Поделиться
Когда известный русский писатель Иван Александрович Гончаров посетил Якутск, то побывал и в Спасском монастыре — резиденции архиепископа Камчатского, Курильского и Алеутского Иннокентия (Вениаминова). Гончаров был приглашён в архиерейскую келью, напоминавшую кабинет учёного со множеством книг и бумаг. Писатель застал там необычное собрание. В своём знаменитом произведении «Фрегат Паллада» Гончаров засвидетельствовал: «Я случайно был в комитете, который собирается в тишине архипастырской кельи, занимаясь переводом Евангелия. Все духовные лица здесь знают якутский язык. Когда я был в комитете, там занимались окончательным пересмотром Евангелия от Матфея. Сличались греческий, славянский и русский тексты с переводом на якутский язык. Каждое слово и выражение строго взвешивалось и поверялось всеми членами».
Действительно, с тысяча восемьсот пятьдесят третьего года в Якутске работал комитет по переводу Библии и богослужебных книг на местный язык. Ведь хотя якуты уже давно жили в Российском государстве и в основном были крещены, однако истин веры почти не знали по простой причине — не было ни проповедников, достаточно владеющих их языком, ни книг. Миссия затруднялась кочевым образом жизни якутов, тяжёлым климатом и огромными расстояниями. Именно святителю Иннокентию (Вениаминову), знаменитому апостолу Америки, Камчатки и Сибири, принадлежит основная заслуга в изменении положения дел.
Сам святитель Иннокентий был коренным сибиряком, уроженцем села Анга Иркутской губернии, где он появился на свет в тысяча семьсот девяносто седьмом году. С детства он знал якутов и эвенков, их обычаи и образ жизни, что помогло ему в дальнейшем в его миссионерском служении. Когда в тысяча восемьсот пятьдесят втором году решался вопрос о присоединении к Камчатской епархии якутских земель, святитель Иннокентий приехал туда, чтобы ещё лучше узнать свою будущую паству.
На тот момент во всей огромной Якутии было всего тридцать три храма и пятьдесят шесть священников. Якуты в большинстве своём не бывали на богослужении и не причащались. «Многие якуты, — писал святитель Иннокентий, — не только не слыхали от священников ни слова душеспасительного, но даже и не видали их в глаза».
В тысяча восемьсот пятьдесят третьем году святитель Иннокентий переехал в Якутск и приступил к миссионерским трудам в этом крае.
Созданный им переводческий комитет объединил в себе священников и мирян, которые знали и Священное Писание, и якутский язык. За несколько лет кропотливой работы были переведены Новый Завет, часть Ветхого Завета, включая Псалтырь, а также книга святителя Иннокентия «Указание пути в Царствие Небесное». Была проведена работа, затруднённая ещё и тем, что многих слов в якутском языке попросту не было. Именно миссионерами была создана и издана азбука и грамматика якутского языка, это оказало огромное влияние на развитие якутской культуры и формирование национальной интеллигенции.
Когда основной корпус литературы был переведён, святитель Иннокентий приступил к подготовке исторического события — первой литургии на якутском языке. Она состоялась девятнадцатого июля тысяча восемьсот пятьдесят девятого года. Об этом рассказывается в книге церковного историка Ивана Барсукова: «с раннего утра, — как пишет автор, — толпы народа спешили к соборной церкви, которая едва ли когда вмещала столько молящихся, как в тот день. Тут были и якуты, были и русские. Первые звуки якутского языка казались удивительными для всех якутов». После литургии якутские старейшины попросили сделать девятнадцатое июля навсегда праздничным днём. А святитель Иннокентий издал распоряжение, согласно которому по всей Якутии вводилось богослужение на якутском языке.
Великий миссионер стремился, чтобы слово Божие на якутском, а также эвенкийском языках донеслось до самых дальних пределов, включая прилегающие к Северному Ледовитому океану земли около Верхоянска и Колымы. Он неоднократно совершал путешествия в далёкие улусы, как называли районы Якутии на местном языке, а также способствовал открытию новых церквей и часовен, так что в тысяча восемьсот шестьдесят пятом году в Якутии было уже шестьдесят пять храмов и восемьдесят часовен.
Святитель Иннокентий окончил свою жизнь в тысяча восемьсот семьдесят девятом году, будучи митрополитом Московским. В назидание другим миссионерам он написал замечательные слова: «Оставить родину и идти в места отдалённые, дикие, для того чтобы просвещать светом Евангелия ещё не видевших сего спасительного света, — есть дело поистине святое, равноапостольное. Блажен, кого изберёт Господь и поставит на это служение!»
Псалом 55. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА священник Стефан Домусчи. Когда человек оказывается в критической ситуации и силы тех, кто стремится причинить ему зло, многократно превосходят его собственные, о чём ему стоит думать в первую очередь и на что надеяться? Ответ на этот вопрос звучит в 55-ом псалме, который, согласно уставу, может читаться сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Псалом 55.
1 Начальнику хора. О голубице, безмолвствующей в удалении. Писание Давида, когда Филистимляне захватили его в Гефе.
2 Помилуй меня, Боже! ибо человек хочет поглотить меня; нападая всякий день, теснит меня.
3 Враги мои всякий день ищут поглотить меня, ибо много восстающих на меня, о, Всевышний!
4 Когда я в страхе, на Тебя я уповаю.
5 В Боге восхвалю я слово Его; на Бога уповаю, не боюсь; что сделает мне плоть?
6 Всякий день извращают слова мои; все помышления их обо мне — на зло:
7 Собираются, притаиваются, наблюдают за моими пятами, чтобы уловить душу мою.
8 Неужели они избегнут воздаяния за неправду свою? Во гневе низложи, Боже, народы.
9 У Тебя исчислены мои скитания; положи слёзы мои в сосуд у Тебя, — не в книге ли они Твоей?
10 Враги мои обращаются назад, когда я взываю к Тебе, из этого я узнаю, что Бог за меня.
11 В Боге восхвалю я слово Его, в Господе восхвалю слово Его.
12 На Бога уповаю, не боюсь; что сделает мне человек?
13 На мне, Боже, обеты Тебе; Тебе воздам хвалы,
14 Ибо Ты избавил душу мою от смерти, очи мои от слёз, да и ноги мои от преткновения, чтобы я ходил пред лицом Божиим во свете живых.
В древности люди нередко враждовали от чистого сердца. Фраза эта может показаться абсурдной, ведь с христианской точки зрения чистое сердце враждовать не может, но язычники на то и язычники, чтобы, подчинившись злобе или ненависти, гнать того, кого считаешь врагом, без всяких сентиментов. Нам это может показаться невозможным, ведь совесть должна подсказывать человеку, что зло разрушительно, но кажется нам так только потому, что в мире уже две тысячи лет звучит утверждение: «Бог есть любовь». К сожалению, в наши дни люди всё меньше об этом вспоминают, в своих эмоциях и даже действиях воспринимая эгоизм и жестокость как нормальные и естественные состояния. Сталкиваясь с подобными вещами, христиане нередко просто теряются и не понимают, как реагировать. И может показаться, что впору вспомнить пословицу «с волками жить — по-волчьи выть», только Священное Писание подсказывает совершенно иной выход.
Псалом, который мы сейчас услышали, начинается с того, что Давид оказывается захвачен филистимлянами в одном из их крупных городов. Слово, которое описывает состояние его врагов, в синодальном переводе звучит как «поглотить», хотя слово это очень эмоциональное и буквально оно переводится как «задыхаться, глотать воздух». То есть речь о такой ярости врагов, которая свойственна хищному зверю, гонящемуся за добычей. Что же делает Давид? Просит ли он милости у врагов? Ищет ли защиты у друзей? Нет. В первую очередь он обращается к Богу и просит милости у Него. Странно. Кажется, Бог его не гонит и не враждует против него. Но ничего странного в этой просьбе нет. Если бы мы так же, как Давид, были способны доверять Богу как Творцу и Промыслителю мира, просьба царя нас нисколько бы не удивила. Снова и снова в разных выражениях Давид формулирует одну и ту же мысль: «На Бога надеюсь, что сделает мне человек»? При этом из жизни Давида мы знаем, что враги доставляли ему массу проблем и сказать, что никакой человек не сделал ему ничего плохого, мы не можем. Но что же тогда перед нами? Самовнушение? Преувеличение? Нет. Давид помнит свои скитания, помнит слёзы... Но помнит также слова Божии и Его обещания. Он верит не столько в избавление от всех проблем, но в Бога, который в итоге избавит его от смерти, глаза его от слёз, ноги от преткновения. Примечательно, что и цель Божьего избавления Давидом осознаётся в полной мере. Он получает спасение для того, чтобы ходить перед лицом Божиим.
Так и каждому из нас, в трудных обстоятельствах важно в первую очередь вспоминать о Боге!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Будьте солнышками
Поделиться
Фото: Norexy art / Pexels
Еду ранним утром на работу и через лобовое стекло автомобиля наблюдаю за городом. Плотный туман, как приспущенный занавес, скрывает от моего взгляда верхние этажи домов. Небо такое низкое, что того и гляди коснётся макушек прохожих. Серое всё вокруг: асфальт, дома, брызги из-под колес и, кажется, моё настроение... Только красные стоп-сигналы впереди идущего автомобиля не потеряли цвет в эти часы.
Останавливаюсь на светофоре, взгляд падает на остановку общественного транспорта. Среди людей, что ждут свои автобусы, стоит маленькая девочка с мамой. Ей лет пять, на ней смешная шапка с ярким помпоном. Наши взгляды встречаются, и она широко мне улыбается. Будто солнышко в доли секунды согрела она своей улыбкой моё подмёрзшее сердце. И тут же на ум приходят слова святого праведного Алексея Мечёва:
«Со слезами прошу и молю вас, будьте солнышками, согревающими окружающих вас».
Как мало надо, чтобы согреть чьё-то случайное сердце! Доброе слово, сердечное внимание, искренняя улыбка. Точно! Обязательно передам эту солнечную улыбку кому-то ещё!
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
Варежка
Поделиться
Фото: Andrea Piacquadio / Pexels
Раннее утро встретило пустынной улицей, свежим снегом и уставшим рыжим светом фонарей.
— Ох, ну и морозно же! — сама себе пробубнила я под нос, стараясь не поскользнуться на заснеженной лестнице у подъезда. Пока торопливо шла до автобусной остановки, в ушах звучал скрипучий хруст снега вперемешку со словами, что вчера произнёс брат. Слишком уж разные у нас с ним взгляды на важные вопросы. Может, и не стоит вовсе в гости ездить, сократить общение. На расстоянии будто как-то проще...
С такими грустными мыслями дошла до остановки и не сразу заметила, что в кармане пуховика звонит телефон. Когда достала его, на экране светилось уведомление о пропущенном звонке. Звонил брат. Но разговаривать после вчерашних разногласий не хотелось.
«Напишу, что перезвоню позже», — подумала я и сняла варежку, чтобы набрать текст сообщения. Однако уже на слове «привет» почувствовала, что пальцы закоченели. Собрала их вместе и нырнула рукой в белую шерстяную рукавицу с вышитым на ней красногрудым снегирём. Пальцы потихоньку начали отогревать друг друга.
А потом пришла мысль, что не сама варежка согрела пальцы. Она лишь помогла сохранить собранное по крупицам отдельное тепло каждого. Так и в семье сила — в единстве, подумала я и набрала номер брата...
Текст Екатерина Миловидова читает Алёна Сергеева
Все выпуски программы Утро в прозе
