывает такого, что вот мне хорошо, и поэтому я люблю. Нет, мне будет плохо, но я не могу не сделать для того, кого люблю. 

А. Митрофанова 

– Потрясающие вещи вы говорите... 

В. Макарская 

– А можно я на вопрос отвечу. Вот Костя задал совершенно конкретный вопрос: а вот ты сам вот как чувствуешь, вот свое, да. И я хочу сказать, что у меня сейчас стадия, да, я не знаю, что будет дальше. Но сейчас я нахожусь на такой ступеньке, совершенно блондинистой, когда я прошу Бога: только вот, Господи, так хорошо, так хорошо, только, пожалуйста, будь со мной. Вот так абсолютно такая еще детская стадия, когда ты говоришь: Господи, вот путь будет так, только с Тобой. Когда я задумываюсь об испытаниях, которые пережила, например, София, да, когда она, убивали ее дочерей, а она благодарила Бога за это, да, что ее дочери... 

К. Мацан 

– Мать Веры, Надежды и Любви. 

В. Макарская 

– Да, мать Веры, Надежды и Любви. А я думаю: а как это? И я пока нахожусь в такой стадии, когда я понимаю, говорю: Господи, мне сейчас так хорошо с Тобой, Ты мне только не дай испытаний, которые меня сломают. Я понимаю, что Господь никогда не даст тех испытаний, которые тебя сломают. Сломать может тебя гордыня твоя, да, тщеславие твое может тебя сломать. Вот любой грех тебя может сломать, а Бог не может. И вот пока у меня такое: Господи, только, пожалуйста, будь со мной, только вот будь со мной. Вот пока такая, детская, женская стадия. 

А. Макарский 

– Ну это действительно блондинистая стадия. Потому что Он никогда не оставит. Мы можем отвернуться, мы можем пойти в другую сторону.... 

В. Макарская 

– Да по поводу подвигов. Я еще хочу сказать такую вещь. Опять-таки, очень много, да, я сказала, мы встретили ученых людей, очень умных. И вот когда мы с одним вот физиком-ядерщиком поговорили, говорит, ну смотрите, вот сейчас официально как бы там уже 24 измерения вот ученые на основе исследований квантовой физики говорят, что вот 24 официальных уже, это понятно, что это не все измерения, а всего лишь 24. А мы сколько способны воспринимать – всего три. Всего три измерения. Вообще как, да, как вообще в этой стадии, когда человек настолько ограничен в своих этих трех измерениях, как вообще мы можем думать, что мы можем как-то конкретно рассуждать о Боге и о подвиге святых? Вот что я хочу сказать. Вы знаете, я абсолютно уверена, у меня есть такая уверенность, что Серафим Саровский, он находился не в этих трех измерениях, когда стоял на камне. Я думаю, что он находился в такой благодати, в которой он не чувствовал, наверное, ни холода, я так могу предположить... 

А. Митрофанова 

– Ни комаров. 

В. Макарская 

– Ни комаров. Он находился совсем в другом мире, оставаясь телом бренным здесь, а душой совсем не здесь, а душой с Богом. И я думаю, что именно вот это чудо – показать нам, людям, что даже тысячу дней с верой человек вот может телом быть здесь, а душой быть с Богом. 

К. Мацан 

– Антон и Виктория Макарские сегодня проводят с нами этот «Светлый вечер».  

А. Митрофанова 

– Мне очень так понравились те слова, которые, Антон, вы сказали о любви, потому что, мне кажется, есть параллель между многообразием проявления святости, о котором вы говорите, то чему свидетелями вы стали, объехав столько монастырей, пока еще в 14 регионах, но много еще предстоит. Ведь действительно если причина святости это любовь, когда человеку очень хочется к Богу и очень хочется с Ним быть, а Господь с каждым из нас разговаривает на том языке, который нам понятен. Ну условно говоря, я никогда в жизни не смогу прожить в дупле и двух суток, даже ну не знаю, сутки с трудом себе представляю, да даже один час. Есть святой, который подвизался в дупле 17 лет, вот собственно Тихон Калужский, да, вот я же родом из Калужской области, вот Тихон как раз он его подвиг тоже связан с дуплом. Есть преподобный Серафим, который стоял на камне – вот это тоже не про меня. Я вообще не уверена, что лично я к какому-то подвигу пригодна. Но каким-то образом я все равно ощущаю, в гораздо меньшей степени, чем там сотню, даже в сотой степени не приближаюсь к тому, как это ощущали святые. Но присутствие Господа Бога в моей жизни через любовь, через моего мужа, через моих родителей, через тех людей, которые меня окружают, через вот моих друзей каких-то. И у меня ощущение, что любовь это для нас проводник вот присутствия Господа Бога в нашей жизни. Поэтому так или иначе каждый из нас – не обязательно вставать на камень или залезать в дупло, – каждый из нас в той или иной степени может это почувствовать. Просто даже вот внутри собственной семьи это, может быть, собственно самое первое, где это можно почувствовать. 

А. Макарский 

– Конечно. Подвиг, для нас подвиг вот: взять сейчас мне и промолчать на многословие моей жены или на то, что мне кажется, она говорит не так. Или когда Маша начинает дергаться, капризничать и говорить, что я вот сейчас хочу вот так вот сесть и включить вот этот мультик, а мне кажется, что сейчас это не надо делать так, не кричать на нее, а попытаться с любовью, с каким-то размышлением, что она любит и воспринимает, объяснить, почему это не надо. 

А. Митрофанова 

– А это сложно.  

А. Макарский 

– Это очень сложно. Это и есть подвиг. 

А. Митрофанова 

– Это и творчество. 

В. Макарская 

– Ой, вы помните совершенно гениальную проповедь батюшки Дмитрия Смирнова, когда он говорит: вот мне говорят: семья мешает моей духовной жизни. Как же такое может быть? Ведь что такое духовная жизнь: вот ты зажег свечи, вот ты взял акафист, вот ты встал пред иконами. И в этот момент тебе говорят: «Вась, за молоком сходи». Вот ты взял, закрыл акафистник, положил, значит, взял авоську, – и вот в этот момент начинается твоя духовная жизнь 

А. Митрофанова 

– Абсолютная правда. 

В. Макарская 

– И второе высказывание, да, как говорят, хочешь навести порядок в мире – иди и люби своих детей. Это тоже недавно я услышала где-то, тоже говорят: вот что я могу сделать для того, чтобы ну как вот воцерковление, какие первые шаги должны быть? А говорят: ну иди, во-первых, помирись там со свекровью, с мамой, вот с кем ты там живешь – вот иди с ними и помирись. Как это с ними помирюсь? Она такая зараза! Она тут это, она тут то. Как я могу с ними мириться?! Я вот хочу воцерковиться, я хочу, значит, это, это... Нет, иди помирись как-то вот со своей мамой, а потом давай поговорим с тобой о воцерковлении.  

А. Макарский 

– Вот это и есть подвиг. Вот так вот все. 

А. Митрофанова 

– Я просто понимаю, что преодолевать какие-то ну собственные колючки нам тоже помогает творческое отношение к жизни, в широком смысле этого слова. Когда вы говорите, что вы ищете ходы, как поговорить с ребенком, как услышать супруга – это же все включается все наше существо в этот момент, и это творчество, любовь, для меня это... 

В. Макарская 

– Сотворчество. 

А. Митрофанова 

– Да, примерно про одно и то же. 

В. Макарская 

– Мы же с Богом, в общем, сотворцы. Есть воля Божия, и ты единственное существо на планете, можно сказать, которому Бог сказал: вот воля твоя. И Бог не вмешивается, пока ты Его не попросил, Бог не вмешивается. Он стоит всегда, Он всегда ждет нашего обращения, но Он не вмешивается. Есть твоя воля. И вот как вот ты это будешь сотворить с Богом, что, Господи, я, конечно, хочу вот этого, но да будет воля Твоя, потому что я не знаю, что для меня лучше на самом деле. Этого я могу хотеть, а вот полезно ли мне это. И вот ты все время находишься вот в этом сотворчестве.  

А. Макарский 

– Еще очень важно понимать, конечно, соразмерять свои силы. Очень важно. Потому что иногда вот так вот взлетишь там в мыслях, да, а не соразмеришь – и упадешь. И падение бывает, чем дальше ты куда-то пробрался или тебе кажется, пробрался, тем сильнее можно удариться. Вот я приводил уже пример такой, да, про нас с Викой, что мы как два хромых человека – один на одну ногу, другой на другую... 

А. Митрофанова 

– Это в нашем радиожурнале. 

А. Макарский 

– Да, и мы вот друг без друга ходим по кругу, так хромаем, один шаг короче другого получается, и по кругу ходим. И только вдвоем, поддерживая, естественно, толкая друг друга, ругаясь за то, что да ты там неправильно идешь, да не с той ноги, но все равно мы можем куда-то продвигаться. Но продвигаясь реально куда-то, если ты оступаешься, ты падаешь больней. И сейчас если мы, там что-то у нас случается, а у нас случается, как у живых людей очень часто, мы, конечно, гораздо больнее ругаемся. Другое дело, мы нашли некий антивирус вот этого... 

А. Митрофанова 

– Расскажите. 

А. Макарский 

– Мы через секунду после вот этих вот, вот этого пламени, да, вот этого обжигающего, мы – вдох, выдох – и мы можем поцеловаться друг с другом в желании все это убрать, все вот эти вот налеты, все падения. 

В. Макарская 

– Ой, я вчера такую гениальную фразу услышала: «Если хочешь что-то сказать – промолчи, подумай, и потом опять промолчи». Потому что женщине иногда достаточно просто вовремя закрыть рот. 

А. Макарский 

– Да, тоже приводил пример батюшка один, что, говорит, ко мне пришла женщина и говорит: батюшка, вот что мне делать, ну невозможно, ну муж ну вообще, ну вот что бы я ни сказала, все противоречит. Он говорит: ну давай я тебе дам святую водичку, ты вот как только муж начнет что-то противоречить, ты глоточек набери и пока во рту держи эту водичку и «Отче наш» про себя. И через какое-то время говорит: работает водичка! Муж начинает говорить, я – раз... 

В. Макарская 

– Водичка чудотворная какая! 

А. Макарский 

– И молитву пока там одну вторую, третью. 

А. Митрофанова 

– Она молчит просто. 

А. Макарский 

– Да, она просто молчит. Это очень важно. 

К. Мацан 

– В одной программе была гостья, которая тоже размышляла о семье и сказала, на мой взгляд, великолепную формулу вот такого описания семейного накала страстей. Она говорит: иногда убить хочется, но развестись – нет. 

А. Макарский 

– Да, это я тоже так часто говорю: о разводе никогда не думал, об убийстве думал. 

А. Митрофанова 

– Возвращаясь к проекту «Святыни России», о котором мы сегодня говорим, ведь вам же все-таки непросто дались все эти поездки,  

В. Макарская 

– Ну это мягко говоря. 

А. Митрофанова 

– Все эти перелеты, путешествия и прочее. Потому что ну мы с Костей тоже работаем на проектах на телеканал «Спас» и понимаем, что совмещать все, что есть в нашей жизни, еще вот с таким глубоким погружением – ну это довольно-таки, это крест, который... 

А. Макарский 

– Ну если честно, мы не думали, что это настолько...  

В. Макарская 

– Настолько тяжело. 

А. Макарский 

– Времязатратно, скажем так. Потому что мы думали, ну два дня на регион – там приехали, отсняли, все быстренько. А тут и нам самим хочется как можно больше, и по съемкам невозможно все в два-три, четыре, даже в пять дней невозможно охватить. И конечно, ребята вообще, съемочная группа вообще без сна полгода.  

В. Макарская 

– Они вообще не спали это полгода.  

А. Макарский 

– Потому что у нас проще намного все. 

В. Макарская 

– Я не знаю, сколько они сейчас будут восстанавливаться. 

А. Макарский 

– Да, ну и плюс к тому, что у нас двое маленьких детей. Мы тоже совершенно не ожидали, что придется оставлять их каждый месяц по столько времени, да. 

В. Макарская 

– Это, слава Богу, что у нас есть бабушка и моя сестра родная. Это, слава Богу, что нам было, то есть дети оставались в родном доме, как говорится... 

А. Макарский 

– И с родными людьми.  

В. Макарская 

– Но все равно было очень тяжело, невозможно. 

А. Макарский 

– Потому что уже если там, ну сейчас переговоры как раз по второму, назовем это сезону, и только с детьми, конечно. 

В. Макарская 

– Только с детьми. Там было первое условие, говорю: ребят, я вас очень прошу, либо мы едем с детьми, либо вот прошу вас, давайте искать новых ведущих, потому что это невозможно. Больше без детей не поеду никуда. Мы уже предлагали: давайте, Антон будет ездить один. Да нет, нам нужно именно вместе. Тогда только с детьми. Понятно, что это очень усложняет процесс, он делает там его гораздо дороже, да, ну элементарно нужно там больше еды, больше там каких-то условий для проживания. Потому что так-то мы приехали, мы же не знаем, где мы будем спать. Так едем, а где спать – где придется. 

А. Макарский 

– Очень часто, кстати, оставались там, где предлагали переночевать.  

В. Макарская 

– Ну где-то переночевали – и переночевали. Вот приехали, например, к Александру Свирскому, ничего в радиусе 60 километров нет, потому что мы умудрились приехать в день Александра Свирского, когда приехали вообще все отовсюду. И я помню, так смирилась совершенно, говорю: ну как бы если нас сюда привел Александр Свирский, значит, он как бы и даст нам, где поспать. И вдруг оказывается, что какой-то там хостел, вообще, знаете, нас вводят в комнату, которая похожа больше на вагончик такой вот, знает, как вагон поезда. И там семь кроватей вот так, знаете, как нары. И говорят: ребята, вот это единственное, что можем предложить для съемочной группы – вот эти вот нары с такими вот матрасами допотопными там, подушками. Я говорю: хорошо, во славу Божию все. И вдруг она приходит, такая удивленная, говорит: ребята, у меня только люди развернулись и уехали, у них дела какие-то. Вот прямо номер прекрасный, с двумя кроваточками. 

А. Макарский 

– Комнатка освободилась. 

В. Макарская 

– Комнатка освободилась. Просто люди вот без объяснений причин взяли, развернулись.  

А. Макарский 

– Хотите туда? Можно и туда.  

В. Макарская 

– Это значит, что ну там какие-то условия, хотя бы туалет там хоть какой-то, потому что там ничего не было. 

К. Мацан 

– Куда преподобный Александр поселит, туда и пойдем. 

В. Макарская 

– И я вот так вот такие моменты, когда мы путешествовали, я так поняла... 

А. Макарский 

– Но с детками так не получится. Будет сложно. 

В. Макарская 

– Но это от нашего маловерия. На самом деле все получится, если на то будет воля Божия. И вот с таким, с такой верой искренней я смотрю, думаю: как Господь-то ведет, как это удивительно и радостно, когда ты воочию за этим наблюдаешь и видишь вот эти доказательства, что Господь тебя никогда не оставит. Даже если в радиусе 60 километров ничего, ни одной койки нет и все дома забиты. Вот все приехали к преподобному Александру. А Господь как-то не оставляет. И вот люди развернулись и уехали – и вот тебе, пожалуйста, две кроватки. 

К. Мацан 

– Ну мы будем ждать второго сезона. И я как зритель просто могу сказать, что еще интереснее будет посмотреть, как вы будете путешествовать с детьми. А это прямо как некий такой, я прямо хотел вас спросить, а вот куда вы детей повезете, а что я теперь понял, что ответом будут программы. 

А. Макарский 

– А потом очень многие хотят путешествовать семьей. 

В. Макарская 

– Именно с детьми. 

А. Митрофанова 

– Конечно. 

А. Макарский 

– Поэтому мы вот... 

В. Макарская 

– Потому что как это – детей дома. 

А. Макарский 

– Как Вика однажды сказала: а мы не ведущие, мы указатели. 

В. Макарская 

– Туда ходи и туда ходи. 

А. Макарский 

– Вот мы подопытные, да.  

А. Митрофанова 

– Испытатели. 

А. Макарский 

– Испытатели, да.  

К. Мацан 

– Спасибо огромное за эту беседу. Я напомню, сегодня в «Светлом вечере» с нами и с вами были Виктория и Антон Макарские, актеры, артисты, музыканты, певцы и в качестве сегодня в нашей беседе... 

А. Митрофанова 

– Участники проекта... 

К. Мацан 

– Да, участники проекта «Святыни России» на телеканал «Спас». И повторюсь, мы ждем следующих выпусков и новых серий. 

А. Макарский 

– Мы тоже их очень сильно ждем. 

К. Мацан 

– Спасибо огромное. В студии была моя коллега Алла Митрофанова и я, Константин Мацан. До свидания. 

А. Митрофанова 

– До свидания. 

А. Макарский 

– Спасибо большое. Всего доброго. 

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Моё Поволжье
Моё Поволжье
Города и села, улицы и проспекты, жилые дома и храмы. «Мое Поволжье» - это увлекательный рассказ о тех местах, которые определяют облик Поволжья – прекрасной земли, получившей свое название по имени великой русской реки Волги.
Апостольские чтения
Апостольские чтения
Апостольские послания и книга Деяний святых апостолов – это часть Нового Завета. В этих книгах содержится христианская мудрость, актуальная во все времена. В программе Апостольские чтения можно услышать толкование из новозаветного чтения, которое звучит в этот день в Православных храмах.
Частное мнение
Частное мнение
Разные люди, интересные точки зрения, соглашаться необязательно. Это — частное мнение — мысли наших авторов о жизни и обо всем, что нас окружает.
Богослужебные песнопения
Богослужебные песнопения
Программа о богослужебной жизни Церкви раскрывает историю, смысл и богослужебный контекст песнопений, которые звучат в православном храме.

Также рекомендуем